Воскресенье, 24.06.2018, 17:55

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 7 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • »
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ЭПОС РАЗНЫХ НАРОДОВ » ЭДДА (Скандинавский эпос)
ЭДДА
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 18:50 | Сообщение # 61
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
18
Схвачен был Гуннар,
накрепко скован,
друг бургундов,[591]
связан надежно.

19
Хёгни сразил
мечом семерых,
восьмого спихнул
в огонь пылавший.
Так должен смелый
сражаться с врагом,
как Хёгни бился,
себя защищая.
. . .

20
Спросили, не хочет ли
готов властитель[592]
золото дать,
откупиться от смерти.

21[593]
Гуннар сказал:
«Пусть сердце Хёгни
в руке моей будет,
сердце кровавое
сына конунга,
острым ножом
из груди исторгнуто».

22
Вырвали сердце
у Хьялли из ребер,
на блюде кровавое
подали Гуннару.

23
Гуннар воскликнул,
владыка дружины:
«Тут лежит сердце
трусливого Хьялли,
это не сердце
смелого Хёгни, —
даже на блюде
лежа, дрожит оно, —
у Хьялли в груди
дрожало сильнее!»

24
Вождь рассмеялся —
страха не ведал он, —
когда грудь рассекли
дробящего шлемы
и сердце на блюде

подали Гуннару.

25

Гуннар сказал,
славный Нифлунг?
«Тут лежит сердце
смелого Хёгни,
это не сердце
трусливого Хьялли,
оно но дрожит,
лежа на блюде,
как не дрожало
и прежде, в груди его!

26
Атли, ты радости
так не увидишь,
как не увидишь
ты наших сокровищ!
Я лишь один,
если Хёгни убит,
знаю, где скрыто
сокровище Нифлунгов!

27
Был жив он – сомненье
меня донимало,
нет его больше —
нет и сомненья:
останется в Рейне
раздора металл, —
в реке быстроводной
асов богатство!
Пусть в водах сверкают
вальские кольца,
а не на руках
отпрысков гуннских!»

28(1)

Атли сказал:
«Готовьте повозку,
пленник закован!»

29
Атли могучий
ехал на Глауме,
(непонятное место)
Гудрун богов
. . . .
слез не лила,
войдя в палату.

30

Гудрун сказала:
«Клятвы тебя
пусть покарают,
которые Гуннару
часто давал ты,
клялся ты солнцем,
Одина камнем,[594]
ложа конем[595]
и Улля[596] кольцом!»

28(2)
И стража сокровищ,
Одина битвы,[597]
поводья рвущий
на гибель повез.

31
Воины конунга
взяли живого,
в ров положили.
где ползали змеи;
в гневе один
Гуннар остался,
пальцами струн
на арфе касаясь;
струны звенели;
так должен смелый —
кольца дарящий[598] —
добро защищать!

32
Атли направил
в путь обратный
коня своего
после убийства.
С топотом копи
теснились в ограде,
звенели доспехи
дружины вернувшейся.

33
Вышла Гудрун,
чтоб Атли встретить
с кубком в руках
золотым, как пристало;
«Конунг, прими
в палатах твоих
от Гудрун зверенышей,
в сумрак ушедших![599] »

34
Звенели чаши,
от пива тяжелые,
когда собрались
гунны усатые,
в палате толпились
храбрые воины.

35
Плавно вошла
с питьем яснолицая,
еду подала
побледневшему Атли,
сказала ему
слова оскорбленья:

36
«С медом ты съел
сердца сыновей —
кровавое мясо,
мечи раздающий![600]
Перевари теперь
трупную пищу,
что съедена с пивом,
и после извергни!

37
Не подзовешь,
не возьмешь на колени
Эйтиля с Эрпом,[601]
веселых от пива;
не увидишь, как дротики
крепят на древки,
гривы стригут,
скачут верхом!»

38
Вопили неистово
люди в палате,
коврами увешанной,
плакали гунны;
одна только Гудрун
не стала оплакивать
братьев смелых
и милых сынов,
юных, немудрых,
от Атли рожденных

39
Золото сеяла
лебяжьебелая,
челяди кольца
дарила червонные;
судьбе покорясь,
раздавала сокровища,
капищ она
не жалела,[602] щедрая.

40
Атли беспечный
пьян был от пива,
меча не схватил,
не противился Гудрун
иными бывали
их прежние встречи,
когда он при всех
обнимал ее нежно!

41
Постель она с лезвия
кровью насытила
рукой, в Хель ведущей,
выгнала псов,
дверь заперла,
подняла домочадцев,
дом запалила
в отплату за братьев.

42
Всех предала
огню, кто вернулся
из Мюркхейма вспять
после Гуннара смерти;
рушились балки,
дымилось капище,
Будлунгов двор,
щитоносные девы
падали мертвые
в жаркое пламя.

43
Довольно об этом!
Жены другие
кольчуг не наденут
для мести подобной!
Трем конунгам смерть
она принесла,
прежде чем гибель
ее постигла!

________________________________________________________
591

Друг бургундов. – Это в «Эдде» единственное место, где сохранился след того, что гьюкунги были бургундами (см. выше). Не случайно в предыдущей строфе упоминается Рейн (на котором было королевство бургундов с центром в городе Вормсе, разрушенное гуннами). Слово, переведенное нами как «красные холмы», истолковывается так же как искаженное название Вормса.

592

Властитель готов – Гуннар. Готы и бургунды были близко родственными племенами, поэтому память о гибели бургундов могла сохраниться среди готов и бургунд Гундихарий, т. е. Гуннар, мог стать в их представлении «властителем готов».

593

Гуннар и Хёгни поклялись друг другу держать в тайне, где они спрятали сокровище, пока один из них знает, что другой жив.

594

Камень Одина – см. примечание к «Третьей Песни о Гудрун».

595

Конь ложа – дом.

596

Улль – см. примечание к «Речам Гримнира».

597

Один битвы – воин, в данном случае Гуннар.

598

Кольца дарящий – конунг.

599

Звереныши, в сумрак ушедшие – двусмысленно: приготовленные в пищу домашние животные и ею убитые сыновья.

600

Мечи раздающий – конунг.

601

Эйтиль и Эрп – сыновья Атли. Исторически сыновей Атли звали Эллак и Эрнак. Имя Эрп имеет немецкие соответствия.

602

…капищ она не жалела… – Капище было в то же время сокровищницей.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 18:53 | Сообщение # 62
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
Гренландские Речи Атли[603]

1
Слышали люди
о сходке воителей,
державших совет,
для многих опасный:
беседы их тайные
беды несли,
сынов же Гьюки
измена сгубила.

2
Конунгам гибель
готовил жребий,
Атли ошибся,
хоть не был он глупым! —
он помощь отринул,
с бедой повстречался —
когда братьев жены
призвал он поспешно.

3
Мудро придумала
умная Гудрун,
все она знала
беседы их тайные;
трудно ей было —
чем братьям поможешь! —
По морю к ним
ей плыть невозможно.

4
Руны нарезала,[604]
Винги их спутал,
прежде чем отдал, —
злодейства вершитель;
за Лимфьорд[605] тогда,
где жили герои,
путь свой направили
Атли посланцы.

5
Радушно их встретили,
огонь разожгли, —
не знали коварных
замыслов воинов;
подарки Атли
приняли дружески,
в доброе веря.
на столб их повесили.[606]

6
Костбера вышла,
Хёгни жена, —
обоих приветить
старалась усердно;
с радостью Глаумвёр,
супруга Гуннара,
заботливо стала
гостей принимать.

7
Стали звать Хёгни,
чтоб Гуннар поехал —
взор увидал бы
зоркий ловушку! —
Гуннар сослался
на Хёгни согласье,
Хёгни сказал:
пусть Гуннар решает.

8
Мед наливали,
несли угощенье, —
вдоволь рогов
выпили пива.

9
Ложе постлать
постарались удобное.
Костбера знала,
как руны разгадывать,
при ярком огне
про себя прочитала их, —
язык за зубами
держала крепко, —
но смысл был неясен
спутанных рун.

10
Легли они вместе
с Хёгни на ложе;
не скрыла достойная
снов, что привиделись,
про них, пробудясь,
поведала конунгу:

11
«Ты ехать собрался —
еще поразмысли!
Редкий средь нас
постичь может руны;
разгадала я те,
что резала Гудрун, —
недоброго жди,
горек твой жребий!

12
Одному я дивлюсь,
объяснить не умею,
что с мудрой случилось?
все спутаны руны!
Понять удалось,
что смерть угрожает,
коль вы поспешите
путь свой начать;
ей рун не хватило,
иль чья-то здесь хитрость!»

13

Хёгни сказал:
«Подозрительны жены,
мой нрав не таков,
вражды не ищу я,
коль не за что мстить мне!
Подарит нам золото
конунг звенящее;
меня не страшат
слухи тревожные!»

14

Костбера сказала:
«Плохо придется вам,
если поедете!
Встречи сердечной
теперь вы не ждите!
Снилось мне, Хёгни, —
скрывать я не буду, —
не выгрести вам,
иль напрасно страшусь я!

15
Мне снилось – огонь
охватил покров твой,
высокое пламя
сквозь дым прорывалось!»

16

Хёгни сказал:
«Простынь здесь немало,
не страшен убыток;
сгорят они скоро, —
вот сна объясненье».

_____________________________________________________---

603

У этой песни совершенно тот же сюжет, что и у предшествующей, но есть в ней новые детали. «Речи Атли» в два с половиной раза длиннее «Песни об Атли». Распространение произошло за счет увеличения количества речей, введения новых персонажей и новых сцен, замедления темпа действия, повторений, пояснений, размышлений. В песни есть реализм, необычный для песен «Эдды». Песнь обычно считается поздней. Многие считали, что песнь названа «гренландской» потому, что она действительно возникла в Гренландии, и ссылались на белого медведя в строфе 18, длинный переезд по морю и т. п. Другие предполагали, что песнь возникла в Гренланде – области на юго-востоке Норвегии. Но возможно также, что она возникла в Исландии. Скачки в нумерации строф объясняются тем, что С. Бюгге предполагал в этих местах пропуски.

604

Руны нарезала… – В «Песни об Атли» более древняя черта – Гудрун послала кольцо с волчьим волосом.

605

Лимфьорд – залив северной Ютландии. Таким образом, действие локализуется в Дании (?).

606

…на столб их повесили. – Подарено было, видимо, оружие, которое повесили, как было принято, на столбы в доме.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 18:53 | Сообщение # 63
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
17

Костбера сказала:
«Мне снилось – в палате
медведь появился,
столбы вырывал
и лапами взмахивал
с топотом громким;
дрожали мы в страхе, —
многие в пасть
к нему попадали!»

18

Хёгни сказал:
«Твой сон перемену
погоды сулит нам:
был белым медведь? —
это буря с востока!»

19

Костбера сказала:
«Мне снилось: летел
орел вдоль палаты, —
беда нам грозит! —
он обрызгал нас кровью, —
то Атли двойник,
я узнала по клекоту!»

20

Хёгни сказал:
«Скот мы зарежем —
вот кровь и прольется;
приснятся орлы —
то быков предвещает!
Нет в Атли предательства,
хоть сны и тревожны».
На том и конец,
как и всякой беседе.

21
Пробудясь, ту же речь
повели благородные:
Глаумвёр встревожилась,
сны вспоминая,
но их объяснили
они различно.

22

Глаумвёр сказала:
«Мне снилось: повесить
тебя собирались,
и змеи тебя
живого терзают, —
свершилась судьба, —
как сон разгадаешь?

24
Мне снилось: кровавый
меч извлечен
из одежды твоей, —
об этом молчать бы мне!
Мне снилось: копье
тебе в сердце ударило,
волчий вокруг
слышался вой».

25

Гуннар сказал:
«Псы с громким лаем
стаями бегают:
копий полет[607]
их лай предвещает».

26

Глаумвёр сказала:
«Мне снилось: поток
течет вдоль палаты,
с ревом свирепым
несется по скамьям,
сбивает вас с ног,
братьев обоих,
не справиться с ним, —
это к несчастью!

28
Мне снилось: умершие
жены[608] сошлись, —
почти без одежды, —
тебя выбирали,
призвать спешили
в палаты свои:
значит, бессильна
защита дис!»

29

Гуннар сказал:
«Поздно раздумывать,
так решено уж;
судьбы не избегнуть,
коль в путь я собрался;
похоже, что смерть
суждена нам скоро».

30
Собрались на рассвете,
ехать решили,
удержать их другие
старались усердно.
Впятером поскакали,
а слуг вдвое больше
дома осталось, —
неразумно то было!
Сневар и Солар —
Хёгни сыны —
и брат жены его,
Оркнинг по имени,
воин приветливый,
с ними поехали.

31
До фьорда нарядные[609]
ехали с ними,
напрасно стараясь
назад воротить их.

32

Глаумвёр сказала,
супруга Гуннара, —
с Винги вступить
в беседу решилась:
«За встречу у нас
как вы отплатите?
Звать в гости преступно,
вражду затаив!»

33
В ответ начал клясться
Винги усердно:
пусть его великаны
возьмут, если лжет он!
Пусть удавят его,
если мир он нарушит!

34
Промолвила Бера,[610]
сердцем приветная:
«Доброго плаванья
вам и победы!
Пусть все свершится,
у вас без помехи!»

35
Хёгни ответил —
добра им желал он:
«Полно скорбеть вам,
чтоб там ни свершилось!
Помощи мало
от пожеланий,
не помогают
путникам проводы».

36
Посмотрели они
друг на друга, прощаясь;
так решила судьба —
разошлись их пути.

37
Грести принялись,
полкиля сломали,
гребли очень сильно —
гнев обуял их —
порвали ремни,
разломали уключины;
причалив, корабль
не привязали.[611]

38
Потом увидали,
к цели приблизясь:
двор возвышается —
Будли владенье;
затрещали ворота, —
Хёгни стучал в них.

39
Тогда молвил Винги
(молчал бы лучше!):
«Прочь ступайте отсюда
опасность грозит вам!
Сейчас вас сожгут,
изрубят вас скоро,
я ласково звал вас,
но ложь здесь таилась!
Сделаю петлю, —
повешены будете!»

40
Хёгни ответил —
не стал отступать он,
не страшился грядущих
испытаний суровых:
«Что вздумал пугать нас?
Впустую те речи!
Молчи, или плохо
придется тебе!»
___________________
____________________________________
607

Копий полет – в данном случае охота.

608

Умершие жены – праматери, дисы.

609

Нарядные – жены Гуннара и Хёгни.

610

Бера – Костбера.

611

…корабль не привязали – чтобы отрезать себе путь к отступлению в тем самым биться до последней капли крови. Аналогичный мотив есть в «Песни о нибелунгах».


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 18:54 | Сообщение # 64
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
41
На Винги они
набросились вместе,
захрипел он, сраженный
секирами тяжкими.

42
Атли созвал
дружинников смелых;
доспехи надев,
дошли до ограды;
бросали друг другу
брань и угрозы:
«Решили давно мы
лишить вас жизни!»

43
«Не видать, что давно
вы это решили, —
вы еще не готовы,
а воин уж мертв, —
выбыл один
из вашего войска!»

44
Разъярились, услышав
речи такие,
задвигали пальцами,
схватились за копья,
их стали метать,
схоронясь за щитами.

45
Вести дошли
до сидевших в доме,
громко о схватке
крикнул слуга им.

46
В ярости Гудрун
ту весть услыхала,
ожерелья свои
сорвала и бросила,
кольца разбила,
на землю кинув.

47
Вышла во двор,
двери открыв,
бесстрашно вела себя,
братьев встречая,
как подобало,
приветствуя Нифлунгов
приветом последним,
и так им промолвила:

48
«Защитить вас хотела,
не выпустить из дому, —
кто ж рок переспорит —
пришлось вам приехать!»
Мудро просила,
миром не кончат ли, —
отвергли советы,
не стали мириться.

49
Увидела знатная:
беда угрожает —
задумала смелое,
сбросила плащ,
меч обнажила,
родных защищая, —
трудна была схватка
воинов с нею!

50
Двоих повалила
бойцов дочь Гьюки
и еще брата Атли
изранила тяжко,
отсекла ему ногу, —
пришлось унести его.

51
И другого воителя
в Хель отправила,
сразив наповал
твердой рукой.

52
Воспели потом
ту битву великую;
бились отважно
отпрыски Гьюки,
Нифлунги стойко,
до смертного часа
мечами разя,
рассекали кольчуги,
шлемы рубили,
рьяно сражаясь.

53
Утро и полдень
прошли в сраженье,
вечер настал,
и ночь миновала, —
было все поле
залито кровью;
восемнадцать легло
воинов вражьих,
два сына Беры
и брат ее тоже.

54
Атли был гневен,
но все же молвил:
«Страшно взглянуть —
мы в этом виновны!
Тридцать нас было
смелых бойцов:
одиннадцать стало, —
тяжек урон наш!

55
Нас пятеро было —
по смерти Будли, —
двое в Хель уж давно,
и двое убиты.

56
Со многими связан
родством я, не скрою, —
но от родни
счастья не знал я!
Покоя не ведал
с тех пор, как женился:
губила ты родичей,
дом разоряла,
сестру ввергла в Хель,[612] —
вот худшее горе!»

57

Гудрун сказала:
«Как можешь ты, Атли,
снова корить меня!
Ты сгубил мою мать
и сокровища отнял,
племянницу смерти
предал голодной.
Смешно, что сам ты
счеты затеял!
За все твои беды
славлю богов я!»

58

Атли сказал:
«Жены этой гордой
горе умножить
вам, ярлы, велю, —
я хочу это видеть!
Гудрун заставьте
горько печалиться,
видеть я жажду
великую скорбь ее!

59
Заживо Хёгни
взрежьте ножом,
вырвите сердце, —
вы так должны сделать!
На крепкой веревке
вздерните Гуннара,
к змеям швырнув его,
подвиг свершите!»

60

Хёгни сказал:
«Делай как хочешь!
Готов ко всему я,
бесстрашным я буду, —
бывало и хуже!
Защищались мы стойко,
пока были силы,
но слабеем от ран
и сдаться должны мы!»

61
Бейти промолвил,
Атли приспешник:
«Хьялли возьмем мы,
а Хёгни не тронем!
Пусть умрет нерадивый,
на смерть обречен он;
не долго протянет
прослывший ленивцем».

62
Страх охватил
котла хранителя,[613]
был он труслив,
в бегство пустился;
клял их ссоры,
скорбел о трудах своих,
о жребии тяжком, —
свиней он жалел
и обильную пищу,
к которой привык он.

63
На повара Будли
нож обнажили;
взвыл жалкий раб,
лезвие видя:
клялся, что станет
поля унавоживать,
труд самый грязный
готов он исполнить,
он милости ждал,
молил о пощаде.

_______________________________________________
612

…сестру ввергла в Хель… – была причиной смерти Брюнхильд.

613

Хранитель котла – повар. В сцене с поваром снижение героического стиля достигает максимума.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 18:55 | Сообщение # 65
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
64
Позаботился Хёгни, —
кто так поступил бы! —
просил отпустить
раба обреченного:
«Смертные муки
считаю игрой;
зачем нам внимать
воплям несчастного!»

65
Был схвачен могучий —
нельзя было медлить
и воинам замыслы
откладывать злобные:
Хёгни смеяться
начал – то слышали, —
стойко терпел он
муки тяжелые.

66
Арфу взял Гуннар,
ветвями подошвы[614]
по струнам ударил —
плакали жены,
мужи скорбели,
кто только мог слышать;
рвал струны, Гудрун
весть посылая.

67
Утро не кончилось —
умерли славные,
как должно героям,
встретили гибель.

68
Атли был горд
победой над братьями,
мудрую стал он
корить сурово:
«Вот утро, Гудрун,
где ж твои родичи!
Ты тоже виновна
в этом несчастье!»

69

Гудрун сказала:
«Счастлив ты, Атли!
Ступай, похваляйся!
Будешь ты каяться,
с бедами встретясь!
Наследством моим
насытишься вдоволь:
не знать тебе счастья,
пока не умру я!»

70

Атли сказал:
«Знаю вину свою,
вижу, как мог бы
заставить тебя
забыть о распрях:
рабынь тебе дам,
дорогие уборы,
как снег серебро, —
все будет твоим!»

71

Гудрун сказала:
«Надежду оставь —
все это отвергну!
Я мир разорвать
давно уж решила;
была я неистовой —
яростной буду!
Терпела я жизнь,
пока жив был Хёгни.

72
В одном мы доме
вскормлены были,
вместе резвились,
в роще играли;
дарила нам Гримхильд
дорогие уборы;
как позабуду
братьев убийство!
Кто мне поможет
с ним примириться!

73
Жены покорствуют
мужам жестоким, —
ствол весь погибнет,
коль высохли ветви.
корень подрубишь
и падает дерево:
отныне ты, Атли,
один здесь владыка!»

74
Легковерен был конунг,
коварства не ждал;
обман бы он понял,
когда б остерегся.
Гудрун притворно
правду таила,
веселой казалась,
скрывая коварство;
пиво несла
для тризны по братьям,
и Атли правил
по близким тризну.

76
На том и конец;
наготовила пива,
грозным был пир,
горе сулил он!
Гибель потомкам
Будли готовила
Гудрун, за братьев
месть совершая.

77
Детей позвала,
на постель уложила,
плакать не стали,
хоть было им страшно;
прильнув к ней, спросили,
что сделать задумала.

78

Гудрун сказала:
«Молчите! Готовлю
обоим я гибель,
от старости вас
спасти я хочу».

Мальчики сказали:
«Кто тебе запретит
зарезать детей, —
но не надолго
местью натешишься!»

79
Так предала смерти
братьев свирепая,
обоим вонзила
лезвие в горло.
Атли спросил,
куда сыновья
играть убежали,
что он их не видит.

80

Гудрун сказала:
«Пойти я готова,
чтоб Атли поведать, —
узнаешь всю правду
у дочери Гримхильд;
тебя не порадую
новостью, Атли;
ты зло пробудил,
погубив моих братьев!

81
Сна я не знала,
с тех пор как погибли,
жаждала мщенья:
весть о нем слушай!
Вот утро, – ты молвил, —
мне памятно это!
Что ж, вечер теперь,
ты иное узнаешь!

82
Сынов ты лишился
своих любимых, —
из их черепов
я сделала чаши,
для крепости пиво
смешала с их кровью.

83
Взялась их сердца
на вертеле жарить,
тебе их дала
и сказала – телячьи:
один ты их съел,
ни с кем не делился,
крепко сжевал
коренными зубами.

84
Теперь все узнал ты, —
не выдумать горше, —
я так поступила,
поверь, не лгала я!»

85

Атли сказал:
«Свирепа ты, Гудрун,
коль сделала это.
если кровь сыновей
с пивом смешала,
погубила напрасно
отпрысков наших,
несчастья мои
несчетно умножила!»

____________________________________________
614

Ветви подошвы – пальцы на ноге.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 18:56 | Сообщение # 66
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
64
Позаботился Хёгни, —
кто так поступил бы! —
просил отпустить
раба обреченного:
«Смертные муки
считаю игрой;
зачем нам внимать
воплям несчастного!»

65
Был схвачен могучий —
нельзя было медлить
и воинам замыслы
откладывать злобные:
Хёгни смеяться
начал – то слышали, —
стойко терпел он
муки тяжелые.

66
Арфу взял Гуннар,
ветвями подошвы[614]
по струнам ударил —
плакали жены,
мужи скорбели,
кто только мог слышать;
рвал струны, Гудрун
весть посылая.

67
Утро не кончилось —
умерли славные,
как должно героям,
встретили гибель.

68
Атли был горд
победой над братьями,
мудрую стал он
корить сурово:
«Вот утро, Гудрун,
где ж твои родичи!
Ты тоже виновна
в этом несчастье!»

69

Гудрун сказала:
«Счастлив ты, Атли!
Ступай, похваляйся!
Будешь ты каяться,
с бедами встретясь!
Наследством моим
насытишься вдоволь:
не знать тебе счастья,
пока не умру я!»

70

Атли сказал:
«Знаю вину свою,
вижу, как мог бы
заставить тебя
забыть о распрях:
рабынь тебе дам,
дорогие уборы,
как снег серебро, —
все будет твоим!»

71

Гудрун сказала:
«Надежду оставь —
все это отвергну!
Я мир разорвать
давно уж решила;
была я неистовой —
яростной буду!
Терпела я жизнь,
пока жив был Хёгни.

72
В одном мы доме
вскормлены были,
вместе резвились,
в роще играли;
дарила нам Гримхильд
дорогие уборы;
как позабуду
братьев убийство!
Кто мне поможет
с ним примириться!

73
Жены покорствуют
мужам жестоким, —
ствол весь погибнет,
коль высохли ветви.
корень подрубишь
и падает дерево:
отныне ты, Атли,
один здесь владыка!»

74
Легковерен был конунг,
коварства не ждал;
обман бы он понял,
когда б остерегся.
Гудрун притворно
правду таила,
веселой казалась,
скрывая коварство;
пиво несла
для тризны по братьям,
и Атли правил
по близким тризну.

76
На том и конец;
наготовила пива,
грозным был пир,
горе сулил он!
Гибель потомкам
Будли готовила
Гудрун, за братьев
месть совершая.

77
Детей позвала,
на постель уложила,
плакать не стали,
хоть было им страшно;
прильнув к ней, спросили,
что сделать задумала.

78

Гудрун сказала:
«Молчите! Готовлю
обоим я гибель,
от старости вас
спасти я хочу».

Мальчики сказали:
«Кто тебе запретит
зарезать детей, —
но не надолго
местью натешишься!»

79
Так предала смерти
братьев свирепая,
обоим вонзила
лезвие в горло.
Атли спросил,
куда сыновья
играть убежали,
что он их не видит.

80

Гудрун сказала:
«Пойти я готова,
чтоб Атли поведать, —
узнаешь всю правду
у дочери Гримхильд;
тебя не порадую
новостью, Атли;
ты зло пробудил,
погубив моих братьев!

81
Сна я не знала,
с тех пор как погибли,
жаждала мщенья:
весть о нем слушай!
Вот утро, – ты молвил, —
мне памятно это!
Что ж, вечер теперь,
ты иное узнаешь!

82
Сынов ты лишился
своих любимых, —
из их черепов
я сделала чаши,
для крепости пиво
смешала с их кровью.

83
Взялась их сердца
на вертеле жарить,
тебе их дала
и сказала – телячьи:
один ты их съел,
ни с кем не делился,
крепко сжевал
коренными зубами.

84
Теперь все узнал ты, —
не выдумать горше, —
я так поступила,
поверь, не лгала я!»

85

Атли сказал:
«Свирепа ты, Гудрун,
коль сделала это.
если кровь сыновей
с пивом смешала,
погубила напрасно
отпрысков наших,
несчастья мои
несчетно умножила!»

___________________________________________________
614

Ветви подошвы – пальцы на ноге.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 18:58 | Сообщение # 67
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
Их сыновей звали Сёрли, Эрп и Хамдир.[620] Там же воспитывалась и Сванхильд, дочь Сигурда. Ее выдали замуж за Ёрмунрекка Могучего. У него был советник Бикки. Бикки посоветовал Рандверу, сыну конунга, овладеть ею и все рассказал конунгу. Тот велел повесить Рандвера и приказал, чтобы Сванхильд была растоптана конями. Когда об этом узнала Гудрун, она обратилась к своим сыновьям.

1
Я слышал укоры,
слова обидные,
в горе великом
их говорила
твердая духом
Гудрун сынам своим,
в битву зовя их
речью суровой:

2
«Что вы сидите?
Что спите беспечно?
Как могут смешить вас
беседы веселые?
Если Ёрмунрекк смел
сестру вашу бросить,
юную деву,
коням под копыта,
вороным и белым,
на дороге войны,
серым, объезженным
готским коням!

3
Нет, вы не схожи
с Гуннаром смелым,
храбрость у вас
не та, что у Хёгни, —
мести искать
за сестру вы должны бы,
будь вы подобны
братьям моим
иль духом крепки,
как гуннские конунги![621] »

4
Хамдир сказал,
духом отважный:
«Не похвалила б ты
подвига Хёгни,[622]
когда они Сигурда
сон прервали;
платки сине-белые,
пестрые ткани
багряными стали
от крови супруга.

5
Была тебе месть
за братьев горестна,
когда сыновей
предавала ты смерти, —
если б могли мы,
единодушные,
сильному князю
отметить за сестру!

6
Выносите доспехи
конунгов гуннских!
К тингу мечей[623]
ты нас побудила!»

7
Гудрун, смеясь,
в кладовую пошла,
выбрала шлемы,
что были в ларях,
и кольчуги стальные,
снесла сыновьям, —
на резвых коней
вскочили могучие.

8
Хамдир сказал,
духом отважный:
«Назад вернется
к матери в дом
воин, погибший
в готском краю,
чтоб тризну справила
ты по убитым,
по юной Сванхильд
и сыновьям твоим».

9
Гудрун, дочь Гьюки,
пошла, рыдая,
села, печальная,
перед воротами,
стала в слезах
вспоминать былое,
перебирать
горести прежние?

10
«Три я знала огня,
три очага,
трое мужей
в дом меня брали;
лучшим средь них
был конунг Сигурд, —
братья мои
умертвили его!

11
Горшего я
горя не видела,
но злей для меня
задумали горе,
замуж отдав
за конунга Атли!

12
Мальчиков смелых
к себе призвала я;
одна мне в несчастье
месть оставалась:
сынов обезглавить,
Нифлунгов юных.

13
Пошла я на берег,
на норн озлобясь.
хотела избегнуть
их ярого гнева —
подняли волны
меня высокие,
мне не дало
море погибнуть.

14
Взошла я на ложе —
на счастье надеясь! —
князя могучего,
третьего мужа;
детей родила,
наследство хранящих,
наследство хранящих
Йонакра отпрысков.

15
Около Сванхильд
сидели рабыни,
дочь мне была
детей всех дороже;
ярко сияла
Сванхильд в палате,
как солнечный луч
сияет и блещет!

16
Одевала ее
в драгоценные ткани,
выдала замуж
в готскую землю —
горше не знала я
черного горя:
светлые косы,
волосы Сванхильд
втоптаны в грязь
копытами конскими!

17
И горе не меньшее —
муж мой Сигурд,
победы лишенный,
убит был в постели;
и горе жестокое —
к сердцу Гуннара
змеи блестящие
злобно приблизились;
и острое горе —
из груди конунга
вырезать сердце
враги осмелились.

18
Много я помню
зла и печалей.
Серого, Сигурд,
коня оседлай.
пусть быстрый скакун
сюда прибежит!
Нету со мной
ни невестки, ни дочери,
что Гудрун дары
принесли б драгоценные!

19
Помнишь ли, Сигурд,
что сказано было,
когда мы с тобою
сидели на ложе?
Из Хель ты ко мне
хотел возвратиться,
а я для тебя —
расстаться с миром.

20
Ярлы, сложите
самый высокий
из дуба костер
для мертвого конунга:
пусть огонь пепелит
грудь, полную горя,
злую печаль
в сердце растопит!»

21
Пусть у всех ярлов
несчастье пройдет,
пусть жены забудут
печали свои,
когда о горестях
повесть окончится!
______________________
_________________________
620

Сёрли, Эрп и Хамдир – см. прим. к «Речам Хамдира».

621

Гуннские конунги – см. прим. к «Первой Песни о Гудрун».

622

Подвиг Хёгни – см. прим. к «Речам Хамдира».

623

Тинг мечей – битва.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 19:00 | Сообщение # 68
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
Речи Хамдира[624]

1
Злые дела
там свершились,
когда наступило
печальное утро;
в утренний час
черные мысли
о бедах людских
скорбны бывают!

2
Не нынче то было
и не вчера,
это свершилось
в давнее время,
даже не в древности —
в годы древнейшие;
Гьюки рожденная
Гудрун звала
сынов отомстить
за дочь свою Сванхильд.

3

Гудрун сказала:
«Сванхильд – имя
вашей сестры,
что Ёрмунрекк бросил
коням под копыта,
вороным и белым,
на дороге войны,
серым, объезженным
готским коням!

4
Слава померкла
конунгов рода!
Одни вы в роду
остались в живых.

5
Я одинока,
что в роще осина.
как сосна без ветвей,
без близких живу я,
счастья лишилась.
как листьев дубрава,
когда налетит
ветер нежданно!»

6
Хамдир сказал,
духом отважный:
«Не похвалила б ты
подвига Хёгни,[625]
когда они Сигурда
сон прервали,
ты сидела на ложе,
а убийцы смеялись.

7
Платки сине-белые.
пестрые ткани
багряными стали
от крови супруга:
Сигурд скончался,
над ним ты сидела,
горько скорбя, —
в том Гуннар виновен!

8
Ты думала скорбь
Атли доставить
Эрпа убийством
и смертью Эйтиля, —
себе же на горе:
разить неразумно
острым мечом,
коль сама себя ранишь!»

9
Мудрым был Сёрли,
так он молвил:
«Спорить не стану
с матерью нашей,
но одного
вы еще не сказали:
что просишь ты, Гудрун,
беду накликая?

10
Братьев оплакивай,
милых сынов,
родичей близких,
в битве погибших!
Обоих нас тоже
ты, Гудрун, оплачешь,
всадников смелых! —
к смерти мы близки».

11
Из дому вышли,
фыркая в ярости,
двинулись в путь
через влажные горы
на гуннских конях,
к мести готовые.

14
Сказал тогда Эрп
слова такие, —
герой на коне
возвышался, гарцуя:
«Плохо дорогу
показывать трусам!»
«Очень уж смел
ублюдок», – сказали.

12
Им повстречался
Хитрец[626] по пути.
Хамдир сказал:
«Чем может помочь
черныш[627] в нашем деле?»

13
Сводный брат обещал,
что помощь окажет,
как ноги друг другу
идти помогают.
Хамдир сказал:
«Как может нога
ноге быть в помощь
и руки друг другу
как пособят?»

15
Из ножен вынули
ножен железо,[628]
взялись за мечи,
великанше[629] на радость:
на треть у себя
отняли силу —
сразили юнца
ударом смертельным.

16
Встряхнули плащи,
мечи прикрепили,
оделись богато
богорожденные.

17
Нашли они путь —
несчастья дорогу —
и сына сестры[630]
под ветром студеным
па древе казненных
от двора на закат;
мертвец качался, —
там не было радостно.

18
Весело пили
воины в доме,
за шумом не слышали
стука копыт,
пока им рогом
не подали знака.

19
Сказали тогда
Ёрмунрекку,
чго стража увидела
воинов в шлемах:
«Обороняйтесь!
Приехали сильные, —
под копытами конскими
погибла сестра их!»

20
Ёрмунрекк смелый
в ответ усмехнулся,
разгладил усы.
не взялся за меч,
вином возбужденный,
тряхнул волосами,
на щит поглядел,
кубком играя
из золота жаркого.

__________________________________________________
624

Сюжет этой песни – древнейшее из героических сказаний, представленных в «Старшей Эдде». Историческая основа этого сказания – события IV в. Историк Аммиан Марцеллин рассказывает (ок. 390 г.), что король остготского царства у Черного моря Эрманарих (исл. Ёрмунрекк) в 375 г. покончил с собой из страха перед нашествием гуннов. Готский историк Йордан сообщает (в середине VI в., и, может быть, уже на основе готской героической песни), что братья из племени росомонов, Сарус и Аммиус, напали на Эрманариха и пронзили ему бок мечом, мстя за свою сестру Сунильду (исл. Сванхильд), которую Эрманарих велел привязать к хвостам коней и разорвать на части в наказание за ее измену мужу. Сказание это известно также из ряда более поздних скандинавских и немецких источников. По-видимому, уже в Скандинавии это сказание связали со сказанием о Сигурде и Гьюкунгах. Сванхильд – дочь Сигурда, Гудрун – мать Сванхильд, а также Хамдира и Сёрли.

Песнь обычно считают одной из наиболее древних в «Старшей Эдде». Предполагают, что она имела готский прообраз. Может быть, след этого – то, что и в этой песни (как и в «Песни об Атли») племенное название готов имеет вполне конкретное значение.

В издании 1975 г., как и в издании Бюгге, некоторые строфы были переставлены местами.

625

Подвиг Хёгни – убийство Сигурда. В других песнях «Старшей Эдды» Сигурда убивает Готторм, но в немецких сказаниях его убивает Хаген (Хёгни).

626

Хитрец – Эрп. См. прим. к строфе 22.

627

Черныш – намек на иноплеменное (возможно, гуннское) происхождение Эрпа.

628

Ножен железо – меч.

629

Великанша – Хель, т. е. смерть.

630

Сын сестры – Рандвер. По «Саге о Вёльсунгах» он – пасынок Сванхильд, сестры Хамдира и Сёрли, и сын Ёрмунрекка (ср. «Подстрекательство Гудрун»).


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 19:01 | Сообщение # 69
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
21

Ёрмунрекк сказал:
«Счастлив я был бы
Сёрли и Хамдира
видеть в палатах,
принять их обоих:
связал бы я сразу
сынков тетивами.
им петли на шеи
обоим накинул бы!»

22
Молвила славная,[631]
стоя с героями,
так говорила
этому юноше:
«(непонятное место)
могут ли двое тысячу готов
связать иль побить
в высоких палатах?»

23
Шум поднялся.
падали чаши,
ступали герои
по крови готов.

24
Вымолвил Хамдир,
духом отважный:
«Ждал ты нас, Ёрмунрекк,
видеть желал нас,
братьев принять
в высоких палатах:
вот ноги твои
и руки твои,
Ёрмунрекк, брошены
в жаркий огонь!»

25
Рычаньем ответил
богами рожденный,
конунг в кольчуге,
как ярый медведь:
«Бросайте в них камни,
ни копья, ни лезвия
их не разят —
отпрысков Йонакра!»

26

Сёрли сказал:
«Ты злое свершил,
этот мех развязав,
извергает он часто
речи опасные!

27
Ты, Хамдир, смел,
да смышленым ты не был —
обездолены те,
в ком ума не хватает!»

28

Хамдир сказал:
«Голова бы скатилась.
будь Эрп в живых,
смелый наш брат,
нами убитый,
воинственный муж,
дисы вмешались,
хранимого в битвах
стремясь уничтожить!

29
Волки для нас
недобрый пример —
грызться не будем,
как норн злые псы,[632]
что вражды не таят,
вырастая в пустыне!

30
Мы стойко бились, —
на трупах врагов
мы – как орлы
на сучьях древесных!
Со славой умрем
сегодня иль завтра. —
никто не избегнет
норн приговора!»

31
Сёрли погиб
у торцовой стены,
у задней стены
был Хамдир сражен.

Это называется Древние Речи Хамдира.

_____________________________________________
631

Славная – Гудрун (?). – Если дальше следует обращение Гудрун к Эрпу, то строфа была бы больше на месте перед строфой 14. Гудрун, вероятно, велит Эрпу помочь Хамдиру и Сёрли и говорит ему, что справиться с Ёрмунрекком могут только трое (двое отрубят руки и ноги, а третий – голову; ср. строфу 24). Она должна бы также предупредить его, что им нельзя позволить Ёрмунрекку заговорить (ср. строфу 26), так как он может открыть, что их доспехи заколдованы против железа, но не против камня (ср. строфу 25). Все эти мотивы были, вероятно, использованы в несохранившихся строфах.

632

Псы норн – волки.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Среда, 11.04.2018, 19:02 | Сообщение # 70
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7117
Статус: Offline
Эддические песни, сохранившиеся не в основной рукописи «Старшей Эдды»

Сны Бальдра
[633]

1
Тотчас собрались
все асы на тинг,
и асиньи все
сошлись на совет:
о том совещались
сильные боги,
отчего сны у Бальдра[634]
такие зловещие.

2
Один поднялся,
древний Гаут,[635]
седло возложил
на спину Слейпнира;[636]
оттуда он вниз
в Нифльхель[637] поехал;
встретил он пса,[638]
из Хель прибежавшего.

3
У пса была грудь
кровью покрыта,
на отца колдовства[639]
долго он лаял;
дальше помчался —
гудела земля —
Один к высокому
Хель жилищу.

4
На восток от ворот
выехал Один,
где, как он ведал,
вёльвы могила;
заклинанье он начал
и вещую поднял,
ответила вёльва
мертвою речью:

5
«Что там за воин,
неведомый мне,
что в путь повелел мне
нелегкий отправиться?
Снег заносил меня,
дождь заливал
и роса покрывала, —
давно я мертва».

6

Один сказал:
«Имя мне Вегтам,[640]
я Вальтама[641] сын;
про Хель мне поведай,
про мир я поведаю;
скамьи для кого
кольчугами устланы,
золотом пол
усыпан красиво?»

7

Вёльва сказала:
«Мед здесь стоит,
он сварен для Бальдра,
светлый напиток,
накрыт он щитом;[642]
отчаяньем сыны
асов охвачены.
Больше ни слова
ты не услышишь».

8

Один сказал:
«Вёльва, ответь!
Я спрашивать буду,
чтоб все мне открылось:
еще хочу знать,
кому доведется
стать Бальдра убийцей,
кто сына Одина
смерти предаст».

9

Вёльва сказала:
«Хёд[643] ввергнет сюда
дерево славы;[644]
ему доведется
стать Бальдра убийцей,
он сына Одина
смерти предаст.
Больше ни слова
ты не услышишь».

10

Один сказал:
«Вёльва, ответь!
Я спрашивать буду,
чтоб все мне открылось:
еще хочу знать,
кто за убийство
Хёду отплатит,
кем на костер
он будет отправлен».

11

Вёльва сказала:
«Ринд в западном доме
Вали родит,[645]
и Одина сын
начнет поединок,
рук не омоет,
волос не причешет,
пока не убьет
Бальдра убийцу.
Больше ни слова
ты не услышишь».

12

Один сказал:
«Вёльва, ответь!
Я спрашивать буду,
чтоб все мне открылось:
еще знать хочу,
кто эти девы,
что будут рыдать,
края покрывал
в небо бросая[646] ».

13

Вёльва сказала:
«Нет, ты не Вегтам,
как я считала,
ты, верно, Один,
ты древний Гаут!»

Один сказал:
«Ты же не вёльва,
провидица вещая,
ты, верно, мать
трех великанов!»

14

Вёльва сказала:
«Домой поезжай!
Гордись своей славой!
Отныне сюда
никто не придет,
пока свои узы
Локи не сбросит[647]
и не настанет
гибель богов!»

Песнь о Риге[648]

Люди рассказывают в древних сагах, что один из асов, тот, которого звали Хеймдалль,[649] шел однажды своей дорогой вдоль берега одного озера, пришел на какой-то двор и назвался Ригой. Об этом рассказывается в следующей песни:

1
В давние дни
доблестный старый
ас многомудрый,
храбрый и сильный,
странствовал Риг
по дорогам зеленым.

2
Шагал он по самой
средине дороги;
к дому пришел,
дверь была отперта;
в дом он вошел:
пылал там огонь,
чета стариков
у огня сидела,
прадед с прабабкой[650]
в уборе старушечьем.

3
Риг им советы
умел преподать;
сел он потом
посредине помоста,
а с обеих сторон
сели хозяева.

4
Хлеб им тяжелый
достала прабабка,
грубый, простой,
пополам с отрубями;
блюдо еще им
с едою поставила,
в миске похлебку
на стол принесла
и лучшее лакомство[651] —
мясо телячье;
встал от стола он,
спать собираясь.

_____________________________________________________
633

«Сны Бальдра» по форме ближе всего к тем мифологическим песням, которые состоят из вопросов и ответов. Но по содержанию эта песнь всего ближе к «Прорицанию вёльвы». Собственно говоря, песнь эта и представляет собой прорицание вёльвы, которую Один поднял из могилы, чтобы узнать судьбу своего сына Бальдра. Большинство исследователей считает песнь поздней.

634

Бальдр – см. примечание к «Прорицанию вёльвы».

635

Гаут – одно из имен Одина. Гауты – скандинавское племя. Страна, где они жили, называлась Гаутланд (современное Ёталанд в Швеции).

636

Слейпнир – «быстро скользящий», восьминогий конь Одина.

637

Нифльхель – Хель, царство смерти.

638

…встретил он пса… – пса Гарма, стерегущего вход в Хель.

639

Отец колдовства – Один.

640

Вегтам – «привыкший к пути».

641

Вальтам – «привыкший к бою».

642

…накрыт он щитом. – Сваренный напиток было принято накрывать чем-нибудь, чтобы его не «сглазили».

643

Хёд – см. примечание к «Прорицанию вёльвы».

644

Дерево славы – Бальдр.

645

Ринд в западном доме Вали родит… – Богиня Ринд родила сына Вали от Одина, и в возрасте одного дня Вали отомстил за Бальдра. И Ринд и Вали упоминаются только в связи с местью за Бальдра.

646

…кто эти девы, что будут рыдать, // края покрывал в небо бросая. – Один придает своему вопросу о том, кто будет оплакивать Бальдра, форму загадки, и по этой загадке вёльва его узнает (ср. «Речи Вафтруднира», строфы 54–55). Но почему эту загадку может сказать только Один, непонятно. Решение загадки, по-видимому, – «волны».

647

…пока свои узы Локи не сбросит… – Гибель богов должна начаться с того, что Локи сбросит с себя свои узы.

648

В «Песни о Риге» рассказывается о том, как три социальных слоя – рабы, бонды (свободные земледельцы) и ярлы (знать) – произошли от некоего Рига, который в прозаическом введении к песни отождествляется с богом Хеймдаллем. В несохранившемся конце песни, вероятно, рассказывалось о том, как Кон, сын ярла, победил Дана и Данпа, женился на Дане, дочери Данпа, в стал таким могучим, что от его имени произошел титул короля (пересказ конца песни сохранился в двух исландских источниках). По-видимому, конечная цель песни – возвеличить какого-то короля, создав ему мифическую родословную. Большой культурно-исторический интерес представляют чрезвычайно точные и конкретные описания одежды, пищи и занятий разных сословий, обильно представленные в песни. Время и место возникновения «Песни о Риге» определялись очень различно. Скачок в нумерации строф объясняется тем, что Бюгге предполагал пропуск после строфы 17.

649

Хеймдалль – см. прим. к «Прорицанию вёльвы». В самой песни ничего не говорится о том, что Риг – это Хеймдалль. Поэтому некоторые исследователи считали это отождествление ошибкой и утверждали, что Риг – это Один. Однако в «Прорицании вёльвы» Хеймдалль называется отцом людей, а Риг – тоже отец людей, судя по данной песни.

650

Прабабка. – В оригинале – «edda». Слово это встречается в значении «прабабка» только здесь.

651

…и лучшее лакомство… – мясо телячье… – Обычно предполагают, что эти две строки попали в данную строфу по ошибке из несохранившейся строфы 18.


Господь твой, живи!
 
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ЭПОС РАЗНЫХ НАРОДОВ » ЭДДА (Скандинавский эпос)
  • Страница 7 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • »
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES