Суббота, 21.04.2018, 10:19

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 3 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Форум » ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО » ГРАЖДАНСКАЯ ПОЗИЦИЯ » БЕЗ СРОКА ДАВНОСТИ (О преступлениях сталинизма)
БЕЗ СРОКА ДАВНОСТИ
МилаДата: Четверг, 14.12.2017, 16:26 | Сообщение # 21
Группа: Админ Общины
Сообщений: 6994
Статус: Offline


Господь твой, живи!
 
СфинксДата: Вторник, 19.12.2017, 23:17 | Сообщение # 22
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1404
Статус: Offline
"Средневековый кошмар"



Эксгумация останков жертв Красного террора в Харькове

"Как было официально объявлено, ЧК была органом, стоявшим "на страже" революции. Это не был орган юстиции, а орган, функционирующий за пределами судов, чтобы "безжалостно сводить счета с нашими врагами". Для этого не нужно было руководствоваться сводом законов, а лишь "революционным опытом", а также действовать по "революционной совести". В такой ситуации все зависело от сотрудников Чрезвычайной комиссии", –​ написал в 1927 году в статье "Факты Красного террора" российский историк Сергей Мельгунов, который одним из первых начал заниматься изучением деятельности Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем и подсчетом количества ее жертв.

В своем исследовании Мельгунов опирался в основном на данные, опубликованные в открытых источниках – официальных печатных органах большевиков и ВЧК, но выводы, которые он сделал, через много лет подтвердились благодаря рассекреченным архивным документам. Мельгунов был лишен российского гражданства, его исследование было опубликовано на родине только в 1990 году.

Мельгунов писал о том, что методы массового террора стали применяться в органах ВЧК сразу после ее основания 20 (7-го по старому стилю) декабря 1917 года. До объявления Красного террора (постановлением Совнаркома от 5 сентября 1918 года), по его подсчетам, были убиты без суда и следствия 884 человека. Расстрелы стали применяться чекистами еще до того, как были совершены нападения на большевистских деятелей – покушение на Ленина 30 августа 1918 года, убийства Володарского и Урицкого. Именно эти события послужили поводом для официального объявления Красного террора, жертвами которого стало намного большее число людей – по разным оценкам, от 10 тысяч до полутора миллионов человек. (Самую большую цифру указывала в отчетах комиссия, созданная при белогвардейском Южнорусском правительстве, которая изучала деятельность ВЧК только на территории юга России, – 1,7 миллиона человек.)

Арестованные перед казнью часто подвергались пыткам: их избивали, обливали водой на морозе, сдирали с них кожу, им набивали рты землей, чтобы они не могли кричать, некоторых хоронили живыми, так как не удосуживались констатировать наступление смерти. Сотрудники ВЧК не всегда считали необходимым перечислять расстрелянных поименно и писать дату расстрелов. В архивных протоколах нередко встречается лишь указание количества внесудебных казней за определенный период. Историки, старающиеся подыскать наиболее точные определения происходившему, пишут о "средневековом кошмаре", как, например, Сергей Мельгунов, или об "испанской инквизиции", как, например, современный исследователь истории России Орландо Файджес. Среди первых жертв террора было не так много представителей буржуазии, с которыми якобы хотели в первую очередь бороться идеологи большевизма: до 40 процентов убитых – рабочие и крестьяне.

Несмотря на то что ВЧК просуществовала относительно недолго, с 1917 по 1922 год, и была преобразована в ГПУ, Государственное политическое управление, методы "работы" остались прежними, сотрудники остались на своих местах и после реформы органов безопасности. В 1922 году на время было ограничено право расстреливать без суда и следствия, политических противников большевиков стали ссылать в отдаленные районы Сибири, а также нередко в Соловецкий лагерь особого назначения, возникший в 1923 году. Годом позже снова разрешили расстрелы "при особых обстоятельствах".



Останки жертв НКВД, расстрелянных в Луцке (Украина) в 1941 году

ВЧК, ставшая ГПУ, постепенно, путем нескольких преобразований и реформ, превратилась в КГБ СССР, и современные исследователи считают, что история советских органов безопасности, ведущая свое начало с образования ВЧК в 1917 году, продолжается поныне. В их числе и Лукаш Каминьский, ранее возглавлявший Институт национальной памяти Польши, который обращает внимание, что после распада СССР в России не слишком изменился персональный состав спецслужб и методы их работы.

–​ ВЧК была образована сто лет назад, однако архивные документы, касающиеся истории этой организации, были частично рассекречены всего чуть более 20 лет назад. Что на сегодняшний день известно, а что до сих пор остается неизученным?

–​ В данном случае скорее имеет смысл говорить не о ВЧК, а об аппарате госбезопасности советского типа, который действовал не только в самом СССР, но и во многих странах Центральной Европы, Азии, Латинской Америки – например, в Северной Корее, Вьетнаме, Китае или на Кубе. При этом речь идет не только об архивах, которые рассекретили более чем 20 лет назад, но и об архивах, которые стали доступными для исследователей всего несколько лет назад, например, на Украине. Часть документов, в частности те, которые хранятся в России, все еще остаются недоступными, хотя мы знаем уже довольно много о структуре, людях, операциях, которые проводились. Тем не менее, если говорить о советском аппарате госбезопасности, то засекречена большая часть архивных документов, касающихся оперативной информации. Несмотря на то, что два года назад появился полноценный доступ к украинским архивам, картина все еще неполная в плане деталей. Но общее представление о деятельности ВЧК и советских спецслужб все же у нас есть.

–​ Чем интересны упомянутые вами украинские архивы? Они дают более полную картину происходившего? Проливают свет на операции советских спецслужб, документы по которым все еще засекречены в российских архивах?

– Если говорить об архивных документах КГБ, на протяжении многих лет у исследователей был доступ только к архивам стран Балтии, но документы в этих странах сохранились в очень плохом состоянии, многие дела были вывезены в Россию, а остальные, с наибольшей долей вероятности, просто уничтожены. Эти архивы содержат информацию о некоторых операциях в 1940-х годах, но не дают полной картины. Украинские архивы уникальны тем, что в них есть документы, касающиеся периода вплоть до распада Советского Союза, то есть до 1991 года. Там много копий документов, которые Москва рассылала по всем советским структурам КГБ. Конечно, на изучение этого массива потребуется время, но в данном случае можно говорить о настоящем прорыве в изучении советских структур госбезопасности.

–​ Если говорить о методах работы советских спецслужб, которые использовали и в других странах, входящих в советскую сферу влияния, чем они отличались?

– Я думаю, стоит в данном случае говорить о том, что на протяжении десятков лет истории у советских спецслужб было немало успешных операций, если можно говорить о них в таких терминах, но в итоге эти спецслужбы потерпели поражение, ведь эпоха коммунизма закончилась. Главной целью советских спецслужб было защитить власть коммунистической партии, ее идеологию, систему. Эта история учит нас, что даже самая сильная тайная полиция не может контролировать все общество, не может остановить деятельность крупных общественных движений. Поэтому, к счастью, она потерпела поражение.


Историк Лукаш Каминьский

–​ Но тем не менее в своих работах вы утверждаете, что история советской системы госбезопасности не закончилась. В странах Восточной и Центральной Европы, например в Польше, Чехии, Украине, некоторые бывшие сотрудники прежних служб госбезопасности продолжают работать на своих местах уже в преобразованных структурах, а в России вы вообще говорите о полной преемственности.

– Мы, конечно же, не можем анализировать методы и ресурсы, использующиеся нынешними российскими спецслужбами. Мы лишь можем наблюдать, что происходит на протяжении последних лет. Сравнивая происходящее с тем, что мы знаем о работе советских спецслужб, я могу сказать, что вижу много общего. Например, что касается технической стороны их работы. Конечно, за последние годы многое изменилось, появились новые технические средства, но, например, провокацию используют как метод до сих пор – а это было очень распространено в СССР. У нас, конечно, нет однозначных доказательств, однако, на мой взгляд, – и это подтверждают многие другие аналитики и исследователи, – взрывы жилых домов в 1999 году в Москве, по меньшей мере, проводились под контролем, если не самими спецслужбами. Это хороший пример использования провокации для изменения ситуации внутри страны. Помимо этого, мы видим, конечно, неизменность персонального состава спецслужб. Активно работают люди еще с советского периода. Мы можем взять пример Украины: вся сеть бывших советских секретных осведомителей КГБ продолжала использоваться и после 1991 года. Архивы, касающиеся этой части деятельности советских спецслужб, рассекречены не были, поэтому нет нужды сворачивать эту сеть осведомителей. Конечно, возможно, уже есть много новых агентов, но очевидно, что многие из тех, кто работал раньше, продолжают неплохо выполнять свою работу. Из рассекреченных на Украине архивов мы видим, что некоторые сотрудники продолжили свою работу после обретения страной независимости. Это одно из подтверждений того, что российские спецслужбы используют те же методы, тех же людей, что и в советское время. Один из первых глав СБУ, уже службы госбезопасности независимой Украины, Николай Голушко, в начале 90-х переехал в Россию и возглавил там службу контрразведки. То есть мы можем говорить о вероятности непосредственного влияния из Москвы.

–​ В качестве примеров такой преемственности вы также приводите имена Анны Чапман и Александра Литвиненко. Почему?

– Использование так называемых нелегалов было довольно распространенным методом не только у советских органов госбезопасности, но и у разведок тех стран, которые находились под влиянием СССР. Для меня, честно говоря, было сюрпризом, когда я узнал об Анне Чапман, потому что мне казалось, что так уже не работают. Оказалось, что перед нами – очередное подтверждение того, что старые приемы советской разведки все еще актуальны. Что касается Александра Литвиненко, то он стал следующим в списке людей, убитых московскими спецслужбами на Западе как один из перебежчиков, превратившихся во врагов системы. Таким образом, мы снова видим метод, использовавшийся советским спецслужбами до 1991 года, – убийство политических оппонентов. Если провести параллели с Польшей, то здесь можно вспомнить об убийстве Ежи Попелушко и других священников в 80-х годах. Есть и еще один пример. В 1978 году в Лондоне был убит болгарский диссидент и писатель Георгий Марков – с наибольшей долей вероятности, спецслужбами Болгарии и с большой помощью товарищей из КГБ.

–​ Зная историю советских спецслужб и методы их работы, а также то, что старые приемы до сих пор используются современными российскими секретными службами, можно ли предположить, что такие вещи, как убийства по политическим мотивам, взрывы, использование нелегалов будут продолжаться?



Снос памятника Феликсу Дзержинскому на Лубянке – 22 августа 1991 года

– Я уверен, что российские спецслужбы находятся в процессе преобразования. Мы можем сравнивать это с историей КГБ. Комитет госбезопасности СССР тоже эволюционировал, особенно после 1956 года. Все дело в том, что некоторые методы перестают быть столь успешными, как в самом начале: достаточно вспомнить, что происходило сразу после основания Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем. Массовые убийства давно перестали быть эффективным методом. Самый успешный, если можно так выразиться, период работы КГБ приходился на то время, когда каждый пребывал в страхе, боялся сделать что-нибудь против коммунистического государства. Сейчас уже нет смысла использовать террор, не требуется массово убивать людей. И этот урок нам преподала как раз история ВЧК.

Александра Вагнер

Источник https://www.svoboda.org/a/28910369.html
Прикрепления: 9343340.jpg(30.6 Kb) · 8463590.jpg(187.5 Kb) · 4237797.jpg(89.5 Kb) · 3739353.jpg(180.1 Kb)
 
МилаДата: Пятница, 22.12.2017, 17:29 | Сообщение # 23
Группа: Админ Общины
Сообщений: 6994
Статус: Offline


Господь твой, живи!
 
СфинксДата: Суббота, 23.12.2017, 08:29 | Сообщение # 24
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1404
Статус: Offline
«Как человек, рожденный в 1937 году,
я хочу предупредить»

Академики написали коллективное обращение в связи с интервью главы ФСБ

22.12.2017

Группа известных российских ученых выступила с критикой интервью директора ФСБ Александра Бортникова, которое он дал накануне Дня работника органов безопасности. Академики и членкоры РАН посчитали, что в этом тексте глава спецслужбы оправдывает сталинские репрессии тем, что не сказал о многочисленных жертвах среди простых граждан. В письме они напоминают, «какое огромное количество замечательных ученых было уничтожено в расцвете своей деятельности», и призывают общественность присоединиться к их беспокойству.

Открытое письмо ученых в пятницу передал “Ъ” академик РАН Сергей Стишов, известный физик, глава Троицкого научного центра РАН. По его словам, обращение было написано после того, как «Российская газета» опубликовала интервью главы ФСБ Александра Бортникова. Беседа была посвящена столетию Всероссийской чрезвычайной комиссии, преемником которой считается ФСБ. В начале интервью глава ФСБ предупреждает, что хочет «расставить необходимые акценты и ответить на некоторые спорные вопросы», чтобы «объективно оценивать прошлое». Отвечая на вопрос о репрессиях 1930-х годов, Александр Бортников сосредоточился на судьбе самих чекистов: он напомнил, что 22 618 работников органов госбезопасности сами стали жертвами репрессий. «Их место занимали люди (…) готовые ради карьеры на исполнение любых указаний. С этим отчасти и связаны "перегибы" в работе ОГПУ-НКВД на местах»,— пояснил господин Бортников. При этом он отметил, что чекисты действительно боролись с реальными «заговорщиками», а также с представителями партноменклатуры, «погрязшими в коррупции, чинившими произвол и самосуд». В интервью он не говорил о судьбе простых граждан, которые, по оценкам современных историков, составляли большинство среди жертв сталинских репрессий.

«Когда я прочел интервью, где господин Бортников рассказывает, что большинство решений в 1930-х были по делу… Что путем репрессий страна наказывала плохих чекистов и плохих партработников…Мне захотелось спросить: а за что наказывали ученых? — сказал “Ъ” Сергей Стишов.— За что наказывали артистов, художников? За что наказывали крестьян, рабочих, простых граждан?» Господин Стишов обратился к коллегам по научному «Клубу 1 июля» (создан в 2013 году, объединяет академиков, не согласных с реформой РАН.— “Ъ”) с предложением отреагировать на интервью главы ФСБ.

В коллективном письме ученые отмечают, что «впервые после XX съезда КПСС одно из высших должностных лиц нашего государства оправдывает массовые репрессии 1930–40-х годов», и напоминают, что этот период сопровождался «неправосудными приговорами, пытками и казнями сотен тысяч ни в чем не повинных наших сограждан». Репрессии затронули и научное сообщество, говорят академики: «Расстреляны или погибли в лагерях тысячи ученых и инженеров, что принесло непоправимый вред отечественной науке и технике». По их словам, в России до сих пор мало кто представляет, «какое огромное количество замечательных ученых, продвинувших науку в самых разных областях, было уничтожено в расцвете своей деятельности». Кроме того, ученые напоминают об уничтожении высшего командного состава Красной армии, массовых депортациях и «миллионах советских людей, которые оказались в тюрьмах и лагерях».

В любом случае, говорят авторы обращения, «мы решительно протестуем против ревизии представлений о бесчеловечной и антинародной сущности репрессий». Ученые призывают «всех здравомыслящих людей» присоединиться к ним.

«Я сам 1937 года рождения, и в 1955 году мне было 18 лет,— рассказал “Ъ” физик Сергей Стишов.— Еще за год до XX съезда КПСС, где разоблачался культ личности Сталина, был подготовлен доклад Хрущева о культе личности и его преодолении. Этот текст читался по собраниям коллективов, по парторганизациям — и отец, преподававший в МГУ, дал мне прочитать этот закрытый доклад». Господин Стишов говорит, что его, «воспитанного в семье коммунистов, старых большевиков», этот текст просто шокировал. «А затем стало появляться все больше рассказов о том, что происходило в лагерях,— говорит он.— И сейчас у нас есть достоверные свидетельства того, какие были репрессии, как спускались планы по количеству арестованных или расстрелянных. Вот почему это интервью нас так задело». По его словам, ученые не ждут ответа на свое обращение от главы ФСБ. «Просто как человек, рожденный в 1937 году, я хочу предупредить: “Люди, будьте бдительны”»,— говорит академик РАН.


Александр Черных

Обращение группы академиков и член-корреспондентов РАН
Комментарии к интервью директора ФСБ А. В. Бортникова

По-видимому, впервые после XX съезда КПСС (1956 год) одно из высших должностных лиц нашего государства оправдывает массовые репрессии 1930–40-х годов, сопровождавшиеся неправосудными приговорами, пытками и казнями сотен тысяч ни в чем не повинных наших сограждан.

Указанные репрессии затронули и научное сообщество, расстреляны или погибли в лагерях тысячи ученых и инженеров, что принесло непоправимый вред отечественной науке и технике. Вспомним здесь академика Н. И. Вавилова, профессора Л. В. Шубникова, профессора С. П. Шубина и многих других. Чудом выжили Л. Д. Ландау, С. П. Королев, В. П. Глушко, столь много сделавшие потом для страны. Эти имена, как правило, известны широкой публике. К сожалению, немногие кроме специалистов представляют, какое огромное количество замечательных ученых, продвинувших науку в самых разных областях, было уничтожено в расцвете своей деятельности. Это — гениальный физик-теоретик М. П. Бронштейн, академик, геолог И. Ф. Григорьев, обвиненный во вредительстве при поиске урановых месторождений, погиб в тюрьме профессор Д. Ф. Егоров — математик, один из основателей современного функционального анализа. Был репрессирован профессор-теплотехник Л. К. Рамзин, который изобрел прямоточный котел, языковед Е. Д. Поливанов, агроном Н. М. Тулайков, генетик И. И. Агол, философ Г. Г. Шпет, конструктор ракет Г. Э. Лангемак. Оказались репрессированными руководители Пулковской обсерватории. Список огромен.

Перед войной была разгромлена армия. В 1937–1938 годах было репрессировано почти две трети высшего командного состава РККА, живыми из заключения вышли немногие. Потери среди высшего командного состава за все время Великой Отечественной войны были существенно меньшими.

Миллионы советских людей оказались в тюрьмах и лагерях, многие из них не вернулись, целые народы подверглись переселению из мест исторического проживания.

Нам неясна цель пространного интервью г. Бортникова. Что это — напутствие новому президенту? Ностальгия по старым временам или пропаганда новой доктрины?

В любом случае мы решительно протестуем против ревизии представлений о бесчеловечной и антинародной сущности репрессий и призываем всех здравомыслящих людей, не желающих своим детям пережить ужасы 1930-х годов, присоединиться к нашему протесту.

Алпатов В. М., чл.-корр. РАН
Аникин А. Е., академик РАН
Апресян Ю. Д., академик РАН
Аранович Л. Я., чл.-корр. РАН
Арсеев П. И., чл.-корр. РАН
Белавин А. А., чл.-корр. РАН
Бондаренко Д. М., чл.-корр. РАН
Бурлак С. А., проф. РАН
Васильев В. А., академик РАН
Глазов М. М., чл.-корр. РАН
Данилян Г. В., чл.-корр. РАН
Дворкович А. В., чл.-корр. РАН
Дыбо А. В., чл.-корр. РАН
Захаров В. Е., академик РАН
Иванчик А. В., чл.-корр. РАН
Иванчик А. И., чл.-корр. РАН
Кудрявцев Я. В., проф. РАН
Молдован А. М., академик РАН
Пухначев В. В., чл.-корр. РАН
Ритус В. И., чл.-корр. РАН
Розанов Н. Н., чл.-корр. РАН
Саранин А. А., чл.-корр. РАН
Сибельдин Н. Н., чл.-корр. РАН
Скляров Е. В., чл.-корр. РАН
Смелянский Р. Л., чл.-корр. РАН
Соколовский Г. С., проф. РАН
Стишов С. М., академик РАН
Успенский Ф. Б., чл.-корр. РАН
Хазанов Е. А., чл.-корр. РАН
Чаплик А. В., академик РАН
Ширяев А. А., проф. РАН
Яковлев Д. Г., чл.-корр. РАН


Источник https://www.kommersant.ru/doc/3507282
 
СфинксДата: Понедельник, 25.12.2017, 13:45 | Сообщение # 25
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1404
Статус: Offline
Борис Вишневский,
депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга



Сталинским курсом?


Представьте, что в своем интервью руководитель Федеральной службы защиты конституции Германии заявил бы, что репрессии, которые проводил нацистский режим, имели объективную сторону и являлись операциями по пресечению подрывной активности агентов иностранных спецслужб (хотя были и перегибы на местах), а его сотрудники с гордостью называют себя гестаповцами.

А канцлер Германии, в свою очередь, заявил бы, что абсолютное большинство гестаповцев были настоящими государственниками и патриотами..

Что было бы дальше? Почти наверняка — буря.

Сотни тысяч людей вышли бы на улицы, требуя немедленной отставки не только главы ФСЗК и канцлера, но и всего правительства. И им пришлось бы уйти с позором.

Это, конечно же, предположение — причем совершенно фантастическое: никогда бы руководители современной Германии не позволили бы себе оправдания нацистских преступлений и прославления палачей.

Зато это позволили себе в России.

Сперва директор ФСБ Александр Бортников ровно такими словами, как приведены выше, фактически оправдал сталинские преступления (при этом его сотрудники, как известно, гордо называют себя чекистами).

А потом президент Владимир Путин на торжественном вечере, посвященном столетию ВЧК, заявил: «как бы ни менялись эпохи, абсолютное большинство людей, выбирающих эту трудную профессию, всегда были настоящими государственниками и патриотами, которые достойно и честно выполняли свой долг, на первое место ставили службу отечеству и своему народу».

Не могу тут не процитировать своего друга и коллегу Льва Шлосберга: «настоящие государственники и патриоты» инспирировали доносы, убивали людей без суда и следствия, работали круглосуточными садистами, сходили с ума от крови, казнили детей с 12 лет, убивали друг друга, скрывали, как могли, следы своих преступлений«...

И как отреагировали на это в России?

Взрывом негодования?

Ничего подобного.

Заявление съезда «Яблока» — с возмущением интервью Бортникова и требованием его отставки, — подавляющее большинство СМИ уверенно не заметили.

Немногим больше повезло заявлению академиков РАН с протестом против высказываний Бортникова.

Не отреагировали на интервью Бортникова и многие из тех, кто называет себя оппозицией — во всяком случае, их публичного возмущения заметить не удалось.

На митинг памяти жертв репрессий советской власти, который активисты «Демократического Петербурга» проводили 24 декабря в Петербурге у Соловецкого камня, пришло около 30 человек и два-три журналиста.

Никакого массового протеста и возмущения ни интервью Бортникова, ни выступление Путина не вызвали.

И понятно, почему: то, что власть уверенно идет «сталинским курсом» — когда человек не более чем винтик и пыль под ногами, когда государство неизмеримо важнее человека, когда под катком репрессий может оказаться любой, потому что «органы не ошибаются», когда внутри страны предатели, а снаружи враги, и спасти может только сплочение вокруг вождя, — заметно невооруженным глазом.

И вот уже к очередному дню рождения Сталина выстроилась очередь из желающих положить цветы к могиле организатора и вдохновителя репрессий, жертвами которых стали десятки миллионов людей.

А на в очередной раз прозвучавшее предложение (в свое время, с ним выступили «Мемориал» и «Яблоко»), — сделать уголовно наказуемым отрицание или оправдание сталинских преступлений, — в очередной раз последовали протесты прекраснодушных гуманистов: ну как же можно преследовать за слово!

Можно — если это слово подбрасывает дров в костер.

Если оно разжигает вражду — что неизбежно ведет к крови, или оправдывает чудовищные преступления — что неизбежно ведет к их повторению…

Путь к воспроизведению сталинского режима пока не пройден.

Еще не поздно остановить движение по этому пути.

И в первую очередь — 18 марта 2018 года.

Не слушая демагогов и проходимцев, уверяющих, что «все предрешено».

Источник https://echo.msk.ru/blog/boris_vis/2116956-echo/
Прикрепления: 1681576.jpg(4.8 Kb)
 
СфинксДата: Среда, 27.12.2017, 22:14 | Сообщение # 26
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1404
Статус: Offline
 
СфинксДата: Суббота, 30.12.2017, 06:28 | Сообщение # 27
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1404
Статус: Offline
Полный список палачей



"Водку, само собой, пили до потери сознательности. Что ни говорите, а работа была не из легких. Уставали так сильно, что на ногах порой едва держались. А одеколоном мылись. До пояса. Иначе не избавиться от запаха крови и пороха. Даже собаки от нас шарахались и если лаяли, то издалека".

Так много лет спустя вспоминал о своей работе один из членов спецгруппы комендатуры НКВД, работавшей в Москве под началом Василия Блохина – будущего генерала госбезопасности, лично застрелившего не менее 5 тысяч (по другим данным, до 15 тысяч) человек. Функции спецгруппы были палаческими: приводить в исполнение приговоры и внесудебные решения о расстреле, принятые различными инстанциями сталинского режима. Весной 1940 года Блохину и его палачам вместе с такими же "специалистами" на местах пришлось выполнять особое задание: уничтожить более 20 тысяч польских офицеров и гражданских лиц, попавших в советский плен в сентябре 1939 года, когда СССР разделил с нацистской Германией территорию Польши.

Расстрелы проводились в нескольких местах – главным образом в Катынском лесу под Смоленском, тюрьмах в Калинине (ныне Твери) и Харькове. В Катыни расстрелянных закапывали во рвах там же, на месте гибели, из Калинина и Харькова тела отвозили для захоронения недалеко – соответственно в окрестности поселка Медное и города Пятихатки. Тем не менее в историографию, прежде всего польскую и европейскую, эта трагедия вошла под именем "Катынского преступления". Возможно, самого известного в мире преступления, совершенного органами ВЧК – ОГПУ – НКВД – МГБ – КГБ за их историю, с начала которой сегодня исполнилось ровно сто лет.


Обложка книги Никиты Петрова "Награждены за расстрел. 1940"

Катынское преступление, с одной стороны, относится к числу наиболее подробно исследованных, с другой – до сих пор активны сторонники старой советской версии тех событий. Она перекладывала вину за расстрел поляков на оккупационные гитлеровские войска – и, соответственно, переносила дату трагедии с 1940 года на более поздний срок. Уголовное дело по фактам расстрела польских граждан было прекращено в 2004 году – в связи со смертью виновных. Тем не менее российская сторона по-прежнему не передала Польше часть (35 из 183 томов) архивных материалов, касающихся Катыни – они остаются засекреченными.

Что касается тех самых виновных, то их имена – от рядовых исполнителей до высшего руководства Советского Союза и НКВД – хорошо известны. Практически полный список причастных к Катынскому преступлению представляет собой секретный приказ №001365, изданный 26 октября 1940 года – о награждении большой группы сотрудников НКВД за выполнение некоего особо важного задания. Как отмечается в посвященной лицам, названным в этом приказе, книге "Награждены за расстрел. 1940", недавно изданной Центром польско-российского диалога и согласия, легко установить, что этим заданием был расстрел польских пленных в Смоленской, Калининской и Харьковской областях. Автор книги, российский историк, заместитель главы Научно-информационного совета общества "Мемориал" Никита Петров рассказал о своем исследовании в интервью Радио Свобода.

– Вы подробно изучили биографии сотрудников НКВД, причастных к расстрелам польских офицеров в Смоленской, Тверской (тогдашней Калининской) и Харьковской областях. При этом главной уликой, позволяющей говорить о соучастии этих людей в данном преступлении, вы считаете секретный приказ об их награждении от 26 октября 1940 года. Понятно, что никакие расстрелянные поляки в приказе не упомянуты. Почему вы уверены, что эти награжденные – это фактически список катынских палачей?

– Здесь все очень просто. Во-первых, до того, как я за это дело взялся, никто этот список не анализировал на предмет того, что это за люди, какие они должности занимали. В преамбуле приказа прямо сказано "за выполнение специального задания", и это сотрудники НКВД Смоленской, Калининской и Харьковской областей. Мы прекрасно знаем, что расстрелы состоялись именно там. Но это косвенная догадка. А действительную природу этого приказа открыл на допросе бывший начальник управления НКВД по Калининской области Токарев, говоривший в начале 1991 года съемочной группе, которая пришла в прокуратуру с соответствующим запросом: всех наградили, кто проводил это убийство, а меня нет, меня в этом списке вы не найдете. Но для прокуратуры тогда это была новость, они вообще не знали, что такой список существует. А Токарев им сказал: вы поищите в архивах, найдете, был такой список, наградили всех. И рассказал о механизме составления этого списка, о том, что непосредственно Василий Блохин, комендант (начальник комендантского отдела Административно-хозяйственного управления НКВД СССР. – Прим. РС), который выезжал в Калинин для проведения расстрелов, как раз проводил эти представления. Кобулов (Богдан Кобулов, один из ближайших сотрудников главы НКВД Лаврентия Берии. – Прим. РС) был против внесения в список Токарева, потому что Токарев до этого отказывался от непосредственного участия – точнее, говорил, мол, для меня это ново, я в этом деле слабоват, боюсь, что подведу.

Одним словом, Токарев сообщил очень важную вещь следствию, а следствие потом в архиве нашло именно этот приказ. Помимо того, о чем говорится в приказе и какой контингент там перечислен, могу еще одну вещь сказать. Я довольно много видел приказов НКВД тех времен о награждении сотрудников. Так вот, с двумя нулями, то есть совершенно секретный приказ обычно касался работников, которые отличились за границей. Их имена нельзя было разглашать, поэтому они назывались в совершенно секретном приказе. Сотрудники надзорсостава тюрем, работники комендатур, шоферы – все, кто есть в том приказе, о котором мы говорим, награжденные за Катынь, в других случаях всегда шли обычными открытыми приказами. Причем награждали оружием, значками почетного чекиста и т. д. А здесь только деньги, то есть ничего такого, что могло бы оставить, что называется, на груди приметный знак. Совершенно секретный характер этого приказа был уникален, другого такого в истории нашей страны не было.

– Какую сумму дали тем, кто значился в приказе?

– Суммы были от месячного оклада до 800 рублей.

– Вы упомянули Дмитрия Токарева, генерал-майора КГБ. В вашей книге его показания занимают большое место. При работе с этими показаниями вы поняли, какие мотивы им руководили? Он тогда, когда их давал, в 1991 году, насколько я понимаю, был уже очень старым человеком. Что, он на склоне лет решил покаяться – или там какие-то другие побудительные мотивы имелись?


Всеволод Меркулов, один из членов "тройки", санкционировавшей Катынское преступление

– Что касается побудительного мотива, то он очень прост. Токарев прекрасно понимал, что к нему пришли официальные люди из управления КГБ по Владимирской области – это все во Владимире происходило, где он жил. Была санкция на этот разговор, так что нечего таить. Токареву легче было признаваться, потому что это было не его решение. Он прекрасно знал, что его не наградили за расстрел, потому что вообще начальники управлений НКВД Смоленской, Калининской и Харьковской областей – это были тогда новоназначенные люди, а для того, чтобы проводить эти расстрелы, приехали люди из Москвы, из комендантского отдела, и старшие оперативные начальники. К Токареву, например, приехал заместитель начальника Главного транспортного управления НКВД Синегубов, вот он за все и отвечал. Токареву в этом смысле легко было признаваться. Так что побудительный мотив у него был не облегчить душу. Просто, если уж к нему пришла прокуратура и люди из КГБ, то понятно, что придется рассказывать.

– При работе с большим массивом биографий сотрудников НКВД вы сталкивались вообще с раскаянием, с какими-то внутренними их переживаниями? Или все они были убеждены в том, что всё правильно, партия сказала – надо, и мы свое дело исполнили?

– Реакция каждого из них была очень индивидуальна. Были люди, которые не сожалели, для которых это было ремесло, такие как Блохин. Он не дожил, конечно, до перестроечного расследования. Как правило, все коменданты, сотрудники спецгруппы, кто участвовал в этих расстрелах и разъехался в три области, не дожили до времен перестройки. Мелкие палачи, надзиратели, для кого это было внове, потому что не всегда надзиратели привлекались к расстрелам, многие переживали. Есть даже случаи, когда кончали жизнь самоубийством, как, например, один из сотрудников в Смоленской области, я пишу об этом в книге. Есть те, кто спивался, один из них по пьяному делу даже сыну своему говорил о том, что, мол, я много убил поляков.

​– Каков был механизм вынесения смертного приговора погибшим польским пленным, как принималось решение на самом верху?

– Вопрос о том, как поступить с польскими офицерами, обсуждался с конца 1939 года. Были идеи, например, часть из них пропустить через Особое совещание, то есть дать им лагерные сроки. Речь шла об узниках Осташковского лагеря (одно из мест содержания польских пленных. – Прим. РС), потому что там сидели работники полицейской стражи, жандармы, те, кого классически считали врагами. Относительно простых офицеров, которые сидели в Козельске или Старобельске, была даже идея часть из них отпустить. Но в конце концов, когда все эти предложения были просуммированы, Берия подал записку Сталину, и того что-то не устроило. Я не видел предварительных вариантов записки, которую подавал Берия, там, по-моему, даже было предложение убить гораздо больше людей, чем в той версии, которая нам известна. В конце концов 5 марта 1940 года была подана записка, уже уточненный вариант, предусматривавший убийство практически 25 тысяч поляков, среди них 15 тысяч с лишним офицеров, а остальные – гражданские лица, которых уже арестовали или должны были арестовать в западных областях (Украины и Белоруссии, занятых СССР в сентябре 1939 года. – Прим. РС), то есть так называемых классовых врагов, не принявших советскую власть или имевших "классово чуждое" происхождение, или подозрительных по своим социальным связям.


Николай Синегубов, распоряжавшийся подготовкой и проведением расстрела поляков в Калинине

Селекция шла на местах – в лагерях военнопленных и в управлениях НКВД по западным областям Белоруссии и Украины, а решение одним махом приняло политбюро 5 апреля 1940 года. Это решение известно и опубликовано, там уже речь шла о формировании тройки и об общем лимите на эти расстрелы – примерно 25 тысяч. На самом деле расстреляли ненамного, но меньше – 22 тысячи. Тут расхождение за счет не военнопленных, а гражданских лиц, которых арестовали меньше. НКВД как раз развернул только в апреле аресты гражданских лиц, которые были потом расстреляны по решениям специально созданной тройки в Москве. Учетные дела на офицеров, которые находились в этих трех лагерях, пересылались в Москву, там выносились решения, дальше протокол соответствующего решения тройки шел на место, и людей этапировали в распоряжение областных управлений НКВД. Там уже проводился расстрел по той же схеме, по которой расстреливали в 1937 году. Кстати говоря, места захоронений польских офицеров совпадают с захоронениями жертв террора 1937–38 годов. И в Катынском лесу есть могилы наших граждан, которые погибли в годы Большого террора, и в Медном есть захоронения тех, кто был расстрелян в 1937–38 годах, и в Пятихатках, недалеко от Харькова, то же самое. Поляков хоронили рядом с массовыми захоронениями времен Большого террора.

– Это очень символично, потому что, насколько я понимаю, не только географически это связано, но, по вашей версии, и политически. Поляков ведь убивали по той же логике, что и жертв Большого террора – как социально-классовых врагов?

– Абсолютно. В деле расправы с польскими офицерами и гражданскими лицами сошлись два основных мотива террора 1937–38 годов. Это мотив социально-классовый – уничтожение чуждых по социальному происхождению людей, не пригодных для того, чтобы встраивать их в социализм, в светлое будущее. И второй – национальный мотив. Ведь национальные операции НКВД 1937–38 годов – это также преследование тех, кто якобы связан с заграницей. А массовая расправа 1940 года диктовалась еще и тем, что для Сталина Польша в марте 1940 года не существовала и уже не должна была существовать в будущем. Польши нет как государства. И эти люди ему были совершенно не нужны, они лишние, обуза. Но, конечно же, после июня 1940 года – вы знаете, что тогда произошло (разгром нацистской Германией Франции, резко изменивший военно-политическую ситуацию в Европе. – Прим. РС), – Сталин об этом решении пожалел, однако никогда и никому этого не высказывал.

​– Если вернуться к исполнителям этого сталинского распоряжения, во-первых, кто были члены той тройки, о которой вы упомянули? Во-вторых, в целом у исполнителей было в прошлом, в особенностях происхождения, воспитания что-то общее, что привело их к роли палачей – или там очень пестрая картина?

– С одной стороны, картина, конечно же, пестрая. Если говорить о членах тройки, здесь все понятно – это ближайшие люди Берии. Сначала в тройку должен был быть включен сам Берия, но в оригинале решения политбюро он вычеркнут, вместо него там оказался Меркулов (Всеволод Меркулов – еще один ближайший сотрудник Берии, как и Богдан Кобулов, расстрелян в 1953 году вместе с "шефом". – Прим. РС), естественно, Кобулов и Баштаков, начальник первого спецотдела НКВД. Первый спецотдел подготавливал все бумаги, и его представитель обязательно должен был участвовать при приведении даже внесудебных решений в исполнение.

А что касается исполнителей на местах, то здесь очень разношерстная публика, но, например, смоленских расстрельщиков – тех, кто работал в комендатуре или был надзирателями в тюрьмах, или шоферами, – роднит одно: очень многие в середине 20-х были безработными, потом работа в смоленском Гормебельтрансе, потом перетекли на работу в полпредство ОГПУ по Западной области в 1929 году и устроились вахтерами, комендантами. Такая, я бы сказал, очень понятная работа, несешь себе вахту сутки через двое. Тут есть некоторая общая схема. Люди были очень простые, без большого образования. Хотя отдельные кое-какую карьеру сделали.

Я, кстати говоря, очень доволен результатами, которые удалось представить в книге, потому что, знаете, одно дело, когда мы рассказываем вообще о каких-то там палачах, а другое дело, когда речь идет о конкретных людях: вот человек, вот его биография, фото. Ряды людей, которые в нашей стране до сих пор сомневаются в том, что Катынское преступление – дело рук НКВД, и любят поговорить о том, что это, мол, все-таки немцы сделали, ряды этих людей должны поредеть хотя бы потому, что в моей книге рассказано о конкретных палачах.


Портреты жертв советского и нацистского террора на выставке "Уничтожение польских элит. Катынь и Акция АБ".

– Какая из биографий сотрудников НКВД, которыми вы занимались при работе над книгой, вам больше всего запомнилась?

– Скажем, комендант Куприй из Харьковского управления НКВД – это, конечно же, жанр плутовского романа. Он, собственно говоря, чуть не сел в тюрьму в 1943 году, а много позднее был привлечен к ответственности за хищения материальных средств с какой-то базы, которой заведовал в 1959 году. Но особый интерес представляют те, кто профессионально занимался приведением приговоров в исполнение, то есть те самые сотрудники спецгруппы Блохина и комендатур на местах. Люди, я бы сказал, ночного образа жизни, в том числе в Москве и московских крематориях, там есть истории, которые интересны своей не только мрачностью, но и этакой кладбищенской романтикой.

– Да, безусловно. Мне, когда я читал вашу книгу, особенно бывший деникинский полковник Петр Нестеренко запомнился.

– Многолетний директор Донского крематория в Москве. Он был дворянин по происхождению, в Гражданскую войну воевал за белых, эмигрировал, жил в Париже, там стал специалистом по мрачному, но на тот момент новому и технологически прогрессивному делу – кремации. В 20-е годы его завербовало ОГПУ, поработав на которое Нестеренко вернулся на родину. Там стал начальником Донского крематория, кремировал как жертв расстрелов, проводившихся НКВД, так и самих сотрудников этого ведомства, которые потом попали под вал репрессий. Среди них были и люди, с которыми Нестеренко дружил. А летом 1941 года, сразу после начала войны, пришли за ним самим, приговорили к смерти и расстреляли – правда, не в Москве, а в Саратове.

– Удивительная история.

– Да, о таких судьбах мы говорим, что их мог бы придумать писатель, но тут сама жизнь придумывает литературные сюжеты.

​– Если говорить о расследовании Катынского преступления, начатом еще при Горбачеве, когда Советский Союз наконец признал свою вину, и законченном уже после распада СССР, как можно оценить его итоги и выводы? С чем связано нынешнее нежелание российских властей полностью рассекретить архивные материалы, связанные с Катынью? Казалось бы, уже столько лет прошло, и в живых никого не осталось из тех, кто был причастен.

– Знаете, раньше у нас с коллегами, занимавшимися Катынским преступлением, было такое впечатление, что следствие идет и будет закрыто тогда, когда умрет последний исполнитель. Последний рядовой исполнитель Катынского преступления, кто был награжден этим приказом от 26 октября 1940 года, его фамилия Баринов, умер в 1996 году. С тех пор можно было бы, конечно, все обнародовать. Но тут уже работала другая система, тут была инерция. Сегодня Кремль, с одной стороны официально, безусловно, признал вину Советского Союза, Сталина, органов НКВД за Катынское преступление, с другой стороны, он всячески идеологически борется с нынешним польским государством. Отсюда и это злобное упрямство в том, чтобы не давать материалов по Катынскому делу. Все время распространяются, муссируются какие-то слухи о том, что поляки непременно потребуют денег на компенсации или еще чего-то. Если бы они хотели этих компенсаций, то уже давно потребовали бы, для этого им не нужно иметь оставшиеся тома дела, потому что у них достаточно материалов, которые доказывают советскую вину. Но те более сотни томов, которые были переданы в виде копий после смоленской катастрофы 2010 года, они больше не дополняются. Осталось 35 томов, которые российская сторона не собирается рассекречивать, или, как сказал прокурор Фридинский, не нашла возможным рассекретить. Вот все эти формулы бюрократические, они, с одной стороны, от упрямства, а с другой – это типичные политические манипуляции. Вы ведите себя хорошо, как бы намекают полякам, тогда, может быть, мы вам что-то еще дадим по Катыни. Это, я бы сказал, очень дурной политический метод, но тем не менее он, к сожалению, применяется, – говорит историк, автор книги "Награждены за расстрел. 1940" Никита Петров.

Ярослав Шимов

Источник https://www.svoboda.org/a/28926737.html
Прикрепления: 3649786.jpg(33.9 Kb) · 6554202.jpg(21.2 Kb) · 5540868.jpg(21.6 Kb) · 5203566.jpg(56.3 Kb) · 9708562.jpg(59.3 Kb)
 
СфинксДата: Воскресенье, 31.12.2017, 08:16 | Сообщение # 28
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1404
Статус: Offline
Обращение редакции сайта "Бессмертный барак"


Дорогие друзья, подписчики, единомышленники!

В уходящие часы этого года мы говорим вам спасибо! Простое человеческое спасибо! Спасибо вам, что вы с нами. Спасибо, что пишете, комментируете. Спасибо за неравнодушие.

Мы очень хорошо знаем: самое дорогое — это понимание. Мы с вами друг друга понимаем.

И мы понимаем, что год был не из лучших. Будем честными. Слишком многое кажется тяжелым бредом и не укладывается в голове. Что это? Горячечный приступ предсмертного делирия? Агония? Слабоумие на государственном уровне или жесткий расчет? Один арест карельского историка и волонтера Юрия Дмитриева чего стоит.

Оправдание репрессий на государственном уровне стало обыденностью, только вдумайтесь. Вот хоть недавнее интервью главного современного чекиста. Он не оправдывается. Он гордится историей! Что? Вы кого-то оплакиваете?! Что? Убили, расстреляли? Ну, к войне же готовились, ну, подумаешь, перегибы в работе ОГПУ-НКВД на местах! Они всерьез, вслух, во весь голос говорят об объективной стороне дел! Сколько мы с вашей помощью дел тут за эти годы опубликовали и изучили? Чей дедушка, чья бабушка были убиты справедливо и осуждены объективно? Напишите нам, скорее. Ну? Не ваши?

Вот как вы думаете, только честно, они скрывают историю, или сознательно ее искажают?

Кто знает, когда и как им в очередной раз объективная сторона дел привидится. А наша цель — сделать так, чтобы ужасы не повторились.

ЧТОБЫ НЕ ПОВТОРИЛОСЬ!

Нельзя забыть невинно убитых, нельзя забыть пострадавших. Не только ради них. Ради наших детей, которые живут сейчас. И ради их детей, которые будут жить потом. От нас зависит, в каком мире они будут жить. И будут ли они жить вообще.

Для этого каждый день, сколько есть сил, мы, мы все, все вместе будем учить невыученные уроки нашей истории. Пожалуйста, не будем останавливаться. Будем помогать друг другу сохранить память. На государственном уровне ждать пока нечего. Кроме нас некому, понимаете?

Мы старались. За этот год нас стало в два раза больше. Сайт потяжелел в три раза и теперь содержит данные более чем о миллионе людей. Мы поработали над его защитой и улучшением. Это сейчас самая крупная общедоступная база документов, фотографий и воспоминаний по теме репрессий. Мы работали изо всех сил, участвовали в различных мероприятиях, начиная от презентаций фильмов и до открытия выставок, главное — мы старались помочь каждому, кто к нам обратился, с конкретными запросами. Нашу работу оценили: о нас писали разные СМИ, как в России, так и за рубежом.

Мы вместе делаем большое дело. Мы вместе пытаемся противостоять моде на насилие, которая уже наступила на наш хрупкий мир, на мир наших детей. Смотрите, мы вместе прожили этот непростой год. Наш сайт прожил его благодаря вам. Спасибо вам, спасибо каждому, вы сделали это возможным.

Тысячи людей смогли оставить крупицы своей семейной истории на нашем ресурсе. Были и те, кто обрел новых родственников или нашел наконец какие-то данные о пропавших. Но всё же. Времени мало, и все вокруг горит. Не будем отчаиваться. Будем просто работать дальше.

Дорогие!

Мы все, вся команда «Бессмертного барака» желаем прежде всего здоровья вам и вашим родным, близким и любимым. Пожалуйста, будьте счастливы! Мы желаем взаимопонимания и мира в семье и во всем остальном мире.

Спасибо вам!

Мы будем и дальше рады любой вашей помощи, советам, историям, присланным для публикации, комментариям, правкам, волонтерству, помощи деньгами, все это поможет существовать нашему общему проекту и дальше, и мы сможем делать это большое дело вместе.

Спасибо! Будьте счастливы!
С НОВЫМ ГОДОМ!

Ваша редакция проекта «Бессмертный барак» https://bessmertnybarak.ru/pamyatnik/
Прикрепления: 8204572.jpg(84.2 Kb)
 
СфинксДата: Пятница, 05.01.2018, 18:22 | Сообщение # 29
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1404
Статус: Offline
 
СфинксДата: Четверг, 11.01.2018, 11:38 | Сообщение # 30
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1404
Статус: Offline
КРАСНЫЙ ТЕРРОР



Многие ошибочно считают, что тема репрессий это исключительно сталинский период. Но это не так. Конечно, сталинские репрессии это кульминация террора. Но зверства и издевательства над обычными людьми начались именно с объявления красного террора, призыва к убийствам во имя устрашения, чтобы запугать население, убить на корню свободомыслие.

В конце 1919 года специальная комиссия, созданная генералом Деникиным, определила количество погибших от проводимого Советской властью террора только в период 1918—1919 годов в 1 766 188 человек, включая 260 000 солдат и 54 650 офицеров, около 1,5 тыс. священников, 815 тысяч крестьян, 193 тысяч рабочих, 59 тысяч полицейских, 13 тысяч помещиков и более 370 тысяч представителей интеллигенции и буржуазии.

Историк С. В. Волков, оценивая «красный террор» не в узком смысле — как расстрелы органами ВЧК по постановлению о красном терроре, а как всю репрессивную политику большевиков за 1917—1922 года, указывал, что число жертв красного террора при таком подходе оценивается до 2 млн человек. Историк указывал, что иногда называют и бо́льшие цифры, но в таких случаях к жертвам террора относят такого рода жертвы, как смерть от голода и болезней оставшихся без средств к существованию членов семей расстрелянных и тому подобное.

Для сравнения: в царской России с 1825 по 1905 годы по политическим преступлениям было вынесено 625 смертных приговоров, из которых только 191 были приведены в исполнение, а в революционные годы — с 1905 по 1917 год — было вынесено 5735 смертных приговоров по политическим преступлениям, считая приговоры военно-полевых судов, из которых приведён в исполнение 3741 приговор.

Красный террор в фотографиях https://bessmertnybarak.ru/article/krasnyy_terror_v_fotografiyakh/


Источник https://www.facebook.com/irina.bogdanovskaa/posts/1536761419726173:61
Прикрепления: 5801789.jpg(66.1 Kb)
 
Форум » ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО » ГРАЖДАНСКАЯ ПОЗИЦИЯ » БЕЗ СРОКА ДАВНОСТИ (О преступлениях сталинизма)
  • Страница 3 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES