Понедельник, 28.05.2018, 07:52

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 7 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • »
Форум » ПОДВИЖНИКИ ДУХА » СЕМЬЯ РЕРИХОВ » Ю.Н. РЕРИХ (Воспоминания, фото, видео-материалы.)
Ю.Н. РЕРИХ
ЮлияДата: Вторник, 28.07.2015, 13:50 | Сообщение # 61
Группа: Админ Общины
Сообщений: 4231
Статус: Offline

изменения в указания древних.

Монгольский караван, обслуживающий курлукского князя, окружил наш лагерь, и наши монголы помчались, чтобы поприветствовать своих соотечественников. Милиция попыталась предотвратить это, и страсти сильно накалились. Нам пришлось вмешаться, так что в итоге монголам разрешили поговорить с караванщиками. Они, кажется, из Курлука, с верблюдами, принадлежащими их князю, собирались в Лхасу, чтобы забрать обратно золотой манускрипт Канджур, заказанный несколько лет назад князем. Далай лама содержит отделение лам-копиистов, в чьи обязанности входит копировать священные тексты. Манускрипты Канджура, написанные золотом, очень дороги, и только несколько монастырей и богатые семейства из старинных родов обладают наборами золотых Канджуров. Страницы таких Канджуров неизменно окрашены черным или очень темно-синим цветом и состоят из нескольких листов бумаги, склеенных вместе. Буквы в них из толстого золота, и воры часто крадут страницы или даже целые тома, чтобы соскабливать его. Некоторые из этих манускриптов имеют исключительно прекрасные деревянные переплеты, с резными фигурами Будды и другими мотивами тибетского религиозного орнамента. Эти канджурские манускрипты важны для исследовательской текстов, так как многие из них датированы и показывают древнюю орфографию. Большие монастыри Ташилунпо и Лхасы обладают превосходными копиями манускриптов с датами и тонко вырезанными деревянными досками, которые служат переплетами.

Вне Тибета наборы манускриптов Канджура чрезвычайно редки. Насколько я знаю, ни одного золотого набора манускриптов не существует. Монгольский князь Курлука заказал золотую копию манускриптов Канджура из Лхасы и остался более чем на три года в Лхасе, чтобы контролировать работу.

Мы снова написали майору протест против действий милиции и потребовали письменного объяснения этого случая. Сначала майор сильно сопротивлялся, не желая давать письменные заявления, но наконец написал, что монголы, которые проходили через наш лагерь утром, были плохими людьми и что мы должны избегать говорить с ними. Если бы курлукский князь слышал это!

Перед рассветом 10 ноября термометр зарегистрировал -20°С, но в полдень показал +10°С. Снег таял, и большие лужи окружили палатки. Майор нанес нам неожиданный визит и принес важные новости о том, что он получил письмо от верховного комиссара Хора, извещающее, что получено письмо из Лхасы, сообщающее, что правительство рассматривает наш случай. Это было первое письмо от правительства, подтверждающее получение сообщения из Чу-на-кхе.

11 ноября был холодный ветреный день со снежными заносами. Тяжелые облака ползли по холмам, обещая ночью снегопад. Главный начальник области неожиданно возвратил наше письмо, адресованное Его Святейшеству Далай ламе, посланное нами 28 октября. Он рассказал странную и невероятную историю о том, что письмо было потеряно посыльным и что другой путешественник подобрал его. Мы потребовали послать письмо еще раз и наказать предыдущего посыльного за небрежность. Посыльный с письмом умчался в тот же самый день. Большой монгольский караван на верблюдах проследовал на север. Наши люди переговорили с караванщиками, которые оказались ламами из Баруна и Дзун дзасака в Восточном Цайдаме. По их словам их караван был задержан на двадцать один день в Нагчу. По лхасскому пути прошли слухи, что на севере Нагчу стоял иностранный генерал с большим кавалерийским подразделением. В Нагчу люди говорили о большом нойоне или князе, прибывшем из Китая.

Прибыл в лагерь один из монголов, отвечающий за лошадей, и сообщил, что еще четверо животных погибли. Мы решили привести оставшихся лошадей и мулов к лагерю и попробовать продать их путешественникам Нам пришлось купить еще войлока, чтобы защитить себя от ночного холода. Холод был настолько силен, что ночью в карауле невозможно было найти себе места, и защита лагеря была поручена местной милиции, которая благополучно выдерживала погоду. У всех наших монголов были сердечные приступы. Они негодовали на жестокое отношение тибетских властей, и становилось все труднее сдерживать их чувства. К вечеру еще один большой верблюжий караван проследовал к северу, длинная вереница нагруженных верблюдов с людьми, идущими перед животными. Унылый холодный вечер следовал за холодным днем, и снежные порывы секли лица и ветер ревел в горах.

12 ноября. Снег шел всю ночь, но день был теплый и ветреный. Лошадь, мул и два верблюда умерли в течение ночи. Чтобы защитить оставшихся от холода, мы купили еще войлок и покрыли им дрожащих животных. Лошади и мулы представляли собой скелеты с длинными гривами и жесткой длинной шерстью.

13 ноября. Снегопад принес изменение в погоде и температуре. День был теплым и туманным, и плотная завеса скрыла окружающие горы Майор нанес нам еще один визит, и мы долго беседовали о ситуации. Он осмотрел животных каравана и нашел их в ужасном состоянии, многие из них были обречены. Он внезапно понял безнадежное положение каравана и согласился послать другого посыльного в Нагчу, чтобы убедить губернаторов постараться быстрее получить ответ из Лхасы. Мы имели достаточно тибетского гостеприимства. Мы вспомнили, что слышали о том, как несколько месяцев назад тибетский караван был задержан на несколько дней по приказу китайских властей. Тибетцы были разъярены и протестовали против такой задержки.

14 ноября. Облачное утро с серыми облаками, плывущими с юго-запада. В полдень необычно сильный снегопад полностью похоронил лагерь, что привело к большому количеству смертных случаев среди караванных животных. Лагерь был теперь окружен трупами лошадей, мулов и верблюдов. Вороны и большие стаи собак обгладывали их. Каждое утро приходилось далеко оттаскивать новый труп животного, умершего в течение ночи.

15 ноября. Тяжелый снегопад продолжался всю ночь, и утром мы едва могли перемещаться по лагерю. Снег необходимо было отгребать от входов в палатки, чтобы обитатели смогли выйти. Верблюды, связанные вьючной веревкой, были полностью захоронены под снегом и отказались подниматься. Это было плохим признаком и означало, что животные будут вскоре мертвы.

Голодные мулы начали есть войлочные покрытия и хвосты друг друга.

16 ноября. Профессор Рерих заболел и должен был остаться в постели. Доктор также страдал от слабости сердца. Я написал еще письмо к майору, проинформировав его, что мы решили идти в Нагчу без задержки, поскольку дальнейшее ожидание причинит невосполнимый вред. Майор теперь старался избегать наш лагерь, отговариваясь тем, что он занят местными вопросами.

Местные старшины посоветовали нам отвести оставшихся верблюдов в Цомра, место в окрестностях Нагчу, где курлукский князь содержит своих верблюдов. По их словам, снегопады не были там столь сильными, и старой травы могло быть в достаточном количестве. Два мула и один верблюд замерзли в течение дня.

17 ноября. Ночной снегопад добавил еще дискомфорта, а теплое утро растопило снег. Воздух был сырой, и большие лужи быстро покрывали землю в лагере. Профессор Рерих все еще страдал от холода, и его состояние начинало беспокоить. Я направил посыльного к майору восемь раз, требуя, чтобы он прибыл, но он не появлялся, и наши служащие сказали, что видели его пьяным и неспособным говорить. Проходящие путешественники сообщили о тяжелом снегопаде в Шанг-шунгских горах. На Шанг-шунгском перевале снег достигает почти до седла, и всадники были не в состоянии пересечь перевал. Местные кочевники потеряли большую часть своего рогатого скота, и несколько семейств, находившихся в окрестностях, пытались переместить свои стоянки дальше на север.

18 ноября. Холодный ясный день последовал за унылыми днями и ночами со снегопадами. Термометр зарегистрировал -35°С утром, и низкие температуры преобладали в течение дня. Посыльный добрался до Чу-на-кхе с сообщением, что письмо из Лхасы должно было прибыть через четыре дня. Профессор Рерих все еще болел, отношение майора вызывало значительное раздражение среди служащих нашего лагеря.

19 ноября. Солнечный яркий день. Ранним утром умерла одна из самых лучших лошадей. Бедное животное долго билось в агонии, а голодные собаки сидели вокруг нее в ожидании конца. У монгола, который ездил на этой лошади, разрывалось сердце, он держал в руках голову умирающего животного до тех пор, пока не наступил конец.

В полдень майор возвратил наши письма Его Святейшеству Далай ламе и полковнику Бейли и несколько телеграмм в Нью-Йорк, которые были посланы для передачи через Лхасу в Индию.

Губернаторы Нагчу написали, что они неспособны отправить эти письма в Лхасу из-за тяжелого снегопада на Шанг-шунгском перевале. Солдат, который ушел в Нагчу, чтобы купить зерно для животных, возвратился с провизией. Ему удалось закупить только два маленьких мешка зерна и один мешок плохой муки. Бедные караванные животные должны голодать. У нас было немного зерна, или цампы, и животных приходилось кормить чурой, или тибетским молочным сыром, и сухим чаем, который еще можно было найти у местных жителей. Большинство верблюдов были отправлены в Цомра, и только два лучших остались с нами. Чтобы хорошо сохранить их, пришлось распарывать верблюжьи седла и кормить их соломой, которой были набиты седельные подушки.

20 ноября. Холодные дни с морозными ночами, в течение которых термометр зарегистрировал до -40°С. Земля сильно промерзла, а растаявший снег превратился в толстый слой льда, который затруднял движение.

22 ноября. За холодным безветренным утром последовал ветреный день. Юго-западный ветер обычно начинался после полудня и непрерывно дул до заката. Было невозможно оставаться долго снаружи, а внутренность палаток была слишком промерзшей.

Полковник страдал от общего расстройства. Он остался в постели, и мы волновались за его состояние. Майор нанес свой ежедневный визит и сообщил мне, что, согласно тантрическому ламе, который теперь находится с ним в его лагере, письмо от правительства прибудет очень скоро и что мы не должны волноваться. Он сообщил мне, что он помнит, как видел мадам Девид Ноэль в Джекундо, но откровенно признался, что ничего не знает о генерале Перейра, который был там примерно в это же время.
На следующий день сильный ветер дул с самого утра и термометр зарегистрировал -25°С. Ничего не было известно о посыльном, который, как говорили, находился на пути в Лхасу. Некоторые из милиционеров провели целый день, наблюдая за дорогой. Расспрашивали каждого вновь прибывающего из Нагчу, но все были в полном неведении относительно какого-либо посланника или письма на дороге. Еще две лошади замерзли и несколько других были на грани гибели. Мулы скитались около лагеря в поисках пищи и поедали все, что находили на земле. У одного из погонщиков мулов пропал его ремень, а другой нашел съеденной свою меховую шапку. Возможности желудков мулов просто замечательны.

К вечеру мороз усилился, но ветер стих, и ночь была холодной, но тихой. Вечером я зашел в милицейскую палатку и увидел, что люди спят, сидя на голой земле. Это было чудо, что они не замерзали до смерти в своих рваных шубах из овчины.

24 ноября. Утро было одно из самых холодных, которое мы испытали, термометр зарегистрировал -45°С. Серый иноходец тибетского проводника был найден мертвым в снегу. Стаи голодных собак становились опасны и нападали на людей за лагерем. В этот день они убили трех овец. Милиционеры держали их на расстоянии, бросая камни, но без особых результатов. Собаки рассеивались и сразу же собирались снова в другом месте. Ночью мы едва могли спать из-за непрерывных завываний и лая. Собаки даже влезали в палатки и крали провизию. Местные жители считали, что необычный снегопад был наказанием, посланным Тибету за странное поведение правительства по отношению к нам.

25 ноября. Снова морозный день с температурой – 25°С. Утром мы провели собрание всех европейских членов экспедиции, и было решено попробовать получить разрешение пересечь Тибет к Индии восточным или западным путем через Шигадзе. Послали человека к майору, который


Гори, свети и освещай.
 
ЮлияДата: Вторник, 28.07.2015, 13:56 | Сообщение # 62
Группа: Админ Общины
Сообщений: 4231
Статус: Offline

прибыл сразу, очень встревоженный нашим решением начать южный путь. После длительной беседы он согласился сообщить наше намерение губернаторам Нагчу и просить их спешно запросить Лхасу.

26 ноября. Снова остро холодный день. Температура понизилась до -55°С, и утром мы обнаружили, что коньяк замерз во флягах. Интенсивный мороз вызвал поломку наших инструментов и часов, поскольку их пружины были неспособны выдержать такой холод.

Чтобы сохранить тепло ночью, мы должны были спать в тяжелых меховых мешках и покрываться дополнительными меховыми одеялами. При пробуждении утром мы обычно обнаруживали внешнее одеяло полностью замороженным и образовавшим что-то вроде купола над лагерной постелью. Не могло быть и речи о том, чтобы подняться прежде, чем солнце немного прогреет воздух.

Даже после этого процесс одевания (а мы снимали только верхние меховые пальто и верхние меховые сапоги) был болезненной операцией. Руки и ноги немели и отказывались повиноваться.

Каждое утро можно было видеть одинокие фигуры наших коллег, бродящих вокруг своих палаток в бесполезной попытке согреться.

Большие высоты усилили холод, и было едва возможно делать какую-либо работу.

Несмотря на эти затруднения, наши монголы выказали прекрасный дух и не жаловались. Людям приходилось проводить большую часть дня в холодной палатке. Чтобы согреться, они должны были бродить вокруг лагеря и при этом непрерывно читали молитвы.

Было жалко видеть эти тихие фигуры, медленно двигающиеся вокруг. Их лица стали истощенными, с особенно обострившимися чертами, ввалившиеся же глаза приобрели специфический вид, который присущ людям, находящимся при смерти.

В результате несоответствующего питания цинга стала почти повальной среди наших местных спутников, а в конце нашей задержки даже появилась и среди европейского персонала. В целом европейцы показали лучшую сопротивляемость. Несколько монголов страдали от ослабления сердечной деятельности, и их руки и ноги сильно опухли. Они едва могли двигаться и создавали бесконечные причины для беспокойства.

Майор сдержал свое обещание, и посыльный выехал в Нагчу. Чтобы показать тибетцам, что наше намерение отправляться серьезно, мы начали восстанавливать седла и приспосабливать грузы. Хорп наблюдали за всеми этими процессами с большим интересом, и можно было слышать их замечания типа: "Конечно, они могут уйти в Шигадзе. Что делает Дева-шунг?"

27 ноября. Мы провели тихий день. Каждодневная программа наших занятий была ужасно однообразная. Мы поднимались рано, вскоре после рассвета. После завтрака мы все работали в лагере, кормили животных, восстанавливали палатки и писали письма различным чиновникам. Время от времени, чтобы согреться, последнее занятие прерывалось прогулками вверх и вниз по лагерю. Около полудня майор наносил свой ежедневный визит, и мы обычно тратили по несколько часов на переговоры. Вечером мы снова ходили по лагерю или писали в палатках. Было почти невозможно пользоваться пишущей машинкой. Пальцы примерзали к клавишам, и приходилось одевать перчатки. На закате каждый возвращался в свою палатку, чтобы провести ночь в меховом мешке.

Вечером 27 ноября необычное волнение в тибетском лагере указало на прибытие двух посланников от верховного комиссара Хора. Майор прислал сообщение, что он приедет рано на следующий день с письмами от верховного комиссара.

28 ноября. Майор прибыл около полудня и принес письмо от верховного комиссара. После обычных вежливых фраз верховный комиссар извинился за то, что не послал наши письма к Его Святейшеству Далай ламе и полковнику Ф.М. Бейли. Два письма он возвратил. Он также сообщал, что правительственный ответ будет передан через губернаторов Нагчу и с этого времени мы должны обращаться непосредственно к ним. Верховный комиссар, очевидно, пытался избежать ответственности и был не способен дать определенный ответ от правительства. Я был уверен в этом.

Письмо было составлено в таких неясных выражениях, что становилось понятным, что верховный комиссар не способен принять какое-либо четкое решение. Любое постановление тибетского правительства излагалось в такой же манере, и чиновник, к которому оно было адресовано, не мог разобраться о реальных намерениях авторов. Последовав совету верховного комиссара, мы отправили посыльного губернаторам с сообщением, что решили двигаться в Нагчу и провести с ними переговоры о нашем дальнейшем маршруте в Индию.

Поздно вечером лама Риг-дзин прибыл с двумя верблюдами из Цомра и сообщил, что пять других умерли, а оставшиеся двенадцать не способны двигаться и уже несколько дней не поднимаются. Так пришел конец нашему верблюжьему каравану. Сорок прекрасных верблюдов погибли и только четыре остались живы. В Цомра находилось около сотни верблюдов, принадлежащих монголам, и большинство из них были в ужасном состоянии. В Цомра прошли сильные снегопады, и заносы, как сообщалось, распространились далеко на юг и достигли монастыря Ра-денг на южных склонах Шанг-шунга. Из-за этого груженые животные не могли перейти перевал Шанг-шунг и только государственные посыльные поддерживали связь с Лхасой.

29 ноября. Утром обнаружились новые потери животных. Один мул был найден мертвым, а другой пропал. Несколько человек пошли его искать, но нашли также мертвым, засыпанным снегом у подножья холма. В остальном день прошел спокойно.

30 ноября – облачный день с сильным юго-западным ветром. К полудню ветер стих, и до вечера было безветренно и солнечно. Голубин и лама Кхе- дуп пошли на стойбище кочевников, которое находилось милях в трех от лагеря, чтобы купить масло и мех. Охранники оказались в затруднительном положении и попросили нас не ходить. Местным кочевникам было строго приказано не продавать продовольствие, и те сильно опасались майора и его солдат. Голубин и Кхе-дуп возвратились к вечеру с небольшим количеством масла и тибетского сыра. Голубин сообщил, что стойбища окружены остовами мертвых яков и овец и что собаки мешали подойти к стойбищам.

1-3 декабря. В течение этих дней погода была более теплой. О новых снегопадах на перевалах не сообщалось, и груженые животные, как говорили, уже могли пересечь Шанг-шунг по хорошо утоптанной снежной тропе. Несмотря на долгожданные новости, что путь к Лхасе открыт и что караваны и группы паломников успешно пересекают перевалы, ответа от правительства не последовало, и мало вероятно, что он когда-либо мог появиться. Таможенный чиновник, размещавшийся в Чу-на-кхе, поехал в Нагчу, чтобы решить с губернаторами вопрос о нашем прибытии туда.

4 декабря. Солнечный день. Юго-западный ветер сдул снег с западных склонов холмов. Но на северных и восточных он оставался все еще очень глубоким. Был тибетский праздник. Майор и солдаты пьянствовали с раннего утра. Хорп принес для продажи горошину мускуса по непомерной цене в сорок китайских долларов. Правительство запрещает охоту, и цены на мех и мускус были потому очень высоки.

7 декабря. Из Нагчу прибыл солдат и возвратил наши письма, адресованные губернаторам, нераспечатанными! Губернаторы отказались пересылать письмо полковнику Бейли и даже имели наглость вернуть назад адресованное им письмо нераспечатанным.

Очевидно, майор был прав, что губернаторы – трудные люди. Один из торговцев говорил, что "верховный комиссар Хора – человек благородного происхождения с приятными манерами и речью, но губернаторы Нагчу-выскочки". Их такое поведение, кроме того, что оно было нецивилизованным, оказалось очень странным, и мы написали по этому поводу длинный протест и послали его верховному комиссару Хора.

8 декабря, 9, 10, и 11. Посыльный с нашим письмом уехал рано утром. Местное население осудило своевольные действия губернаторов. Следующие несколько дней были потрачены в интенсивных попытках убедить майора переместить лагерь в Бьиру гомпа, зимнюю штаб-квартиру верховного комиссара. На месте легче получить разрешение на передвижение по его территории.

На больших высотах, как было отмечено, очень трудно
поддерживать строгую дисциплину среди людей, они становятся агрессивными. И хотя наши люди показали необычайное мужество и терпение, все же начали сдавать к концу вынужденной задержки.

Однажды ко мне в палатку пришел один из монголов и сообщил низким голосом, едва способным скрыть волнение: "Господин, наши сабли сами собой становятся все более и более острыми! Если вы не примете меры, произойдет кровопролитие!" Существует поверие среди монголов и тибетцев, что ножи и сабли внезапно заостряются перед сражением или ссорой. Я понял опасность и пошел к палатке служащих. Люди сидели вокруг очага и некоторые исследовали лезвия своих сабель, другие возбужденно что-то обсуждали. При расспросах оказалось, что двое из них поспорили несколько дней назад из-за дополнительной чашки чая, и конфликт остался неразрешенным. Вчера люди обнаружили, что их сабли внезапно стали более острыми, и сегодня этот процесс самообострения продолжался. Атмосфера была напряженная, и лишь немногие более спокойные головы решили сообщить о происходящем. Мы забрали все ножи и сабли в свои палатки на то время, пока напряжение не спадет. Последние три недели, предшествующие нашему освобождению, были особенно изнурительны из-за скрытого волнения среди людей, и нам приходилось быть чрезвычайно осторожными, чтобы не вызвать ссоры или среди наших спутников, или с местным населением.

12 декабря. Майор прибыл опять в полдень, и мы долго беседовали. Опять та же история, которую мы слышали ежедневно, начиная с начала вынужденной задержки: "Не могу разрешить вам идти дальше до получения ответа от правительства". "Но если некоторые из нас умрут, оставленные на произвол судьбы, или получат серьезную болезнь, кто будет тогда отвечать?

Правительство Тибета думает о возможных осложнениях?" На все эти вопросы майор отвечал сожалеющим взглядом и говорил, что, вероятно, правительство сделало его козлом отпущения, что тибетские лук-со, или традиции, трудны и жестоки, что тибетцы унаследовали много плохих качеств от своих предков, великанши-людоедки и обезьяны. Тибетцы легко говорят о своих плохих чертах и обычно находят объяснение этому в мифологической истории происхождения народа. Обезьяна и великанша-людоедка повинны в большинстве их плохих качеств. Профессор Рерих решил переместить лагерь к Шаругонскому монастырю бон-по, место, как говорили, хорошо защищенное от ветров.

13 декабря. Была послана разведка в сторону Шаругонского монастыря, чтобы найти подходящее место для лагеря. Мы не собирались останавливаться в монастыре и выбрали плоскую площадку на берегу маленького ручья, впадающего в реку Чу-на-кхе. Высокий гранитный отрог защищал место от юго-западных ветров. Узкая горная долина, находившаяся к югу, поднималась к ущелью, через которое проходила дорога в Нагчу.

15 декабря. Очень холодное утро с пронизывающим ветром. Река возле лагеря неожиданно вздулась подо льдом и на большом участке разлилась. Майор появился необычно рано, около семи утра, и сообщил, что уезжает в Нагчу посоветоваться с губернаторами. Мы согласились с ним, но тем временем решили перенести лагерь в Шаругон и ждать там возвращения майора. Майор сказал, что едет по собственному желанию и что не имеет на этот счет никаких инструкций от правительства.
16 декабря. Очевидно, что-то происходит, "что-то", что скрывается от нас. Старшина, который сопровождал нас от Шенгди до Чу-на-кхе, прибыл в лагерь и сообщил, что получил приказ сопровождать майора в Нагчу. Около полудня майор, старшина и наш тибетский проводник из Урги уехали. Оставшийся день был проведен в укладке грузов. В течение следующего дня мы переносили лагерь в Шаругон.
17 декабря. Потребовалось семьдесят яков для транспортировки нашего лагеря и багажа в Шаругон. Некоторые из животных были настолько дикими, что сбрасывали грузы и убегали к холмам. Много поклажи было сильно повреждено. Нам не удалось переправить весь багаж за один день, и Голубин с двумя монголами остались, чтобы на следующий день перевезти оставшиеся грузы.

На пути к Шаругону снега не было. После двухчасовой поездки мы достигли монастыря. Не было и речи о том, чтобы разбить лагерь на монастырском дворе или занять две холодные и сырые комнаты на втором


Гори, свети и освещай.
 
ЮлияДата: Вторник, 28.07.2015, 14:04 | Сообщение # 63
Группа: Админ Общины
Сообщений: 4231
Статус: Offline

этаже ду-кханга. Мы установили палатки на том месте, которое я выбрал два дня назад. Новый лагерь вытянули в одну линию, чтобы избежать скоплений и оставить свободным проход. Вблизи от лагеря находились развалины старой каменной лачуги, которая была раньше собственностью богатого семейства кочевников.

Главный лама монастыря нанес нам визит и принес немного молока. Он сообщил, что монахи не возражают против нашего пребывания в монастыре, но против размещения там майора. По словам старика, майор был плохой человек, и местные божества будут, вероятно, ему вредить.

18 декабря. Ночь стояла тихая, и было приятно отдохнуть в защищенном месте после сильных ветров Чу-на-кхе, которые не давали спать своим ужасным шумом в палатках. В полдень прибыл Голубин с остальным багажом. Он рассказал забавную историю о крысе, которая жила в моей палатке и была всегда источником дискомфорта. После демонтажа палаток Голубин увидел крысу, мчащуюся по лагерю в поиске защиты. Она скоро исчезла, вероятно нашла укромное место. Каково же было наше изумление, когда нашли ее, сидящей между седлом и горбом верблюда! Животное привыкло перемещаться с тибетскими лагерями, а теперь оно присоединилось к нашему каравану.

19 декабря. Солнечный и теплый день, но утро перед рассветом было резко холодным. Узкое ущелье, в котором наш лагерь был расположен, было окружено со всех сторон высокими горными хребтами, и солнце появлялось только около девяти часов. До этого времени лагерь был погружен во тьму. Небо над гребнем горы сразу освещалось золотисто-желтым светом, а несколько мгновений спустя первые лучи солнца освещали монастырь. В монастыре затрубили в раковину, и ламы начинали свои каждодневные занятия. Мы всегда с нетерпением ждали этого момента, приносившего тепло и позволявшего нам начать работу по лагерю. До того, как солнце появлялось над вершиной хребта, холод был настолько силен, что невозможно было что-либо делать. Руки примерзали к металлическим предметам, и даже чай не мог согреть нас. Перепады температуры были очень замечательны – около полудня было +20°С на солнце, а после заката температура падала до -25°- 30°С.

Солдат прибыл от монастыря и попросил нашего доктора посетить жену майора, которая в течение нескольких прошлых дней страдала от холода. Мы нашли молодую женщину сидящей в грязной монастырской келье, сырой и холодной, с открытыми окном и дверью. Доктор обнаружил у нее пневмонию. Женщина была обречена, и единственное, что могло бы ее спасти, – переезд на небольшую высоту и в лучший климат. На высоте почти 16000 футов пневмония была смертельна, и ничем помочь было нельзя.

Наш доктор дал некоторые лекарства, чтобы немного облегчить страдания, но не было никакого шанса на ее выздоровление.

В течение нашего пребывания в Шаругоне я договорился с главным ламой монастыря исследовать Канджур и Танджур бон-по, найденные в монастырской библиотеке.

Богатый лама бон-по, который жил выше в ущелье, посетил наш лагерь и очень хотел поторговать с нами. Мы поэтому послали Голубина в его лагерь, и тот вернулся с некоторым количеством баранины, масла, и, что было более важно, свежего молока.

20 декабря. Неожиданно из Нагчу возвратились тибетские и таможенные чиновники. Они передали приглашение от губернаторов посетить их, которое предоставлялось профессору Рериху, г-же Рерих и мне. Остальные члены экспедиции должны были ожидать результатов переговоров. Мы ответили, что экспедиция не может быть разделена и что мы можем перейти в Нагчу только вместе с остальными европейскими сотрудниками. Письмо с такими условиями посылалось губернаторам, чтобы поставить на место наши отношения.
21 декабря. После ветреного дня с легким снегом последовала теплая ночь. Доктор нанес еще один визит жене майора, которой стало хуже.
Наш тибетский проводник передал сообщение от губернаторов, в котором они выражали желание помочь нам на пути к Индии. Они очень удивлены отсутствием какого-либо ответа из Лхасы. В Нагчу были получены новости, что экспедиция Филчнера была блокирована в снегах где-то на пути к Намру или Нагтшанг.

22 декабря. Солдат прибыл от Бьиру гомпа и возвратил все наши письма и телеграммы, адресованные полковнику Ф.М. Бейли и в Нью-Йорк. Верховный комиссар также сказал в оправдание, что путь к Лхасе был перекрыт снегами, и посыльные не могли преодолеть перевал. Верховный комиссар, услышав о нашей трудной ситуации, послал нам два мешка муки, четыре мешка цампы и десять маленьких мешков зерна для животных. Солдат сообщил нам, что никакие письма от правительства в Бьиру гомпа получены не были, и что чиновник чувствовал большое беспокойство из-за нашего дела.

25, 26 декабря. Прошедшие три ночи были исключительно холодными, и температура понижалась до -35°С. Дни были ветреные, и колючий снег вынудил нас находиться в палатках. В полдень 26 декабря в Шаругон неожиданно возвратился майор и прислал посыльного в наш лагерь с известием, что он хотел бы завтра иметь длительную беседу.

27 декабря. Снова сильный холод всю ночь. День был ясный, но холодный, и было невозможно согреться. Мы потеряли еще две лошади. Одна из них была, вероятно, отравлена тибетским сыром плохого качества.

Майор посетил лагерь в полдень и сообщил, что губернаторы не в состоянии разрешить целой экспедиции посетить Нагчу, и они решили приехать и повидать нас в Шаругоне. Новое письмо со срочным запросом предоставить решение послано в Лхасу. По словам майора, ситуация в Нагчу была очень трудной. Население района страдало от голода и большинство рогатого скота замерзло. Маленький мешок муки (около двадцати фунтов) продавался за двадцать нгу-сангов. Бревно для дров стоит один нгу-санг.

28 декабря. Холодный и облачный день. Ранним утром Голубин поехал, чтобы купить баранины и зерна для лошадей. Он скоро возвратился с одним мешком зерна и тремя овцами, которых ему удалось купить с большим трудом. Местные хорпы сообщили ему, что майор снова запретил всю торговлю с нами. В полдень ситуация стала еще более трудной, и все местные старшины прибыли в лагерь и сообщили, что они больше не могут поставлять нам зерно и цампу. С этого времени нам придется либо оказаться перед опасностью голода, либо пытаться убедить губернаторов Нагчу разрешить нам переместиться в Нагчу. Я ответил, что их дело – поставлять нам нужное количество зерна и что в случае, если не будут способны делать это, то должны обратиться в правительство за указаниями. Мы стремились идти на юг и с удовольствием бы отправились, но в таком случае местные старшины были бы привлечены к ответственности. Эти слова возымели влияние на них, и старшины, наконец, согласились продолжать снабжать нас зерном и цампой. Они попросили, однако, чтобы мы настояли, чтобы губернаторы дали нам разрешение путешествовать в южном направлении.

29 декабря. Наш доктор снова навестил жену майора. Она была вне всякой надежды на выздоровление. Старшины хорпов по некоторым причинам снова отказались снабжать нас достаточным количеством продовольствия. Часовые были посланы во все соседние стоянки, чтобы запретить жителям продажу нам продовольствия. Мы отправили разведывательный отряд, который был вооружен, как мера предосторожности, с целью исследовать ситуацию и попытаться получить необходимое. Каждый раз, когда отряд подъезжал к стоянке, сторожевой убегал и оставлял проход свободным. Стало ясно, что местное население только для вида следует указаниям старшин. У меня была резкая беседа с солдатом и местными старшинами. Мы послали письмо верховному комиссару, заявляя, что его постановления не выполняются и что население открыто восстает против майора и его солдат. После горячего обсуждения старшины согласились продолжать поставку нам продуктов и разрешать местному населению торговать с нами. Майор также обещал уладить ситуацию.

31 декабря. Ранним утром мы выпустили другой вооруженный отряд, чтобы выяснить, возымели ли вчерашние беседы какой-либо результат. Мы обнаружили, что местное население стремится торговать, и смогли купить мясо и масло. Местный старшина прибыл, чтобы принести извинения, и проинформировал нас, что запрещение на торговлю было отменено майором. Сегодня был восемьдесят седьмой день нашей принудительной задержки и последний день трудного года.

Январь, 1, 3, 1928. Слухи принесли известие, что губернаторы находятся на пути в Шаругон и что заказываются лошади, которые должны ждать их прибытия на почтовых станциях между Чу-на-кхе и Нагчу. Было беспрецедентно, что губернаторы оставляли Нагчу, чтобы вести переговоры с иностранцами, и было невозможно сказать, что заставило их прибыть.

Жена майора была в критическом состоянии, но упрямо отказывалась следовать инструкциям доктора.

Майор и его солдаты быстро теряли контроль над местными кочевниками, и мы заметили большое количество вооруженных соплеменников около монастыря. Местное население было, очевидно, утомлено необходимостью поставки нам продовольствия и посещениями майора и его солдат, которые получали все припасы бесплатно.





Прикрепления: 3219265.jpg(43.9 Kb) · 2360320.jpg(40.9 Kb)


Гори, свети и освещай.
 
СонатаДата: Воскресенье, 16.08.2015, 12:47 | Сообщение # 64
Группа: Заблокированные
Сообщений: 4182
Замечания: 0%
Статус: Offline
НАТАЛИЯ ЖУКОВА

ЗВЕЗДА ВЫСОТ

16 августа — Памятный День Юрия Николаевича Рериха (1902–1960)




…Как Луна следует звёздным путём, так нужно следовать за мудрым, знающим и многоучёным, многоперенёсшим, благочестивым, благородным…[1]
Дхаммапада. (Сборник изречений Будды Шакьямуни)


Высоко в горах, у кромки вечных снегов, расцветает Эдельвейс — «серебряная звезда Высот» — цветок отваги, цветок победителей…
16 августа, в Памятный День Юрия Николаевича Рериха, вспомним этот горный цветок — символ мужества, стойкости, любви и преданности, символ Высот Духа… Все эти качества явил в полной мере Юрий Николаевич.
Один из четырёх членов Великой семьи Рерихов, Ученик Великого Владыки, старший сын и помощник Николая Константиновича Рериха — Посланника Гималайского Братства — он при жизни оставался как бы в тени. Но достижения его были очень значительны.
Великий полководец и отважный воин в прошлом, в этом воплощении он проявился как блестящий учёный-востоковед, лингвист, историк и археолог, глубокий знаток Буддизма, собиравший сокровища Знания всю жизнь.

В многогранной личности Юрия Николаевича гармонично сочетались глубокие знания и высокие нравственные качества. И «как человек он был даже более велик, чем как учёный», — отзывались о нём современники. Путь жизни и научные достижения Юрия Николаевича Рериха достаточно подробно описаны, поэтому остановимся лишь на некоторых его человеческих качествах.

* * *

«...Разносторонность в знаниях сына при большой даровитости — совершенно исключительное явление...»[2], — писала о старшем сыне Юрии Елена Ивановна Рерих. «Большая радость слушать его зрелые и широкие суждения. Работает и поразительно много успевает сделать, это, конечно, благодаря замечательной систематичности в работе, которую он унаследовал от отца»[3].
Помимо синтеза знаний, Елена Ивановна отмечала чистоту сердца Юрия Николаевича: «Удивительно, как люди тянутся к нему и доверяют ему»[4]. «...Ценю его бодрый дух»[5].

Святослав Николаевич Рерих вспоминал о своём брате, как человеке необыкновенной духовной гармонии, «исключительной чистоты и честности», помимо науки «посвятившего себя служению ближним»; «Всегда отзывчивый, добрый, заботливый, и в то же время мужественный и сильный»[6].

Учение Живой Этики советует говорить по сознанию, применяя канон «Господом твоим». Это непростое искусство требует при общении с людьми отрешения от себя и вмещения сознания собеседника, понимания его интересов. Этим искусством блестяще владел Юрий Николаевич.

Обладая огромной эрудицией, владея 27-ю западными и восточными языками и наречиями, он никогда не подчёркивал своих знаний, не гордился ими, всегда был прост, добр и человечен в общении с самыми разными людьми. И эти его качества, как магнит, притягивали к нему сердца…

Центрально-Азиатская экспедиция Николая Рериха не дала бы тех блестящих научных результатов, если бы не знание Юрием Николаевичем местных наречий и — самое главное! — не его человечность, которую чувствовали и кочевники-тибетцы, и крестьяне-староверы, и губернаторы местных провинций, и министры, и выдающиеся учёные Европы и Америки. Он умел дружелюбно общаться со всеми, и люди доверяли ему.
Как радостно воскликнула старушка из Алтайского села Верхний Уймон, когда ей показали фотографию Рериха: «Он, он! С ним сын Юра был! Хорошие люди, мало у нас побыли, много добра сделали!» И рассказала, как во время пребывания на Алтае Юрий Рерих носил местную рубашку-косоворотку, был добр и приветлив с жителями села. В Монголии, где Юрий Николаевич бывал во время Центрально-Азиатской и Манчжурской экспедиций, а в конце 50-х годов — на Международном конгрессе учёных-востоковедов, его принимал за своего, за монгола, тем более, что он говорил на монгольском без малейшего акцента.

Когда Юрий Николаевич в августе 1957 года вернулся на Родину, в Советский союз, его ясный облик, простота в общении и сердечность вызвали искреннюю симпатию Никиты Сергеевича Хрущёва. И благодаря тёплому дружескому отношению главы государства и его поддержке, он смог так много сделать для ознакомления нашего народа с творчеством своего великого Отца. Юрий Николаевич привёз тогда из Индии около 500 картин Н.К.Рериха, уникальную библиотеку редких рукописей и книг, и многие другие ценности из Наследия его родителей.

* * *

Юрию Николаевичу было свойственно поэтическое восприятие мира. «Он был поэтом в душе», — говорили о нём[7].
Удивительно многоцветны и поэтичны описания природы в его книге «По тропам Срединной Азии». «Много дней мы пересекали сухую безводную каменистую равнину, наблюдая величественные закаты. Иногда весь пейзаж погружался в глубокий фиолетовый туман, а затем неожиданно вспыхивал красными и пурпурными цветами заката. Ещё несколько мгновений интенсивного сияния, и окружающее растворялось в темноте ночи»[8].


Н.К.Рерих. Гора. (Гималаи). 1936 (1937). Аллахабадский муниципальный музей. Индия


«Солнце прогрело воздух, наши души оттаяли». «Могучие хребты, дремавшие под пологом густой фиолетовой дымки, внезапно осветились восходящим солнцем; скалы заиграли красными, малиновыми и фиолетовыми красками, а пески пустыни у их подножия вспыхнули ярко-красным и золотистым огнём». «...Вскоре мы вышли на песчаную равнину южнее озера, тёмно-синее зеркало которого сияло в белой оправе соляных берегов»[9].

* * *

Юрий Николаевич был на высокой духовной ступени. Те, кому посчастливилось встречаться с ним, чувствовали это. Безусловно, он владел, так называемыми, сиддхами — то есть, особыми духовными способностями — мог читать мысли собеседника, мог мысленным приказом укротить ярость зверя или человека, мог изгнать одержателя… И этому были свидетели. Но Юрий Николаевич никогда не упоминал об этом — чуткие понимали без слов…

Младшая дочь Рихарда Яковлевича Рудзитиса Илзе Рихардовна вспоминала:
«В Учении сказано: «Агни Йог входит в жизнь незамеченным...»[10] Юрий Николаевич… действительно был «восточным» человеком и никогда не говорил о сокровенном или говорил так просто, как будто незаметно, что можно было услышать это, а можно было и пропустить. По словам учёного, «восточные люди очень боятся произнести сокровенное. Лучше даже солгут, чем предадут»[11].

«Однажды, когда Юрий Николаевич выходил из выставочного зала, к нему подошла женщина и задала вопрос: «Существует ли Шамбала?» На что Юрий Николаевич, посмотрев женщине в глаза, после некоторого молчания ответил: «Да, я сам там был»[12]

«У Юрия Николаевича была удивительная внутренняя подвижность, можно сказать, он имел «орлиный глаз», — в сочетании с большим спокойствием и гармонией», «всё его существо излучало особую энергию, неисчерпаемую внутреннюю силу, вместе с особым обаянием и чуткостью»[13].

«Он легко мог воспринимать наши мысли и мысли других», «прекрасно чувствовал излучения людей». «Однажды он почувствовал, что к нему поднимались люди, но не позвонив, вернулись… Оказалось, что двое из Риги поднялись к нему, но в последний момент постеснялись его тревожить и вернулись обратно»[14].

«У всех людей, которые общались с ним… в его присутствии растворялись любые волнения, напряжённость, застенчивость и пр., и человек начинал чувствовать себя особенно хорошо, как будто наравне с ним. Это поистине признак великого человека, вмещающего людей независимо от их возраста, образования, уровня культуры, национальности, религиозной принадлежности». «Несмотря на свой высокий интеллектуальный уровень, он не выставлял свои знания напоказ. Все получали от него духовную теплоту и внутреннюю радость»[15].

На Родине Юрий Николаевич щедро делился знаниями с молодыми студентами, аспирантами и разрешал пользоваться своей богатой библиотекой, которая содержала огромное количество редких восточных рукописей и ксилографов. По словам Святослава Николаевича, «он мечтал передать им всё, что им было накоплено. Его светлая жизнь — пример молодым, идущим на смену»[16].
В конце 50-х годов Юрий Николаевич хотел переехать работать в Сибирское отделение Академии Наук.

В эти краткие годы его жизни на Родине приезжали к нему и почитатели творчества его Отца и Матери, сотрудники, уже в то время бывших, Рериховских Обществ Латвии, Литвы, Эстонии, чтобы побеседовать с ним, задать многие вопросы.

Так называемая «Памятка другу и члену Общества» содержит советы изучающим Учение Живой Этики, записанные со слов Юрия Николаевича сотрудницей Рериховского Общества Литвы Бируте Валушите, в конце 50-х годов.
Прикрепления: 6672411.jpg(16.6 Kb) · 5548476.jpg(26.4 Kb)


Слушающий свое сердце услышит и сердца друзей.

Сообщение отредактировал Соната - Воскресенье, 16.08.2015, 12:55
 
СонатаДата: Воскресенье, 16.08.2015, 12:49 | Сообщение # 65
Группа: Заблокированные
Сообщений: 4182
Замечания: 0%
Статус: Offline
ПАМЯТКА ДРУГУ И ЧЛЕНУ ОБЩЕСТВА


1.Надо забыть всё прошлое, не надо думать о причинённых тебе обидах. Лишь бы можно было сотрудничать. Также и народ должен забыть о своих прошлых обидах. Будущее светло, надо всё ему принести.

2.Надо перекинуть мост в будущее, не надо оглядываться назад. Если ты совершил ошибку, подумай, как надо было поступить и в следующий раз так и поступай. Не надо жалеть прошлого. Изменяются отношения, изменяется и аура.

3.Каждый день для развития мышления надо брать какой-нибудь вопрос и рассматривать его со всех сторон и сопоставлять с другими вопросами. Советовать это и другим.

4.Надо изучать психическую энергию, наблюдать за её выявлениями. Записывать.

5.Надо следить, чтобы каждое действие, даже малейшее, было сознательно. Если я беру книгу или протягиваю руку, — чтобы это происходило сознательно.

6.Надо построить свой внутренний устав или правила поведения, чтобы знать, чем руководствоваться.

7.Живая Этика — норма поведения, приложенная к жизни.

8.Выбери себе несколько раз в день время для молчания духа, в безмолвии откроем сердце Указу Владыки, иногда своими желаниями мы заглушаем голос Учителя.

9.Если случайно является новая мысль, новое настроение, переживание, надо записать, потом конкретно явится ответ жизни. Особенно внимательным надо быть к повторным мыслям.

10.Вечером надо продумать, что сегодня сделал по Учению. Не то, что уже по твоей натуре согласно с Учением, но то, что ты по Учению совершил наперекор своей натуре.

11.Самое главное — выдержка во всём. Мы многое хорошее начинаем, но не кончаем.

12.Когда человек начинает заниматься Учением, происходит будто сгущение теней. У каждого выявляются сильнее его плохие качества. Также, когда вспахивают землю, появляются сорняки. Происходит переоценка. Потому надо знать свой путь и обрести терпение.

13.Самая сердечная беседа — это с глазу на глаз. Так любят беседовать на Востоке. Не надо читать вместе, но отдельно, потом делиться.

14.Требовать, приказывать другому не надо, но высказать так, чтобы другой понял. Найти такую формулу, которую другой принял бы.

15.Убедить личным примером.

16.Важно подобрать слова, чтобы не увеличивать самость другого. А то вместо помощи можно ухудшить дело.

17.Кто руководит, должен иметь чуткость, чтобы видеть, хватит ли у другого огня и сил для дальнейшего развития.
Каждый приходящий приносит свою ношу — Карму, прежде чем приобщить, надо узнавать, кто он.

18.Что же делать? Принимая во внимание теперешние условия, возможности, старайся говорить на понятном языке. Надо путём науки, искусства, морали воздействовать на окружающее и поднимать энтузиазм и героизм. Надо во всём и всегда поддерживать энтузиазм, если он направлен на общее благо.

19.Западные философы говорят высокие слова, но живут обыденной жизнью. А от того Запад не преуспевает. Напротив, Восток сразу применяет в жизни. .

20.Вряд ли западным путём можно освободиться от своих ошибок. Запад советует раскаяние, но это — цепь. Восток же не думает об ошибках, но сразу, всем существом, старается жить так, как надо.

* * *

В «Гранях Агни Йоги» говорится: «Где мысль, там и мы…»[17]. В Памятные Дни вспоминая о наших Старших, мы в духе объединяемся с ними. Наталия Дмитриевна Спирина так писала об этом: «Думая и любя кого-то, устремляясь к нему, мы встречаемся с ним особым образом в не явном по-земному, но реальном мире, мире реализации наших скрытых возможностей.

Для описания этого в наших словарях не имеется нужных слов, и нам, при упоминании о таких действах, приходится рассчитывать на понимание поверх словесных определений.
В Живой Этике сказано: «Надо готовиться к непосредственному Общению»[18]. Шаг к нему — в понимании значения подобных встреч»[19].

В этот Памятный День устремимся сердцем к Звезде Духа Юрия Николаевича Рериха, негасимо сияющей на Высотах! Пусть будет он с нами всегда!

Наталия СПИРИНА

Жизнь земная есть место утрат —
Всё течёт, как меж пальцев вода;
Но горит Путевая Звезда,
И стремленье не знает преград,
Поднимая над пылью земной
Сердце, полное этой Звездой[20].

Н.Жукова. 9 августа 2015 г.
Новосибирск, nzh@mail.ru .

Примечания:

1.Дхаммапада / Перевод с пали, введение и комментарии В.Н. Топорова. Ответственный редактор Ю.Н.Рерих. — М., 1960.
2. Рерих Е.И. Письма в Америку. Т. 4. — М., 1999. — С. 447.
3. Рерих Е.И. Письма. Т. 1. — М., 1999. — С. 386.
4. Рерих Е.И. Письма в Америку. Т. 3. — М., 1996. — С. 389, 333.
5. Рерих Е.И. Письма. Т. 2. — М., 2000. — С. 54.
6. Цит. по: Юшков А., Юшкова Н. «Убедить личным примером». Светлой памяти Ю.Н.Рериха // На Восходе: Издание Сибирского Рериховского Общества. — Новосибирск, 2002, № 9.
7. Слова ученицы Ю.Н.Рериха, тибетолога, сотрудницы Института востоковедения АН СССР В.С.Дылыковой // Там же.
8. Рерих Ю.Н. По тропам Срединной Азии. — Хабаровск, 1982. — С. 245.
9. Там же.
10. Агни Йога, 187.
11. Рудзите И.Р. Пример жизни Юрия Николаевича Рериха как Агни Йога // Воспоминания о Ю.Н.Рерихе: Сборник. — Новосибирск: Сибирское Рериховское Общество, 1994.
12. Там же.
13. Там же.
14. Там же.
15. Там же.
16. Цит. по: Юшков А., Юшкова Н. «Убедить личным примером». Светлой памяти Ю.Н.Рериха // На Восходе: Издание Сибирского Рериховского Общества. — Новосибирск, 2002, № 9.
17. Грани Агни Йоги XI, 820.
18. Мир Огненный II, 236.
19. Спирина Н.Д. Вступительное Слово на Всесоюзной общественно-научной конференции, посвященной 160-летию со дня рождения и 100-летию со дня ухода Е.П.Блаватской. 9–11 августа 1991 г. // Спирина Н.Д. Отблески–1991. — Новосибирск–Екатеринбург, 1997.
20. Спирина Н.Д. Капли: Сборник стихов. — Новосибирск, 2010. — С. 338.

15.08.2015. АВТОР: Наталия Жукова


Слушающий свое сердце услышит и сердца друзей.
 
СонатаДата: Понедельник, 17.08.2015, 11:44 | Сообщение # 66
Группа: Заблокированные
Сообщений: 4182
Замечания: 0%
Статус: Offline
АЛЕКСАНДР ПЯТИГОРСКИЙ О ЮРИИ РЕРИХЕ



Слушающий свое сердце услышит и сердца друзей.
 
ЮлияДата: Среда, 02.09.2015, 16:18 | Сообщение # 67
Группа: Админ Общины
Сообщений: 4231
Статус: Offline

Рихард РУДЗИТИС

ВСТРЕЧИ С ЮРИЕМ РЕРИХОМ


1957
1958
1959
1960



1957


…Нас, по-восточному приветствуя, принимает Сын своего Отца. Изумляет его удивительная простота, скромность, сердечность и человечность, чувствуется: с ним можно мгновенно близко подружиться.

28 августа

Конечно, Город Будущего и Музей надо строить на «чистой земле» - на Алтае. Там будущий Центр. Надо смотреть на Восток, а не на Запад.

Я спросил о судьбе некоторых стран. Юрий ответил, что государства – это живые организмы, они рождаются, достигают расцвета и затем умирают.

Первой будто бы может погибнуть Англия. Уже теперь английская молодежь не учится.

Америка резко катится вниз. В ней во всём сдвиги к тёмному. Панический страх перед русскими.

После ухода Е.И. он получил, к примеру, из Харбина «отчаянное» письмо от Абрамова: «Что же мы будем делать, Е.И. больше нет, мы – сироты». Он ответил: «Вы были офицером армии, а так малодушно рассуждаете».

2 сентября, в 4 часа

«У русских грубость соединена с подвигом. Связь подвига с культурой ещё не утвердилась в сознании».
В основе смысла русского слова «подвиг» - жертвенность, такого понятия в других языках нет.

Восстание в Венгрии руководилось главным образом из-за рубежа. Если бы оно не было остановлено, то началась бы третья мировая война.

На Украине было движение бандеровцев, подстрекаемых греко-католическими священниками, целью его было отделение от России.

«Искусство облагородит людей».

15 сентября

Во времена Петра Первого из Швеции приехал Рерих (Roerich) – шведский генерал. Он сражался с русскими у Шлиссельбургской крепости. Затем у него произошел конфликт с начальством, ибо отказался уничтожить какую-то церковь: «С Богом не воюю». Пётр его пригласил на службу в Россию. Он поехал в Кострому, где ему дали поместье. Некоторые из предков переселились в Балтийские страны.

Я спросил: «Последняя война будет за истинное Учение?» - «Это будет борьба Нового Мира со старым».

Какой-то индийский ясновидящий сказал: «Если Америка начнёт войну, то это будет ее концом».

20 сентября

После Е.И. продолжения Учения не будет.



Гори, свети и освещай.
 
ЮлияДата: Пятница, 09.10.2015, 12:35 | Сообщение # 68
Группа: Админ Общины
Сообщений: 4231
Статус: Offline


ПИСЬМА ЮРИЯ РЕРИХА БРАТУ

Дарджилинг, 31 мая 1928
Дорогой Света,
Радовались получить твою телеграмму. Пишу тебе краткую записку, пользуясь случаем послать с верным человеком.
Подробности нашей экспедиции не пишу, узнаешь при личном свидании. Ждем осенью. Прошу тебя посмотреть, чтобы Гейтнер полностью выслал мне книги, которые я ему заказал...
Сейчас живем на старом месте в Хиллсайде. Полковник Кордашевский/1/ и доктор Рябинин/2/ на днях уезжают в Калькутту. Я остаюсь на лето в Дарджилинге, где буду работать над дневниками экспедиции. Думаю издать в 1929 году.
О трудностях пути ты знаешь из нашей телеграммы в Нью-Йорк. Сейчас все нуждаются в отдыхе. Напиши, когда получишь это письмо. Пожалуйста, зайди к Пеллио и передай ему мой привет, также к Бако/3/. Пришли фотографии твоих новых работ.
Мама очень устала от дороги, крепко тебя целует.
Достань для меня через Жоржа/4/: Глазунов «Служба Генерального Штаба», а также новые французские книги по боевой службе конницы. Книги эти привези с собою.
Твой Ю. Рерих

___________
Письмо написано по окончании Центральноазиатской экспедиции, в Дарджилинге, куда караван прибыл из Тибета в мае 1928 года.
1. Кордашевский Николай Викторович (1877-1945), полковник Русской армии, участник Тибетского этапа экспедиции Н.К. Рериха.
2. Рябинин Константин Николаевич (1877-1955), врач, участник Тибетской экспедиции Н.К. Рериха.
3. Синолог Поль Пеллио и тибетолог Жак Бако — известные французские ученые, учителя Юрия Рериха в период его обучения в Париже.
4. Шклявер Георгий Гаврилович (ум. 1970), друг Юрия Рериха; юрист, профессор Парижского университета, секретарь Общества им. Н.К. Рериха во Франции.

~~~~~~~~~~

Нью-Йорк, 28 июня 1929
Дорогой брат!
Были рады получить от тебя весточку. Надеюсь, ты с пользой проводишь время на юге Франции и найдешь там всё, что ожидал.
Из наших телеграмм ты знаешь общий ход событий здесь. В «Мастер-билдинге»/1/ был большой прием в честь профессора Рериха. Присутствовало около 400 человек. По этому случаю Чарльз Крейн/2/ был председателем. 23 июня мы поехали в Вашингтон, а 24 июня встретились с президентом Соединенных Штатов/3/. Президент очень интересовался результатами нашей экспедиции. Он принял одну из картин профессора Рериха. Мы приготовили наши первые бумаги, и важные люди уделяют внимание этому делу. В Вашингтоне я видел Пелла. Он был исключительно дружелюбен, и я съезжу к нему на несколько дней.
Здание оборудуется. Мы испытывали трудности с освещением в Музее. Окна слишком узкие, и свет неравномерно распределяется по стенам. Экспериментируем почти каждый день. Картины придется повесить с наклоном, чтобы избежать отражения в стекле. Комнаты Музея недостаточно большие, а потолки слишком низкие. Есть некоторые трудности со звукопроницаемостью полов в Школе. Архитекторы забыли оставить для них необходимое пространство. Нам придется амортизировать сталь или сделать безобразные пороги в дверях Школы. Архитекторы уделяют зданию слишком мало внимания. В квартирах в некоторых стенных шкафах есть электрический свет, а в некоторых нет. Арендная плата хорошая, а Холл/5/ очень способный служащий. Наша квартира на 22-м этаже. У профессора Рериха две комнаты, у тебя три, а у меня одна, которую я буду использовать и как кабинет, и как спальню. Пожалуйста, напиши нам о мебели. Я сам купил письменный стол и кушетку, но с креслами решил подождать твоего ответа. Лекционное турне было плохо спланировано, и мне придется искать какие-то другие способы заработать деньги.
Сегодня я собираюсь в Бостон и Гарвард и посмотрю, что можно там сделать. Пожалуйста, напиши нам, как идут дела в Париже.
Очень важно, чтобы картины профессора Рериха вернулись в Люксембургский музей.
Всегда твой Ю.Рерих

____________
Письмо написано во время пребывания Юрия Рериха вместе с отцом в Нью-Йорке в 1929-30 гг. В это время брат Святослав находился во Франции. Оригинал письма на английском языке, перевод О.В. Альбедиля.
1. Мастер Билдинг, или Дом Учителя — название 29-этажного небоскреба в Нью- Йорке, где размещался Музей Николая Рериха и ряд культурных учреждений, созданных художником. Несколько этажей сдавались в наем под жилье известным деятелям культуры и творческой интеллигенции.
2. Крейн Чарльз (1858-1939), американский государственный и общественный деятель, крупный меценат.
3. Гувер Герберт (1874-1964), президент США (1929-1933), поддерживал деятельность Музея Рериха в Нью-Йорке.
4. Пелл, один из американских друзей Юрия Рериха. Впоследствии принимал участие в работе Американо-Русской Культурной Ассоциации (АРКА), основанной сотрудниками Н.К. Рериха в Америке в начале 1940-х годов.
5. Холл, управляющий хозяйственными делами Музея Рериха в Нью-Йорке. В 1931 году ушел из Музея в связи с конфликтной ситуацией.

(Архив Музея Николая Рериха, Нью-Йорк. Автографы, машинопись)

Прикрепления: 4702316.jpg(84.7 Kb)


Гори, свети и освещай.
 
СонатаДата: Четверг, 29.10.2015, 08:55 | Сообщение # 69
Группа: Заблокированные
Сообщений: 4182
Замечания: 0%
Статус: Offline
Сказание о Гэсэр Хане.

По материалам статьи Ю.Н. Рериха «Сказание о царе Кэсаре Лингском».

Ю.Н. Рерих, «Тибет и Центральная Азия», статьи, лекции , переводы. Самара, 1999




Н.К. Рерих "Гесер-хан" В этом кратком очерке мы постараемся проследить за мыслью Рериха – востоковеда, буддолога в его анализе знаменитого эпоса Востока о Гэсэр Хане.
При этом помня, что Юрий Николаевич был не просто буддологом, но буддистом. И не просто буддистом, а человеком, которому были доступны Сокровенные Знания; с которым беседовали высокие ламы и который знал многое. Но в своей статье он использовал исключительно общепризнанные научные методы исследований.
Конечно, многое осталось за рамками статьи Юрия Николаевича. Но расставлены вехи и указан путь будущим исследователям. Ведь Юрий Рерих прекрасно понимал, что приближается время, когда знание, обогащенное духовностью, позволит человечеству прикоснуться к Тайнам Бытия, так мудро сокрытым древними до времени в символах, легендах, эпосе.

Почему мы обратились именно к теме Гэсэр Хана?
Во время Центрально-Азиатской экспедиции Рерихам неоднократно приходилось наблюдать неослабевающий интерес народов Монголии и Тибета к личности Гэсэр Хана.
На стоянках, у костра бывалыми путниками пересказывались фрагменты этого объемного эпоса; встречались храмы и святилища, посвященные Гэсэр Хану; символические знаки на скалах и т.д.

О Гэсэр Хане говорили, как о реально существующей личности. Восток ждал его прихода и освобождения народов от зла и несправедливости.

Понимающие люди видели знаки его скорого приближения. О них шепотом, со значением рассказывали встречные путники.

***
Статья Ю.Н. Рериха называется «Сказание о Царе Кэсаре Лингском».

Сразу же следует отметить, что имя Гэсэр употребляется в монгольских версиях эпоса. В тибетских же звучит «Кэсар».
Ряд исследователей, в том числе и Юрий Рерих, придерживаются мнения, что имя «Кэсар» представляет собой монголо-тибетскую транскрипцию римского титула «цезарь», а некоторые исследователи даже полагают, что Гэсэр (Кэсар) может быть даже династическим титулом.

Существование титула «цезарь» в качестве заимствованного слова в центрально-азиатских языках засвидетельствовано в ряде древних иранских, сакских, тибетских рукописей.

Так что же представляет собой эпос о Гэсэр Хане в характеристике Юрия Николаевича Рериха?

Это героическая сага Тибета и Монголии, частично известная западным исследователям в многочисленных версиях. Ввиду труднодоступности Тибетского нагорья, а также из-за недостатка необходимых лингвистических знаний было невозможно проведение полного сравнительного анализа всех версий, который мог бы осветить историю его происхождения и датировку.
В ряде европейских и американских научных библиотек имелись записи отдельных глав нескольких версий эпоса.

Большинство версий было записано с устного пересказа и долго бытовало мнение, что эпос существует только в устной и рукописной форме. Долго отрицалось существование печатной версии. Однако позднее стало известно, что существует 3-х томное издание эпоса о Кэсаре, напечатанное в Лхасе.

Таким образом, эпос в Тибете и Монголии существует в устной, рукописной и печатной форме.

Известны следующие тибетские версии эпоса: западная, северная, северо-восточная, восточная (или камская).

Эпос существует среди племен банаков («черных палаток») в районе Кукунора; среди многочисленных племен голоков и хорпа.
Тибетская версия существует среди шара-уйгуров Наньшаня.
Эпос известен по всему кочевническому поясу великого Тибетского нагорья, среди кочевых племен Сиккима, Бутана, во всем Западном Тибете (Кайлас, Лахул, Ладак и др.)

Эпос популярен среди племен хорпов, исповедующих древнюю религию бон. Юрий Николаевич упоминает что сам видел очень красивую рукопись в 16-ти томах у одного вождя хорпов.

В каждом районе его рассказывают на местном диалекте, но тема эпоса, основные эпизоды из жизни царя Кэсара остаются неизменными.

Естественно, отмечаются большие различия в деталях, которые часто вводятся из местного фольклора и племенных сказаний.
Рукописные версии написаны языком и стилем, восходящим к добуддийскому периоду.

Язык устных версий по стилю приближается к повседневному разговорному с определенными архаизмами.

Устные версии выросли из рукописных, значительно увеличились в объеме, обогатились деталями, отсутствующими в рукописных версиях.

Язык печатных версий наиболее близок к классическому тибетскому языку.

Юрий Николаевич предлагает следующую схему стадий развития эпоса о Кэсаре.

1. Примитивный героический эпос, сложившийся среди тангутских и тибетских племен северо-востока в добуддийский период.

2. Рукописные версии эпоса с доминирующими буддийскими элементами.

3. Печатная сокращенная версия эпоса, отредактированная ламами в Каме.

4. Устные версии эпоса, сильно окрашенные местным фольклором.

Все тибетские версии состоят из прозы и обширных поэтических фрагментов. Ю.Н. Рерих делает предположение, что исходный эпос о Кэсаре состоял из поэтических частей.

Имя царя Кэсара связано со страной Линг в северо-восточном Тибете. Об этом говорит язык эпоса и названия местностей, упомянутых в тексте. Нынешний вождь Линга считает себя потомком царя Кэсара.

Монгольская версия эпоса существует в напечатанном виде и в многочисленных рукописных вариантах. Напечатан эпос был в 1716 г. (18 в.) в Пекине по приказу императора Канси.

Все монгольские версии имеют тибетское происхождение, т.е. были переведены с тибетского оригинала.

Существует также западно-бурятская версия эпоса.

В современном Тибете существует традиция, согласно которой Кэсар является историческим персонажем.

В основе эпоса лежат исторические события, уводящие нас в далекое прошлое великих кочевых империй Центральной Азии. По убеждению кочевников Кама и Хора – эпос не создание одного поэта, а поэтическая запись о древних войнах, проходивших в прошлом

Прежде, чем дать краткое содержание эпоса, необходимо сказать несколько слов о сказителях-рапсодах, в чьей среде он сохранился, и которые приняли на себя роль жрецов и заклинателей царя
Кэсара.

окончание на стр 8
Прикрепления: 9122725.jpg(5.3 Kb)


Слушающий свое сердце услышит и сердца друзей.

Сообщение отредактировал Соната - Четверг, 29.10.2015, 08:59
 
СонатаДата: Четверг, 29.10.2015, 08:55 | Сообщение # 70
Группа: Заблокированные
Сообщений: 4182
Замечания: 0%
Статус: Offline
окончание. Начало на стр. 7 №70

Кроме профессиональных странствующих сказителей, отличающихся особой одеждой, встречаются и обычные люди, мужчины и женщины, поющие или читающие эпос нараспев.
Декламация эпоса занимает от 3-х до 10-ти дней. Профессиональные сказители часто импровизируют, знают эпос наизусть и поют часто в состоянии своеобразного транса.
Непрофессионалы читают по рукописи, редко знают наизусть отдельные главы, чаще – только фрагменты.
Странствующие сказители отличаются особой одеждой. На голове они носят высокую остроконечную шапку с красными отворотами, украшенную изображениями Солнца и Луны и одеты в белый тибетский халат. Следует отметить белый цвет одежды – цвет ритуальных украшений у бонских жрецов и заклинателей. Сказители имеют при себе красочную танку с жизнеописанием царя Кэсара и стрелу, украшенную церемониальными шарфами, которой они указывают на сцены танки во время исполнения эпоса.
Некоторых особо знаменитых сказителей сопровождает группа учеников, изучающих искусство пения и декламации эпоса.
Очень часто сказитель эпоса известен как заклинатель.
Среди голоков и хорпа на северо-востоке Тибета эпос читают во время погребальных церемоний. Перед таким чтением готовят ровную площадку и посыпают ее ячменной мукой. Слушатели и сказитель садятся вокруг площадки. Чтение продолжается несколько дней. Часто на площадке появляются следы копыт и люди верят, что это следы могучего боевого коня Кэсара, вызванного сказителем.

***
Теперь - о содержании знаменитого эпоса.
Боги отправляют Кэсара на землю для борьбы со злом. Во многих версиях Кэсар считается сыном бога Индры по имени Дончук, что соответствует санскритскому Сиддхарта.
Падмасамбхава отправляется в царство нагов в поисках девушки – нагини, которая могла бы стать матерью царя Кэсара.
Перед тем, как сойти в Линг, будущий царь Кэсар просит богов дать ему боевого коня, которого не может одолеть смерть, магическое седло, шлем, меч, кольчугу, лук со стрелами и двух воинов, которые сопровождали и помогали ему.
Рожден был Кэсар от непорочного зачатия.
Тогдашний царь Линга знал о древнем предсказании, что с пришествием Кэсара его собственная власть кончится. Потому он решает погубить новорожденного. Но все попытки оказываются безуспешными. Тогда царь изгоняет мать с младенцем из страны.
В изгнании к Кэсару в видении является Гуру Падмасамбхава и убеждает его бороться за царствование в Линге и жениться на прекрасной Другмо (Бругмо или Бругуме по восточно-тибетской версии). Что Кэсар выполняет и становится царем Линга. В ту пору страна Линг платила дань людьми царю демонов – людоедов. Этих демонов и суждено было победить Кэсару.
Во время отсутствия Кэсара царь хорпов Кюркар нападает на Линг, увозит все богатства и красавицу - жену Кэсара.
Кэсар возвращается и побеждает царя хоров.
Затем боги посылают его воевать против Сатама, царя страны Цзанг.
Затем следует повествование о войне с царством Тазиг (тибетская транскрипция названия «таджик»).
Одного за другим он уничтожает всех своих врагов. Боги помогают ему в этом советами и указами.
Да и сам Кэсар обладает мощными магическими силами.
По возвращении в Линг Кэсар предается созерцанию, чтобы спасти души многочисленных живых существ, убитых им.
Страшная эпидемия поразила китайцев и заболел император Китая. Один Кэсар может вылечить императора и его приглашают в Китай. Он прерывает свое созерцание, отправляется в Китай, исцеляет императора и женится на его дочери.
И здесь следует отметить удивительную связь тибетского эпоса с китайской историей.
Герой тибетского кочевого эпоса Кэсар идентифицируется с Гуань-ди, героем знаменитого и самого широко читаемого китайского романа «Троецарствие».
Этот Гуань-ди был генералом на службе у основателя династии Шу-Хань (III в.). Он был обожествлен китайцами, а император минской династии возвел его в ранг Великого Императора (16-17 вв.). Именно тогда появляется первая печатная монгольская версия о Кэсаре.
В манчжурский период популярность Гуань-ди еще более возросла и он был провозглашен военным защитником династии Цин и ему было высказано особое почтение (19 в.). Было велено почитать Гуань-ди наравне с самим Конфуцием. Во всех городах ему были построены храмы и места почитания. По всей империи в его честь ежемесячно, в особые дни исполнялись особые службы.
Кроме того, анализ тибетских версий и реальных исторических событий позволил Юрию Николаевичу сделать вывод о многочисленных параллелях с историей тибетского царя Сонгценгампо (6-7 вв.).
Таким образом, налицо поздняя идентификация исторических персон с Кэсаром (вспомним предположение, что Кэсар это не имя, а династический титул), а также не исключено добавление к первоначальным главам эпоса более поздних исторических событий.
Эпос о Кэсаре Лингском исторически многослоен, делает вывод Ю.Н. Рерих.

***
В заключение несколько слов об обычаях, связанных с царем Кэсаром. В племенах шара-уйгуров или хоров встречаются названия селения по именам хорских героев эпоса.
Белая полоса, нашиваемая на палатки шара-уйгуров, символизирует удар меча царя Кэсара.
Если кто-либо подъезжает к палатке шара-уйгуров на гнедом коне, то коня привязывают головой от палатки. Так делают, чтобы избежать опасности от боевого коня Кэсара.
Также среди шара-уйгуров есть версия эпоса, в которой царь Кэсар представлен как опасный и коварный враг.
«Так память о старых племенных войнах между тибетскими и тюркскими племенами еще жива и является источником постоянного племенного антагонизма», - пишет Ю.Н. Рерих.
В Каме существует служба и подношения в честь царя Кэсара.
В Амдо можно услышать утверждение, что сам Цзонхава, тибетский реформатор, был когда-то жрецом царя Кэсара Лингского.
Во всех деревнях Ладака весной проводится праздник Кэсара и мужское население упражняется в стрельбе из лука. Во время этого праздника поют особые песни, называемые «песнями Линга», в которых упоминаются эпизоды из эпоса.
Встречаются многочисленные глиняные и бронзовые изображения Кэсара – Гуань-ди, сидящего на троне в западной манере, т.е. со спущенными ногами.
В Лхасе, в Урге (теперь Улан-Батор), во многих местах Внутренней Монголии и китайско-тибетского пограничья имеются храмы Гэсэр-сумэ или Гуань-ди-мяо.
В Монголии, в некоторых монастырях исполняют особую мистерию, посвященную Гэсэру.
В Лхасе, за Поталой проводятся конные соревнования, где воины, одетые в старинные тибетские доспехи изображают воинов царя Кэсара.
Остатки многих древних памятников, разбросанных по всему Тибету, считаются принадлежащими эпохе Кэсара.
В заключение своей статьи Юрий Николаевич подчеркивает, что есть необходимость ускорить изучение эпоса о Кэсаре, т.к .давление современной цивилизации вынуждает носителей древней традиции уходить в глубину их гор и сказители, хорошо знающие эпос о Кэсаре, встречаются все реже.

***
Таким образом, в своей статье Ю.Н. Рерих рассмотрел историю последовательного изучения Гэсэриады западными учеными, включил свои собственные наблюдения и находки, систематизировал, обобщил, сделал выводы и приложил к статье прекрасную библиографию изданий по этому вопросу.
Это сделал Рерих – ученый.
А Рерих – буддист всю жизнь восхищался героем Кэсаром и картина отца «Гэсэр-хан» была любимой его картиной.
Что-то знал Рерих – буддист и о чем-то умолчал Рерих – ученый, ограниченный рамками жанра научной статьи.
Вот так духовность обогащает знания и ведет неутомимого исследователя по кем-то и когда-то расставленным на пространстве истории вехам.

Рериховские Чтения. Государственный музей искусств им. А. Кастеева, г. Алматы, Республики Казахстан. Август 2002 г.
Материал подготовлен Глущенко Л.И.


http:/ /www.roerich.kz/shurnal/texts/geserkhan1.htm


Слушающий свое сердце услышит и сердца друзей.

Сообщение отредактировал Соната - Четверг, 29.10.2015, 09:04
 
Форум » ПОДВИЖНИКИ ДУХА » СЕМЬЯ РЕРИХОВ » Ю.Н. РЕРИХ (Воспоминания, фото, видео-материалы.)
  • Страница 7 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • »
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES