Понедельник, 06.07.2020, 23:31

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

                                                                                                            

                                                                                                            

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 11 из 11
  • «
  • 1
  • 2
  • 9
  • 10
  • 11
Форум » ПОДВИЖНИКИ ДУХА » Е. П. БЛАВАТСКАЯ » ПИСЬМА ДРУЗЬЯМ И СОТРУДНИКАМ (Е.П. БЛАВАТСКАЯ)
ПИСЬМА ДРУЗЬЯМ И СОТРУДНИКАМ
МилаДата: Воскресенье, 05.01.2020, 22:35 | Сообщение # 101
Группа: Админ Общины
Сообщений: 10295
Статус: Offline
Письмо 3

31 декабря 1888 г.

Милая и добрая г-жа Лемэтр, самая теософская из всех моих друзей!

Позвольте мне называть вас другом, ибо незави­симо от того, станете ли вы эзотериком, останетесь ли в Теософском Обществе, хотите ли вы быть моим другом или нет, я — ваш преданный друг, вер­ный вам до самой смерти.

Почему? Постарайтесь понять, опираясь на свою интуицию. Я очень хорошо вас узнала; я увидела Камиллу Лемэтр во всей наготе ее души, ее сердца, и этого для меня достаточно. Если бы мы имели у себя в Теософском Обществе десяток теософов, подобных вам, то мы покорили бы весь мир, и мно­жество разбитых сердец обрело бы утешение, и мно­гие невольные материалисты прозрели бы и смогли бы ясно видеть во тьме.

Ах, как долго размышляла я над вашим прекрас­ным письмом, которое вы позволили мне перевести и опубликовать и которое вот-вот появится в январ­ском номере журнала «Lucifer»! Размышляла ночи напролет и нашла-таки некую тропинку, скорее даже щель, которая, как бы узка она еще ни была, по­может пробиться лучу света во мраке и хаосе, царя­щих среди теософов Франции. Вы ведь помните ваше письмо? То самое, где вы излагали свои идеи — ваши с Драмаром идеи о том, как лучше вести про­паганду во Франции: посредством литературы, воро­хами распространяемой во Франции среди простых людей, среди бедноты, нуждающейся в утешении и поддержке.

Что ж, полагаю, я нашла этот способ. Я говори­ла вам о г-не Арнолде. Кажется, я рассказывала вам, что он вступил в Эзотерическую Секцию, что это — бедная, страдающая душа, человек, который, когда умерла его жена, решил, что для него все кончено?

Некоторое время назад он написал мне простран­ное письмо — настоящую исповедь. Послание это сокровенно, и я не могу о нем рассказывать, но ду­маю, что мне удалось его утешить, показав ему Ис­тину — ту, что ведет к высшему утешению, ибо только в любви к человечеству можно вновь обрес­ти всю ту любовь, которую считаешь утраченной на­всегда. Думаю, он на правильном пути, уверена в этом.

Недавно (недели две назад) я написала ему в пись­ме, что я в отчаянии при виде того, что во Франции становится все тяжелее и тяжелее что-либо сделать. «Lotus» мы для себя потеряли, «Initiation», между на­ми говоря, никуда не годится: целый список дел! У Папюса нет священного огня; он любопытен и, бо­юсь, не из тех, кто обладает широким сердцем. В конце концов я заговорила с ним о необходимости иметь свой журнал, наш собственный орган — ульт­ратеософский орган, чье направление стало бы серд­цем и душою теософии: все во имя блага других, и никакому эгоистическому элементу не позволялось бы проникнуть в него.

Папюс с восторгом воспринял эту идею. Но что мы можем сделать? Папюс вынужден трудиться, что­бы заработать себе на жизнь, как и остальные из нас. Чтобы обеспечить существование журнала, по­требовался бы капитал, по меньшей мере, в четыре тысячи франков в год. Я подумала о небольшой ком­пании вроде нашей — об обществе по работе с до­кументами. Пообещала изыскать здесь две тысячи франков, а может быть, и больше. Написала графи­не д'Адемар — американке, которая происходит из простонародья, несмотря на богатство ее отца, жен­щине, которая может претендовать на принадлеж­ность к аристократии исключительно благодаря име­ни своего супруга. Ранее она хотела предоставить не­большую субсидию журналу «Lotus», но Габорио в резкой форме отказался и ни за что не захотел при­нимать ее. Я возлагаю на графиню большие надеж­ды. Арнолд поедет на встречу с ней, и я надеюсь, что они поладят друг с другом.

У меня тут в Париже есть три-четыре американ­ца, принадлежащих к Эзотерической Секции; они сделают что смогут. Но Арнолд пишет мне, что при всех его благих намерениях и готовности руководить журналом так, как я ему укажу, он не знает англий­ского, а больше всего потребуются именно перево­ды: глав из «Тайной Доктрины», материалов из жур­налов «Lucifer» и «Path».

Кто мог бы этим заняться? Арнолду нужен по­мощник. Кто-то, знающий, что нужно людям, и уме­ющий подбирать лучшие статьи. И я подумала о вас. Вы бы согласились протянуть нам руку помощи, да­бы воплотить эту мечту, которая ведь является ва­шей? Ибо я хочу, чтобы журналом действительно руководили бы вы, то есть я буду руководить Арнол-дом и майором К., а вы будете направлять меня, и клянусь вам, я буду делать все, что вы мне скаже­те, поскольку вы-то знаете вашу Францию, а я ее не знаю вовсе. Скажите мне, пойдете ли вы на это? Рассказывая Арнолду о вас, я показала ему ваше письмо (ту его часть, которая будет опубликована в журнале «Lucifer»), я неспособна на еще большую неучтивость, и посмотрите, что он о вас пишет. Он думает, что вы испытываете к нему антипатию. Но вы же писали мне прямо противоположное.

Милый друг, Арнолд — достойный и благородный человек, вы это увидите, когда познакомитесь с ним поближе. Он пострадал при Наполеоне III, пробыл в ссылке целых девять лет и сражался за простой народ. Вместе с Арнолдом и с его помощью вы могли бы привнести в Общество социалистический эле­мент. Это можно устроить, сделав так, чтобы жур­нал печатал Малон (только ни в коем случае не Карр!) В конце концов, если вы согласитесь, я все это препоручу вам. Арнолд хочет вам написать, позвольте ему — и увидите, что он вам скажет.

А теперь будь что будет. Если вы скажете «да», я примусь за работу, чтобы изыскать здесь деньги. Без вас журнал невозможен, да я и не хочу. Будьте так любезны, напомните обо мне г-ну Лемэтру и пере­дайте ему мой братский привет.

Что же касается вас самих, то позвольте мне вас обнять с любовью. Поздравляю вас всех с Новым 1889 годом.

Всего самого наилучшего.

Е. П. Блаватская

Верните, пожалуйста, письмо Арнолда, когда про­чтете его.

 
МилаДата: Воскресенье, 05.01.2020, 22:39 | Сообщение # 102
Группа: Админ Общины
Сообщений: 10295
Статус: Offline
Письмо 4

Лэндсдаун-Роуд, 17

Холланд-Парк, Уэст-Энд

Милая моя, сестра моя!

Благодарю вас от всей души, равно как и вашего уважаемого супруга.

Кое-какие новости. «Если гора (ох, что за срав­нение приходится к вам применять!) не идет к Ма­гомету, то (лже) пророк идет к горе». Через несколь­ко дней я буду в Фонтенбло (отель де ла Вилль де Лион э де Лондр) с визитом к моему теософскому и эзотерическому другу, г-же Иде Г.Кэндлер. Она громогласно зазывает меня! Кроме того, я заезжена до полусмерти всеми этими историями и преследо­ваниями, а также работой по четырнадцать часов в сутки, и врач настаивает на том, чтобы я слегка отдохнула недельки две. Мне нужно сменить климат.

Буду крайне рада увидеться с вами, ибо уверена, что вы приедете, ведь, правда же? Вы прочли статью г-жи Безант, члена Теософского Общества, в жур­нале «Lucifer»? Она горою стоит за теософию, равно как и за социализм. Она согласна с вами.

Обнимаю вас от всего сердца. Искренне ваша

Е.П. Б.

Не говорите о моем приезде никому, кроме двух-трех друзей: я не хочу ни с кем встречаться, умоляю вас!

 
МилаДата: Вторник, 14.01.2020, 19:05 | Сообщение # 103
Группа: Админ Общины
Сообщений: 10295
Статус: Offline
Письмо 5

Суббота

Мои самые близкие друзья!

Я глубоко несчастна из-за того, что происходит! Вы мне писали, что между вами и графиней все ула­жено, и я не знала, что название «Altruist» так мно­го для вас значит. Вот почему я поставила свою подпись под условиями графа и графини, почти не глядя на них! Какая мне была разница, если журнал — ее собственность, что только справедливо: ведь это она предоставляет средства? Какое значение имело для меня это изменение на обложке, где графиня д'Адемар фигурирует в качестве директора, посколь­ку «статьи, подписанные Е.П.Блаватской, и статьи, подписанные Амаравеллой, будут включаться как есть, без каких-либо изменений или погрешностей и без какого бы то ни было контроля»?

Коль скоро я могу ежемесячно делать альтруизм основой своих статей, я подумала, что это уже кое-что. У меня не было выбора. Графиня предоставила мне четыре тысячи франков, и если бы я отказалась, то никакого журнала не было бы вообще. Знаете, дорогие мои друзья, если сложить вместе все мое имущество — перекроенное верхнее платье, стоптан­ные шлепанцы да старые книги, — то они не будут стоить и ста франков; в конце концов, я периоди­чески живу у некоторых преданных мне теософов, где мне не приходится ни за что платить. Так что же я могла поделать?

Что я хочу, прежде всего, так это издавать истинно теософский журнал, который мог бы сохранить наши позиции в пику спиритиче­скому «Lotus» и масонскому «Initiation», издаваемым Габорио и Анкоссом, которые публика считает дву­мя печатными органами теософии во Франции. Если бы у меня было три-четыре тысячи франков, то я бы вам сказала: возьмите дело в свои руки. Давайте издавать журнал «Altruist» для бедных вместе с Малоном и давайте сделаем из него обозрение ценою в пять-шесть франков за экземпляр, чтобы оно было по карману каждому. Однако я не располагаю ка­питалом, я могу предложить вам лишь свой труд и свою жизнь! Возьмите их.

Но если бы я знала, что вы, мой дорогой друг, г-жа Лемэтр, будете для нас потеряны, я бы не ста­ла подписывать эти условия, не пытаясь при этом протестовать. Умоляю вас, не отказывайте нам в ва­шей помощи. Графиня опечалена и спрашивает меня, что можно сделать. Видите ли, это ее муж все изме­нил, а она, очевидно, не желает идти против его воли и против его идей. Однако она вас искренне любит и сожалеет о том, что мы вас теряем! Не мог­ли бы вы пойти на жертву, воистину небольшую жертву, и иногда помогать нам с редактированием, написанием статей или с переводами — в ожидании лучших времен? Кто знает, почему бы нам вскоре не набраться сил и не начать издавать свой еженедель­ник и простенькие брошюры, которые стоили бы совсем недорого и которые мы могли бы назвать «Theosophical Altruism»? Одно другому не помеха, и я готова трудиться не покладая рук.

Я, например, против идеи Арнолда ввести Анкос-са в состав редколлегии! Ни за что. Или он — или я. Хотя он и не стал бы проверять и редактировать мои статьи, я все равно этого совершенно не желаю; я ему так и заявила. Слишком уж, большую поддержку получают от него Сент-Ив и Гуайяр, а со мною он чересчур хитрит. Короче говоря, я ничего этого не желаю. Пусть он время от времени попи­сывает для журнала, но у него рыльце в пушку, и пусть он не встревает в это дело, ибо я на это никогда не соглашусь.

Спасибо вам, дорогой г-н Лемэтр, за добрые и нежные слова обо мне, которые вы написали г-ну Арнолду. Но давайте забудем о моей скромной пер­соне и будем помнить лишь о теософии и о благе нашего общего дела. Я готова служить даже учени­ком в типографии под началом у графини, да и во­обще у кого угодно, пока этот человек трудится для теософии.

И в конце концов, я все еще надеюсь, что вы нам будете понемногу помогать, мой самый дорогой друг. Давайте же в первую очередь сами будем альтру­истами, давайте сами немного пожертвуем собою. Я так же, как и вы, была расстроена этими непредви­денными изменениями; однако первым делом — тео­софия, а уж потом — личные пристрастия. Вы по­лучили инструкции № 1 и № 2? Их вам послали на английском языке. Если да, то напишите мне о них буквально два слова. Надеюсь, у вас все в порядке, и у г-на Лемэтра тоже.

Заверяю вас в том, что я навсегда и искренне ваша.

Е. П. Блаватская

 
МилаДата: Вторник, 28.01.2020, 00:03 | Сообщение # 104
Группа: Админ Общины
Сообщений: 10295
Статус: Offline
Письмо 6

16 октября 1888 г.

Лондон

Дорогая г-жа Лемэтр!

Должно быть, в последние дни я казалась вам человеком, который с помощью теософии водит вас за нос. Почему я не ответила вам сразу же? На то были две причины.

Во-первых, ваши мысли сходны с моими; то, что вы почувствовали после прибытия президента, я ощу­щала в течение пяти лет, только что я знаю полков­ника Олькотта лучше и более реально оцениваю его. Во-вторых, я хотела предоставить вам доказательство того, что не все так мрачно, как вы думаете. Теперь все зависит от Габорио — и от вас, сударыня, ибо у вас гораздо больше энергии, чем у него. Если он проявит благоразумие, то сможет спасти Теософское Общество во Франции; если заупрямится — тут уж ничего не поделаешь. Позвольте мне обрисовать вам ситуацию, и вы поймете, что судили вы до сих пор по внешнему виду.

Начнем с того, что я вас понимаю, и ваш идеал Теософского Общества — это и мой идеал. Че­тырнадцать лет назад я основала Общество, призван­ное стать в первую очередь постоянным ядром ис­тинного Братства, как представлял себе и г-н Драмар, а также центром мистической философии на­ших Наставников и их учения. В нем не было бога­чей и аристократов. Все были равны: не было ни богатых, ни бедных, ни великих, ни маленьких лю­дей — никого, кроме теософов.

Принимали всех обездоленных, но честных людей, и они были в большем почете, нежели обласканные судьбою. Об этом говорится и в письме Учителя, несколько фраг­ментов из коего вы прочтете в книжечке, которую я вам пришлю со своими пометками. Мои идеи и устремления были те же, что и у Олькотта, и они до сих пор одинаковы, но, увы! сударыня, из хозя­ина он превратился в раба Исполнительного совета. Со времени моего отъезда из Адьяра (четыре года назад) члены Совета воспользовались моим отсут­ствием, а также скандалом, спровоцированным мис­сионерами, — этим заговором, который затеяли церковники и протестантские фанатики, дабы из­бавиться от меня в Индии, — чтобы связать руки полковнику Олькотту, подчинив его этому прокля­тому Совету, где у моих противников большинство голосов. Там заседают все мои недруги. Я была на­столько больна, что они со дня на день ожидали моей смерти. Однако Учитель этого не пожелал, и меня исцелили.

Президент — сама доброта и честность, однако он слабохарактерный и к тому же американец, а вы пре­красно знаете, что для янки доллар — это всегда почет и никогда не может быть бесчестьем. Короче говоря, я мыслю не так, как Олькотт, и, понимая, что без меня он ни за что не сумеет избавиться от своего Совета и что Общество вскоре превратится в одну из множества вспомогательных ветвей, я приняла решение нанести сильнейший удар. Не прини­мая никакого участия в делах на протяжении пяти лет, я решилась потребовать и заново добиться вос­становления своих прав, а затем и усиления оных. Как основатель Общества и постоянный секретарь по переписке, я настояла на буквальном следовании пра­вилам и уставу, сформулированным Учителями.

По­скольку для этого не имелось никакой возможности в Теософском Обществе Индии, где члены Общества провозгласили себя экзотериками[568] и где сокровен­ное Знание изучается отдельно, я предложила разде­лить материнское Общество на три части, три сек­ции: одна — в Индии, другая — в Европе, а третья — в Соединенных Штатах, а во главе каждой из них, соответственно, три основателя. Полковник Олькотт остается президентом вообще и будет руководить об­ществами в Индии, У.К.Джадж — в Соединенных Штатах, а я — в Европе. Каждая такая секция, од­нако, является sui generis[569] полностью независимой ни от Совета в Адьяре, ни от Генерального совета, не подчиняющейся никому, кроме президента; но, по­скольку президент (Олькотт) является простым чле­ном моей секции, он находится у меня в подчинении и, следовательно, не может действовать против моей воли. Возможно, это вас рассмешит, но дело обсто­ит именно так. Я хотела избежать скандала и спас­ти Теософское Общество, и я это сделала.

Вот, посылаю вам журнал «Lucifer», где на по­следней странице вы сможете прочесть объявление Эзотерической Секции Теософского Общества, дей­ствующей под моим единоличным руководством. Таким образом, я имею право выдавать хартии в Европе и даже в Азии. Ибо стоит какому-либо со­брату из материнского Общества вступить в Эзо­терическую Секцию как ему становится просто больше нечего делать в этом Обществе, если толь­ко он не захочет состоять сразу в двух отделени­ях, одно из которых экзотерическое, а другое эзо­терическое, что вполне возможно и разрешено уставом.

Так вот, ввиду того, что Габорио отклонил экзо­терическую хартию, я предлагаю ему хартию эзоте­рическую, подписанную в первую очередь мною и только во вторую — полковником как моим колле­гой. Материнское Общество будет представлять со­бою тело, а его Эзотерическая Секция станет душою этого тела. Иными словами, мы возвратили Теософское Общество на его первоначальную основу, добавив лишь эзотерическое председательство (эзо­терическое, но не тайное, ибо мы намереваемся воз­вестить об этом всему миру), и председателем его являюсь я. Все правила и предписания будут вам высланы. Секция упразднила вступительные взносы — платить ничего не нужно.

Единственное, что требу­ется от кандидата на вступление, это уже состоять в материнском Обществе, то есть быть его членом и иметь его диплом. Данное положение я не могла бы упразднить, не отделившись полностью от материн­ского Общества, что стало бы роковым для обеих организаций. В будущем, следовательно, председатели обществ в Европе, получающие хартию (Эзотериче­ской Секции) от меня, будут пользоваться теми же привилегиями, что и новая британская секция Теософского Общества, образованная сейчас в Англии вместе с дюжиной маленьких отделений. Члены не платят вступительных взносов, только те, кто рас­полагают средствами, вносят ежегодно небольшую сумму, думаю, она будет составлять пять шиллингов (это еще не решено), а те, у кого нет средств, не платят ничего. Деньги за них начисляются из доб­ровольных пожертвований состоятельных членов Секции.

Итак, если Габорио пожелает, он получит хартию от меня, как только эти бумаги будут отпечатаны. Коль скоро его Общество будет эзотерическим, ему нельзя будет публиковать никаких правил, кроме общих; внутренние же правила будут выдаваться и объясняться только кандидатам. Господа из гермети­ческой ложи Папюса могут, если пожелают, хоть по канату ходить в теософских вопросах и принимать к себе каких угодно шарлатанов. Это — забота Адьяра, меня же это совершенно не касается. Но при первой же антитеософской выходке я аннулирую их хартию, даю слово. Так что пусть поостерегутся, ибо я начеку. Теперь я наделена всеми соответствующи­ми полномочиями.

Спасибо вам, дорогая; если вы хотите помочь подлинному Теософскому Обществу во Франции, то нужно помочь Габорио сохранить его «Lotus». Я сделаю для этого все, что в моих силах здесь, Га­борио же должен потрудиться во Франции. Но только прежде чем я смогу заняться этим, он обя­зан добавить к слову «Lotus» эпитет «теософский». Мы оплатим это изменение; к тому же, если Га­борио не вырвет свой «Lotus» из лап Кайе, он в течение нескольких месяцев разорится. Ах, если бы г-н Малон помог нам своим советом, какую пользу он бы принес истинной теософии! В конце концов, все, чего я у вас прошу, это совета о том, что нуж­но предпринять во Франции. Без вас и без Габо­рио — прощай, теософия!

Между тем, сударыня, увязнув в работе по самые уши, прошу у вас прощения, если письмо мое по­лучилось несколько сумбурным. Более подробные объяснения дам позднее. Передайте от меня привет вашему супругу, и да вознаградит вас карма за вашу любовь к простому люду и к бедным мира сего.

Желаю всего наилучшего. С уважением

Е. П. Блаватская

 
МилаДата: Вторник, 11.02.2020, 22:18 | Сообщение # 105
Группа: Админ Общины
Сообщений: 10295
Статус: Offline
Письмо 7

7 января 1890 г.

Моя дорогая Камилла!

Сравнила ваш перевод «Тайной Доктрины» с ори­гиналом и нахожу его совершенным; это не просто комплимент. Лишь одно слово мне представляется лишним — там, где у вас написано «на семь ветвей» вместо «триада разветвляется», поскольку ветвей не семь, а скорее четырнадцать. Но это пустяки.

Не переживайте, моя маленькая Камилла, и тем более не совершайте резких скачков от оптимизма к крайнему пессимизму. Вам нужно только доба­вить несколько указанных мною строк в конце статьи «Почему я стала теософом» и внести не­сколько небольших исправлений, и брошюра будет спасена. Ведь именно из-за этой злополучной кон­цовки, которую вы вырезали (трудно понять поче­му, ибо эти несколько фраз и составляют прекрас­ный эпилог), и разгорелся весь сыр-бор. Воспроизведите последний абзац слово в слово — и вы спасете эту вещь. Что же касается перевода «Тай­ной Доктрины», то, клянусь моей честью и моим Высшим Эго, он идеален. Никто не переведет луч­ше вас, друг мой, потому что вы обладаете интуицией и в вас горит священное пламя, в то вре­мя как у многих других людей в груди — огарок сальной свечки вместо сердца.

Я хочу, чтобы вы перевели «Голос Безмолвия»[570], делайте это и пришлите мне, дабы я ознакомилась переводом, одобрила его и должным образом скре­пила своею подписью в конце. Вот вам пример эзо­терики, то есть это — эзотерический заказ. Что же касается «Эзотерического буддизма»[571], сделайте из него фрикасе.[572] Если вы что-нибудь измените в этой книге или добавите в нее, это может лишь сделать ее менее материалистичной. Ее содержание вовсе не требует столь жесткого стиля, к которому прибегнул автор.

Высказываю то, что меня одновременно и пе­чалит, и злит. Почему из-за такого сущего пустя­ка г-н Лемэтр позволяет себе болеть? Ну и ну! Я, разумеется, надеюсь, что к моменту получения это­го письма он уже справится со своим недомогани­ем. Да защитят и благословят Учителя вас обоих! Что же до меня, то я обнимаю вас, ибо люблю вас обоих, и простите, если я, сама того не ведая, при­чинила вам боль.

Всем сердцем, всей душою ваша

Е.П.Б.


_______________________________________________

[570] «Голос Безмолвия» — см. изд.: Голос Безмолвия. — М.: Сфера, 2001.

[571] «Эзотерический буддизм» — см. изд.: А.П.Синнетт. Эзотерический буддизм. — М.: Сфера, 2001.

[572] Фрикасе (франц.) — нарезанное мелкими кусоч­ками жареное или вареное мясо с какой-нибудь приправой.
 
МилаДата: Понедельник, 24.02.2020, 17:27 | Сообщение # 106
Группа: Админ Общины
Сообщений: 10295
Статус: Offline
Письмо 8

24 марта 1890г.

Дорогие мои друзья!

Я была настолько больна (полное нервное исто­щение), что была не в состоянии написать ни слова о чем-либо, кроме трансцендентной философии. Ибо она не требует никакой мозговой деятельности, ни­каких мыслей: мне приходится лишь открывать тот или иной выдвижной ящик в секретере моей памя­ти, а затем — просто воспроизводить.

То, что вы говорите о Каминаде, мне было из­вестно. Он совершал и кое-что похуже, бедняга, но это потому, что он был невменяемым. Разве вы за­были о вечной клятве! Каминад был в очень тяже­лом состоянии в течение нескольких месяцев, но теперь это миновало. Я назначила его президентом парижского Теософского Общества, и то, что он натворил, не должно помешать вам работать вместе с ним и помогать ему как двум добрым и верным эзотерикам. Арнолд не смог бы быть президентом «Гермеса» и Теософского Общества, не тратя го­раздо больше времени, чем ему приходится, и не теряя при этом Каминада. Понимаю, что вас это удивит, однако поверьте мне: я сделала это, зная, на что иду. Так что погодите меня осуждать. Все хо­рошо, что хорошо кончается, причем вовремя. Моя же собственная миссия состоит в накладывании ду­ховного пластыря для вытягивания всего дурного, застоявшегося в теле. Dixi.

Мое «разрешение на перевод моих книг»? Моя милая маленькая Камилла может переводить все, что захочет, я даю ей карт-бланш. Как вы можете про­сить меня об этом, дорогой друг и собрат! Вы с суп­ругом — единственные люди во Франции, к кому я испытываю полное и безграничное доверие. Вы воль­ны переводить мои труды даже в разряд судебных исков против меня, и это не ослабит моей любви к вам (простите мне эту недостойную игру слов)[573].

Я рассчитываю на то, что вы будете держать меня в курсе всего, что происходит в Париже в области эзотерики. Не верьте тому, что скажет вам тот или иной человек: делайте скидку на человеческие сла­бости, но думайте в первую очередь сами.

Ох, голова у меня идет кругом. С ума сойти, сколько работы мне предстоит. Так вы не знаете, что мы строим Штаб-квартиру для Британского Теософского Общества в Лондоне? Там у нас будет свое оккультное помещение с притвором, где я стану преподавать избранным то, что не осмеливаюсь со­общать в письмах, не доверяя почте, — Инструкции Эзотерической Секции. Следующим летом собираюсь выслать билет на поезд моему другу Камилле — и она ведь приедет, правда же?

Между тем обнимаю вас обоих, так как люблю вас и уважаю больше всех. Всем сердцем ваша

Е.П. Б.

______________________________________

[573]...простите мне эту недостойную игру слов... — Во французском оригинале письма Е.П. Блаватской здесь употреблено слово «traduire» — «переводить», означающее также «вызывать в суд», «привлекать к дисциплинарной ответственности».
 
МилаДата: Воскресенье, 22.03.2020, 21:45 | Сообщение # 107
Группа: Админ Общины
Сообщений: 10295
Статус: Offline
Письмо 9

12 мая

Мой дорогой друг и собрат — мой самый доро­гой друг, Камилла!

Врач категорически запретил мне писать и даже читать, ибо я пребываю в полумертвом состоянии. Однако жизнь во имя теософии — не единственная моя обязанность, поскольку мой внутренний долг — писать вам.

Вы тысячу раз правы относительно журнала «Lotus». Но, друг мой любезный, не пытайтесь быть большей Немезидой, нежели сама карма. Милосер­дие, умение прощать, способность забывать себя, ду­мая только о других, а следовательно, относиться снисходительно к чужим недостаткам — вот качества и обязанности истинного теософа.

Посылаю вам письмо бедняги Арнолда. Я раскри­тиковала его в пух и прах в журнале «Lucifer», а те­перь я его прощаю. Сделайте так же.

Спасибо, огромное вам спасибо за ваш портрет и за спаржу, особенно за траву. Это благодаря зелени я вновь почувствовала себя счастливой. Когда при­касаешься к ней, кажется, будто прижимаешься ще­кою к свежей, атласной коже самой нашей Матери-Природы. Ох, до чего же я люблю зеленую, свежую травку! Быть может, в прошлом своем воплощении я была коровой?

Обнимаю вас обоих, ибо люблю вас. Я очень больна и слаба, так что вы уж простите мне эти каракули.

Всего вам наилучшего — по-теософски.

Е.П.Б.

Вышлите мне обратно письмо г-на Арнолда.

 
МилаДата: Пятница, 17.04.2020, 20:51 | Сообщение # 108
Группа: Админ Общины
Сообщений: 10295
Статус: Offline
Письмо 7

7 января 1890 г.


Моя дорогая Камилла!
Сравнила ваш перевод «Тайной Доктрины» с ори­гиналом и нахожу его совершенным; это не просто комплимент. Лишь одно слово мне представляется лишним — там, где у вас написано «на семь ветвей» вместо «триада разветвляется», поскольку ветвей не семь, а скорее четырнадцать. Но это пустяки.

Не переживайте, моя маленькая Камилла, и тем более не совершайте резких скачков от оптимизма к крайнему пессимизму. Вам нужно только доба­вить несколько указанных мною строк в конце статьи «Почему я стала теософом» и внести не­сколько небольших исправлений, и брошюра будет спасена. Ведь именно из-за этой злополучной кон­цовки, которую вы вырезали (трудно понять поче­му, ибо эти несколько фраз и составляют прекрас­ный эпилог), и разгорелся весь сыр-бор. Воспроизведите последний абзац слово в слово — и вы спасете эту вещь. Что же касается перевода «Тай­ной Доктрины», то, клянусь моей честью и моим Высшим Эго, он идеален. Никто не переведет луч­ше вас, друг мой, потому что вы обладаете интуицией и в вас горит священное пламя, в то вре­мя как у многих других людей в груди — огарок сальной свечки вместо сердца.

Я хочу, чтобы вы перевели «Голос Безмолвия»[570], делайте это и пришлите мне, дабы я ознакомилась переводом, одобрила его и должным образом скре­пила своею подписью в конце. Вот вам пример эзо­терики, то есть это — эзотерический заказ. Что же касается «Эзотерического буддизма»[571], сделайте из него фрикасе.[572] Если вы что-нибудь измените в этой книге или добавите в нее, это может лишь сделать ее менее материалистичной. Ее содержание вовсе не требует столь жесткого стиля, к которому прибегнул автор.
Высказываю то, что меня одновременно и пе­чалит, и злит. Почему из-за такого сущего пустя­ка г-н Лемэтр позволяет себе болеть? Ну и ну! Я, разумеется, надеюсь, что к моменту получения это­го письма он уже справится со своим недомогани­ем. Да защитят и благословят Учителя вас обоих! Что же до меня, то я обнимаю вас, ибо люблю вас обоих, и простите, если я, сама того не ведая, при­чинила вам боль.
Всем сердцем, всей душою ваша

Е.П.Б.
______________________________________________________
[570] «Голос Безмолвия» — см. изд.: Голос Безмолвия. — М.: Сфера, 2001.
[571] «Эзотерический буддизм» — см. изд.: А.П.Синнетт. Эзотерический буддизм. — М.: Сфера, 2001.
[572] Фрикасе (франц.) — нарезанное мелкими кусоч­ками жареное или вареное мясо с какой-нибудь приправой.
 
Форум » ПОДВИЖНИКИ ДУХА » Е. П. БЛАВАТСКАЯ » ПИСЬМА ДРУЗЬЯМ И СОТРУДНИКАМ (Е.П. БЛАВАТСКАЯ)
  • Страница 11 из 11
  • «
  • 1
  • 2
  • 9
  • 10
  • 11
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES