Воскресенье, 19.05.2019, 21:30

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ЗАРУБЕЖНАЯ ПУБЛИЦИСТИКА » ЖИЗНЬ РАМАКРИШНЫ (Ромен РОЛЛАН)
ЖИЗНЬ РАМАКРИШНЫ
Горний_ПутникДата: Понедельник, 18.03.2019, 20:44 | Сообщение # 21
Группа: Админ Общины
Сообщений: 3941
Статус: Offline
БИБЛИОГРАФИЯ


1. Главным источником для истории Рамакришны явля­ется большая биография, скомпилированная по рассказам его учеников и опубликованная Свами Мадхаванандой: «Life of Sri Ramakrishna, compiled from various authentic sources», в одном томе в 765 страниц, в издании Адвайта Ашрам (умственный центр ордена), Маявати, Алмора, Ги­малаи, 1925 (Himalayan Series, No. XLVII).

Ей предшествует краткое введение Ганди, которое, по моему мнению, интересно воспроизвести.

«История жизни Рамакришны Парамахансы — это исто­рия религии, воплощенной в жизни. Его жизнь позволяет нам видеть бога лицом к лицу. Каждый сможет, прочтя эту историю, убедиться, что только бог один реален и что все осталь­ное — иллюзия. Рамакришна был живым воплощением God­liness1. Его слова — слова не только ученого: это страницы, взятые из Книги Жизни; они являются откровением его соб­ственного опыта. Они производят на читателя впечатление, которому он не может противостоять. В наш век скептицизма Рамакришна дает пример яркой и живой веры, приносящей утешение тысячам мужчин и женщин, иначе бы оставшихся без духовного совета. Жизнь Рамакришны была практическим уроком Ахимсы (непротивления). Его любовь вдохновляет всех, прочитавших эти страницы.

М. К. Ганди»

Сабармати.

Маргширш, Кришна 1.

Викрам самват, 1981.


Как устанавливает примечание издателей, этот труд ос­нован на работах Свами Шарадананды, прямого ученика учителя и секретаря «Миссии Рамакришны» в течение четверти века, — на работах Рамчандры Датта, Акшайкумара Сена — также учеников Рамакришны, на воспоминаниях, собранных Приянатхом Синхом (иначе — Гурудас Варман), учеником Вивекананды, на беседах учителя, записан­ных Махендранатхом Гуптой.

Эта компиляция, весьма ценная из-за проявленного ста­рания собрать из первых рук буквально все документы, разбросанные повсюду, имеет то неудобство, что документы эти собраны без определенного порядка и без критики. Отсутствие (до настоящего времени) алфавитного указателя еще более затрудняет исследования.

2. Многим превосходит вышеуказанную работу в отноше­нии порядка и разумности составления труд Свами Шарада­нанды, который, впрочем, пользуется предыдущей книгой. Он написан по-бенгальски, в пяти томах и не составляет полной и последовательной истории жизни. Рассказ, к несчастью пре­рванный смертью Шарадананды в 1927 году, останавливается на днях, когда больного Рамакришну переносят в сады Кашипура, и не говорит о последних месяцах. Это произведение дает неполные сведения и об учениках Рамакришны; оно го­ворит лишь о некоторых, и главным образом о Вивекананде.

Общее название бенгальской серии:

«Шри Рамакришна-лила-прасанга» [Слово о лила (иг­ре) Рамакришны].

Вот названия пяти томов по-бенгальски:

I и II — Гурубхаб (Шри Рамакришна как гуру, или учитель).

III — Балло-джибон (Молодость Рамакришны).

IV — Шадхокабхаб (Рамакришна как Садхака).

V — Диббо-бхаб (Шри Рамакришна в своих божест­венных образах).

Только два тома появились на английском языке — первый, написанный непосредственно Шараданандой, вто­рой, переведенный с бенгальского оригинала.

Несколько глав бенгальского труда было опубликовано в обозрении Миссии Рамакришны — Prabuddha Bharata (отно­шения Рамакришны и Вивекананды) и в английских журналах.

Шарадананда задумал этот труд в форме изложения раз­нообразных проявлений этой жизни, не давая последователь­ного рассказа. По этому плану написаны по-бенгальски два первых тома. Затем Шарадананда пришел к мысли о биогра­фии. Третий том посвящен юности, четвертый — годам, ког­да Рамакришна предавался садхане. Он доводит нас до конца этих упражнений и до начала сношений с Брахма Самаджем; здесь освещается роль Рамакришны как учителя (но еще не как религиозное явление). Пятый том описывает учителя сре­ди своих учеников и говорит о начале болезни. Дойдя до этого места в своей работе, Шарадананде пришлось присутствовать при смерти Святой Матери (жены Рамакришны), затем — Свами Брахмананды, бывшего вместе с Вивеканандой люби­мым учеником и первым настоятелем ордена. Он был так этим потрясен, что оставил свою написанную работу и посвятил се­бя исключительно медитации.

Несмотря на неполноту работы, она весьма важна по своему содержанию. Шарадананда является авторитетом и как историк, и как философ. Его книги богаты метафизиче­скими данными, позволяющими точно установить духовное явление Рамакришны в полном развитии индуистской мысли.

Если вы заметите некоторое отличие между работой на бен­гальском языке Шарадананды и «Жизнью Рамакришны» (№ 1) — коллективным трудом Ramakrishna Mission, то нуж­но отдать предпочтение последней по свидетельству, получен­ному мною от Свами Ашокананды, ибо этот труд составлен с помощью Шарадананды и позднее, чем его собственная работа.

3. Gospel of Sri Ramakrishna (according to M. a son of the Lord and disciple) — or the ideal Man for India and for the World — два тома, Мадрас, Ramakrishna Math, изданные «Миссией» в марте 1897 г., предваренные двумя письмами Вивекананды, 2-е изд., 1911. Новые издания 1922, 1924 гг.1

Это «Евангелие Рамакришны», использованное также в большой биографии № 1, является точной записью М. (Махендранатха Гупты, директора одного учебного заведе­ния в Калькутте) бесед с учителем, в которых он сам принимал участие или слушал их в течение четырех лет, с лета 1882 г Они имеют почти стенографическую точность. Хороший алфавитный указатель позволяет разобраться в разнообразии тем, вызванных случайностями дня.

4. The Life of Swami Vivekananda by his eastern and western disciples. The Advaita Ashrama, Himalayas, the semi-centenary birthday memorial edition in three volumes2 published by the Swami Virajananda from the Prabuddha Bharata Office Advaita Ashrama. Mayavati, Almora, Himalayas, т. I и II — 1914, т. Ill — 1915, т. IV — 1918.

Эта большая биография ученика Рамакришны, св. Пав­ла ордена, представляет не только значительный интерес для истории его собственной жизни, но также и для истории жизни его учителя, ибо в ней записаны его непосредствен­ные воспоминания.

Полезно также ознакомиться с полным собранием со­чинений Вивекананды в 7 томах (3-е издание, 1923 г.).

Он часто говорит там об учителе с благоговейной бла­годарностью. Именно ему он посвящает знаменитую лекцию в Нью-Йорке, изданную под названием: «My Master» — в томе IV его сочинений.

5. «Sri Ramakrishna's Teachings» — «Поучения Шри Рамакришны», 2 тома. 1916 и 1920 гг. Адвайта Ашрам Майявати.

Это собрание мыслей, взятых из различных бесед учи­теля, именно из «Евангелия Рамакришны», и расположен­ных в определенном порядке. Оно имеет особую ценность как небольшое практическое руководство. Оно появилось в отрывках в журнале ордена «Prabuddha Bharata» и в других индийских журналах между 1900 и 1913 гг. Г-жа Е. фон Пеле подготовляет в настоящее время немецкое издание.

6. «Words of the Master» — «Слова учителя» (Из­бранные поучения Шри Рамакришны), — собранные Свами

Брахманандой, 1924 г. Издательство Udboddhan Office, Багбаэар, Калькутта.

Еще одна маленькая антология, наибольший интерес которой заключается в личности того, кто составил ее.

7. Макс Мюллер. «Rama Krishna, his Life and Sayings», Лонгман, Грин и К0 — 1-е издание 1898 г., новое издание 1923 г.

Макс Мюллер лично знал в Англии Вивекананду и просил его рассказать все о жизни его учителя. Его ма­ленькая работа основана, таким образом, на документах из первых рук, и он пользуется ими со своим широким, яс­ным критическим умом, объединяющим научные требования Востока с благородным пониманием всех форм мысли.

8. Дханагопал Мукерджи, «The Face of Silence», Нью-Йорк, E. П. Деттон и К°, 1926 г.

Это книга большой художественной ценности, являю­щаяся блестящим изображением всей личности учителя в атмосфере современной ему Индии. Мукерджи ознакомился со всеми важнейшими документами. Он беседовал также со многими выдающимися членами Ramakrishna Mission, знавшими учителя, как, например, Свами Туриянандой, и использовал «Воспоминания» Свами Премананды, одного из любимейших учеников Рамакришны. Я уже сказал, что «Миссия Рамакришны» была ему не особенно признательна за ту исключительную вольность, с которой его живое во­ображение художника распоряжалось иногда переданными ему словами и — что мне кажется еще более серьезным — самим характером Рамакришны. Но несмотря на эти про­махи, я не могу забыть, что чтению этого прекрасного произведения я обязан моим первым знакомством с Рамакришной и порывом, заставившим меня взяться за собст­венную работу о нем. Я сохраню к нему благодарность. С поразительным талантом Мукерджи сумел в своей книге выбрать и осветить то, что в личности Рамакришны могло привлечь умы Европы и Америки, не задевая их. Я считал необходимым проявить осторожность и, цитируя документы, никогда не разрешал себе «поэтизировать» их.

9. Полезно ознакомиться с индийскими журналами ор­дена Рамакришны, печатавшими и часто печатающими ис­следования и неизданные воспоминания об учителе и его учениках главным образом с «Prabuddha Bharata» и с «Vedanta Kesari».

Я вначале сказал, насколько я обязан хорошим советом и сведениям «Миссии Рамакришны», никогда не уставав­шей снабжать меня документами и отвечать на мои вопросы. Я приношу ей снова свою благодарность.


ИКОНОГРАФИЯ


Только три изображения Рамакришны являются более или менее достоверными:

1) Фотография, напечатанная в большой английской биографии, составленной Адвайтой Ашрамом (с. 269). Рамакришну отвезли к фотографу и втянули его в духовную беседу, во время которой он впал в самадхи. Тогда его сфотографировали. Увидев фотографию впоследствии, Рамакришна заметил, что она изображает высокую степень состояния йога.

2) Снимок, напечатанный в т. IV полного собрания сочинений Вивекананды (с. 150).

3) Фотография, снятая во время киртаны (религиозной пляски и песни), в котором он принимал участие. Он — на пороге экстаза. Ученики приближаются к нему, чтобы его поддержать.

Картина в красках, изображенная на заглавном листе большой биографии на английском языке, была написана чешским художником Францем Дворжаком, но не с живой модели. Ученики находят в нем много сходства, но считают краски слишком яркими.


ОТКРОВЕНИЯ ШРИ РАМАКРИШНЫ


Вот вы все лепечете: «према» да «према», а знаете ли вы, что есть эта любовь? Святой Чайтанья — вот он Ишвару-господа истинно любил, уж он-то знал, что такое «према». У той любви есть два признака. Пер­вый — с нею человек про все забывает; от любви ко Всевышнему словно бы ума лишается, сам себя не по­мнит... Второй признак премы-любви — это когда пере­стаешь тело свое беречь да холить, когда вовсе думать о нем перестаешь.

Также и постигшего Ишвару по нескольким призна­кам распознать можно, и тому, чья душа полна сокро­вищами любви, он не замедлит явить себя. Что это за сокровища? — спросите вы. Во-первых, отрешенность от всего суетного; во-вторых, милосердие ко всякой тва­ри живой; в-третьих, почитание людей светлых — садху. А еще — киртана — непрестанное повторение имен божественных и стремление к истине.


Из беседы Шри Рамакришны.
8 апреля 1883 г.


В ряду личностей, с чьими именами связано духовное возрождение Индии да рубеже XIX и XX веков, Шри Рамакришна занимает особое место.

Он не был ни поэтом, ни общественным деятелем; он никогда не считал себя профессиональным проповедником и тем более религиозным реформатором. Тем не менее начатое им движение, центром которого в настоящее время являет­ся пользующийся мировой известностью Институт Духовной Культуры (Калькутта), наложило отпечаток на все области общественной и политической жизни новой Индии.

Сын скромного брахмана из глухой бенгальской дере­вушки Камарпукур, едва окончив начальную школу, рано осознает свое признание; как и оба брата, он становится вначале домашним жрецом, затем жрецом в только что основанном храме богини Кали в Дакшинешваре, непода­леку от Калькутты.

Однако вскоре ритуальное служение отходит для него на второй план. Повинуясь «Матушке Кали» (так он на­зывает Верховное Божество), с которой он беседует во время экстатических состояний (самадхи), Шри Рамакришна собирает вокруг себя юношей-подростков из окрестных деревень. В долгих задушевных беседах он делится с ними своим духовным опытом. Вскоре место его постоянного пребывания — Дакшинешвар — становится центром па­ломничества для людей самых разных сословий, верований и национальностей.

Объяснение этому, видимо, следует искать в поразитель­ной врожденной интуиции Рамакришны, которая и помогла ему стать выразителем требований наступающей эпохи.

Глубинной проблемой для Индии конца XIX — начала XX века стала проблема постепенной утраты культурной, а следовательно, и духовной преемственности, что в пер­вую очередь было связано с изменением соотношения меж­ду двумя ключевыми понятиями — идеалом и верой. До XIX века в сознании каждого индийца эти два понятия воспринимались в органическом единстве. В основе идеа­ла — в его различных аспектах, от творческого до пове­денческого, — лежал принцип веры, определяемый емким понятием «дхарма».

Экономические и политические сдвиги в структуре об­щества и внешнее нарушение сословных институтов, ха­рактерных для средневековья, привели к тому, что пред­ставления об идеале постепенно отдалились от религиозной доктрины. Европейская поведенческая модель открыто обо­значила себя в качестве новых идеалов: главным становят­ся заработок, достаток, должность, популярность. Процесс внешней европеизации и утери «догмата» вызвал глубокую озабоченность в самых различных кругах индийского обще­ства. Следствием этого стало появление многочисленных религиозно-реформаторских объединений (Ария Самадж, Брахма Самадж, Атмийо Сабха, Татхвабодхини Сабха и пр.). Их вдохновителями, организаторами и активными участниками сделались видные деятели индийской интелли­генции (в том числе дед, отец и сын Тагоры, Раммохан Рай, Ишварчандра Видьясагар, Кешавчандра Сен и дру­гие), а также люди, в той или иной мере имевшие доступ к печатному слову. Их самоотверженная религиозно-про­светительская деятельность дала мощный импульс развитию журналистики и новой литературы. Осуществленные ими переводы с санскрита на новоиндийские и европейские язы­ки Упанишад и других классических трудов продолжили культурную преемственность и сыграли важную роль в фор­мировании национального самосознания.

Однако два момента существенно снижали положитель­ный эффект подобной деятельности: неизбежные яростные споры между членами различных обществ по вопросам трактовки терминов и ритуалов, а также сравнительно узкая сфера их влияния.

Известность Шри Рамакришны была связана с совер­шенно иной средой и имела совсем иные корни. Основой основ духовной жизни индийца всегда было религиозно-по­чтительное отношение к изреченному слову, к звуку как таковому, к слову как проявлению Высшего начала, как к «способу выхода в сферу вне этого мира». Именно поэтому в Индии традиция изустного сказа, притчи, передачи «со­кровенного знания» — о земных воплощениях Всевышне­го — аватарах, о героях древности, религиозных наставни­ках и подвижниках, — сохранялась непрерывной в течение многих столетий, несмотря на внешние катаклизмы.

Блестящая память, великолепные музыкальные способ­ности Шри Рамакришны, детство, проведенное в среде с ненарушенным, традиционным укладом; постоянное обще­ние со странствующими певцами, монахами, толкователями священных заветов, исполнителями религиозных мистерий-джатры; сама атмосфера благочестивой, строго придержи­вавшейся ритуалов семьи — все это дало ему возможность приобрести энциклопедические познания в области тради­ционной индийской культуры. Однако все это, вместе взя­тое, едва ли снискало бы ему славу аватары, если бы провидение не наделило его уникальным даром — сверхъестественной способностью к самососредоточению, способ­ностью в момент религиозного порыва полностью отклю­чаться от мира чувственного восприятия. Именно это его феноменальное свойство имел в виду один из самых милых сердцу Шри Рамакришны отроков — Нарендра (впослед­ствии ставший известным всему миру как Свами Вивекананда), когда назвал своего наставника «живым коммента­рием к ведам», когда писал о том, что Шри Рамакришна «за единое рождение сумел пройти весь цикл религиозного бытия Индии».

Основным источником вдохновенной веры Шри Рама­кришны во всепобеждающую, всеочищающую силу любви ко Всевышнему стало движение бхакти, которое в Бенгалии возглавил Чайтанья (1485—1533).

Можно отметить четыре основных аспекта учения Шри Рамакришны, благодаря которым гибельный для духовного здоровья нации разрыв между реалиями современного бы­тия и традиционными религиозными принципами был во многом преодолен.

Первое. Шри Рамакришна в своих задушевных беседах (это были отнюдь не проповеди, а именно беседы, подра­зумевавшие участие обеих сторон) — ориентировался исключительно на эмоциональность слушателя.

Речь Шри Рамакришны непременно сопровождалась песнопениями на слова знаменитых поэтов-бхактов прошло­го, таких как Кабир, Мира Баи, Нанак, Тукарам и Рампрасад. Иногда он просил петь кого-нибудь из присутство­вавших, чаще других Нарендру; иногда пел сам. «Будто от лица всех страждущих обращался он к Матери Мира», — пишет его биограф, скромно именующий себя «М», и далее приводит одну из самых любимых песен Шри Рамакришны:

А как нету в том вины ничьей, окромя моей,

Что тону-погибаю, избавленья не чаю.

Посередь святого поля сам яму копал себе, выкопал,

по рукам-ногам сам да повязал себя,

А как в яме той да вода черным-черна,

А черным-черна да от желаний неправедных,

Так черным-черна, что в ней и смерть видна...

Из той темной воды да как мне выбраться?

Тебя, Матушка, ожидаю, к милосердию твоему взываю,

Смени гнев свой на милость...

Второе. Хотя для самого Шри Рамакришны Верховное Божество воплощалось в облике богини Кали (она же Шакти, Дурга, Шьяма, Аннапурна), на вопрос, какой фор­ме поклонения следует отдавать предпочтение, он отвечал: «Избери любую, какая тебе по душе. ...Не важно, Дух он или зримый образ. Для бхакта — Брахман в сердце его. Своею волею он облик человека принял и в душе его поселился. Он молитвам нашим слезным внемлет. Глав­ное — возлюби его, и тогда он откроется тебе».

Третье. Поучения Шри Рамакришны делали путь по­стижения Всевышнего доступным для любого — независи­мо от вероисповедания, национальности и степени образо­ванности. «Для бхакти нет касты. Любовь трепетная ду­шу и тело очищает. С нею и неприкасаемый всем прочим равен, а без нее и брахман — пустое место». В этом высказывании слышится не только эхо движения бхакти XVI века, но и гораздо более далеких голосов — сахаджиев, сторонников буддийского вероучения ваджраяна (X— XII вв.). И еще говорит он: «Всех людей во всех краях — пускай разным богам поклоняются они — надобно любить одинаково».

Особенно важны советы Шри Рамакришны, обращен­ные к мирянам. Вопрос о возможности для живущего в миру, работающего человека избавиться от бремени кармы и обрести освобождение так же, как те, кто посвятил жизнь служению господу, Шри Рамакришне задавали постоянно. Он считал так: этот мир временного пребывания человека для того и создан, чтобы сознание свое очистить беско­рыстным трудом. «Мирские дела вовсе бросить человеку не дано. Это в его природе, она человека на тот путь толкает. Работу-то как бросишь? Без заработка в наше время не выживешь. Семейную жизнь ведешь — ну и ладно. В этом греха нету. Одно помни: ко Всевышнему душою прилепись. Одною рукою дело справляй, а другою — за господа держись. Карма йога (служение дея­тельностью) — дело трудное. Потому молись, чтобы гос­подь облегчил бремя твое... дал силы трудиться без корысти и сократил дела твои в миру...»

Называя жизнь в миру самой нижней ступенью, с ко­торой начинается обретение господа, Шри Рамакришна да­вал вполне конкретные и практические советы мирянам, желавшим приблизиться к Сокровенному Знанию: повто­рение про себя священных имен, почитание домашнего бо­жества и общение со «светлыми духом» людьми-садху. Особенно настойчиво предлагал он всенепременно какое-то время (день-два, а то и месяц) пребывать вдали от семьи, в воздержании и молитвах.

И последнее, что отличало поучения Шри Рамакришны от религиозных проповедей реформаторов различного толка, — доверительный тон его беседы и необычайно яр­кая, образная речь. Свои советы Шри Рамакришна нередко облекал в форму житейской истории, действующим лицом которой был кто-то из присутствовавших, общих знако­мых или он сам. Эффект воздействия его поучения во много раз усиливался благодаря присущему устному сказу приему: события реальной жизни постоянно перемежались переска­зом эпизодов известных эпических сказаний или упомина­ниями отдельных случаев из жизни религиозных настав­ников.

Это создавало поразительный эффект присутствия всех действующих лиц в одном временном измерении.

Идеи Шри Рамакришны получили свое развитие в де­ятельности Свами Вивекананды. Его усилиями в 1897 году в Калькутте был основан просветительский центр «Миссия Рамакришны» и одновременно с ним религиозный центр — «Велур Матх», где люди, решившие посвятить свою жизнь служению ближнему, могли бы готовить себя к этой деятельности.

Свами Вивекананда сформулировал задачи «Миссии» следующим образом:

1) Содействовать и пропагандировать изучение Веданты и ее принципов, а также теологии в широком смысле так, как это было задумано Шри Рамакришной и опираясь на его собственный духовный опыт.

2) Содействовать и поддерживать развитие искусств, наук и прогрессивных технологий.

3) Активно заниматься просветительской и образова­тельной работой среди населения.

4) Помня о том, что человек есть воплощение божие, вести общественно полезную благотворительную деятель­ность (школы, колледжи, больницы, инвалидные дома).

В настоящее время «Миссия» имеет более 140 филиа­лов во всех странах мира, включая и Россию.

1 марта 1937 года более двухсот ученых из тринадцати стран мира стали участниками конгресса религий, посвящен­ного столетию со дня его рождения. Сочинение Ромена Роллана, вошедшее в эту книгу, одно из свидетельств при­стального интереса мировой общественности к личности и учению Шри Рамакришны.


Е. К. Бросалина

РОМЕН РОЛЛАН И ФИЛОСОФИЯ РАМАКРИШНЫ


Обращение Ромена Роллана (1866—1944) к жизни и философии Рамакришны поначалу выглядит удивительным и необъяснимым. Почему знаменитый уже писатель, глубо­кий знаток музыки и итальянской живописи, автор истори­ческих драм и теоретик театра — рафинированный эстет и европеец до мозга костей вдруг начинает углубленно изу­чать жизнь деятелей чуждой ему культуры, которую в те времена большинство даже образованных людей склонны были считать отсталой?

Однако ответ на этот вопрос найти не так сложно, как это кажется на первый взгляд. Если внимательно всмот­реться в духовную биографию Роллана, проследить за эво­люцией его общественных взглядов и эстетических идей, то его интерес в начале 20-х годов к изучению индийской истории и философии покажется вполне естественным и логичным.

Р. Роллан родился в 1866 году в семье нотариуса и получил блестящее гуманитарное образование в парижской Эколь Нормаль. К тридцати годам он успел защитить две докторские диссертации: о раннем европейском музыкаль­ном театре и о поздней итальянской живописи. Затем была преподавательская работа в Сорбонне, успех первых же поставленных пьес, серьезные теоретические работы о те­атре. В 1903 году Роллан выпускает свою первую художе­ственную биографию — книгу «Жизнь Бетховена». Она имела большой успех: говоря о своем любимом композиторе, писатель нашел особенную, личную интонацию, которая вы­делила эту биографию из ряда ей подобных. «Жизнь Бетховена» — это не просто описание земного пути одного из самых выдающихся композиторов в истории человечества, это прежде всего глубокие размышления самого Роллана о философии искусства, о природе творческого дара, о пути творца в зачастую враждебном ему мире.

Нельзя сказать, что Ромен Роллан был создателем жан­ра философской биографии: прежде в подобном ключе вы­пускали свои книги Босуэлл и Стендаль, одновременно с Ролланом — Честертон и Цвейг. Но Роллан вобрал в себя все лучшее, созданное его предшественниками, и выработал свой особенный метод и стиль. Так же написаны и биогра­фии Микеланджело (1907) и Толстого (1911) — лично­стей, глубоко волновавших писателя.

В эти же годы Роллан создает главное свое произве­дение — десятитомный роман «Жан-Кристоф», который повествует о творческом пути композитора Ж.-К. Крафта, не принимавшего пошлость окружающей его жизни и бро­сившего вызов устоявшимся канонам творчества и законам человеческого общежития. По своей художественной силе этот роман можно поставить рядом с такими произведения­ми о судьбе Художника, как «Доктор Фаустус» Томаса Манна или «Луна и грош» Сомерсета Моэма.

Первая мировая война потрясла писателя. Веруя в ра­зум, прогресс, духовность, он не мог принять и объяснить то, что творилось на полях сражений Европы, которая ка­залась оплотом гуманизма, высшей точкой развития науки, философии и искусства. Как и большинство его современ­ников, Р. Роллан воспринял эту войну как самое трагиче­ское событие во всей истории человечества. Он активно за­нимается общественной деятельностью, пишет статьи, при­зывающие прекратить бессмысленную бойню. Именно в этот момент зарождается его интерес к ненасильственным формам решения политических и общественных проблем, свойственным философии и культуре Индии.

В 1923 году выходит его книга о Махатме Ганди, затем следуют биографии Рамакришны (1929) и его ученика Вивекананды (1930). Как и прежде, Роллан использует для их написания разнообразный и богатый материал: книги, статьи, беседы с приверженцами учения о ненасилии. Под его пером рождаются образы простых, но воистину великих людей, воссоздается их окружение, историческая обстанов­ка, дополняемые экскурсами в прошлое и беллетристиче­скими вставками. Сам Роллан пишет, что его книги не о людях, а о «душах-вселенных», которые «соткали одежду для тех, кто ходит нагим» и «выпряли нить Ариадны, которая ведет нас по извилинам лабиринта».

В первые десятилетия XX века искренний и серьезный интерес к Востоку еще только зарождался среди западной интеллигенции. Всем еще памятны были слова, сказанные Редьярдом Киплингом: «Запад есть Запад, Восток есть Восток — и вместе им не сойтись». Но уже близко было время, когда Восток своей второй духовной родиной почув­ствуют Герман Гессе и Альберт Швейцер, Эзра Паунд и Леопольд Стафф... И среди этих выдающихся поэтов и мыслителей достойное место занимает Ромен Роллан с его книгами о Тех, Кто видел мир без войн и насилия.


_________________________________________
* Я беру дату, указанную К. М. Панниккаром. П. Массон-Урсель относит патриаршество Рамануджи к XII веку (ср.: Masson-Oursel P. Esquisse d'une histoire de philosophic indienne, 1923; Pannikkar К. М. Mouvement religieux dans I'lnde au moyen-age (Feuilles de I'lnde, 1928).

1 Это слово значит «добродетель», «святость», но по своему корню God (бог) оно заключает в себе более глубокое понятие.

1 К моему большому сожалению, два тома «Евангелия», которые я сумел достать, относятся к двум различным изданиям: первый том — к 4-му изданию 1924 года, второй том — к 3-му изданию 1922 года. Но можно полагать, что в такой короткий срок типограф­ское расположение мало изменилось.

2 На самом деле издание имело четыре, а не три тома.

http://svitk.ru/004_book_book/10b/2176_rollan-jizn_ramakrihni.php
 
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ЗАРУБЕЖНАЯ ПУБЛИЦИСТИКА » ЖИЗНЬ РАМАКРИШНЫ (Ромен РОЛЛАН)
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES