Вторник, 12.12.2017, 11:06

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 3«123»
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ЗАРУБЕЖНАЯ ПУБЛИЦИСТИКА » МИСТИЧЕСКОЕ ХРИСТИАНСТВО (РАМАЧАРАКА (Вильям АТКИНСОН))
МИСТИЧЕСКОЕ ХРИСТИАНСТВО
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:04 | Сообщение # 11
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline
Кроме того, даже среди преданий браминов и буддистов есть сообщения о молодом учителе, появившемся между ними, высказывавшем удивительные истины и восстановившем против себя многих священников различных вероисповеданий Индии и Персии своими проповедями против формализма и своими возражениями против всяких сословных различий и ограничений. И это тоже соответствует оккультным преданиям, по которым Иисус с двадцать первого до тридцатого своего года проповедовал в Индии, Персии и соседних странах, пока Он не вернулся на родину, где проповедовал в течение трех последних лет Своей жизни.

Оккультные предания сообщают нам, что Его выступления вызывали большой интерес в каждой посещаемой Им стране. И в то же время Он вызывал резкое противодействие со стороны священников, так как Он постоянно возражал против формализма и интриг духовенства, старался вернуть народ к истинному духу, подальше от церемоний и обрядов, всегда ведущих к омрачению духовного света. Он говорил, что Бог является Отцом всех, и поучал о братстве людей. Он старался точно объяснить оккультные истины народу, потерявшему дух истины в соблюдении внешних обрядов и важных церемоний.

Рассказывают, что в Индии Он навлек на Себя гнев браминов, строго придерживавшихся различия сословий, этого бича Индии. Он жил в хижинах шудр, самого низшего индийского сословия, и потому высшие сословия считали Его парией. Они смотрели на него как на подстрекателя и нарушителя установленного священниками и высшими кастами социального порядка. Для них Он был агитатором, мятежником, ренегатом религии, опасным человеком и «нежелательным гражданином» для правителей страны.

Но зерна Его познаний не пропали даром; в современных индийских религиях и в учениях других восточных стран встречаются следы истин, очень напоминающих учения Иисуса и доказывающих, что они почерпнуты из того же источника, что сильно смущало христианских миссионеров, побывавших в этих странах.

Иисус медленно и терпеливо продвигался домой, к Израилю, где Ему суждено было довершить свой труд тремя годами проповедничества среди собственного народа и снова восстановить против Себя священников и высшие сословия, приговоривших Его в конце концов к смерти. Он возмущался установленными порядками, и Его постигла судьба, уделяемая тем, кто опережает время, в котором он живет.

И как с первого и до последнего дня Его священнослужения, так и теперь истинные учения человека скорби скорее доходят до сердца простого народа, а духовенство и власти поносят и оспаривают их. Он всегда был другом бедных и угнетенных, и правительство всегда Его ненавидело.

Итак, вы видите, что по оккультному учению Иисус был известным всему свету учителем, а не только пророком Иудеи. Его слушателями являлись народы всего мира.

Он посеял семена истины во многие религии, и эти семена начинают приносить наилучшие плоды даже теперь, в наши дни, все более распространяя во всех странах истину, что Бог является всеобщим Отцом, и что все люди братья. Эта истина настолько укрепляется, что вскоре победит прежнее понятие, отделявшее брата от брата и веру от веры. Христианство – истинное христианство – не есть лишь верование, но великая человеческая и божественная истина, возвышающаяся над всеми мелочными различиями пародов и верований, и в конце концов она будет светить наравне над всеми людьми, соединяя их в единое всемирное братство. Наступил бы скорее этот великий день!

Мы покинули Иисуса медленно продвигавшимся обратно в Иудею, на родину Своего отца и место Своего рождения. Тут вставляя слово, там сажая зерно, – все дальше продолжал Он Свой путь. Заходя в одно мистическое братство, временами отдыхая в другой оккультной обители, Он медленно возвращался той дорогой, по которой ступал юношей. Но хотя по наружности Он и походил на ученика, отправившегося в путь для завершения своего образования, Он возвращался властелином и учителем, носящим и сеющим семена великой истины, которой предстояло расти и дать обильные плоды и распространиться со временем по всему свету во всей своей незатронутой непорочности, несмотря на искажения со стороны тех, на чьем попечении Он оставил ее, покидая те места, где столько трудился.

Иисус вернулся всемирным пророком, а не лишь еврейским священником, а еще менее иудейским Мессией, предназначенным занять престол отца Своего, Давида. И при своем путешествии Он оставил Свой след среди всех великих народов. В Персии осталось много преданий об Иисусе, молодом учителе, появившемся в этой стране много веков тому назад и поучавшем, что Бог есть Отец, а все люди братья. Среди индусов встречаются предания о Иезофе или Иозе, молодом аскете, который давным-давно странствовал по Индии, возмущаясь существующими законами о различии сословий, дружа с простонародьем, которое, как и в Израиле, «охотно его слушало». Даже в Китае можно встретить подобные рассказы о молодом религиозном подстрекателе, проповедовавшем братство людей и известном, как друг бедных.

Все дальше продвигался Он, сея зерна человеческой свободы и отвержения ига тиранства и формализма духовенства, и зерна эти произрастают и по сей день. Да, дух Его истинного учения еще теперь приносит плоды в людских сердцах и, даже сейчас, по прошествии почти двух тысяч лет, «дух» Его социальных учений все еще «продолжает продвигаться» вокруг всего света.
Глава 4. Начало священнослужения

По данным оккультизма, Иисус, вернувшись на родину после путешествия по Индии, Персии и Египту, провел по крайней мере год среди различных лож и обителей ессеев. Из первой главы этой серии Вам известно, что представляла собой эта великая мистическая организация – братство ессеев. За время отдыха и учения в их обителях Его внимание было привлечено к труду Иоганана – Иоанна Крестителя – и Он увидал в нем ключ, отворяющий Ему путь для Его предстоящего великого труда среди Своего народа. Мечты об обращении Своего народа – евреев – к Его понятиям истины и жизни донимали Его, и Он решил посвятить Свою жизнь этому великому труду.

Трудно преодолеть и искоренить чувство родовой принадлежности, и Иисус почувствовал Себя на родине все же дома, среди Своего народа, и в нем вновь утвердились узы крови и племенного родства. Он отказался от Своего прежнего намерения провести жизнь в странствованиях и решил воздвигнуть знамя истины в Израиле, чтобы из столицы избранного народа свет духа озарял весь мир. Этот выбор был сделан Иисусом человеком, – Иисусом евреем. Исходя из более широкой и высокой точки зрения, у него не было ни рода, ни родины, ни народа – но Его человеческое происхождение сказывалось слишком сильно, и, поддаваясь ему, Он посеял семена для своей конечной гибели.

Если бы Он лишь прошел через Иудею странствующим миссионером, подобно многим другим до него, Он бы избег наказания правительства. Хотя Он и навлек бы на себя ненависть и вражду священников, они не смогли бы обвинить Его в желании стать царем евреев или еврейским Мессией, пришедшим, чтобы занять престол предка своего, Давида. Но не стоит предаваться таким размышлениям, так как кто знает, какую роль судьба играет в великом всемирном плане – кто знает, где кончается свобода воли и где судьба начинает руководить великой игрой всемирной жизни согласно плану?

Как мы уже говорили, Иисус у ессеев впервые услышал про Иоанна и решил при помощи его священнослужения пробить Себе путь для Своего великого труда. Он сообщил отцам-ессеям о Своем намерении впоследствии отправиться к месту служения Иоанна, и отцы оповестили об этом Иоанна. Говорят, что тот не знал, кто придет; ему сообщили только, что со временем к нему присоединится великий учитель, из дальних стран, и Иоанну было велено подготовить народ к Его пришествию.

И Иоанн точно исполнил приказания, данные руководителями ессейских братств. Он проповедовал покаяние, правдивость, обряд крещения и главным образом приход учителя. Он говорил народу: «покайтесь, ибо приблизилось царство небесное». – «Кайтесь, ибо вскоре придет учитель!», – повторял он, возвышая голос.

А когда народ окружал его, спрашивая, не есть ли он, Иоанн, сам Христос, он отвечал: «Нет, я не тот, кого вы ищете. Идет за мною Сильнейший меня, у Которого я недостоин, наклонившись, развязать ремень обуви Его; я крестил вас водою, а Он будет крестить вас Духом Святым!» И всегда он повторял, чтоб готовились к приходу учителя. Иоанн был истинным мистиком, он весь ушел в труд, к которому был призван, и гордился быть предшественником учителя, о приходе которого его оповестило братство.

Как было сказано в первой главе, однажды перед ним предстал молодой человек, с благородной, спокойной осанкой и взглянул на него выразительным взором истинного мистика. Чужестранец просил Иоанна окрестить Его, но Иоанн, который по знакам и символам братства понял, что перед ним стоит иностранец высшего оккультного разряда, возражал, считая себя недостойным этого. Чужестранец, Иисус, сказал Иоанну: «оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду», и вошел в воду для получения вновь крещения, для доказательства народу, что Он пришел, чтобы быть ему подобным.

И тогда произошло странное событие, будто голубь спустился с неба и сел Ему на голову, и послышался тихий голос: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение». И тогда чужестранец, очевидно смущенный странным явлением свыше, отошел от толпы и направился в пустыню, как бы нуждаясь в уединении для размышления о случившемся в тот день и о предстоящем Ему труде, очертания которого смутно рисовались Ему.

Большинство учеников, изучающих Новый Завет, не придает особого значения пребыванию Иисуса в пустыне, считая это побочным обстоятельством раннего периода Его стези. Но мистик и оккультист смотрит на этот период его жизни иначе, зная из поучений Его ордена, что Иисус подвергся в пустыне суровому оккультному искушению, предназначенному к развитию Его сил и испытанию Его выносливости. Как знает всякий продвинувшийся член великого оккультного ордена, оккультный стаж «испытания в пустыне», в сущности, основан на мистических переживаниях Иисуса и должен служить символом искушений, которым Он был подвергнут. Рассмотрим это столь важное и значительное для всех истинных оккультистов событие.

Пустыня, к которой направился Иисус, лежала далеко от реки, где происходил обряд крещения. Удаляясь от плодородных берегов и обработанных полей, Он приближался к ужасной пустыне, наводящей суеверный страх даже на туземцев той местности. Это было одно из самых мрачных и заколдованных мест этой и так суровой страны. Евреи называли ее: «Обитель ужаса», «Заброшенное место ужаса», «Страшная область» и другими названиями, выражающими суеверный страх, внушаемый этой областью. Тайна пустыни омрачала всю местность, и лишь самые отважные смельчаки решались войти в ее пределы. Местность изобиловала мрачными горами, скалами и вершинами. Те из жителей, которые путешествовали по Африке, видели суровые области американских пустынь и читали про ужасы Долины Смерти или страны Алкали, могут приблизительно представить себе природу той пустыни, к которой направился Христос.

По мере Его продвижения по этой ужасной области постепенно исчезала растительность; под конец встречались лишь тощие растения, сохранившиеся, несмотря на неблагоприятные почвенные условия. Понемногу пропадали звери, встречавшиеся часто в более низменной полосе; под конец пропал всякий след их, кроме изредка встречавшихся змей и других пресмыкающихся. Молчание пустыни окружало странника, носясь над Ним и всюду, где Он ступал, все теснее обволакивая Его, по мере Его продвижения.

Вот Он уже проходит по последнему населенному местечку, лежащему на пути к самому центру Пустыни – маленькой деревни Энгеди, где находились древние известняковые водоемы, снабжавшие водой все нижележащие области. Немногие жители этого отдаленного аванпоста первобытной цивилизации с удивлением и страхом смотрели на одинокого странника, проходящего среди них, не замечая их; казалось, что Его взор способен просверлить горы, возвышающиеся вдали, тая в себе уединенные впадины, куда никогда не ступала нога человека; даже самые храбрые жители пустыни не решались на это, напуганные страшными рассказами о нечестивых созданиях, собиравшихся там на бесовские оргии.

Все глубже и глубже продвигался учитель, не обращая внимания на скудную природу, состоящую из мрачных гор и голых скал, лишь местами покрытых пучками жидковатой травы и колючими кактусами, выставляющими свои колючки в защиту от неприятеля.

Наконец странник добрался до вершины одной горы и оглянулся на окружающую Его местность. То, что Он увидел, исполнило бы ужасом сердце всякого человека. За ним лежала только что пройденная область, казавшаяся, несмотря на всю свою мрачность и угрюмость, прямо раем в сравнении с местностью, расстилавшейся перед Ним. Под Ним и за Ним были пещеры, суровые обиталища беглецов, скрывавшихся здесь от людского суда. И совсем вдали находилось местопребывание Иоанна Крестителя; Он мысленно представлял Себе, как толпа там обсуждала пришествие необычного учителя, который быстро удалился, скрываясь от толпы, готовой поклониться Ему, как учителю, и следовать всякому Его велению.

При наступлении темноты Он в последующие ночи засыпал на одной из диких скал, на краю глубочайшей пропасти. На заре Он уходил все дальше и дальше. Без пищи, храбро продвигался вперед к центру гор, направляемый духом к месту великой душевной борьбы, близость которой Он невольно предчувствовал.

Он все еще был поражен словами голоса, хотя еще не постиг их полного значения, не достигнув еще полного развития своей духовной мысли.

«Сей есть Сын Мой возлюбленный, в котором Мое благоволение» – что означали эти слова? И все еще не было ответа на этот зов души Его, тщетно добивавшейся разгадки этой тайны.

И все дальше спешил Он, пока не взобрался, наконец, по крутому обрыву на недоступную гору Кваранстана, за которой, как Он чувствовал, Ему предстояло начало борьбы. Он нигде не находил пищи – Ему надо было вступить в бой без материальной поддержки, необходимой всем людям для поддержания жизни и сил. Он все еще не получил ответа на зов души Своей. Ни утесы под Его ногами, ни синее небо над Его головой, ни величавые вершины Моаба и Гилеада, возвышавшиеся вдали – не давали Ему столь желанного ответа для разрешения загадки о голосе. Ответ этот зависел от него самого. И до получения ответа Ему надо было оставаться в самом центре пустыни без пищи, без крова, без всяких людей. И то, что произошло с учителем, суждено и Его последователям – все, достигающие точки развития, требующей ответа, должны испытать это ужасное чувство «одиночества» и духовного голоса, страшной отдаленности от всего, что ценит мир, до получения ответа изнутри, из духовного святого святых.



Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:05 | Сообщение # 12
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline
Чтобы постичь характер душевной борьбы, предстоявшей Иисусу в Пустыне, той борьбы, при которой Он оказался лицом к лицу с собственной душой, мы должны понять еврейское страстное желание и ожидание Мессии. Предания о Мессии столь властно завладели умами еврейского народа, что достаточно было одной искры, в образе выдающейся личности, для объятия всего Израиля ярким пламенем. Всякий еврей, достойный этого названия, таил в себе мечту о приходе Мессии из рода Давида и о восшествии его на престол, как царя евреев.

Израиль был угнетен завоевателями, страдал под чужим игом, но при приходе Мессии-освободителя каждый еврей собирался восстать против победившего его народа, сбросить ненавистное иго, чтобы Израиль снова мог занять прежнее место среди народов.

Эта всенародная надежда не была тайной для Иисуса, а наоборот, была внушена ему с самого детства. Он много размышлял о ней за время своих странствований и пребывания в чужих странах. Но, по оккультным преданиям, Он и не думал считать себя самого Мессией, вплоть до возвращения на родину после многих лет, проведенных в изучении дальних стран и в служении в них. Предполагают, что мысль, – не есть ли Он давно ожидаемый Мессия, – была впервые внушена Ему ессейскими учителями во время Его отдыха среди них до появления перед Иоанном Крестителем. Ему было указано, что необычайные происшествия, сопровождавшие Его рождение, означали, что Он является замечательной личностью, предназначенной сыграть великую роль в мировой истории. Из этого вытекало предположение, что именно Он Мессия, пришедший занять престол предка своего Давида и вернуть Израилю прежний блеск лучезарной звезды, светящейся на небесах народных. Разве не разумно было предполагать, что Ему предназначено повести избранный народ к желанной цели?

Иисус стал серьезно задумываться над всем этим. У Него не было никакого личного честолюбия, и Он стремился вести жизнь оккультного аскета. Но и при отсутствии всякого честолюбия мысль об освобождении и возрождении Израиля воспламеняли кровь каждого еврея.

Он всегда сознавал, что Он чем-то отличался от остальных людей, и что Ему предстоял великий жизненный труд, но Он не понимал ни Своих особых свойств, ни особенности предстоящей Ему работы. И неудивительно, что предположения ессеев привели Его к глубоким размышлениям. А потом, чудесное появление голубь и голос, услышанный во время Его крещения, подтвердили, казалось, мысль ессеев. Неужели Он действительно являлся долгожданным освободителем Израиля? Ему надо было узнать это – добиться ответа из самых сокровенных изгибов души. И потому Он удалился в Пустыню, интуитивно сознавая, что там, в одиночестве и безлюдности, Он поведет борьбу и добьется ответа.

Он чувствовал, что наступил важный период Его жизненного труда, что раз навсегда надо было решить вопрос «кто Я?» Потом Он покинул восторженные толпы приверженцев Иоанна и искал уединения в заброшенных местностях Пустыни, чувствуя, что там Он предстанет лицом к лицу перед собственной душой, испросит и получит ответ.

И в самых отдаленных расщелинах в центре пустыни Иисус много дней боролся духовно Сам с Собой, без всякой пищи и без крова. И борьба эта была ужасна – достойна столь великой души. Сначала Ему пришлось одолеть телесные потребности. Говорят, что физическая борьба Его достигла наивысшей точки, когда инстинктивный разум, руководящий физическими действиями, в последний раз резко потребовал своих прав, Он настоятельно, всеми силами добивался хлеба. Он искушал Его сознанием, что Он, в силу Своих оккультных способностей, может превратить даже камни в хлеб и требовал сотворения этого чуда для удовлетворения собственных физических потребностей – действие, осуждаемое всеми истинными оккультистами и мистиками.

«Преврати этот камень в хлеб и поешь» взывал голос обольстителя. Но Иисус не поддавался искушению, хотя Он знал, что сосредоточением мысли Он мог сначала мысленно вообразить себе, что камень превратился в хлеб, а потом силой воли фактически превратить его в хлеб. Чудотворный дар, при помощи которого Он впоследствии превратил воду в вино и накормил массы народа в пустыне хлебом и рыбой, мог тогда принести Ему пользу для личного насыщения, для прекращения поста.

Никто, кроме выдающихся оккультистов, познавших силу искушения воспользоваться тайным даром для удовлетворения личных нужд, не может вполне оценить ту внутреннюю борьбу, через которую Иисус прошел, и из которой Он вышел победителем. И как истинный оккультный учитель, которым Он был, Он собрал все свои внутренние силы и отогнал искусителя.

Но Ему предстояло преодолеть еще гораздо более серьезное искушение. Он был противопоставлен мысли о мессии и царе евреев, о которой мы говорили. Являлся ли Он спасителем? И если да, то как Ему следовало жить и действовать? Было ли Ему предназначено отбросить одежду и посох аскета и облачиться в царский пурпур и скипетр? Надо ли было Ему отказаться от роли духовного руководителя и учителя и стать царем и повелителем народа Израиля? То были вопросы, которые Он задавал своей душе и на которые требовал ответа.

И по мистическим преданиям, душа ответила Ему, предоставив два различных духовных изображения с уверением, что Он волен выбрать из них по желанию и превратить его в действительность.

Первое изображение представляло Его оставшегося верным своим духовным инстинктам и Своей миссии, но превращенного в «скорбного человека». Он видел себя, продолжавшего сеять зерна истины, которым суждено еще через столетия всходить, цвести и приносить плоды для вскормления мира, но которые сначала навлекут на Него гнев и гонения со стороны стоящих у власти. И Он увидел каждый шаг предстоящего Ему пути, ведущего Его к концу, и увидел Себя под конец увенчанным терновым венцом, осужденным к распятию, как преступника, и умирающим между двумя преступниками низшего разряда. Все это Он узрел, и даже Его храброе сердце наполнилось смертной тоской ввиду такой позорной кончины – видимой неудачи всей Его земной миссии. Но рассказывают, что вокруг Него собралось несколько бесплотных духов с высших планов существования, одобряя его, внушая Ему надежду и решительность. Он оказался среди духов небесных, дававших Ему вдохновение своего присутствия.

Понемногу это изображение и все невидимые помощники исчезли, и перед взором одинокого обитателя пустыни предстала иная картина. Он увидал Себя спускающимся с горы и объявляющим народу, что Он мессия – царь евреев, пришедший, чтобы повести свой избранный народ к победе и освобождению.

Он увидал, как народ восторженно приветствовал в Нем долгожданного освободителя Израиля и окружал Его знамена. Видел Себя во главе многочисленного победного войска, наступающего по направлению к Иерусалиму; видел Себя пользующимся своими высокими оккультными познаниями, дающими Ему возможность предвидеть каждый шаг и всякое намерение неприятеля и побороть его. Он видел Себя чудотворно вооружавшим и кормящим Свою армию. Он видел Себя покоряющим врага при помощи своих оккультных дарований. Видел, как сбрасывалось иго римлян, как их фаланги бежали через границу, в страхе и глубоком смятении. Он видел Себя вступающим на престол предка Своего Давида, водворяющим образцовое правление, которое превратило бы Израиль в самое передовое государство. Он видел, как сфера влияния Израиля распространялась во все направления, завоевывая Персию, Египет, Грецию и даже Рим, внушавший некогда трепет. Он видел Себя подъезжавшим победоносно на колеснице в день великого празднества победы, волоча за Собой самого Цезаря, раба израильского царя. Он видел, как царский двор становился центром вселенной, превзойдя даже двор Соломона. Он видел Иерусалим столицей всего мира и Себя, Иисуса из Назарета, сына царя Давида, правителем его, героем, полубогом. Видел в изображении апофеоза мирового успеха Себя самого и Свой излюбленный Израиль.

И дальше Он видел, как храм стал центром мирового религиозного мышления. Религия евреев под Его выдающимся руководством превратилась в мировую религию. Он видел Себя избранным проповедником Израиля, осуществившим все мечты иудейских отцов, Мессией Нового Израиля, со столицей Иерусалимом, царицей всего света.

И все это зависело лишь от Его оккультной власти, управляемой Его Волей. Рассказывают, что при изображении этой второй картины Его окружили все великие мировые волны – мысли, продуманные людьми всех веков и представляющие Сны Власти. Эти облака сгустились на Него, как густой туман, и вибрации их были подавляющи. И пришла также рать бестелесных душ, искавших или достигших власти при жизни, и каждая из них старалась внушить Ему желание власти. Никогда еще не собиралось столько темных сил для нападения на разум смертного.

Разве было бы удивительно, если бы даже такой человек, как Иисус, изнемог бы?

Но он не поддался искушению. Собрав всю свою внутреннюю силу, Он отогнал наступающую рать, и усилием воли Он предал забвению все изображение вместе с искусителями, вскрикнув возмущенно: «Ты осмеливаешься искушать даже Меня, Твоего Господа и Учителя! Удались от Меня, Дух Тьмы!»

Итак, искушение в пустыне не имело успеха, и Иисус получил ответ из души Своей и спустился с горы обратно к людям, к месту Своею трехлетнего служения и страдания и к месту Своей смерти. Он знал все, что Ему предстояло, увидав это в первом изображении.

Иисус избрал Свой путь.

Учитель спустился с гор, покинул пустыню и возвратился к Иоанну и его последователям. Во временном отдыхе и подкреплений едой и питьем Он набирал энергию и силы для Своего великого труда.

Приверженцы Иоанна собрались вокруг Него, считая Его Спасителем, пришедшим чтобы вести их к победе. Но Он разочаровал их своим спокойствием, своей простотой и отрицанием всяких царских прав. «Что вам от Меня надо?» спрашивал Он их, и многие отходили в смущении и примыкали к толпе. Но несколько смиренных душ осталось при Нем, к ним примкнули еще некоторые, и так образовалась маленькая группа верных учеников, первых последователей Христа. Эта группа почти вся состояла из рыбаков и людей других, столь же скромных занятий; все эти люди были «люди простые», из рядов которых обычно набираются первые приверженцы всякой великой религии.

Вскоре Иисус перешел в другое место в сопровождении Своих учеников, число которых всюду росло. Некоторые оставались недолго; их, маловерующих, заменяли другие. Итак, число последователей Иисуса все росло и под конец привлекло внимание правительства и общества. Иисус постоянно опровергал слухи, что Он Мессия, но молва о Нем, как о Спасителе, все же распространялась, и правительство прибегло к системе шпионажа и надзора, сопровождавшей в течение трех лет каждый шаг Его и приведший к Его распятию. Еврейские священники поддерживали эту подозрительность, ненавидя молодого учителя, который открыто восставал против их засилья и формализма.

Однажды Иисус пришел со Своими учениками в маленькую Галилейскую деревушку, где Иисус принялся, как обычно, поучать народ. Недалеко от них шли приготовления к свадьбе. Свадебный обряд всегда очень чтился евреями, и к нему тщательно готовились, в зависимости от богатства родителей невесты. На празднество съезжались все родственники. Случайно оказалось, что Иисус приходился дальним родственником невесты, и согласно обычаю, Он был приглашен на свадьбу.

Гости стали собираться; каждый из них снимал сандалии во дворе и вступал в комнату, приготовленную для гостей, босиком, старательно омыв ноги, как полагалось по древнему, сохранившемуся в восточных странах, обычаю. Иисуса сопровождало несколько верных учеников. Его мать и братья тоже были среди приглашенных на празднество родственников.

Его появление возбудило большой интерес и много толков среди гостей. Некоторые смотрели на Него, как на простого странствующего религиозного учителя, подобного другим, проходящим по стране; иные считали Его вдохновенным пророком, принесшим еврейскому народу чудесную весть, подобно тому, как Он распространял ее раньше среди персов, египтян и индусов. Для других Он являлся чем-то большим, и среди присутствующих слышались шепоты: «Он Мессия», «Царь Израиля» и т. п., вызывающие интерес, смущение или отвращение, смотря по взглядам присутствующих. Но Он привлекал общее внимание и Своей манерой, осанкой и выражением. Необычайные рассказы о Его странствованиях по чужеземным странам еще увеличили всеобщий интерес к Нему.

Как часто бывает перед особыми событиями, все как-то предчувствовали, что произойдет нечто необычайное.

Его мать, Мария, внимательно следила за Ним, заметив, что с Ним произошла какая-то непонятная ей перемена.

К концу празднества среди родственников распространился слух, что вино на исходе, так как его было выпито гораздо больше, чем предполагалось. Такой случай равнялся в еврейской среде семейному позору, и ближайшие родственники стали озабоченно переглядываться.

Согласно преданию, Мария и другие женщины просили Иисуса оказать помощь. Неясно, что именно они от Него ждали, но, вероятно, они бессознательно сознавали Его величие и считали Его главой семьи. Во всяком случае они обратились к Нему за помощью. Неизвестно, какие доводы они привели, но как бы то ни было, им удалось заручиться Его согласием и обещанием помочь. Сначала Он уверял их, что это дело его не касается, что Он не может пользоваться данным Ему даром для таких пустяков, но Его любовь к матери и желание отблагодарить ее за ее преданность и веру в Него одержали верх над нежеланием мистика выступить «чудотворцем» и проявить свою оккультную власть на свадебном пиру. Он давно научился этому сравнительно простому оккультному искусству у своих учителей в далекой Индии, этой стране чудес. Он знал, что даже более скромные йоги той страны отнеслись бы с усмешкой к сотворению такого простого чуда. Он сам не придавал ему большого значения, вовсе не считая это проявлением высшей оккультной власти. И потому Он согласился на просьбы родных.

Пройдя во двор, где стояли большие сосуды с водой, Он окинул их по очереди острым, пронизывающим взглядом, быстро проводя рукой по каждому из них. Он сделал духовное представление, предшествующее всякому проявлению оккультной власти, и затем, пользуясь Своей силой воли, Он быстро собрал воедино таившиеся в воде этих сосудов основные элементы вина, материализовав их, и так свершилось «чудо».

Над всем домом пронеслась волна возбуждения. Гости окружили сосуды, чтобы отведать вина, созданного оккультной силой. Духовенство недовольно хмурилось, представители власти насмехались и шептали: «шарлатан», «мошенничество», «бесстыдный обман» и другие выражения, всегда вызываемые такого рода событием.

Иисус отвернулся, печальный и огорченный: среди индусов такое простое оккультное событие произошло бы почти незамеченным, в то время как здесь, среди Его народа, это считалось великим чудом, а иные приняли это за насмешку странствующего волшебника и шарлатана.

Кем же был этот народ, которому Он счел возможным вверить обетование жизни? И, глубоко вздохнув, Он вышел из дома и вернулся в свой лагерь.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:06 | Сообщение # 13
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline
Глава 5. Начало служения


В Евангелиях мало говорится о первом годе служения Иисуса среди евреев. Ученые упоминали о нем как о «годе мрака», но по оккультным преданиям этот год служения имел большое значение, так как именно тогда Иисус положил твердую основу Своего будущего труда.

Он путешествовал по всей стране, основывая всюду небольшие кружки учеников и центры деятельности. В городах, деревнях и хижинах Он оставлял небольшие группы верных учеников, поддерживавших пламя Истины и воспламенявших тех, кого привлекал свет. Он всегда трудился среди самых бедных и униженных, считая, что Ему следовало начать свой труд с самых низких общественных ступеней. Но вскоре на Его собрания стали приходить люди более избранного класса, влекомые часто простым любопытством. Они приходили для увеселения, но часто поддавались впечатлению и оставались для молитвы. Дрожжи хорошо смешались в тесте еврейского общества, и их действие начинало сказываться.

Снова наступило время пасхальных празднеств, и Иисус оказался в храме Иерусалима вместе с учениками. Какие воспоминания в Нем пробудились! Он ясно представлял Себе все, происшедшее за семнадцать лет до того. Он снова видел, как безжалостно убивали неповинных ягнят, как жертвенная кровь текла по алтарям, по каменным полам во дворах; видел снова бессмысленное лицемерие церковных обрядов, казавшихся Ему еще более презренными. Он знал, что и Сам будет убит, как эти жертвуемые ягнята, и в Его уме возникло сравнение, никогда более Его не покидавшее, – представление Себя в образе ягненка, жертвуемого на Алтарь Человечества. Это представление Его было настолько чисто, что грустно подумать о том, что в продолжение веков Его последователи впали в заблуждение (столь же жестокое, как заблуждение иудеев), вообразив, что смерть Его являлась жертвой, требуемой жестоким божеством для удовлетворения Божеского гнева, воспламенившегося при виде недостатков и грехов человека.

Варварские понятия, представляющие себе гневного Бога, злобу которого народ мог укротить лишь убиением неповинных существ, породили теологические догматы, по которым гнев Бога мог быть и был укрощен пролитием крови Иисуса, Учителя, принесшего весть Истины. Такой взгляд достоин лишь варваров и неразвитых людей. И все же это проповедовали и учили веками; людей преследовали и убивали за то, что они отказывались признать Высшего Создателя Вселенной столь коварным, жестоким мстительным Существом и опровергали, что можно угодить Единому Разуму и выманить Его прощение смертью Человека Скорби. Кажется невероятным, что такое учение могло возникнуть из чистых поучений Иисуса, что человек оказался настолько неспособным постичь сокровенные учения, что церковь, построенная на основании служения Иисуса, признала эти догматы и настаивала на них. Но этот пагубный, невежественный взгляд постепенно пропадает: более развитые умы церкви отказываются принять и распространять этот догмат в его первоначальном грубом виде; они либо умалчивают о нем, либо преподают его в более привлекательной форме.

Иисус не проповедовал столь невежественных учений. Его понятие о божестве было из высших, потому что Он воспринял выдающиеся взгляды мистиков, посвятивших его в тайну, присущую Богу, находящемуся повсюду и во всем. Он продвинулся намного выше понятия о божестве, диком, кровожадном, мстительном, злом божестве, вечно требующем жертвоприношений и способном на самые подлые человеческие чувства. Он знал об этом понятии, как знал о существовании понятий других народов, имевших своих племенных или народных богов, которые любили только одно свое племя, свой народ и ненавидели всех остальных. Он знал, что за всеми этими невежественными, первобытными понятиями о божестве пребывало вечно спокойное, светлое существо, создатель и правитель бесчисленных вселенных – миллионов и миллионов миров, – заполняющий все пространство. Он знал, что Бог каждого народа, собственно, каждого человека, представляет возвеличенное изображение отличительных черт того народа или отдельных людей. И он знал, что понятия иудеев не составляли исключений из общих правил.

Всякому, способному оценить величие представления себе Вездесущего, Всемирного Существа, понятие о божестве, требующем кровавых жертв для укрощения гнева, кажется позорным и недостойным серьезного внимания. Такому человеку столь ложное толкование благородных поучений Иисуса является источником возмущения и серьезного протеста. За все столетия мистики христианской церкви никогда не соглашались с этими догматами, хотя до последних лет гонения церковных правителей лишали их возможности открыто возражать против них. Только мистики не дали погаснуть свету истины в темные века христианской церкви. Но теперь наступил рассвет нового дня, сама церковь узрела свет, и в ней слышится истина мистического христианства. И в будущем учения Иисуса, учителя, разольются ясно и светло, освобожденные от искажающих догматов, столь долго отравлявших источник.

При прохождении Иисуса по дворам и помещениям храма одно явление вызвало его особое возмущение, ясно показывая, до чего развращенность духовенства унизила храм: он увидел на ступенях наружных дворов храма группу торговцев, маклеров и менял, которые бойко вели торговлю с тысячами иностранцев, пришедших на праздник. Менялы занимались обменом государственных монет на иностранные деньги, взимая за это большую комиссию. Маклера покупали всякие предметы или ссужали деньги под них бедным богомольцам, жертвовавшим своими скромными пожитками, чтобы приобрести деньги на покупку ягненка для жертвоприношения. Торговцы ввели в священные пределы храма стада крупного скота и овец, клетки с голубями, продавая их странникам для жертвоприношения. Предания сообщают, что духовенство получало некоторую «прибыль» с этой торговли и потому ее допускало. Хотя это и противоречило древним обычаям, помаленьку эта позорная торговля в храме твердо упрочилась.

Возмутительное попрание священных законов храма доказало Иисусу, до чего довела жадность, материализм и отсутствие духовности. Подобное явление казалось явным богохульством и святотатством. Вся Его душа глубоко возмутилась. Пальцы Его сжались, и, схватив связку веревок, брошенную одним из торговцев, Он подбежал к толпе торговцев, размахивая веревкой над их головами, стал выгонять их, крича громким голосом: «Убирайтесь отсюда, презренные! Дом Мой есть дом молитвы, а вы сделали его вертепом разбойников». Смирный и добрый назарянин превратился в мстителя за осквернение храма.

При этом гневном наступлении маклера, менялы и торговцы бежали, разбросав по полу храма свои деньги. Они не посмели вернуться за ними, так как выступление Иисуса возбудило против них гнев народа, который стал требовать восстановления прежних порядков, защищавших храм от таких вторжений. Но торговцы направились к верховным священникам и стали горько жаловаться на отмену их «привилегий» и «льгот», за которые они так дорого заплатили. И священники, принужденные вернуть деньги за концессии, были возмущены и тут же поклялись отомстить учителю, осмелившемуся вмешаться в их систему разрешений. Это чувство мщения и ненависти все возрастало и было одной из главных причин создания сети тех интриг, которые привели два года позже к ужасной драме Голгофы.

Следующие месяцы прошли в странствованиях вдоль и поперек по всей стране, причем число последователей все увеличивалось. В то время Иисус являлся скорее учителем немногих, всюду собиравшихся вокруг Него, чем великим проповедником. Он признавал лишь немногие обряды, из которых считал главным обряд крещения, бывший, как мы уже говорили, обрядом ессеев и имевший оккультное и мистическое значение.

Изучающие Новый Завет могут между строк прочесть о служении Иисуса в то время, обращая внимание на то, как оно отражалось на евреях.

Приблизительно в это время Иисус был крайне огорчен ужасными известиями о судьбе Своего двоюродного брата, Иоанна Крестителя, бывшего Его предшественником. Креститель осмелился распространить свои проповеди и порицания в самых пределах развращенного двора, и ему пришлось поплатиться за это. Ирод заключил его в темницу и, по слухам, его ожидала еще худшая участь. Вскоре эти слухи превратились в действительность: отказавшись от возможности получить жизнь и свободу ценой отказа от клятвы аскета, с ужасом истинного мистика отвергнув предложения царевны, он пошел на смерть, как человек, который сознавал истину, и лицо головы, поданной на царевом блюде, не выражало ни испуга, ни сожаления. Даже мертвым, Иоанн оказался победителем.

Узнав о смерти Иоанна, Иисус вновь удалился в пустыню. К Его горю прибавилось убеждение, что Ему предстоял еще новый труд. Со смертью Иоанна необходимо было соединить его работу со служением Иисуса. Последователей того и другого надо было объединить под начальством Самого учителя при помощи Его самых достойных и способных учеников. Трагическая смерть Иоанна представляла большое значение для будущего служения Учителя, и Он уединился в пустыню, чтобы обдумать план действия и все подробности предстоящей Ему новой работы. Обращаем внимание изучающих на то, что Иисус со времени возвращения из пустыни отказался от Своей сдержанности и от уединения; Он храбро выступил перед народом, как пылкий проповедник и страстный народный оратор. С тех пор Он не ограничивался небольшим кружком слушателей, но выступал перед толпами народа.

Вернувшись из Самарии и Иудеи, Он снова избрал Галилею главным местом своего служения. Новый дух, которым теперь отличались Его проповеди, привлек внимание народа, и огромные толпы прибывали на Его собрания.

Он выступал теперь более властно, совершенно иначе, чем когда был тихим учителем немногих. Он прибегал к притчам и иносказаниям и к образной речи Востока, и многие образованные люди приходили послушать замечательного молодого оратора и проповедника. Он, казалось, интуитивно проникал в умы Своих слушателей, и Его призывы к правдивости, к праведному житию и размышлению достигали их сердца. С этого времени Его служение превратилось из обычной тихой миссии мистика в деятельную пропаганду.

И тут начался ряд поразительных «чудес», которыми Он, очевидно, хотел привлечь внимание народа, и в то же время принести достойную пользу ближним. Он не творил эти чудеса ради сенсации или самовозвеличения – при Его характере это было невозможно, но Он знал, что ничто иное не возбудит настолько внимание восточного народа, и надеялся, что впоследствии в народе разгорится духовный интерес, намного превышающий эти «чудеса». В этом Иисус следовал примеру святых мужей Индии, действия которых Ему были хорошо известны, так как Он жил в их стране.

Кроме того, надо сказать, что выдающиеся оккультисты не видят в «чудесах» Иисуса ничего сверхъестественного и невероятного. Наоборот, они знают, что эти «чудеса» являются следствием применения некоторых признанных законов природы, неизвестных большинству народа, но доступных высокоразвитым оккультистам всех стран. Скептики и неверующие могут насмехаться над этим, и многие маловерующие христиане и стараются «объяснить» эти чудесные происшествия, но выдающемуся оккультисту не требуется «объяснения». В нем больше веры, потому что он знает о существовании этих оккультных сил, скрытых в каждом человеке, и о возможности пользоваться ими.

Ни одно вещественное действие не является «сверхъестественным». На материальном плане природные законы в полном действии, и ничто не может их преодолеть. Но между этими законами природы существуют столь мало известные составные части и видоизменения, что при проявлении их кажется, что грань природных законов перейдена, и получается «чудо». По оккультным преданиям Иисус отличался поразительным умением применять оккультные силы природы, и говорят, что даже чудеса, сотворенные Им за время служения у евреев, были лишь ребячеством в сравнении с тем, что Он мог бы, при желании, сотворить. Предполагают, что некоторые из Его самых главных чудес вовсе не были записаны, потому что Он всегда внушал своим последователям, что правильнее не придавать большого значения таким событиям. «Чудеса», приводимые в Евангелиях, – самые распространенные среди народа. Более значительные чудеса считались слишком священными для предания.

При приходе с учениками в Канаан, где Он, между прочим, сотворил свое первое «чудо» – превращение воды в вино на свадебном пиру – произошло событие, особенно наглядно доказавшее Его оккультную власть.

К нему пришел влиятельный гражданин из Капернаума, города, лежащего на 20 миль дальше, и умолял Его спасти его молодого сына, лежащего дома при смерти. Он умолял Иисуса поскорей пойти с ним в Капернаум, чтобы еще спасти юношу. Иисус приветливо улыбнулся ему и велел вернуться домой, так как сын его уж здоров, полон жизни и сил. Все Его слушатели поразились такому ответу, а те, кто сомневался, хитро улыбались, предвидя поражение молодого учителя, когда распространится весть о смерти юноши. Те из Его последователей, которые были потрусливее и не обладали настоящей верой, стали сомневаться и шептать «а что если».

Но Иисус не возвращался к этому разговору и спокойно продолжал Свое дело. Слова эти были сказаны Им в седьмом часу дня.

Отец поспешил домой узнать, прав ли был учитель, или ошибся. День или два прошли без всякой вести из Капернаума. Насмешники со свадебного пира стали снова злорадствовать, вновь послышались слова: «шарлатан».

Наконец, пришли вести из дальнего городка; вести эти положили конец презрению и успокоили малодушных: сообщалось, что при возвращении домой отец был встречен криками радости и вести, что в седьмом часу лихорадка спала, и кризис благополучно миновал.

Собственно, вышеназванное «чудо» было из тех, которые многие оккультисты и прежде творили – лечением, вроде многих ему подобных, осуществляемых современными исцелителями многочисленных метафизических культов. Это было простое применение (посредством духовного сосредоточения) утонченных сил природы. Это было доказательством того, что теперь в метафизике принято называть «отвлеченным лечением».

Мы этим вовсе не желаем уменьшить значение чуда, сотворенного Иисусом, но просто хотим объяснить ученикам, что и другие обладают такой же властью, что в этом нет ничего «сверхъестественного», а сказывается лишь действие законов природы.

Приблизительно в то же время произошло еще другое событие в жизни Иисуса, проявление Его власти, отмеченное в Новом Завете и переданное еще подробнее в оккультных преданиях. Случилось это при посещении Иисусом Своего родного города, Назарета, накануне еврейского дня отдыха, субботы. За ночь Он отдохнул, а на следующее утро отправился на службу в местную синагогу. Он сел на то место, которое занимал еще мальчиком вместе с Иосифом. Несомненно, что знакомая среда воскресила в Нем воспоминания о Его странной юности. К великому своему удивлению, Он услышал, что Его призывали продолжать службу. Следует помнить, что Иисус был настоящим раввином, или священником, по рождению, образованию и обучению, так что имел полное право руководить еврейской службой. Очевидно, Его сограждане желали услышать Его проповедь. Он занял подобаемое проповеднику место и продолжал службу в обычном духе, как было предписано законами церкви. Молитвы, пение и чтение чередовались, как обычно. Потом Он приступил к проповеди.

Взяв священный сверток, он прочел текст из Исаии «Дух Господа на Мне, потому что Он помазал Меня проповедовать вести благия». И Он начал разъяснять прочитанный текст.

Но вместо ожидаемых обычных слов и пояснений – технически богословских скучных повторений, – Он стал проповедовать совершенно иначе, необычно для назарян. Самое начало Его проповеди поразило и смутило присутствующих. «Сегодня перед вами исполняется Святое Писание» начал Он. И Он стал излагать Свой взгляд на Свое служение, на порученное Ему дело. Отбросив в сторону все прежнее, заплесневелое, Он храбро заявил, что Он пришел для водворения нового понятия Истины – понятия, которое сотрет формализм и недостаток духовности священников, понятия, не признающего обрядов и церемоний и примыкающего по духу к священным учениям. Потом Он обрушился на недостаток духовного развития среди еврейского народа, на их материализм, жажду наслаждений и на удаление от высших народных идеалов. Он проповедовал мистический догмат и требовал применения его к повседневной жизни. Он преподнес толпе учения каббалы в простых, доступных словах. Он указывал, что надо стремиться к высоким, духовным достижениям, а не довольствоваться низкими идеалами. Он порицал все их привычки и предрассудки и говорил без всякого уважения об их мелких обрядах и традициях. Он требовал отказа от иллюзий мирской жизни и следования за духовным светом, куда бы Он их ни повел. Все это и еще многое другое сказал Он им.

Среди слушателей воцарилось смущение. Они стали прерывать Его и обращались с вопросами; со скамеек послышалось много несогласий и отрицаний. Некоторые насмехались над Его самомнением, что Он вестник Истины, в доказательство этого требовали от него «чуда». Он наотрез отказался исполнить это требование, считая его непристойным и несоответствующим оккультным правилам, всегда отклоняющим чудотворство по заказу.

Тогда они стали оскорблять Его, и в синагоге послышались крики «шарлатан», «обманщик». Они напомнили Ему скромное происхождение Его и родителей Его и отказывались верить, что такой человек, как Он, имел право присваивать такую власть и такие привилегии. Тогда Он изрек знаменитые слова: «Никакой пророк не принимается в своем отечестве».

Тогда Он снова стал обличать их за их предрассудки и узкие взгляды – их мелкое суеверие и ханжество.

Он доказал их лицемерие и ложную набожность и обнажил их души с их моральным развратом. Он поносил их, обвинял их, не стесняясь в выражениях.

Присутствующие пришли в ярость и возмущались, что молодой человек столь низкого происхождения осмеливается их так неуважительно осуждать. Они считали, что удостоили Его особой чести, по случаю Его возвращения на родину после долгих странствований миссионером. А как Он отплатил им за их любезность! Он показал, как мало Он их уважает – это было нестерпимо. И тут над ним разразилась гроза.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:07 | Сообщение # 14
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline
Соскочив со своих мест в синагоге, все кинулись к молодому проповеднику и, столкнув Его с помоста, они выпроводили Его из синагоги. И потом взволнованная, бушующая толпа потащила Его по улицам деревни за город. Он не сопротивлялся, считая недостойным бороться с ними. Но под конец Ему все же пришлось защититься. Он понял, что толпа собирается свергнуть Его с обрыва, образовавшегося с одной стороны горы, за пределами города. Он спокойно дал Себя довести до самого края обрыва; требовался лишь толчок для свержения Его вниз. И тогда Он использовал свою оккультную силу для самозащиты. Он никого не ударил, не воспользовался Своей чудотворной силой для повреждения людей, не растянул их мертвыми у ног своих. Нет, Он твердо владел Собой и только окинул их взглядом. Но каким взглядом!

Взглядом, в котором сосредоточилась могучая воля, развитая мистическими познаниями и оккультным опытом. Это был взгляд оккультного учителя, силе которого обыкновенные люди не могли противостоять. И толпа, почувствовав Его силу, пришла в ужас и трепет. Их волосы поднялись, глаза выпучились, колени затряслись и затем все разбежались с дикими криками ужаса и испуга, очищая дорогу таинственному человеку, который шел теперь через их ряды с этим страшным взглядом, проникающим, казалось, через все смертное и видящим то, что превышало человеческий кругозор.

Не желая больше видеть знакомые Ему с детства места, Он навсегда покинул свою родину, Назарет. Действительно, пророк не пользуется успехом в своей стране. Те, которым подобало Его поддержать, первыми стали угрожать Ему, на Его же родине.

Иисус знал, что покушение в Назарете являлось предвестием Голгофы. Но Он вступил на Путь и не сходил с него.

Покинув Назарет, Иисус обосновался в Капернауме и там чувствовал Себя всего более дома в течение остальных двух лет служения и до самой смерти. Предания сообщают, что мать Иисуса с некоторыми из Его братьев тоже переселилась в Капернаум. Говорят также, что Его сестры и братья, как оставшиеся в Назарете, так и перебравшиеся в Капернаум, очень злились на Него за Его поведение в синагоге, считая, что Он вел Себя «неприлично», и они смотрели на Него как на чудака, обесчестившего их семью. Он считался «черной овцой» и «нежелательным родственником» всеми членами семьи, кроме матери, которая по-прежнему цеплялась за своего любимого старшего сына. Мать поселилась в одном доме с некоторыми братьями и сестрами Иисуса, но Его неохотно принимали там; Он считался изгнанником и странником. Иисус однажды высказался насчет этого, говоря: «Лисицы имеют норы и птицы небесные – гнезда, а Сын Человеческий не имеет где приклонить голову».

И так Он странствовал по Своей стране, как прежде по чужим странам, вел жизнь аскета, питаясь милостыней тех, кто Его любил и охотно слушал. И в этом Он следовал примеру индийских аскетов, которые живут так и в наши дни «с желтым платьем и сумой нищего» и «без денег и бумаг в кошельке». Еврейский аскет – а таковым был Иисус – походил на странствующих святых мужей Индии и Персии наших дней.

Но следует помнить, что даже во времена Иисуса редко встречалось, что раввин превращался в аскета, отказываясь от выгод священнического сана и добровольно превращаясь в лишенного всего нищего, что противоречило всем свойствам домовитости и бережливости этого народа. Это исходило от ессеев или народов дальних стран и не нравилось еврейскому правительству и людям, предпочитавшим сидеть в синагогах или в храмах, в обществе гладких, упитанных священников, совершавших свои обряды в богатых одеяниях.

Обосновавшись в Капернауме, Иисус начал превращать группу своих учеников в трудовую организацию. Он снабдил некоторых известной властью и дал им некоторое право служения. Почему-то избрал некоторых главных учеников из среды рыбаков, занимавшихся своим промыслом в той части страны. Рыбаки очень полюбили Иисуса, и предание рассказывает, как Иисус помогал своим друзьям рыбакам после неудачного улова, приказывая им опустить сети в указанном месте, причем к их великой радости, сети эти наполнялись до верха рыбой.

Оказывая помощь тут и там среди низшего сословия, Иисус заслужил прозвище друга народа, но это вызывало ревность правителей, которые считали, что Иисус добивался личной выгоды и хотел возбудить народ к восстанию для провозглашения Себя Мессией. Итак, мы видим, что даже оказание любви и помощи со стороны Иисуса увеличивало постоянное подозрение и ненависть начальства, не только духовного, но и светского.

Его стремление смягчить страдание бедных и несчастных часто приводило Его в их среду, удаляя Его от так называемых высших классов общества. Он смотрел на «простой народ» как на соль земли, а народ считал Его своим советником. Особенно много времени Он уделял больным. Он исцелял многих чудесным образом; в Новом Завете отмечены лишь некоторые исцеления. По оккультным преданиям, Он исцелял ежедневно; и куда бы Он ни шел, Он оставлял за собой след в виде исцеленных от всяких недугов людей; со всех сторон народ стекался к Нему, прося исцеления. Евангелие сообщает, что Он исцелял многих простым приложением руки (излюбленный способ лечения оккультистов): «Касался рукою каждого из них и исцелял их».

Рассказывают, что Он в Капернауме обратил внимание на сумасшедшего, неожиданно вскрикнувшего: «Я знаю Тебя, Ты святой от Бога». Иисус обратился к нему со внушением и излечил его способом, который ясно показывает всякому выдающемуся ученику оккультизма, какого рода психической болезнью, тот страдал. Правоверные христиане наших дней не верят в дьявольское наваждение, но судя по словам, произнесенным Иисусом при исцелении этого человека, Иисус, очевидно, допускал наваждение, разделяя в этом отношении взгляды учеников, изучающих психику и сродные с ней темы. Мы советуем нашим ученикам прочесть записи Евангелия в связи с этими уроками, чтобы проследить эту тему по старому, знакомому пути, но при добавочном свете толкования мистического христианства.

Возрастающая слава Иисуса, как исцелителя больных, требовала от Него чрезвычайного напряжения физических сил. Он чувствовал Себя призванным к исполнению труда целой дюжины людей, но природа восставала против непосильной работы. Казалось, что весь Капернаум состоял из больных: улицы были переполнены алчущими помощи и исцеления.

В конце концов Иисус стал замечать, что Его труд исцелителя затемнял Его труд учителя и, проведя некоторое время в молитве и размышлении, Он стал отклонять требования исцеления физических недугов и, отвернувшись от ожидавших Его в Капернауме больных, Он снова пустился в странствование, как проповедник Вести. В это время Он иногда все же исцелял больных, уделяя главное внимание объяснению истины тем, кто хотел Его слушать. Иисусу, с Его отзывчивым сердцем, было очень тяжело покинуть толпу больных в Капернауме, но Он должен был поступить так, иначе стал бы лишь оккультным исцелителем физических недугов, а не Вестником Истины, обязанностью которого было разжигать повсюду Духовное Пламя, которое должно было служить всемирным светом еще долго после превращения в пыль тел всех, живущих в это время.

Итак, покинув Капернаум и стонущие там толпы народа, Иисус отправился в сопровождении Своих учеников в глубь страны для распространения радостной вести и для дарования сердцам многих того покоя, который превышает всякое понимание.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:08 | Сообщение # 15
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline

Глава 6. Организационный труд


Иисус ушел в другие части страны, сопутствуемый группой учеников и верных приверженцев.

Но Он не отказался всецело от исцеления: при случае вылечивал больных, но это не препятствовало Его проповедям и служению. Евангелие сообщает о целом ряде замечательных исцелений, произведенных Им в то время; эти отдельные, случайно отмеченные события, составляют лишь часть вереницы других менее важных происшествий такого же рода.

Исцеление прокаженных составляет одно из особенно чудесных событий. Проказа была ужасной болезнью, наводившей страх на народы Востока. Несчастные, пораженные ею, превращались в изгнанников и парий; все бежали от них, как от нечистот.

В этой части страны, где проповедовал Иисус, был один прокаженный. Услышав, что Иисус творит чудеса, тот решил добраться до Иисуса и умолять Его о помощи. Неизвестно, как ему удалось пробраться среди народа: вероятно, это было крайне трудно и требовало всяких ухищрений, потому что прокаженным запрещалось всякое сношение с толпами народа. Все же прокаженному удалось встать лицом к лицу к Иисусу, когда Иисус однажды шел один, предаваясь размышлениям, оставив позади Себя Своих последователей.

Омерзительное, отталкивающее существо, представляющее образ людских невзгод и печалей, предстало перед Учителем, прося у Него исцеления. Прокаженный ни минуты не сомневался в Его силе, лицо его выражало веру и надежду. Иисус пристально посмотрел на искаженные черты лица, выражавшие на редкость пылкую веру и, тронутый столь ярким доверием к Его силе и намерениям, Он подошел к прокаженному, переступая этим законы страны, строго запрещавшие общение с прокаженными. Вопреки всем законам разума, Он даже наложил свои руки на нечистое тело и без всякой боязни провел рукой по лицу прокаженного, со словами: «Очистись!»

Прокаженный почувствовал странную дрожь по всем жилам и нервам, и каждая частица его тела как будто загорелась и отдалась жгучей болью, и тело его стало изменяться и приняло здоровый цвет; онемение, сковывавшее больные места, прошло, и он фактически чувствовал, как новый ток жизни стал с невероятной быстротой созидать новые клетки, ткани и мускулы. А Иисус все держал руки Свои на теле прокаженного, пуская жизненную струю крайне оживотворенной праны из Своего организма в прокаженного так, как сильно заряженная батарея пускает ток и снова заряжает электрический аппарат. И всем руководила могучая, сильно развитая воля оккультного Учителя.

Потом Он приказал исцеленному удалиться и подвергнуться всем требуемым законом правилам, относительно очистки, смены одежды и явки на осмотр к священнику для получения письменного свидетельства об очищении.

Иисус велел ему не распространяться о способе излечения, так как имел основание избегать той славы, которую непременно возбудила бы весть о столь чудесном исцелении.

Но увы! Это требование превосходило человеческие свойства, и исцеленный прокаженный с криками восторга объявлял всем радостную весть о своем необычайном излечении, чтобы все знали о великом, постигшем его благословении.

Несмотря на приказание Иисуса, он стал громко славить Иисуса, таким неслыханным способом поборовшего его недуг, во власти которого он был еще за несколько часов до того. С дикими телодвижениями и сияющими глазами он вновь и вновь повторял свой рассказ, передаваемый дальше другими, пока весь город и вся окрестность не узнали о случившемся. Вообразите себе подобное событие происходящим в захолустном городке в наши дни, и вы будете иметь представление о волнении, охватившем всю местность, из которой происходил прокаженный.

И тогда случилось то, что Иисус, безусловно, предвидел, запрещая прокаженному распространять весть о своем исцелении.

Вся область взволновалась, и огромные толпы окружили Его и Его учеников, громко требуя новых чудес. На первом месте толпились люди, жаждущие сенсаций, мешая Ему достичь тех, кого Ему хотелось учить. К тому же собрались большие толпы больных и калек, просящих помощи и излечения. Повторялись события Капернаума. Даже прокаженные, невзирая на законы и обычаи, окружили Его, что привело правительство в гнев и смущение. Теперь вознегодовали не только временные правители и священники, но и врачи тех времен, предчувствовавшие разорение, грозящее им со стороны этого человека, которого они называли шарлатаном и обманщиком, разрушавшим народное здоровье, находящееся в безопасности лишь при их (врачах) руководстве.

Иисус был принужден прекратить служение и в этой местности и направиться в другую деревню.

Другой случай, привлекший всеобщее внимание, произошел в Галилее, когда Он проповедовал в одном доме. В середине проповеди, неожиданно для Него и Его учеников, с крыши, окружавшей открытый двор, в толпу была спущена кровать, на которой лежал разбитый параличом человек. Друзья уговорили несчастного дать себя поднять и потом спустить перед Иисусом так, чтобы неизбежно привлечь на себя внимание учителя. Рассказывают, что жалкие взывания о помощи и проявление веры, побудившее друзей больного к такой энергии, тронули Иисуса; Он прервал Свою речь и произвел мгновенное излечение, доступное лишь выдающимся знатокам духовного исцеления.

Затем произошло событие у Вифезды, в местности, испещренной целебными источниками, куда больные и калеки стекались для восстановления здоровья. Многих больных к источникам приносили их друзья или слуги, оттесняя более слабых. Иисус проходил среди толпы; Его внимание было привлечено к несчастному, лежащему на койке вдали от источников. У него не было ни друзей, ни слуг, и он не имел достаточно сил, чтобы проползти до воды, Он громко стонал и жаловался на свою горькую участь. Иисус подошел к нему и, устремив на него строгий и властный взор, неожиданно крикнул ему голосом, требующим повиновения: «Возьми койку свою и иди!» Больной в испуге встал и к великому своему удивлению и поражению собравшейся толпы почувствовал, что мог свободно передвигаться, что стал здоровым человеком.

И это излечение возбудило не только величайший интерес, но и антагонизм духовенства. Оказывается, что это произошло в субботу, а церковные законы запрещали всякое исцеление в этот день; возмущало также, что больной работал в субботу, неся по приказу Исцелителя свою койку. И добрый набожный народ, подстрекаемый духовенством, стал бранить и порицать Исцелителя и больного, по примеру набожных формалистов всех стран и времен, даже нашего времени. Придерживаясь буквы закона, такие люди упускают дух его, увлекаясь наружными проявлениями, они не понимают искреннего значения, скрытого во всяком обряде.

Не страшась поднимавшейся вокруг Него бури, Иисус храбро направился к храму. Со всех сторон раздавались противоречащие lруг другу голоса и мнения. С одной стороны Его защищали исцеленный больной и те, которые одобряли событие, громко обсуждая его справедливость. Но против этого меньшинства выступали набожные люди той местности, угрожавшие нарушителю субботнего праздника и требовавшие Его наказания. Неужели этот надменный назарянин имел право так пренебрегать древними законами Моисея? Конечно, нет! Это требовало наказания! И снова Иисусу угрожали побои, а может быть даже смерть, при столь развитом ханжестве правоверного народа.

Иисус всегда восставал против неразумного формализма и невежественного фанатизма относительно «святых дней», которых строго придерживался определенный разряд людей. В данном случае, как и при других случаях, в особенности при разрешении Своим молодым ученикам в субботу срывать колосья для утоления голода, Иисус переступил строгий, «железный» закон соблюдения субботы. Он всегда считал, что «суббота создана для людей, а не люди для субботы». В Учителе не было ничего пуританского, и поражаешься, что люди, знакомые с Его взглядами, нося Его одежду, в теории и на практике действуют наперекор Его учению.

Иисус, вновь изгнанный нетерпимостью и ханжеством толпы, вернулся в Галилею, где Он находил убежище и отдых, и где Он больше всего трудился. В Галилее у Него было много друзей и приверженцев, и Он там был в большей безопасности, чем в окрестностях Иерусалима.

На Его проповеди собиралось всегда очень много народа, число новообращенных равнялось тысячам. В деревне было много людей, Им исцеленных; имя Его стало домашним словом в каждой хижине.

Вернувшись, Он вступил в новый период Своего труда.

Ввиду того, что круг Его деятельности настолько увеличился, что Он не мог поспеть повсюду, Иисус решил распределить служение между двенадцатью самыми способными учениками.

И, как всегда в важных случаях, Он искал уединения для размышления и набора новых духовных сил перед тем, как окончательно снабдить Своих двенадцать учеников высшей властью для их миссии. Он провел ночь на горе, вблизи Капернаума, а на следующее утро спустился, утомленный физически от бессонницы, но укрепившийся духовно.

Затем Он созвал всех двенадцать и в тайном собрании раскрыл им некоторые великие тайны, прибавив еще указания насчет исцеления и призвав их к верности Ему и Его труду.

В Евангелиях очень мало сообщается о наставлениях, данных Иисусом двенадцати ученикам для предстоящей им работы. Однако большинство изучающих писания продвигаются дальше, не задумываясь о том поразительном развитии разума и духа, которое было проявлено учениками, ставшими из скромных рыбаков и тому подобных работников высоко развитыми преподавателями возвышенных духовных истин. Этот общий взгляд в особенности поражает оккультистов, знающих, как труден путь новообращенца до достижения посвящения и высших ступеней, через которые посвященный должен пройти, чтобы стать учителем. Оккультист понимает, сколько труда Иисус положил на развитие духовных качеств таких людей, чтобы сделать их достойными представителями Его учения. По оккультным преданиям, Иисус прошел со Своими избранными учениками систематический курс образования, быстро ведя их со ступени на ступень мистических достижений и оккультных познаний, пока они не созрели к получению последних Его указаний. И в тот день, о котором мы говорим, Он как раз Посвящал их в эти последние тайны.

Следует помнить, что ученики были одарены оккультными природными силами, дававшими им возможность сотворять «чудеса» исцеления, подобно Иисусу. Немыслимо предположить, что учитель столь высокого достижения разрешил своим ученикам пользоваться такой могучей силой, не посвятив их подробно в изучение применяемых сил и не указав им лучшие способы их применения. И для таких познаний требовалось сначала изучение основных природных истин, которые можно было понять лишь постигнув великие основные истины науки существования.

Кратко выражаясь, согласно преданиям, двенадцать учеников были постепенно посвящены в высшие разряды оккультных братств, при которых Иисус состоял членом и учителем. Соединив в одно целое многие оккультные познания и мистические учения и превратив их в простую и наглядную систему, Он основательно передал их тем, кого Он избрал своими сотрудниками и наследниками после Его смерти, которая, как Он знал, Ему вскоре предстояла.

Изучающий мистическое христианство, желающий понять тайну ранней христианской церкви, созданной по смерти Христа, должен сначала вполне постичь вышесказанное.

Одни верующие и последователи Христа не могли бы так успешно распространить христианское движение. Обычно, когда руководитель организации умирает, то общество распадается или теряет силу, исключением являются те случаи, когда предводитель смог «передать свой дух» избранным последователям. Иисус сделал это. А «дух» этот мог быть передан лишь людям, глубоко постигшим основные истины и правила Его учения.

Иисус проповедовал всенародно толпе и, кроме того, еще тайно двенадцати апостолам. Многие части Евангелия подтверждают этот факт, хорошо известный ранним отцам церкви.

В вышеупомянутый день Иисус пояснил двенадцати ученикам последние великие основные истины, и с тех пор Он относился к ним, как к учителям, а не как к простым ученикам. И из этого окончательного наставления произошла нагорная проповедь.

Нагорная проповедь, это самое замечательное и совершенное выступление Иисуса, – была произнесена сразу после избрания двенадцати учеников. И она была предназначена главным образом для них, а не для собравшихся толп народа. Он знал, что эти двенадцать поймут ее, переняв от Него сокровенные поучения. И почти забыв о присутствии толпы, Он пояснял немногим избранным эти сокровенные поучения.

Нагорную проповедь можно понять лишь при помощи отмычки сокровенных учений, отворяющей двери разума для постижения выражений и мистического смысла многих из Его предписаний. В одной из последующих глав этой книги мы подробно обсудим сокровенный смысл этой великой проповеди и потому не задержимся на объяснении ее теперь, а лучше продвинемся в изложении истории труда учителя.

Через несколько дней после нагорной проповеди учитель покинул Капернаум и стал странствовать из города в город, всюду посещая, как обычно, созданные Им центры учения. При этом путешествии Иисус совершил оккультный подвиг, доказавший, что Он был одним из высших адептов оккультных братьев, иначе Он не мог бы проявить такую чудесную силу. Даже некоторые из высших восточных учителей отказались бы свершить предпринятое Им дело.

Его группа медленно продвинулась вперед по направлению к небольшому городу, когда навстречу им показалась похоронная процессия. Впереди шли, по галилейскому обычаю, женщины, поющие погребальные песни. В стране было принято, чтоб чужестранцы, встретив похоронную процессию, присоединялись к ней, и многие из группы Иисуса примкнули к шествию и стали петь с остальными.

Но поведение Иисуса возмутило тех, кто строго придерживался соблюдения признанных обычаев. Подойдя к одру, Он преградил ему дорогу и велел спустить гроб. Среди участников процессии поднялся шепот возмущения, и некоторые продвинулись вперед, чтобы сделать выговор надменному чужестранцу, осмеливающемуся оскорблять покойника. Но что-то в выражении лица Иисуса удержало их. Тогда по толпе прошло странное ощущение. Многие из провожающих покойника знали Иисуса, и некоторые, присутствовавшие раньше при творении Им чудес, стали шептать, что сейчас произойдет нечто необычайное; тогда все окружили учителя, стоящего у гроба.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:08 | Сообщение # 16
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline
Мертвым был юноша, мать которого стояла рядом с его бледным телом с распростертыми руками, как будто желая защитить его от прикосновения стоящего перед нею чужестранца. Но тот взглянул на нее взором, преисполненным любви, и полным сострадания голосом сказал ей: «Мать, не плачь – перестань горевать». Испуганная, но, поддавшись Его влиянию, она с мольбой взглянула на Него; ее материнская любовь уловила новое выражение Его глаз, и сердце ее сильно забилось в чудесной надежде чего-то, ей неизвестного. Что означали слова Назарянина? Мальчик ее умер, и даже сам Господь никогда не тревожил тело, уже покинутое духом. И все же, что означало это выражение, почему так билось и прыгало ее сердце?

Тогда учитель властным движением удалил толпу от одра, так что у тела остался лишь Он с матерью. И произошло странное, чудесное событие. Устремив взгляд на лицо покойника, учитель стал напрягать всю Свою силу воли; видно было, как Он могучим напряжением старался овладеть высшими силами – ученики, посвященные Им в оккультные тайны, поняли Его намерение и побледнели, так как они знали, что Он не только передавал Свою жизненную силу покойнику, чтобы возобновить в нем прану, но что Он этим производил один из высших и труднейших из всех оккультных подвигов – вызов обратно с астрального плана высших проводников и астрального тела – самую душу юноши – и водворения его снова в смертную оболочку, вновь заполненную Им жизненной энергией и силой. Они знали, что Он могучим усилием воли дал обратный ход процессу смерти. И вполне сознавая истинное значение происходящего перед ними чуда, они дрожали и еле дышали.

В толпе послышались возгласы: «что сказал Он покойнику?» «Встань, юноша! Раскрой глаза! Дыши свободно! Тебе говорю, встань!» – Этот чужестранец решался на вызов самому Богу!

Мертвый раскрыл глаза и осмотрелся в диком изумлении. Грудь его стала тяжело приподниматься, как бы борясь за новую жизнь. Затем руки поднялись, ноги зашевелились – он поднялся и заговорил невнятно, затем он узнал мать и обнял ее, громко зарыдав. Мертвый ожил – тело вернулось к жизни.

И всех объял страх; процессия разбежалась во все стороны, и только рыдающие мать и сын остались на месте, плача от любви и радости и забыв даже об Учителе и Его последователях.

Те отошли и отправились дальше. Но слава о чуде быстро пронеслась из города в город до самой столицы Иерусалима. Люди удивлялись или сомневались, в соответствии с их характером, а временные и духовные правители вновь задумывались о том, не опасен ли этот человек, не угрожает ли он установленным обычаям и порядку.

При Своем странствовании Иисус однажды был приглашен в дом одного почетного горожанина того города, где Он проповедовал. Этот человек принадлежал к числу фарисеев, отличавшихся чрезвычайной набожностью, соблюдением всех церемоний и обрядов и настоянием на точном исполнении буквы закона. Фарисеи являлись сверхправоверным центром правоверного народа. Они были «необычайно хорошими» членами церкви и общества. До сих пор их название является синонимом «набожного притворства».

Непонятно, почему именно фарисей пригласил к себе Учителя. Возможно, что это было сделано из любопытства и желания поймать гостя на каких-нибудь объяснениях и признаниях, которые впоследствии могли бы быть использованы против Него. Во всяком случае, приглашение состоялось и было принято.

Учитель заметил, что некоторые мелкие почести, обычно оказываемые иудеями гостям равного с ними сословия, были упущены хозяином. Ему не помазали волосы драгоценным маслом, как полагалось в таких домах в знак уважения к гостю. Было ясно, что на Него смотрели скорее как на «диковину» или «увеселение», а не как на друга. Но Он промолчал, не обращая внимания на это пренебрежение. И сначала обед проходил гладко.

Хозяин и гость разлеглись по-восточному, обсуждая различные темы, как вдруг в залу неожиданно вошла женщина. По ее платью можно было узнать, что она принадлежала к числу женщин легкого поведения, которых было много во всех восточных городах. Она была ярко одета, и ее распущенные волосы ниспадали на плечи, как полагалось таким женщинам в той стране. С устремленным на учителя взглядом она тихо продвигалась к Нему, к великому недовольству хозяина, опасавшегося скандала, считая весьма вероятным, что учитель сделает выговор за то, что она осмелилась явиться к Нему, духовному учителю.

Но женщина подходила все ближе к Нему и, наконец, нагнувшись так низко, что голова ее соприкасалась с Его ногами, она разразилась рыданиями. Незадолго до того она слышала проповедь учителя; семена Его учения пустили корни и расцвели теперь в ее сердце; она пришла доказать свою верность и принести Ему в знак уважения дар. Она обливала Его ноги слезами и отирала их своими длинными волосами. Затем она поцеловала ноги Его, в доказательство преданности и обожания.

У нее на груди была цепочка с маленькой коробочкой, наполненной драгоценным благовонным маслом, который она очень ценила. Это была эссенция роз, извлеченная из редчайших цветов. Она распечатала коробочку и вылила драгоценное масло на руки и ноги Учителя, который не сделал ей выговора и принял дар даже из такого источника. Хозяин стал предаваться нелестным по отношению к уму гостя мыслям и насмешливо улыбаться.

Тогда Иисус повернулся к нему с улыбкой и сказал: «Симон, ты думаешь про себя следующее: если бы Он был пророк, то знал бы, кто и какая женщина прикасается к Нему, ибо она грешница». Фарисей был очень смущен, так как Учитель при помощи оккультной телепатии в точности угадал его мысли. И затем Учитель с кроткой насмешкой обратил внимание хозяина на то, что женщина, собственно, исполнила то, что он упустил сделать как хозяин. Разве она не омыла и не вытерла ноги Его, как сделал бы сам фарисей, если бы считал своего гостя достойным этой чести? Разве она не помазала Его драгоценным маслом, как хозяин помазал бы почетного гостя? Разве она не запечатлела даже на ногах Его тот поцелуй, который, по обычаю, хозяин давал на щеку уважаемого гостя? Что касалось поведения женщины, то Он вполне опознал и простил его. «Прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много». И, обращаясь к женщине, он добавил: «Иди с миром. Прощаются тебе грехи». И женщина удалилась с новым выражением на лице и твердым решением в сердце, так как она получила прощение и благословение Учителя.

Но этим действием Иисус навлек на себя ненависть фарисея и его друзей. Он осмеливался высказать хозяину порицание в его собственном дворце и к тому же присвоил себе священное право отпущения грехов, право, принадлежащее исключительно первосвященникам храма после соблюдения определенных обрядов и жертв на алтаре. Он кинул вызов духовенству и сделал это в доме строжайшего блюстителя формализма и приверженца власти – фарисея.

При этом случае Иисус доказал не только широту Своих взглядов, универсальность Своей любви и Свою храбрость в порицании ненавистного формализма даже в дворце ревностного приверженца его, но Свое отношение и к женщинам. Еврейский народ мало уважал женщину. Их считали недостойными сидеть рядом с мужчинами в синагоге. Считалось неприличным упоминать о родных женщинах в обществе. Они во всем должны были подчиняться мужчинам, и исполнение ими самых священных природных обязанностей считалось делом нечистым.

В особенности к падшим женщинам Иисус всегда относился со вниманием. Он видел, каким искушениям они подвергались, и понимал социальную жестокость их положения. Иисус чувствовал несправедливость положения, разрешавшего мужчине некоторые вольности, не лишавшие его уважения, в то время как женщину, провинившуюся в том же, предавали общественному презрению и постыдно изгоняли. Он всегда был готов выступить в их защиту и всегда страдал от оказываемой им людьми несправедливости. И однажды, когда Его призвали осудить женщину, изменившую мужу, сказал: «Пусть тот, кто сам без греха, первым бросит камень в нее». Неудивительно, что отверженная женщина целовала Ему ноги и вылила на Него драгоценную мазь. Он был другом таких, как она.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:09 | Сообщение # 17
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline

Глава 7. Начало конца


Иисус по-прежнему трудился, странствуя по всей стране, проповедуя в городах и деревнях и набирая все новых последователей. Он приноравливался к слушателям, давая каждому то, что ему требовалось, и не впадая в ошибку остаться непонятым народом. Он излагал перед толпой учения, которые мог понять каждый, и только в тесном кругу Своих последователей пояснял сокровенные учения, зная, что те смогут их постичь. Этим Он доказал Свое глубокое познание людей, причем следовал примеру мистиков, никогда не впадавших в ошибку разъяснения высшей духовной математики ученикам, изучавшим оккультные правила сложения, вычитания и деления. Он предостерегал Своих учеников насчет этого и даже сказал, чтоб они «не бросали жемчуга перед свиньями».

Однажды вечером Он вошел с учениками в лодку на озере Генисарет. Утомленный напряженным дневным трудом, Он заснул глубоким сном, из которого Его потом пробудили шум и взволнованные крики рыбаков и пассажиров. На озере поднялась сильная буря; лодку так заливало волнами, что даже опытные рыбаки, управлявшие ею, взволновались. Паруса были сорваны, и руль сломался, так что не было возможности управлять лодкой. Рыбаки в испуге стали будить Иисуса, умоляя Его спасти их: «Наставник! Наставник! Помоги, пока не погибли. Лодка тонет! Спаси нас!»

Иисус встал и, пользуясь Своей оккультной властью, приказал ветру стихнуть и волнам успокоиться. По примеру восточных оккультистов, Он выражал Свои приказания словами; сами по себе слова не имели значения, но они служили средством передачи сосредоточенной мысли и воли при проявлении Им оккультной силы.

Рыбаки, присутствовавшие при этом и распространившие весть о чуде этом среди народа, не поняв оккультного смысла происшествия, думали, что Он обращался прямо к ветру и водам, браня их и приказывая им прекратить бурю.

Они не постигли духовного процесса, скрытого за этими словами, и в простоте своей считали, что Он действительно бранил ветер и успокаивал волны. Все оккультисты знают, что при влиянии на материальные условия всегда легче и проще управлять силой воли, обращаясь к этим условиям «со словами», как будто они обладают разумом и фактическим пониманием.

Покорные мыслям и воле Учителя, ветры и волны стихли. Постепенно поверхность озера успокоилась, лодку перестало качать, и рыбаки, снова свободно вздохнув, принялись чинить мачту и руль. При работе они удивлялись и спрашивали друг друга: «Кто же это, что и ветром повелевает, и вода повинуется Ему?» А Иисус со скорбью глядел на них и сказал: «О, вы, маловерующие! Чего вы испугались?»

Мистикам кажется странным, что люди читают в Евангелии об этом событии и других, ему подобных, и видят в них лишь изложение чудес, сотворенных какой-то сверхъестественной силой. Для читателя, изучившего основные истины, записи Нового Завета, при всей их несовершенности, кажутся полны выдающихся оккультных указаний, до того ясно выраженных, что их, казалось бы, всякий должен бы понять. Но нет – старое правило все еще в силе – всякий читает то, для чего он созрел, всякий должен сам внести в книгу кое-что, перед тем как почерпнуть кое-что из нее; тому, кто имеет, будет дано.

При этом путешествии произошло еще второе проявление оккультной силы, о котором церковные учителя часто умалчивают или передают его, стараясь «объяснить» его ясный смысл. Современное материалистическое направление мысли завладело даже церквами и привело к тому, что проповедники и учителя церкви стараются избегнуть объяснения, что они «веруют в духов» и подобных феноменов астрального мира.

Добравшись до страны Гергесинской на другой стороне озера, все вышли на берег, и Иисус направился со Своими учениками к городу. Проходя мимо утесов, окаймлявших берег, они увидали две странные фигуры, которые стали следовать за ними, невнятно бормоча что-то. Двое помешанных, – они оказались таковыми, – подошли ближе, и один из них как-то странно заговорил с Учителем, умоляя Его освободить их от вселившихся в них бесов. Он громко вскрикнул: «О, Иисус, Сын Бога, сжалься над нами и очисти нас от бесов, которых мы впустили в себя».

Евангелие ничего не сообщает о причине этого бесовского наваждения, а проповедники предпочитают не задерживаться над этим местом, или же объяснить это заблуждением помешанных. Но оккультные предания сообщают, что оба помешанных стали жертвой своих неразумных опытов в сфере психических феноменов, как например, «вызова духов» при помощи черной магии. Другими словами, эти двое делали опыты в области еврейской некромантии (волшебства) или вызывания и призывания бесплотных астральных духов, которые затем отказались вернуться на свой план, внедрились в физический организм возбудителей и остались там, сделав тех маньяками или помешанными, живущими в пещерах, которыми изобиловали утесы. Мы не хотим вдаваться здесь в подробности относительно этого, но желаем дать оккультное объяснение этого плохо понятого «чуда» Иисуса, которое весьма ясно всем оккультистам.

Иисус вполне постиг первопричину этого недуга и стал сразу же выгонять этих засевших астральных духов, при помощи Своей оккультной силы. Вскоре послышался крик с ближайших гор, и большое стадо свиней пронеслось по горе, бросилось вниз с крутизны и потонуло. Изложение Евангелия ясно повествует, что бесы, вышедши из людей, вошли в свиней, что те с испуга бросились в воду и утонули. Иисус ясно и определенно обратился к бесам, называя их «нечистыми духами», и приказал им «выйти» из тех людей.

Развитые оккультные ученики понимают, почему свиньи были избраны для удаления астральных духов на их собственный план существования, но об этом мы не можем распространяться в этой книге, предназначенной для всеобщего чтения.

Бесноватые обрели свое прежнее нормальное состояние и, по преданиям, Учитель разъяснил им неправильность их поступка и приказал навсегда отказаться от гнусных опытов, имевших для них столь грустные последствия.

За немногими исключениями, церковь и проповедники предпочитают обходить молчанием частые упоминания о дьяволах, демонах и пр., встречающиеся в Библии. Они считают, что те, кто писал о событиях, связанных со служением Иисуса, вероятно были суеверными и верили в бессмысленную «демонологию того времени» (хотя они же считают этих писателей «вдохновленными людьми»). Они не признают того факта, что Сам Иисус повторно обращался к этим духам, приказывая им удалиться из тех, в кого они внедрились. Неужели церковь считает, что и Учитель был необразованным, легковерным крестьянином, разделявшим народное суеверие?

Казалось бы, что это так. Мы исключаем католическую церковь при таком осуждении потому, что ее правители признали суть дела и предупреждали своих последователей не делать опытов в области некромантии или вызова бесплотных астральных духов.

Оккультное учение знакомит учеников с различными планами бытия, из которых каждый имеет своих обитателей. Оно указывает, что на астральном плане существуют бесплотные духи, которых не следует переводить на наш план. Оно предостерегает от опытов вызывания и призывания этих нежелательных обитателей тех планов. Эти вызывания делались в древние и средние века. Жаль, что некоторые из современных психических исследователей не считаются с этими предостережениями и рискуют подвергнуться серьезным последствиям своего безумия. Мы настоятельно советуем нашим читателям не предаваться таким безрассудным опытам в области феноменов астральных планов. Один писатель удачно сравнил «психизм» с большой машиной, которая, втянув человека в свое зубчатое колесо, непременно уничтожит его. Не приближайтесь к колесам!

Это «чудо» Иисуса возбудило большое волнение и привело к обвинению, что Он при Своих странствованиях вводит бесов в стада животных и этим истребляет последних.

Духовенство разжигало это мнение и поддерживало чувства недоверия, ненависти и боязни по отношению к Учителю. Это недоверие и ненависть постепенно росли в правоверной среде населения. Уже были посеяны семена Голгофы. Ненависть и ханжество наполняли и семя, и плод.

Иисус вернулся в Капернаум, и снова городок наполнился людьми, искавшими познаний и исцеления. Слава о творимых Им чудесах распространилась повсюду, и больных приносили издалека для того, чтобы Учитель дотронулся до них.

В то время к Иисусу пришел некий человек, Иаир, который был начальником синагоги. У него была двенадцатилетняя дочь, серьезно заболевшая, так что врачи считали ее состояние безнадежным. Иаир поспешил к Иисусу и, пав перед Ним на колени, умолял Его спасти любимую дочь, пока она не отошла еще за темные врата неизвестности. Учитель сжалился над горем отца и, прервав свою проповедь, отправился к дому Иаира. Его разум был сосредоточен на исцелении, организм Его был преисполнен жизненных сил, вызванных для исполнения предстоящего труда; вдруг Он почувствовал прикосновение к краю Своей одежды и сразу понял, в чем дело, сказав: «Я чувствовал силу, исшедшую из Меня. Кто прикоснулся ко Мне»? При их приближении к дому Иаира оттуда выбежали слуги и сообщили, что дочь начальника умерла. Отец пришел в отчаяние, так как был преисполнен светлых надежд. Но Иисус сказал ему: «Не бойся, только веруй, и спасена будет». Взяв с Собой Иоанна, Петра и Иакова, Он вошел в комнату умершей. Отстранив плачущую семью и собравшихся соседей, Он воскликнул: «Отойдите! она не умерла, но спит». При этих словах Учителя среди друзей и соседей послышались возгласы возмущения. Как смел Он насмехаться над покойной, оставленной врачами, и над которой священники уже начали производить последние священные обряды? Но, не обращая внимания на них, Учитель положил руку на голову ребенка и затем взял в Свои руки ее маленькую, остывшую ручку. Тогда произошло нечто необычайное: маленькая грудь начала вздыматься, а бледные щечки стали розоветь. Затем зашевелились руки и ноги, и истощенные члены стали расправляться. Раскрыв глаза, дитя удивленно взглянуло на Исцелителя и кротко улыбнулось Ему. Тогда Учитель приказал дать ей поесть и, нежно взглянув на нее, удалился из комнаты.

После этого начались обычные споры. Некоторые утверждали, что оживили другую, а иные заявляли, что девочка была лишь в трансе и все равно проснулась бы. Разве сам Учитель не сказал, что она лишь спала? Иисус не слушал эти споры и вернулся к Своей работе.

Служение продолжалось по-прежнему. Он стал высылать Своих учеников в более продолжительные странствования, вполне посвятив их в оккультные способы лечения. Они действовали с большим успехом.

Правительство обратило внимание на все развивающееся влияние молодого Учителя, и шпионы стали еще усиленнее следить за Его действиями. Слухи о Его учении и Его действиях дошли до Ирода, который признал их сходство с учением Иоанна Крестителя, убитого им, и понял, что даже если люди умирают, дух их учения продолжает жить. Неудивительно, что чувствующий свою вину правитель в ужасе воскликнул: «Это истинно дух Иоанна, убиенного мною, восстал из гроба, чтобы отомстить мне»! И правительство сообщило в Рим, что у них проживает молодой фанатик, приобретший тысячу последователей по всей стране, и которого многие принимают за Мессию и будущего царя евреев. Из Рима пришел приказ зорко следить за этим человеком, который, очевидно, стремился поднять восстание, и засадить Его в тюрьму или приговорить к смерти, как только будут достаточные доказательства Его вины.

К тому времени Иисус находился у маленького рыбачьего города, Вифезды. Там пристала к берегу Его лодка, и Он надеялся отдохнуть пару дней. Но увы! К месту высадки собралась большая толпа, прося у Него поучений и исцелений. Не считаясь с Своей физической и духовной усталостью, Он исполнил просьбы народа. Исцеляя тут, помогая там, Он всей душой отдался Своей работе. Всего собралось около пяти тысяч народу, и к вечеру поднялись жалобы, что в лагере не хватает пищи для прокормления масс. Возникало большое волнение, слышались не только жалобы, но и проклятия. Духовные нужды были забыты, телесные нужды настоятельно проявлялись. Чем можно было помочь?

Он призвал к себе тех, кто заведовал заботой о питании их небольшой группы и, к Своему огорчению, узнал, что весь их запас состоял из пяти хлебов и двух рыб. А денег не было, так как они всецело зависели от гостеприимства жителей и подаяний верующих. Ученики советовали Иисусу отпустить народ, чтобы все вернулись в Вифезду за пищей. Но Иисусу это было не по душе, так как среди собравшегося народа было много больных, пришедших издалека, чтобы повидать Его и просить исцеления. И Иисус решил накормить народ.

Он велел ученикам рассадить народ рядами по пятидесяти. Затем приказал принести Ему их скудный запас пищи и, воззрев на небо, благословил ее и велел ученикам раздать народу. Ученики стали раздавать пищу, переглядываясь со страхом и удивлением. Неужели их учитель лишился рассудка? Но пища как-то множилась, и в конце концов все пять тысяч насытились. И когда все поели, то осталось еще много кусков, которые были собраны в короба и розданы самым бедным из толпы.

Но тут возникли беспорядки. Насытившийся народ, чувствуя проявление силы, способной вечно насыщать его даром, пришел в восторг, и раздались крики: «Мессия, царь Иудейский! Сын Давида! Правитель Израиля!». Самые смелые, а может быть и шпионы, желавшие поставить Иисуса в неловкое положение, предложили толпе соединиться и шествовать с Иисусом во главе из города в город, до самого Иерусалима, чтобы там возвести Его на престол Израиля. Иисус понял, какая опасность грозит Его миссии, и отговорил смельчаков от этого плана, но, опасаясь вмешательства правительства, Он приказал двенадцати взять лодку и переправиться на другую сторону озера. Иисус отослал учеников из осторожности, но сам остался с толпой, не страшась грозящей опасности.

Он уединился в соседние горы и там провел ночь в размышлении. Рано утром Он увидал, что на озере поднялась буря, и что маленькая лодка, в которой были его ученики, подвергалась опасности: она легко могла быть поглощена волнами. Ему хотелось быть с ними, чтобы утешить и успокоить их. Не имея под рукой лодки, Он смело вступил в воду и стал быстро продвигаться по направлению к лодке, почти не сознавая оккультной силы, употребляемой Им, чтобы удержаться на воде. Вскоре Он нагнал учеников, но те, увидав светлый образ, приближавшийся к ним, испугались, думая, что это дух или призрак. Иисус сказал: «это Я, не бойтесь!» Петр сказал Ему в ответ: «Господи, если это Ты, повели мне прийти к Тебе по воде». И учитель с улыбкой повелел ему: «Иди!». Петр, в котором вера в учителя возбудила большую оккультную силу, прыгнул за борт и пошел по воде, но, внезапно потеряв веру и смелость, он лишился силы и стал тонуть. Тогда учитель взял Петра за руку и довел его до лодки.

В попытке Петра пройти по волнам мы имеем наглядный пример влияния веры при проявлении оккультной силы. Все оккультисты сознают это и без слепой веры не решаются проявлять чудо. Они знают, что только вера творит чудеса. Пока Петр верил, он был в состоянии противодействовать некоторым законам природы при помощи других, менее известных законов; но как только вера сменилась страхом, он лишился силы. Это неизменный оккультный принцип, и в рассказе о хождении Петра по воде кроется очень много оккультных указаний – для тех, кто способен в них разобраться.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:10 | Сообщение # 18
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline
Благополучно добравшись до берега, Иисус снова принялся за Свой труд. Но по ту сторону озера покинутые люди были озлоблены и жаловались, что их руководитель изменил им, и что они лишились хлеба и рыбы. Они ожидали, что и впредь будут накормлены даром, поэтому стали бранить учителя, которого приветствовали день до того. Так Иисус, подобно всем другим великим учителям, испытал неблагодарность толпы. Алчущие хлеба и рыбы, требующие, чтобы их даром кормили и одевали, алчущие чудес, требуя все большее количество их, всегда были отравой великих преподавателей истины. Это жестокая и горькая истина, но все учителя и усердные поборники истины должны испытать это. Толпа, сегодня восхваляющая духовного учителя, способна завтра же разорвать его на куски.

Ошибочно понятая добродетель Иисуса, заставившая Его накормить толпу при помощи оккультной силы, привела к новым осложнениям. Формалисты, фарисеи и книжники, узнав о случившемся, собрались вокруг учителя и стали обвинять Его в нарушении правил и обряда, предписанного духовенством и требовавшего, чтобы правоверные мыли руки до приступления к еде. Они обвиняли Его в ереси и неправильном учении, отвлекавшем народ от обычных церемоний и обрядов. Иисус возмутился и воскликнул в негодовании: «Лицемеры! Вы придерживаетесь законов человеческих, а не соблюдаете законов божеских! Вы моете руки, но не души ваши. Вы слепые управители слепых и вместе с последователями вашими падаете в канавы и лужи. Прочь с лицемерием вашим!»

Но возмущение, вызванное Его действиями, не проходило, и разочарованный доказательством непроизводительности той почвы, на которой Он сеял драгоценные семена Истины, Иисус собрал своих последователей и направился в более тихую местность Тира и Сидона, чтобы отдохнуть и обдумать новые планы действия. Он уже предвидел начало конца.

Чтобы понять положение Учителя в то время, следует вспомнить, что Он всегда был в единении с простым народом, всюду с восторгом принимавшим Его. Пока Он находился среди народа, правители не осмеливались напасть на Него, боясь серьезного народного восстания. Но когда им удалось отстранить народ, они стали явно притеснять Его и под конец почти добились Его изгнания. Они заставили Его избегать больших городов, и Он придерживался менее населенных областей; даже там за ним следили шпионы правительства, стараясь запутать Его в своих сетях.

Приблизительно в то время Иисус сообщил Своим ученикам о Своем Божественном происхождении, в котором Он уже не сомневался. Он рассказал им о предстоящей Ему добровольно избранной судьбе. Он внушил им не ожидать сразу плодов труда Его, так как сеял семена, которым суждено было принести плоды по прошествии нескольких веков. Он поведал им мистическую тайну, являющуюся основой Его труда и передаваемую и теперь еще посвященным оккультных братств. Но даже эти избранные люди с трудом постигали истинное значение Его учения, и однажды Он был почти доведен до отчаяния, случайно услышав, как ученики спорили между собой о предстоящих им высоких должностях.

Иисус чувствовал, что для Него настала пора возвращения в Иерусалим, чтобы закончить там свою необычайную стезю. Сознавая, что этим Сам кидался в львиную пасть духовенства и правительства, Он тем не менее направился в Иерусалим. Этот путь был тернист, потому что с приближением к столице число Его врагов увеличивалось, и вражда все росла. В одной деревне Ему даже было отказано в ночлеге, что являлось неслыханным событием в восточных странах. В другом месте Его закидали камнями и сильно ранили. Толпа была настроена враждебно к Нему и отплачивала за Его благодеяния ругательствами и оскорблениями. Такова судьба носителей истины, разбрасывающих священные жемчужины перед свиньями в образе недостойной народной толпы. Много и много раз это подтверждалось при работе тех, кто трудился на благо народа. И все же нам приходится слышать жалобы, зачем нести народу учения, которые не распространяются среди толпы? Ответом на этот вопрос может сокровенное учение приберегается лишь для немногих, удел которых – мученичество, пытка, тюрьма, распятие и то, что в наши дни заменяет их.

Продвигаясь к Иерусалиму, Иисус зашел в Персу, недалеко от Вифании, где жила знакомая семья, состоявшая из двух сестер, Марфы и Марии, и их брата Лазаря. Там Его настигла весть, что друг Его Лазарь смертельно болен; Его просили вернуться в Вифанию для его исцеления. Но Иисус отказал. Прошло несколько дней, и Иисус направился в Вифанию, объявив ученикам, что Лазарь скончался. И по приходу в Вифанию они убедились, что Лазарь действительно умер и уже погребен. Иисуса приняли крайне враждебно. Казалось, что народ хотел выразить: «Опять пришел самозванец-еретик. Даже умирающему другу Он побоялся помочь. Он лишен своей силы и теперь обесславлен и осмеян!» Затем пришла Марфа и упрекнула Его в равнодушии и запоздании. Иисус возразил ей, что Лазарь воскреснет, но она усомнилась в Его словах. Потом пришла Мария, явное горе которой тронуло до слез Иисуса, видавшего столь много человеческих страданий, что глаза Его почти разучились плакать.

Учитель спросил: «Куда вы унесли его»? И они повели Его к могиле, а за ними шла толпа, жаждущая новых чудес со стороны человека, которого она боялась, но в то же время ненавидела и ругала. Иисус остановился перед могилой и приказал убрать прикрывающий ее камень. Люди заколебались, зная, что там лежит тело, и чувствуя трупный запах его. Но, повинуясь настояниям Учителя, они все же откатили камень, и Иисус встал перед темным отверстием могилы.

Несколько минут Он стоял неподвижно, отдавшись размышлению и сильному духовному сосредоточению. Глаза Его приняли особое выражение, и по каждому мускулу видно было, что Он напрягал все Свои силы.

Затем могучим усилием воли возбудив все подвластные Ему силы, Он громко и властно позвал: «Лазарь, Лазарь, выходи!»

Народ ахнул от ужаса, услышав этот призыв к уже разлагающемуся телу, и стал роптать, но Иисус продолжал: «Лазарь, Лазарь, приказываю тебе: выходи!»

И тогда произошло нечто невероятное: у отверстия могилы появился призрак, укутанный в саван, старающийся освободиться от пут и выбраться к свету.

Это действительно был Лазарь. Тело его оказалось чистым и нежным, как у младенца. Иисус сотворил чудо, перед которым меркло все, прежде Им сотворенное.

Волнение, возникшее после этого поразительного чуда, дошло до Иерусалима и вновь встревожило правителей, решивших на этот раз прикончить с этим делом и навсегда уничтожить вредного шарлатана.

Вызвать из могилы разлагающееся тело! К каким обманным чудесам Он еще прибегнет для обольщения доверчивого народа? Этот человек был действительно опасен и подлежал немедленному обезвреживанию.

Несколько часов после получения известия о воскресении Лазаря собрался главный совет еврейского духовенства, Синедрион, спешно созванный для принятия решительных мер против нечестивого самозванца, который и так уж слишком долго издевался над установленными порядками и религией. Решили одолеть Его, пока Он не возбудил снова народ. Еврейское духовенство предупредило римское правительство, что опасный человек, приближавшийся к столице, называет себя еврейским Мессией и намеревается сначала низвергнуть правителей храма, а потом провозгласить себя царем иудеев и встать во главе армии против могущественного Рима.

Таким образом, все было пущено в ход, и представители закона ждали лишь случая, чтобы при первом публичном выступлении Иисуса и Его последователей заключить их в тюрьму, как врагов общества, веры и государства. Римские правители взволновались при получении таких сообщений от иудейского правительства и приготовились подавить восстание при первом его проявлении. Духовенство снова собралось, и по предложению первосвященника Каиафы было решено, что лишь смерть самозванного Мессии может положить конец возбуждению, грозившему их власти.

Итак, жребий был брошен.

А Иисус в то время отдыхал в Вифании, окруженный большими толпами, спешившими отовсюду, чтобы взглянуть на Лазаря. Люди вновь уверовали в Иисуса и с шумом и восторгом хвалили Его. А вчера они проклинали Его, и вскоре будут кричать «распять Его!» Такова природа большинства людей. В минуту ареста Иисуса никто не остался при Нем – даже из избранных двенадцати один предал Его, другой отрекся, а остальные разбежались. И для таких людей Иисус жил и страдал!


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:11 | Сообщение # 19
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline
Глава 8. Конец жизненного труда


Чтобы немного отдохнуть до въезда в Иерусалим, Учитель искал уединения в малонаселенных местечках вблизи пустыни. Он странствовал с двенадцатью учениками в окрестностях деревни Ефраим, в Персе, по Галилейской стране.

Но и тут временный отдых недолго длился. Перед самой Пасхой Иисус собрал Своих двенадцать и пустился с ними в путь. Странствование это возбудило сильнейшее любопытство среди богомольцев, отправляющихся в столицу. Распространились слухи о намерении Иисуса собрать все Свои силы и свергнуть правителей. Уже было известно, что Синедрион намеревался наказать Его, и народ спрашивал, к чему Ему идти навстречу врагу, если не с намерением его уничтожить?

Вера в такое Его решение изменила отношение в Его пользу, и многие, до того отвернувшиеся от Него, снова к Нему примкнули. Они снова мечтали о победе и снова предвидели бесконечный запас хлеба и рыбы. Они окружили Его, желая принять участие в победоносном шествии. Но Иисус не поощрял их и не разговаривал с ними. Он знал, что привязанность их будет непродолжительна.

Услышав о Его приближении и желая присутствовать при Его торжественном въезде в столицу, Иерусалимский народ столпился на окраине города, по которой Он должен был пройти. Наконец послышались крики «вот Он!», и, к своему великому удивлению и разочарованию, народ увидал Его, скромно сидящего верхом на осле. Толпа разошлась, презрительно усмехаясь. Но богомольцы усыпали путь Его пальмовыми ветвями и восторженно кричали: «Благословен наш Мессия! Приближается царь Израиля!»

Учитель направился прямо в храм. Правители не решались задержать Его. Они действовали крайне осторожно и даже допустили возвращение Его на ночь в Вифанию. На следующее утро Он вернулся в столицу и проводил время с друзьями. Он присутствовал при богослужениях в храме и под самой сенью его продолжал учить и исцелять народ.

Тем временем над Его головой все более и более сдвигались тучи. Один из двенадцати, Иуда Искариот, был глубоко разочарован отказом Иисуса воспользоваться поддержкой народа для провозглашения Себя Мессией и царем Иудейским и решил предать Его. Время шло, Иисус проводил ночи в Вифании, а дни в храме. Наконец священники решились на важный шаг. Они потребовали, чтобы Он доказал Свое право проповедовать правоверным членам церкви. Иисус ответил им вопросами, на которые они не осмелились дать ответа. Тогда священники снова приступили к расспросам, надеясь, что Он выскажет что-нибудь противное церковным уставам, что дало бы право арестовать Его.

Но Иисус искусно избегал их ловушек. Они старались вовлечь Его в разговоры о государстве, чтобы Он осудил Римское правительство, но напрасно.

В конце концов Иисус возмущенно воскликнул: «Горе вам, змии, порождения ехиднины! Лицемеры! Притеснители бедных! По наружности вы пастыри, а внутренне вы переодетые волки, желающие съесть овец, вам доверенных. Горе вам, книжники, лицемеры, фарисеи!»

И предсказав полное разрушение храма, так, что не останется камня на камне, Он покинул храм и ушел обратно в Вифанию.

В эту ночь Иисус беседовал с двенадцатью. Он сказал им, что кончина Его близка, что Ему придется умереть, что они, Его двенадцать, станут странниками на земле, подвергаясь преследованиям ради Него и во имя Его. Некоторых из учеников это сообщение крайне огорчило, так как они мечтали о земном возвеличении, о высоких должностях. Иуда почувствовал, что настало время действовать и, незаметно удалившись, пошел к первосвященникам и заключил ту ужасную сделку, которая на веки превратила имя его в синоним предательства.

На следующий день, в среду, Иисус все двадцать четыре часа отдыхал в Вифании, очевидно, набирая силы для приближавшегося испытания. Он даже уединился от учеников и провел день в умственном созерцании. Так провел Он и часть дня в четверг, но при наступлении вечера Он собрал всех двенадцать на пасхальный ужин, составлявший один из пасхальных обрядов.

Даже это последнее торжественное собрание было омрачено мелким спором среди учеников относительно права старшинства при посадке за стол. Иуде удалось занять почетное место рядом с Учителем. Иисус поразил всех Своим требованием омыть ноги. Этот оккультный обряд, непонятый двенадцатью учениками, исполнялся иерофантами оккультных братств по отношению к собратьям перед отправкой их с особенно важным поручением. Затем Он велел ученикам омыть ноги друг другу, в знак признания великой миссии каждого.

Потом Иисус, предчувствуя события следующего дня, озабоченно воскликнул: «Один из вас, Моих избранников, предаст Меня!» Огорченные ученики спрашивали Его по очереди: «не я ли, Господи»? Иисус каждый раз качал головой. Но Иуда не спросил, а в смущении протянул руку и взял кусок хлеба с тарелки Учителя. Тогда Иисус взял кусочек хлеба и, помочив его в Своей тарелке, передал Иуде, проговорив спокойно: «Иуда, делай свое дело, не теряя времени». Иуда смутился и украдкой удалился от стола.

Тогда начался достопримечательный разговор последнего ужина, о котором сказано в Евангелии. Тогда же впервые был исполнен обряд святого причастия, мистическое значение которого мы объясним в одной из последующих глав.

Вскоре после этого все ушли из комнаты. Под сенью деревьев, в саду Гефсимании, уединившись от учеников Своих, Иисус предался молитве и размышлению. Он громко взывал к Отцу, моля дать Ему силы для конечного испытания. Борясь с сомнением и страхом, победив плотские стремления и побуждения, Он воскликнул: «Отец, да будет воля Твоя!», и этими словами Он навсегда отказался от Своего права остановить ход наступающих событий. Слагая с Себя свою могущественную оккультную силу обороны, Он, подобно пасхальному агнцу, лег на жертвенный алтарь.

Выйдя из сада, в котором Он только что сотворил величайшее чудо, чудо Самоотречения, Иисус приблизился к ученикам со словами: «Вот приблизился час – предатель пришел сделать свое дело».

Послышалось бряцание оружия и тяжелые шаги, и появилась военная стража и духовенство; перед ними шел Иуда Искариот. Он продвигался, будто в столбняке, и подойдя к Иисусу, поцеловал Его со словами: «Радуйся, Равви!» Иисус воскликнул: «Иуда! целованием ли предаешь Сына человеческого?» Казалось, что в эту минуту горе Учителя достигло крайних пределов. Стража окружила Его. Иисус не сопротивлялся. Когда они подходили, Он спросил: «Кого вы ищите?» Начальник ответил: «Мы ищем того, которого люди называют Иисусом Назарянином», Учитель сказал: «Я тот, которого вы ищите».

Ученики противились аресту, и Петр ударом меча отсек ухо одному рабу первосвященника. Но Иисус приказал ученикам не сопротивляться и, подойдя к раненому, исцелил его. Затем Он сказал, что если бы Он пожелал, все небесные легионы спустились бы в Его защиту. После этого Он попросил начальника увести Его. Уходя, Он повернулся к ученикам, чтобы проститься с ними, но они все, до последнего, уже покинули Его, оставив Его одиноким в час испытания. И так же всякая смиренная душа должна быть одинока в минуту высочайшей борьбы – одна со своим Создателем.

Иисуса повели в город и направились ко дворцу иудейского первосвященника, где в ожидании Его тайно собрался Синедрион. И там Он предстал на суд церковных тиранов, связанный, подобно простому преступнику. Он, который одним усилием воли мог бы уничтожить весь дворец и всех его обитателей!

Подверженный, ударам и всяким низким оскорблениям, Учитель оставался спокойным. Подкупленные свидетели выступали против Него, обвиняя Его во всяких преступлениях и ересях. Тогда Каиафа обратился к Нему с главным вопросом: «Ты Христос?» При общем молчании Иисус ответил: «Это Я». Тогда первосвященник вскрикнул в смятении: «Он богохульствует!»

С этого момента не оставалось более надежды на спасение Учителя. Он Сам приговорил Себя к смерти. Не могло быть ни отступления, ни отсрочки. Его грубо вывели из зала и предоставили надругательствам и оскорблениям толпы, которая широко воспользовалась своими правами. Оскорбления, проклятия, ругательства, насмешки и даже удары посыпались на Него. Но Он безропотно терпел все. Его мысли уже отошли от земного и возвысились на планы, на много превышающие все человеческие мечты. Его душа была направлена на истину, и все неистинное исчезло из Его сознания.

На следующий день после ареста Иисуса повели к римскому правителю, Пилату, на гражданский суд. Пилату не хотелось осуждать Иисуса, так как он считал, что весь спор возник из-за богословских и церковных разногласий, которые не касались гражданских законов. Жена его, чувствуя почему-то тайную симпатию к Учителю, предостерегла его не вмешиваться в этот спор. Но ему трудно было противостоять сильному влиянию еврейского духовенства, с которым, по указаниям из Рима, приходилось считаться. К тому же, духовенство возбудило гражданское дело против Иисуса, обвиняя Его в попытке возбудить восстание и провозгласить себя царем Иудейским. Пилат не знал, как поступить. Кто-то из духовенства предложил предать Иисуса суду самого Ирода, так как Иисус был родом из Галилеи и там сотворил главные «преступления». Чтобы освободиться от ответственности, Пилат охотно воспользовался этим предложением. Дело было передано Ироду, по случаю пребывавшему в это время в Иерусалиме. Иисуса повели во дворец Ирода, и Ирод подверг Его гнусным оскорблениям и унижениям, после чего велел снова повести Его к Пилату.

Преследуемый толпой Иисус вновь предстал перед Пилатом, который был крайне недоволен, что Ирод возложил на него ответственность за приговор. Наконец Пилат придумал выход из положения: он воспользовался еврейским обычаем, признанным Римскими правителями, по которому в праздник Пасхи освобождается один из главных преступников. Пилат объявил, что по установленному обычаю, отпустит Иисуса. Но еврейские правители прислали ответ, что они не согласны на освобождение Иисуса, а желают освобождения преступника Варравы. Пилат счел невозможным не считаться с требованиями еврейского духовенства и приговорил Иисуса к смерти. Послышались крики толпы, возбуждаемой духовенством: «Распните Его! Распните Его!» Пилат вышел на крыльцо и, омывая по обычаю страны руки, крикнул: «Невиновен я в крови праведника сего!» Толпа ответила: «Кровь Его на нас и на детях наших!»

Иисус был подвергнут жестоким пыткам. Его тело было изранено и окровавлено. Ради насмешки Ему надели на голову терновый венец, глубоко врезавшийся в кожу.

Ему привязали крест на спину и заставили нести его. Сделав несколько шагов, Иисус упал, так как не был в состоянии нести тяжелый крест. С большим трудом Он добрался до места распятия. Иисус был пригвожден к кресту и умирал длительной и мучительной смертью. С обеих сторон висели преступники – два вора, Его товарищи по страданию.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Пятница, 24.11.2017, 17:13 | Сообщение # 20
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5435
Статус: Offline
Иисус отказался от напитка, который полагался распинаемым, чтобы утолить их ужасную жажду. Он предпочел скончаться в полном обладании Своих способностей. Над Его головой поместили надпись: «Сей есть Иисус, царь Иудейский». Пилат хотел этим посмеяться над евреями, принудившими его приговорить Иисуса к распятию.

Когда поднимали крест, Иисус громко воскликнул: «Отец, прости им: они не знают, что делают!»

Оскорбляемый воинами и народом, Он висел и переносил ужаснейшие муки распятия. Даже один из преступников злословил и говорил: «Если Ты Христос, спаси Себя и нас». А народ спрашивал, почему Он, спасавший других, не мог спасти Себя? Но Он, который мог призвать силы для сотворения требуемого чуда, не отвечал и молча ожидал конца.

Вскоре Иисус перешел в агонию. Конец надвигался.

Поднялась странная буря, солнце померкло, в воздухе чувствовалось смятение. Но вот ветер стих и наступила странная тишина. Раздался подземный гул, и произошло землетрясение. Затряслись самые основы Иерусалима, разлетелись могильные камни, открыв тела мертвых.

Раздались крики народа, в смертном ужасе кидавшегося во все стороны. Римский сотник же, увидев происходившее, пал перед крестом и сказал: «Истинно, человек этот был Богом». Иисус умер. Его тело было унесено для погребения. Друзья набальзамировали его и положили на место последнего земного покоя.

Мы подошли к той части рассказа, где оккультные предания и Учения расходятся с описанием евангелий. В сущности надо бы сказать, «видимо расходятся», потому что оба рассказа не сходятся только из-за различных точек зрения.

Мы подразумеваем события Воскресения.

Следует припомнить, что Иисус говорил Своим ученикам, что Он через три дня «восстанет из мертвых» и снова появится среди них. Большинство понимает это как указание, что Он снова воплотится в прежнее тело, и что так надо и понимать Его вторичное появление. Евангельские изложения безусловно поддерживают эту мысль.

Оккультные предания говорят иное. Они сообщают, что Иисус действительно явился ученикам Своим три дня после смерти и временно жил с ними, поучая их и объясняя им глубокие тайные догматы. Но мистики всегда считали и проповедовали, что Он появился вновь в астральном теле, а не в отброшенной телесной оболочке.

Для народа физическое тело являлось самым главным, и народ ожидал, что когда-нибудь в последний день все человечество воскреснет, приняв прежний плотский образ, потому всякое другое учение было бы для народа непонятно.

Но оккультистам и мистикам, постигшим истину перерождения души, такая мысль кажется грубой и невежественной; они охотнее восприняли сокровенные учения о Воскресении и поняли, почему Иисус воспользовался астральным телом для вторичного появления.

По Евангельскому изложению, у могилы Иисуса была поставлена стража, чтобы тело не могло быть украдено с целью объявления, что Иисус воскрес, так как духовенство знало, что ходили слухи о предстоящем Воскресении Иисуса.

Сообщается, что могила была запечатана и ее охранял небольшой вооруженный отряд солдат, но, несмотря на все предохранительные меры, тело все же ожило и восстало из могилы.

По оккультным преданиям, ближайшим друзьям Иисуса удалось при помощи влиятельного еврея, тайно сочувствовавшего Иисусу, добиться от Пилата тайного приказа, давшего им возможность унести тело в сохранное и никому почти не известное место, где оно постепенно превратилось в пыль, как и полагается всему земному. Эти люди знали, что Воскресение не зависело от смертного тела. Они знали, что бестелесная душа Учителя продолжала жить и должна была вновь появиться среди них в более эфирном теле, все же доступном их зрению. Всякий оккультист поймет это без дальнейшего. Остальным мы советуем прочесть оккультные указания, касающиеся астрального тела и его особенностей. (См. книгу: «Жизнь за пределами смерти».) Здесь мы не можем повторно подробно описывать феномен астрального тела человека.

Первой, увидавшей Учителя в Его астральном образе, была Мария Магдалина, одна из приверженец Иисуса. Она плакала у пустой могилы и вдруг увидала приближавшийся к ней образ довольно неясный и ей чуждый, так что сначала она не узнала Его. Затем голос назвал ее по имени, и, взглянув кверху, она заметила, что образ стал более ясным и знакомым, и признала в нем черты своего Наставника.

Кроме того, оккультные предания подтверждают истину некоторых преданий христианской церкви, а именно, что три дня после происшествия на Голгофе в Иерусалиме и его окрестностях появлялись бесплотные образы многих людей, умерших незадолго до того. И эти астральные тела посещали места, где прежде жили, и показывались друзьям и родным.

Затем Иисус появился в астральном образе ученикам. По преданию, двое из них встретили Его утром в Пасхальное Воскресение. Они сначала не узнали Его, хотя шли одной дорогой с Ним и потом ели за тем же столом. Это неумение признать Учителя очень трудно объяснить, и церкви не стараются это делать. Но оккультные предания учат, что Иисус сначала не вполне проявил Свое астральное тело, и потому черты Его были не совсем ясны. Затем, при еде, Он окончательно проявил Себя, так что ученики легко могли узнать Его. Все оккультисты, видавшие, как астральное тело делается вещественным, поймут это объяснение.

Точка зрения о появлении Иисуса в прежнем земном теле никак не может согласоваться с непризнанием Его своими же учениками, бывшими постоянно с Ним до Его смерти. После короткого раздумья будет ясно, которое из обоих объяснений более вероятно и разумно.

Иисус в течение сорока дней являлся немногим избранным. Это подтверждается показаниями многих людей. Существует несколько мистических преданий о Его проявлениях, которые не занесены в Евангелие. Одно из них сообщает, что Он предстал перед Понтием Пилатом и простил ему его участие в трагедии. Другое – что Ирод увидал Его в своей спальне. Третье – что Он явился первосвященникам в храме, и они в испуге пали перед Ним на колени. Четвертое – что Он однажды вечером зашел к ученикам, заперевшим все двери на засов, и снова исчез, промолвив: «Мир с вами, Мои любимые».

Евангелие сообщает о Его другом появлении перед учениками, когда неверующий Фома убедился, что это Сам Иисус явился в астральном образе. Фома положил руку на Его раны, которые, согласно известным астральным законам, проявились и на астральном теле.

Этот приход и уход Иисуса, эти неожиданные проявления и исчезновения, Его проявления лишь тем, которым Он хотел показаться, и Его скрывание от тех, которых Он желал оставить в неизвестности о Своем возвращении, все это последовательно доказывает каждому оккультисту, какого рода образ Он избрал для Своего вторичного появления. Если бы все люди были знакомы с законами феноменов астрального мира, то никто бы не сомневался в этом.

Евангелие рассказывает, что ученики убедились, что Иисус не явился как «дух». Они ощупали Его тело и видели, что Он ел при них, – но что из этого? По законам материализации астральных образов последние в некоторых случаях могут стать настолько вещественными, что их можно не только видеть, но и ощупать. Это доказывается и записями английского «Общества психических исследований».

Затем Иисус однажды предстал перед учениками и вместе с ними пошел к ним в горы. Дорогой Он давал указания относительно их дальнейшей работы на Земле. Потом Он простился с ними и стал исчезать. По общепринятому представлению, Он стал подыматься кверху, пока не исчез, но мистики поучают, что Его астральный образ постепенно становился невещественным и понемногу исчез из кругозора последователей; образ Иисуса с каждой минутой становился все более эфирным, и душа Его, отбросив вещественную форму и сущность, перешла на высшие планы Бытия.

Разве кто-либо, знающий о законах и феноменах, может предположить, что плотское тело могло бы перейти на те планы Бытия, где не существует ничего вещественного? Такие представления могут быть лишь у тех, кто не может рисовать себе бессмертие иначе, как через «воскресение тела» всех умерших душ. Для оккультиста тело означает лишь временную оболочку. Оно не имеет ничего общего с душой, которая отбрасывает ее, как ненужную ей оболочку, вроде того, как куколка отбрасывается бабочкой, когда та расправляет свои крылья, чтобы летать по новому свету.

Все эти представления о бессмертии смертного тела являются плодом материалистических умов, не привыкших размышлять о высших планах бытия и неспособных даже умственно представить их. Они способны мыслить лишь о земле и о всем земном. И чем скорее христианство сбросит эти материалистические воззрения, тем скорее церковь почувствует столь нужное ей духовное возрождение, о котором набожные души усердно молятся.

Церкви до того тесно связаны с материалистическими взглядами, что проповедник не решается даже заикнуться о существовании фаз жизненного бытия после земной жизни, из опасения, что его сочтут за «спиритуалиста» или обвинят в признавании «духов». Неужели учение, что человек есть духовное существо, не согласуется с учениями Христа и библейскими писаниями?

Неужели надо отказаться от веры в это и разделять языческие верования в воскресение «физического тела» мертвых и в бессмертие изношенного, давно отброшенного смертного тела? Которое из обоих духовных учений правильно? Разве любой разум, согласный поразмыслить, может вообще сомневаться на этот счет? Очень грустно, что правоверные церкви не сознают этого и продолжают исключать всех, кто осмеливается утверждать, что существует бытие души, независимое от физического тела.

Какая польза от души, если для обретения бессмертия требуется воскресение физического тела мертвых? И где остаются души мертвых тел в ожидании прихода Судного Дня? Находятся ли они при теле? А если нет, то они, значит, живут своей жизнью независимо от физического тела, а если это так, то к чему им надо потом снова брать свои изношенные физические тела, без которых они так хорошо справлялись при бесплотной жизни? Что делается с теми, тела которых были больные, искалеченные или слабые при смертной жизни? Неужели они принуждены навеки обитать в них? Обладатели старых изношенных тел принуждены вновь облечься в них в Последний День? К чему же вообще требуется физическое тело для будущей жизни? Разве ангелы обладают физическими телами? Если нет, то зачем они необходимы душам для высших планов? Продумайте все эти вопросы и поймите, насколько материалистично общепринятое христианское понятие в сравнении с мнением мистического христианства, поучающего, что душа духовно поднимается с низких к высшим планам бытия до самых высоких, недоступных представлению людей нашего времени.

Оккультные предания поучают, что за время Своего сорокадневного проявления в астральном теле Иисус объяснил ученикам Своим многие высшие истины. Говорится, что Он даже показал им высшие астральные планы бытия. Он сообщил им также истинное значение Его миссии, которую Он теперь, после того, как исчезло облако Его смертного разума, ясно воспринимал духовно.

Он сказал им, что истинная задача Его последователей в посеве семян истины, не рассчитывая на немедленные результаты. Он сказал им, что плоды появятся лишь через несколько столетий, по прошествии двух тысяч лет и более. Он сказал им, что много веков будет как бы приготовлением почвы для великого труда истины, и что созрение плодов предстоит лишь в далеком будущем.

Он говорил им о втором приходе Христа, когда действительная истина Его учений станет очевидной человечеству, и люди заживут истинной духовной жизнью. Поучал их трудиться, чтобы духовное пламя не погасло, а было передано достойным последователям. Это и еще многое другое говорил Он им до Своего отхода. Мистики поучают, что Иисус еще и теперь живет на свете, распространенный между всеми душами, живущими на земле, стараясь привести их к самосознанию, к постижению сокровенного Духа. Он всегда с нами, наш Покровитель, наш Утешитель, Помощник и старший Брат.

Он не ушел от нас! Он с нами и теперь, и навсегда в действительном духовном соединении.

Господь воистину воскрес, – восстал из смертного образа к бессмертному духовному существованию!


Господь твой, живи!
 
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ЗАРУБЕЖНАЯ ПУБЛИЦИСТИКА » МИСТИЧЕСКОЕ ХРИСТИАНСТВО (РАМАЧАРАКА (Вильям АТКИНСОН))
Страница 2 из 3«123»
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES