Четверг, 20.09.2018, 13:49

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 4 из 4
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ЗАРУБЕЖНАЯ ПУБЛИЦИСТИКА » ВЕЛИКИЙ ЙОГ ТИБЕТА МИЛАРЕПА (Эванс-Вентц УОЛТЕР)
ВЕЛИКИЙ ЙОГ ТИБЕТА МИЛАРЕПА
МилаДата: Суббота, 01.09.2018, 01:37 | Сообщение # 31
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7444
Статус: Offline
Закончив чтение письма, Нгогдун сказал, что он исполнит волю ламы и удостоит меня посвящения. Он прибавил, что и так собирался послать за мной и то, что я пришел сам, очень хорошо и совершилось с благословения и по милости ламы. И еще он сказал: «У меня есть ученики из Кама, Тагпо, Конгпо и Ярлунга, и их грабят по дороге сюда разбойники из Дела – йепо и йемо и отнимают у них то небольшое имущество, с которым они идут сюда, чтобы продолжить свои занятия. Поэтому я прошу тебя наказать этих нарушителей закона и наслать град на их поля. Когда ты сделаешь это, я удостою тебя посвящения, которое ты желаешь принять».

Теперь я горько оплакивал судьбу, вложившую эту проклятую силу в мои руки и сделавшую меня орудием мщения, несущим разрушение и смерть. «Я пришел сюда в поисках спасительной Истины, а здесь меня опять вынуждают совершить зло. Если я откажусь, я ослушаюсь гуру или по крайней мере того, кого собираюсь считать моим гуру. Это почти такой же тяжкий грех, как отказ повиноваться настоящему гуру, и к тому же путь к Знанию будет для меня закрыт», – так рассуждал я и решил, что должен повиноваться, так как ничего другого мне не оставалось делать. Я отправился в путь, взяв с собой необходимые приспособления, и придя туда, где жили йепо, остановился в доме некой старухи. В тот момент, когда должна была начаться гроза с градом и уже сверкнула молния, загремел гром, и вот-вот должны были упасть первые градины, старуха стала бить себя в грудь и рыдая восклицать: «Ах! Как я буду жить, если мой урожай побьет град?» Слушать это было для, меня невыносимо, и поэтому я не мог поступить жестоко с этой бедной старухой. Я попросил быстро начертить план ее поля, хотя, делая так, я ставил под угрозу свою жизнь. «О, мое поле такое», – воскликнула она с отчаянием в голосе и тут же нарисовала треугольную фигуру с удлиненным концом. Я сразу же накрыл фигуру железной сковородкой, и этого поля не коснулся град, за исключением угла, который не был покрыт сковородкой. Когда гроза прекратилась, я вышел из дома и увидел, что склоны гор, окружающих долину, были изборождены оврагами, поля с обильными всходами теперь все оголились, кроме поля женщины, которое оставалось не тронутым градом. Однако конец поля, соответствовавший упомянутому углу на его плане, не накрытому сковородкой, был побит ветром и градом и залит водой. И с тех пор это поле, за исключением его конца, всегда обходил град, который случался в этой местности. Говорят, что эта женщина была освобождена от уплаты налога за отведение града[107] и платила только налог за упомянутый конец поля.

Возвращаясь к моему новому гуру, я встретил старого пастуха с ребенком, потерявшим во время наводнения все свои стада. Через него я передал жителям этой местности предупреждение, что если они не прекратят грабить учеников и приверженцев ламы Нгогпа[108], их посевы всегда будут уничтожаться градом. Так они были оповещены о том, кто вызвал град. Узнав о таком могуществе ламы Нгогпа, жители этих двух районов были так потрясены, что стали отныне его преданными последователями и верно служили ему.

Следуя дальше, я подобрал несколько мертвых птиц, которых увидел под кустом ежевики, и еще много других птиц и несколько крыс, лежавших на дороге, наполнив ими шапку и подолы моего платья.

Я сложил их в груду перед ламой Нгогпа и обратился к нему с такими словами: «О почтенный учитель! Я пришел сюда в надежде получить Святое Учение, но меня заставили насобирать кучу грехов. Сжалься над этим ужасным грешником!» И я залился горькими слезами[109]. На это лама ответил: «Не отчаивайся. Тебе незачем страшиться. Мы, последователи Наропы и Майтри[110], владеем теми Истинами, которые могут моментально спасти величайшего из грешников, как один камень, брошенный из пращи, может вспугнуть одновременно сотню птиц. Все существа: и эти птицы, и животные, убитые сейчас этим градом, – родятся снова, чтобы стать твоими ближайшими учениками, когда ты достигнешь состояния Будды[111]. А пока это время не наступило, я сделаю все возможное, чтобы оградить их от падения в ад или перехода в другие, более низкие состояния. Поэтому не горюй. Но если ты все еще сомневаешься, позволь мне доказать справедливость моих слов». Несколько минут он сидел молча с закрытыми глазами, а затем щелкнул пальцами. Моментально все мертвые птицы и крысы, которых я принес, ожили и отправились в свои гнезда и норы. Я тогда понял, что сам лама был Буддой. Как замечательно! Как благостно! Пусть и многим другим существам выпадет возможность умереть такой смертью. После этого я был посвящен в Мандалу (ритуал) Гайпа-Дордже. Я нашел пещеру, обращенную на юг, из которой мог видеть жилище моего гуру, и, потрудившись немного, чтобы сделать пещеру пригодной для пребывания в ней, заложил вход в нее, оставив только небольшое отверстие сбоку для передачи пищи и воды[112].

Мой гуру объяснил мне методы медитации, и я усердствовал в их применении. Однако, несмотря на старания гуру и усердие с моей стороны, я не обнаружил никакого сдвига, так как не имел на то благословения Марпы.

_________________________________________________
107

Налог, который взимался в пользу лам, отводящих град.

108

Лама Нгогпа (букв, лама, живущий в Нгоге) – сокращенная форма имени Нгогдун-Чудора.

109

У христиан только отнятие человеческой жизни считается грехом, но для буддистов, так же как для индуистов и джайнов, заповедь «Не убий» означает запрещение лишать жизни любое живое существо.

110

Майтри (Любовь), как и Наропа, – индийский йог (святой), учение которого составляет часть учения секты Каргьютпа.

111

То есть в будущем они разовьются до уровня человека и получат Спасительное Учение от Миларепы, который к тому времени достигнет состояния Будды.

112

Последователи школы Каргьютпа обычно медитируют в выбранном для себя уединенном месте и находятся там в течение установленного гуру времени, питаясь приносимой им пищей. Были случаи, когда такие аскеты ни разу не выходили из своего затвора в течение многих лет. Подобный аскетизм практиковался в древности христианскими йогами, обитавшими в пустынях Египта и Палестины.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Суббота, 01.09.2018, 01:40 | Сообщение # 32
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7444
Статус: Offline
Однажды мой гуру пришел и спросил меня, испытывал ли я то-то и то-то. Я ответил, что не испытывал ничего (подобного этому). «Как так? – спросил он. – На этом пути развития психических сил не должно быть и никогда не было такого случая, чтобы не произошло сдвига за очень короткий период, при условии, что нет преграды на пути. Что же тебе мешает? Не может быть, чтобы наш главный гуру не дал согласия на твое посвящение, так как в противном случае он бы не прислал дары и письмо. Продолжай медитировать!» Я был несколько встревожен этим посещением и даже на мгновение помыслил признаться в обмане, но мне недоставало смелости это сделать. Теперь больше, чем когда-либо, я сознавал, что должен подчиниться моему главному гуру ламе Марпе. Но в то же время я не прекращал усердно медитировать.

Тем временем лама закончил строительство дома для своего сына и написал ламе Нгогпа прислать ему для украшения дома ветки[113]. В письме говорилось, что, когда будет закончено строительство шпилей и карниза, лама Нгогпа должен прибыть сам, чтобы принять участие в церемонии освящения дома и праздновании совершеннолетия Додай-Бума, сына Марпы[114]. Далее Марпа писал, что знает, где я нахожусь, причем я был назван им «плохим человеком», и он просил ламу Нгогпа привести меня с собой.

Лама подошел к отверстию моей кельи и, прочитав мне письмо, высказал свое предположение: «Из того, что лама пишет о тебе, можно заключить, что он не давал тебе разрешения принять от меня посвящение». Я отвечал: «Сам лама мне своего согласия не давал, но его жена дала мне это письмо и реликвии, и с ними я был отправлен сюда». «Вот оно что, – сказал он. – Мы занимались бесполезным делом. Ты же должен знать, что нельзя рассчитывать на успех без согласия и благословения гуру. Не удивительно, что в тебе не проявился ни один из признаков духовного роста. Однако он приказывает тебе вернуться. Ты хочешь пойти?» Я попросил взять меня в качестве сопровождающего. Он ответил, что ветки посланы с носильщиками, и, пока носильщики не вернутся и не будет известна точная дата праздника, я должен оставаться в своем затворе.

По возвращении носильщиков он снова подошел к отверстию моей кельи, и мы вели продолжительную беседу о приближающейся церемонии освящения дома и передачи его сыну нашего гуру, который также должен был принять посвящение. Я спросил ламу, говорил ли кто-нибудь обо мне. «Да, – сказал Нгогпа, – жена нашего ламы спрашивала носильщиков о тебе, и, узнав от них, что ты находишься в затворе, она спросила, что ты делаешь там. И когда ей сказали, что ты всегда предпочитаешь уединение, она послала тебе эту игральную кость с одним из носильщиков. Она сама помогла ему привязать ее к поясу и наказала передать ее тебе в целости-сохранности». И Нгогпа вручил мне кость, вылепленную из глины. Я принял ее с благоговением и, зная, что ее касались руки моей Почтенной Матери, положил ее себе на голову.

Когда он ушел, у меня появилось желание поиграть в кости. Но тут же я одернул себя, подумав о том, что ни разу в присутствии Почтенной Матери я не обнаруживал желания играть в кости, и я спрашивал себя, для чего она прислала мне вещь, которая когда-то разорила моих предков. Не означало ли это, что теперь Почтенная Мать относится ко мне с презрением. Подумав так, я возмутился и в гневе бросил кость на землю с такой силой, что она раскололась надвое, и из нее выпал небольшой листок бумаги, свернутый в трубочку. Я поднял его и прочитал адресованную мне записку: «Сын, твой гуру теперь расположен к тому, чтобы посвятить тебя в Священное Учение. Поэтому возвращайся вместе с ламой Нгогпа». Это было столь приятной новостью для меня, что я буквально скакал и прыгал от радости в моей маленькой келье.

Вскоре пришел лама Нгогпа и сказал: «Храбрый Великий Маг, готовься в дорогу». И я сразу начал собираться. Сам лама приготовил преподнести Марпе все, чем он владел, за исключением тех вещей, которые ему были подарены Марпой. В дар предназначались образа, книги, реликвии, золото, бирюза, ткани, шелк, серебро, посуда, стада и т.д. Из животных он отправил всех своих овец и коз, кроме одной хромой козы, которую из-за ее хромоты невозможно было перегонять вместе со стадом и поэтому ее пришлось оставить. Все остальное, что ему принадлежало, он брал с собой, чтобы преподнести своему гуру. Он был достаточно добр и, сохраняя признательность ко мне за услугу, которую я ему оказал, он дал мне шелковый шарф, чтобы я от себя преподнес его ламе Марпе. А его жена дала мне мешок измельченного сыра, чтобы я преподнес его как подарок от меня жене Марпы Дамеме.

Наступил день, когда лама Нгогпа, его жена и я в сопровождении большой свиты отправились в Дово-лунг, монастырь Марпы. Когда мы подошли к подножию горы, на которой стоял Дово-лунг, лама попросил меня пойти вперед, чтобы сообщить ламе Марпе и Дамеме о его приближении и попросить послать ему чанг. Я поднялся в обитель и сразу встретился с женой Марпы. Приветствуя ее и выразив почтение, я преподнес ей мешок сыра. Затем я сообщил о приближении ламы Нгогпа и попросил ее послать что-нибудь подкрепляющее для путников. Она была очень рада моему возвращению и предложила мне пойти к ламе Марпе, чтобы выразить ему почтение и сообщить о приближении ламы Нгогпа.

Войдя в дом, я нашел Марпу на самом верхнем этаже. В это время он медитировал, и лицо его было обращено на восток. Когда я преподнес ему шарф и поклонился, он повернул лицо на запад. Я поклонился ему с западной стороны, он повернул лицо на юг. Тогда я сказал: «Почтенный Гуру! Хотя ты отказываешься принять от меня выражение моего почтения по причине твоего недовольства мной, я должен сообщить тебе, что лама Нгогпа приближается со всем своим имуществом иконами, книгами, золотом, бирюзой, стадом животных, которые он принесет и дар тебе. И он, несомненно, заслуживает того, чтобы ему был оказан прием, соответствующий его положению. Поэтому я прошу тебя распорядиться послать ему чанг и что-нибудь еще, чтобы он мог подкрепиться, прежде чем прибудет сюда». Мои слова, очевидно, рассердили Марпу, и он, щелкнув пальцами, закричал: «Да? Кто мне помогал, когда я возвращался домой из Индии, неся на спине бесценные книги? Когда я нес домой драгоценные источники всех четырех направлений буддийского учения, кто встречал меня и оказывал мне прием? А сейчас я, знаменитый Переводчик, должен бежать и встречать Нгогпа только потому, что он хочет пригнать ко мне свое разбредшееся стадо? Нет, такого не будет. Если он рассчитывает на это, пусть он лучше возвращается туда, откуда пришел».

Я вышел от ламы и пошел к его жене, чтобы пересказать ей наш разговор. «О, твой гуру очень своенравный, – сказала она, выслушав меня. – Нгогпа – великий человек, и его надо принять как полагается. Давай пойдем вместе и встретим его». Я ответил: «Лама Нгогпа не ждет, что ты пойдешь встречать его. Только дай мне чанг, и я побегу к нему». «Нет, я пойду встречать его», – сказала она и, приказав нескольким ученикам принести изрядное количество чанга, вышла навстречу ламе Нгогпа.

Наступил день, когда все жители Лхобрака собрались на празднование совершеннолетия сына Марпы Дарма-Додая, к которому было приурочено освящение построенного для него дома. Был устроен пир, и во время праздника лама Марпа громким голосом спел гимн, благословляя собравшихся и это торжественное событие:


«Я молюсь Милостивому Гуру!

Благо незапятнанности ниспослано

Этой прославленной секте, мной руководимой.

Да будут осенены им все присутствующие здесь.

Благо безошибочно ниспослано

Избравшим короткий путь, открываемый Истинами.

Да будут осенены им все присутствующие здесь.

Благо глубоких знаний ниспослано

Мне, Переводчику Марпе.

Да будут осенены им все присутствующие здесь.

Благо милосердия и любви ниспослано

Гуру, Дэвам и Дакини.

Да будут осенены им все присутствующие здесь.

Благо непоколебимой, истинной веры

Ниспослано моим духовным сыновьям и шишьям.

Да будут осенены все присутствующие здесь.

Благо милосердия и приобретения заслуг

Ниспослано моим ученикам-мирянам.

Да будут осенены им все присутствующие здесь.

Благо альтруизма и достижения Освобождения

Ниспослано совершающим чистые деяния.

Да будут осенены все присутствующие здесь.

Благо великой заслуги ниспослано добрым духам

И сурового наказания злым духам в этом преходящем мире.

Да будут осенены им все присутствующие здесь.

Благо радости и доброжелательности

Ниспослано этим ламам мирянам.

Да будут осенены им все присутствующие здесь».
____________________________________________

113

Верхнюю часть культовых зданий и жилищ лам принято в Тибете украшать ветками. Их плоско укладывают, а концы выдвигают вперед и ровно прорезают по линии стен. Получается напоминающее фриз украшение.

114

Додай-Бум – Второе имя сына Марпы. (Бум, которое здесь употреблено вместо Дарма, есть популярное название двенадцати томов «Праджня-Парамиты» и сокращенного ее варианта в 100 000 шлок. Это имя может быть посвятительным (религиозным) или именем, данным ему по случаю достижения совершеннолетия. В конце главы VII он упомянут также под именем Додай-Бум.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Суббота, 01.09.2018, 01:43 | Сообщение # 33
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7444
Статус: Offline
Когда Марпа закончил петь, лама Нгогпа поднялся и преподнес свои дары, а затем произнес обращенную к Марпе речь: «Драгоценный и почитаемый Гуру! Ты знаешь, что все, что я имею, и я сам принадлежат тебе. По случаю праздника, я прошу разрешения объявить тебе, что в качестве приношений я взял с собой все, что имею, кроме одной хромой старой козы, которую невозможно было пригнать вместе с остальными животными. В ответ я молю удостоить меня, твоего преданного шишью, самых драгоценных посвящений и передать мне самые сокровенные мистические истины, а также рукописи, содержащие эзотерические истины, передаваемые только шепотом на ухо». Произнеся это, он пал ниц перед Марпой. Марпа был очень доволен и в свою очередь сказал следующее: «Если это так, то я, со своей стороны, должен сказать тебе, что истины и священные книги, которыми я владею, являются редчайшими и дающими наилучшие результаты. Они относятся в основном к тем учениям, которые называются «Ускоренный метод прохождения Истинного Пути»[115], с помощью которого можно достигнуть Нирваны в этой жизни, а не ждать ее в течение бесчисленных веков. В этом состоит непревзойденная ценность этих истин. Но здесь требуется выполнение одного условия. Истины, содержащиеся в свитках, о которых ты говоришь, могут быть переданы только после неукоснительного исполнения повелений гуру. И поэтому, если ты не принесешь эту оставшуюся козу, несмотря на ее хромоту и старость, получить эти свитки тебе будет нелегко. А остальное ты уже получил». Это требование рассмешило всех, но не ламу Нгогпа, который со всей серьезностью спросил, будут ли ему переданы свитки, когда он приведет эту козу. На это Марпа ответил: «Да, если ты сам ее приведешь».

Гости разошлись, и на следующее утро лама Нгогпа отправился за козой и сам принес ее на себе. Марпа был очень этим доволен и сказал: «Истинный последователь мистического учения должен быть таким, как ты. Мне мало пользы от этой козы, но я велел тебе принести ее, чтобы подчеркнуть величие и несравненную ценность религиозных истин». Он обещал посвятить его в некоторые мистические Истины и Мандалы и вскоре исполнил свое обещание.

По прошествии некоторого времени он устроил угощение для учеников из отдаленных районов и для своей семьи и, сидя с приставленной возле него длинной палкой, бросал сердитые взгляды на ламу Нгогпа, который также был среди приглашенных. Затем, указывая на него пальцем, он сказал: «Нгогдун-Чудор, какое объяснение ты дашь относительно передачи тобой посвящения и Истин этому нехорошему человеку Тхепаге?» И говоря это, поглядывал на свою палку. Лама Нгогпа был потрясен. «Дражайший Гуру, – отвечал он, запинаясь, – твое преподобие велел мне это сделать в письме, в котором были твоя подпись и печать. Вместе с письмом твое преподобие передал мне гирлянды и рубиновые четки Наропы как свидетельство того, что письмо написано тобой, и я выполнил твое приказание. Я не сделал ничего, в чем бы я мог упрекнуть себя. И поэтому я прошу не сердиться на меня». И говоря это, он растерянно оглядывался. Марпа тогда обратил свой гневный взор на меня. «Откуда ты взял эти вещи?» – спросил он. В тот момент мое сердце готово было выскочить из груди, и я был охвачен таким ужасом, что едва владел речью. Весь дрожа и запинаясь, я сказал, что Почтенная Мать дала их мне.

Услышав мой ответ, он вскочил с места и бросился с палкой на свою жену, видимо, собираясь побить ее. Но она, предвидя такой поворот событий, заранее встала и отошла от него и благодаря этому успела забежать в молельню и закрыть за собой дверь. После неудачных попыток открыть ее лама вернулся, сел на свое место и прокричал: «Ты, Нгогдун-Чудор, делающий то, что тебя не просят, сейчас же иди и принеси мне немедленно гирлянды и четки Наропы». И он тут же обернулся с головой в мантию и продолжал так сидеть. Лама Нгогпа поклонился и тотчас же вышел. Когда он выходил, я увидел его из-за угла, где я сидел и плакал, после того, как убежал из комнаты одновременно с женой Марпы. Обратившись к ламе Нгогпа, я умолял взять меня с собой. Но он ответил: «Если я возьму тебя снова, не получив на это согласия гуру, результатом будет повторение сегодняшней сцены, и тогда нам обоим достанется. Пока оставайся здесь. Если наш гуру не сменит гнев на милость к тебе, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе». Тогда я сказал: «Так как я совершил много зла, страдаю не только я, но ты и Почтенная Мать тоже страдаете из-за меня. Я потерял всякую надежду приобщиться к Учению в этой жизни. Я только накапливаю грехи. Лучше мне покончить с собой. Я только прошу тебя помочь мне своими молитвами родиться снова в таких условиях, чтобы я смог тогда обрести Истины»[116]. И я отошел от него, собираясь тут же покончить с собой, но лама Нгогпа удержал меня и со слезами на глазах уговаривал: «Храбрый Великий Маг, не делай этого! Наше мистическое Учение, которое есть квинтэссенция и заключительный смысл заповедей Благословенного Победителя, признает божественными все наши телесные принципы и способности[117]. Если мы прекращаем их развитие, прежде чем наступит их естественное разделение, мы убиваем божественное начало в себе и должны понести соответствующее наказание. Самоубийство – самый большой грех. Осознай это и оставь всякую мысль о самоубийстве. В конце концов, может быть, наш гуру согласится передать тебе Истины. Но даже если он этого не сделает, можно будет найти кого-нибудь другого, кто передаст их тебе».

Так он утешал меня. Другие ученики тоже жалели меня. Некоторые из них бегали вверх и вниз, то и дело заглядывая в комнату, чтобы узнать, в каком настроении находится Марпа и можно ли к нему обратиться, не рискуя вызвать его гнев. Другие садились возле меня и старались меня утешить. Но либо мое сердце было сотворено из железа, либо настал час ему разорваться. Так невыносимы были мои страдания. «И это потому, – думал я, – что я совершил тяжкие преступления и должен теперь за них понести наказание, испытывая адские, не поддающиеся описанию муки, как раз тогда, когда я стремился обрести учение, которое должно мне принести Освобождение».

Слушая этот рассказ, никто из присутствующих не мог сдержать слез, а некоторые из них даже лишились на некоторое время чувств.

Это рассказ о втором, приносящем заслугу деянии Миларепы, в котором повествуется об искуплении им грехов ценой выпавших на его долю испытаний и перенесенных им мучительных страданий.

_________________________________

115

То есть способ Достижения Освобождения с помощью Ваджраяны (Неизменного (Истинного) Пути).

116

Благополучное рождение признается всеми буддистами как наилучшая возможность для достижения Просветления. Только в этом мире мы можем стать на Путь, ведущий к достижению состояния Будды. На него невозможно ступить ни в одном из посмертных состояний, хотя, когда уже пройдена достаточная часть пути в этой жизни, цель может быть достигнута в высших Небесных сферах.

117

Индуизм также осуждает самоубийство. Каждого, сделавшего попытку лишить себя жизни, подвергают наказанию и обязуют выполнить очистительные и искупительные обряды (прайяш-читта). В Куларнава-Тантре с большой убедительностью говорится о необходимости сохранения жизни». Атал Бихари Гхош.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Вторник, 11.09.2018, 02:19 | Сообщение # 34
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7444
Статус: Offline
ГЛАВА VI. ПРИНЯТИЕ ПОСВЯЩЕНИЯ


Об окончании испытаний Джецюна, принятии им посвящения и предсказаниях Марпы.
Снова Речунг обратился к Джецюну и попросил рассказать, как и при каких обстоятельствах лама Марпа начал проявлять благосклонность к нему.


Джецюн продолжал рассказ: «Другие ученики, как я уже говорил, бегали вверх и вниз по лестнице. Через некоторое время Марпа перестал сердиться и совсем смягчился. «Попросите сюда Дамему», – сказал он. Когда кто-то пошел за ней, он спросил присутствующих: «Где Нгогдун-Чудор и другие ученики?» Ему сказали: «Твое преподобие приказал Нгогдуну принести гирлянды и четки Наропы, и он отправился за ними, но, выйдя, встретил Великого Мага и сейчас он все еще утешает его». И когда ему все подробно рассказали, на глаза его навернулись слезы, и он произнес: «Посвященные в Мистические Истины должны поступать именно так. Он сделал то, что нужно. Сейчас мне жаль моих учеников. Позовите их».

Один из учеников подошел к ламе Нгогпа и сказал ему: «Сейчас наш лама уже не сердится и послал меня за тобой». А я в этот момент сокрушался о моем несчастном положении и завидовал тем счастливцам, к которым благоволил Марпа. «Какой я несчастный! – говорил я себе. – Я лишен возможности находиться возле гуру, даже когда он в хорошем настроении, так как одно мое присутствие выводит его из себя, и я зарабатываю его гнев и побои». И я заплакал горькими слезами.

Но лама Нгогпа остался со мной и попросил этого ученика сообщить гуру о моем состоянии и спросить его, можно ли мне появиться перед ним, и добавил: «Если я не останусь здесь, он с отчаяния может что-нибудь сделать с собой».

Ученик поднялся наверх и рассказал обо всем ламе Марпе. Марпа ответил: «Раньше он был прав, но сегодня дело обстоит иначе. Сегодня главным гостем будет Великий Маг. Дамема, пойди и позови его». Она пришла ко мне, сияющая от радости, и объявила: «Великий Маг, наконец, твой гуру расположен к тебе. Он сказал, что ты будешь главным гостем и послал меня за тобой. Я расцениваю это как благоприятную перемену в отношении к тебе. Он и на меня больше не сердится. Так что радуйся, а сейчас пойдем к нему». Я все еще сомневался и вошел с некоторой боязнью. Когда я сел, Марпа сказал: «Поразмыслив надо всем этим, можно считать, что никто не виноват. Желая помочь Великому Магу искупить грехи, я заставил его строить дома без чьей-либо помощи. Если бы я делал это с эгоистической целью, мне было бы гораздо легче достичь ее задабриванием и ласковым обращением, а не таким путем, и поэтому на мне нет вины. Что касается Дамемы, то она, будучи женщиной, с избытком наделенной материнским чувством и жалостью, не могла выносить моего плохого обращения с бедным Великим Магом, который был таким усердным, послушным и терпеливым. И поэтому кто может ее винить в том, что она снабдила его подложным письмом и добыла для него реликвии, хотя это серьезный проступок? А ты, Нгогдун-Чудор, вообще не виноват, как ты сам сказал. Однако я попрошу тебя немедленно принести реликвии, так как они сейчас должны быть здесь, но потом ты их возьмешь себе. А ты, Великий Маг, поступал правильно, когда стремился получить религиозные Истины любым возможным путем. Из-за того, что я не знал об отправке подложного письма Нгогдуну, который, следуя содержащимся в письме указаниям посвятил Великого Мага в Священные Истины, я был лишен возможности довести Великого Мага до отчаяния, хотя я должен был это сделать, выполняя мою миссию. Поэтому я рассердился, и хотя мой гнев отразился на мне, как волны на воде, это не был обычный гнев, а совсем другой вид гнева. В какой бы форме он ни выражался, учитель прибегает к нему с единственной целью – вызвать раскаяние и этим ускорить духовное развитие ученика. Если среди вас, здесь сидящих, есть кто-нибудь, кто, не понимая мотивов моих поступков, внутренне протестует против них, я призываю его сохранить непоколебимую веру. Если бы я имел возможность довести моего духовного сына до полного отчаяния девять раз, он бы полностью очистился от всех грехов, и ему не потребовалось бы рождаться снова. Он бы полностью исчез, его физическое тело распалось бы навсегда, и он перешел бы в Нирвану. Но этого не произошло, и какая-то часть греха останется на нем из-за Дамемы с ее неуместной жалостью и неправильным пониманием вещей. Однако он уже пережил восемь сильных потрясений, очистивших его от тяжких грехов, и был подвергнут большому числу менее тяжких грехов. А сейчас я буду руководить им и сообщу ему те Учения и удостою его тех посвящений, которые для меня столь же дороги, как мое сердце. Я сам буду обеспечивать его пищей во время медитации и своими руками закрою его в затворе. И отныне радуйтесь».

Я не знал, явь это или сон. Если сон, я хотел, чтобы он продолжался и чтобы я не просыпался – такую сильную радость я испытывал. Я плакал от счастья и выразил почтение гуру. Собравшиеся здесь по этому случаю лама Нгогпа, мать Дамема и другие не знали, каким качеством моего гуру больше всего восхищаться – его твердостью, непреклонностью во время моего искуса, его милосердием и добротой, когда он взял на себя заботу обо мне, или его мудростью и прозорливостью, проявленными им во всех его поступках. Они видели в нем самого Будду и крепко утвердились в вере. Они взирали на него с любовью и, в знак благодарности за его доброту ко мне, со слезами на глазах то и дело поднимались и кланялись ему. Все радовались и смеялись, и в этом счастливом состоянии духа все вкусили освященных хлебов.

В ту же ночь на алтарь были возложены приношения, и в присутствии собравшихся я был пострижен, посвящен в монашеский чин и меня переодели в монашеское одеяние. Марпа сказал, что когда-то он видел сон о том, что его гуру Наропа дал мне имя Мила-Дордже-Гьялцен (Мила - Алмазное Знамя). Мне было предписано соблюдать обет ге-ньена (монаха, живущего в миру) и следовать обетам тех, кто готовится стать учительствующими Буддами или Бодхисаттвами.

Когда Марпа благословил вино Тайной Жертвы, все увидели радужное сияние, исходящее от чаши[118] с вином. Держа ее, он помолился Учителям и Богам-Хранителям и, отпив из чаши, передал ее мне, из которой я выпил все оставшееся вино. Мой гуру сказал: «Это хороший знак. Хотя приношение вина в моем Тайном Обряде выше ритуала Полного Посвящения любой другой секты, завтра утром я удостою тебя Полного Посвящения нашей секты, благодаря которому взойдут семена Мистических Истин, которые будут посеяны в твоем сердце». Затем он начертил Мандалу Демчога для шестидесяти двух богов[119] и стал ее объяснять. Он указал на окрашенное пылью наземное изображение Мандалы и сказал, что она называется символической диаграммой[120]. Затем, указав на небо, он сказал: «А это называется Мандалой Истинных Реальностей».

И вот я увидел очень ясно Двадцать четыре Священных Места, Тридцать два Места Паломничества, Восемь Главных Мест Кремации[121] и Демчога[122], вокруг которого сидели все боги, обитавшие в этих Священных Местах.

Божественные Существа, присоединив свои голоса к голосу моего гуру, единым мощным хором нарекли меня новым именем – Пал-Жадпа-Дордже (Прославленный, Полностью Развившийся, Неизменный, то есть Носитель Мистического Символа, санскр. Шри-Викасита (Хасита) Ваджра).

Затем мой гуру разрешил мне познакомиться с тантрами Мантраяны и подробно прокомментировал различные трактаты по медитации и йоге, а также дал полное разъяснение описанных в них методов и систем[123]. Возложив руку на мою главу, он сказал: «Мой сын, я с самого начала знал, что ты будешь достойным шишьей. Накануне перед твоим приходом сюда я получил во сне предсказание о том, что ты очень много сделаешь для буддийской веры. Моя Дамема видела похожий сон, подтверждающий мой. Мы оба видели храм, охраняемый женщиной, и это означает, что божеством-защитником учения будет Дакини. Ты – ученик, которого мой гуру и богиня-защитница дали мне в награду. И поэтому я вышел встретить тебя, придумав для этого предлог. То, что ты выпил весь чанг, который я тебе оставил, и то, что ты вспахал все поле, означало, что ты будешь достойным шишьей и впитаешь все Духовные Истины, которые я тебе передам. А преподнесенный тобой медный сосуд с четырьмя ручками служил знаком того, что у меня будут четыре выдающихся ученика. То, что сосуд был совершенно чистым, означало твое отречение от мира и достижение полного контроля над жизненным теплом[124]. То, что сосуд был пустым, было предсказанием того, что, когда ты будешь медитировать, ты будешь терпеть нужду. Но для того, чтобы в старости ты не нуждался ни в чем и чтобы твои последователи и ученики вкушали Эликсир Духовных Истин, я наполнил сосуд топленым маслом для алтарных лампад. Чтобы прославить твое имя, я ударил изо всей силы по ручкам сосуда и вызвал сильный звон. А для того, чтобы ты искупил свои грехи, я заставил тебя выполнять эту тяжелую работу. Четыре здания, которые ты строил, символизируют четыре типа действия – мирное, могучее, очаровывающее и яростное соответственно[125]. Я хотел наполнить твое сердце горьким раскаянием и печалью, граничащими с отчаянием, и потому так унижал тебя. Но ты терпеливо и кротко все переносил, ни на секунду не ослабив веры в меня, и в награду за это ты будешь иметь учеников, исполненных веры, наделенных энергией, умом, состраданием, с самого начала обнаруживающих качества, делающие их достойными шишьями. Они не будут искать наслаждений, не будут стремиться к богатству и будут терпеливыми, стойкими и усердными во время медитации. Они достигнут мудрости и будут преисполнены милосердия и истины. Каждый из них станет совершенным ламой, и слава об иерархии Каргьютпа будет расти, как прибывающая луна. Поэтому радуйся».

Так мой гуру воодушевлял, хвалил и радовал меня, и начались мои счастливые дни.

Это третье (приносящее заслугу) деяние – обретение мной страстно желаемых посвящения и Истины».

____________________________________________
118

Ритуальная чаша из человеческого черепа, символизирующая временную жизнь человека на земле, а также отречение от всех видов существования в сансаре.
119

Марпа начертил магический круг, или Мандалу для принятия шестидесяти двух богов, вызываемых при совершении обряда, посвященного Демчонгу (санскр. Шамвара) – «Ведающему Счастьем».

120

Как уже говорилось выше, эта геометрическая фигура наносится обычно с помощью окрашенной в разные цвета пыли или песка на полу, если посвящение происходит в храме или доме, или на камне (земле), если оно совершается в пещере или под открытым небом. Затем вызываются боги пением их тайной мантры, и каждому из них выделяется определенное место в Мандале. Сиддхи (или йоги), обладающие ясновидением, утверждают, что когда церемония совершается правильно, совершенным гуру, боги появляются и занимают свои места в Мандале, что делает Мистическое Посвящение результативным и эффективным в духовном плане. Неофит сразу духовно прозревает и испытывает экстаз. Происходит мистическое возрождение и истинное крещение в огне духа. Посвящаемый получает новое имя, которое всегда отражает его главные духовные качества. Посвящение Миларепы происходило на самом высоком плане. Он видел психические центры, а также вызванных богов, находившихся в эфирном пространстве прямо над самой Мандалой, начертанной на земле.

В «Куларнава-Тантре» описаны различные степени-посвящения (дикша). Степень посвящения зависит от уровня развития кандидата. При посвящении ведха-дикша гуру непосредственно передает ученику (шишье) свою духовную силу. Говорят, что таким путем Рамакришна Парамахамса посвятил своего лучшего ученика Свами Вивекананду.

121

См. стр., где упомянуты священные места.

122

В тексте употреблено Пал-Кхор-ло-Дом-па, которое есть другое имя Демчонга (Ведающего Счастьем), санскр. Шамвара, – одного из богов-покровителей секты Каргьютпа.

123

Так как это посвящение в Мандалу Демчога было полным, Миларепе было дано разъяснение эзотерического смысла лежащей в ее основе очень трудной для понимания Демчог-Тантры и других подобных ей тантр школы Мантраяны. Ему были также переданы тайные мантры, или обладающие мощью слова. Кроме того, ему были разъяснены и другие дополнительные трактаты оккультного содержания, описывающие системы йогической медитации.

124

Это особое тепло, вырабатываемое с помощью контроля за процессом дыхания и жизненными силами организма, благодаря которому йог становится невосприимчивым к холоду. В покрытых снегом высокогорьях Тибета, где жил Миларепа, все виды топлива в большом дефиците и стоят дорого, и это жизненное тепло особенно необходимо для йогов, живущих в этих местах. Всем практикующим йогу отшельникам секты Каргьютпа их гуру предписывают приобрести эту способность. Известное европейцам глубокое дыхание составляет часть метода. У нас имеется английский перевод трактата об этом методе выработки жизненного тепла, сделанный редактором совместно с покойным ламой Кази Дава-Самдупом, который планируется опубликовать вместе с другими переводами тибетских трактатов о йоге.

Атал Бихари Гхош в связи с этим поясняет: «Прежде чем шишья начнет практиковать йогу в ее высшей форме – Раджа-Йоге, он должен усовершенствовать свое физическое тело с помощью Хатха-Йоги и сделать его невосприимчивым к противоположностям (санскр. двандватита) – жаре и холоду, сырости и сухости и другим подобным физическим факторам. Это достигается с помощью разнообразных методов очищения тела (санскр. дхаути-шодхана), различных поз (санскр. асана и мудра) и контроля за дыханием (пранаяма). Трактаты «Гхеранда-Сангхита» и «Хатхайога-Прадипика» сравнивают Хатха-Йогу с лестницей, ведущей к Раджа-Йоге. Йог, практикующий Раджа-Йогу, становится двандватитой в более глубоком смысле, то есть безразличным к похвале и осуждению, наслаждению и боли и всем подобным факторам, действующим в сфере ума и психики. Раджа-Йоге предшествует Мантра-Йога, которая является одним из разделов Хатха-Йоги».

125

Геометрические формы четырех зданий несут в себе и другую символику: круг символизирует воду, полумесяц – воздух, треугольник – огонь, квадрат – землю.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Воскресенье, 16.09.2018, 23:58 | Сообщение # 35
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7444
Статус: Offline

ГЛАВА VII. ОБУЧЕНИЕ ПОД РУКОВОДСТВОМ ГУРУ


О результатах, достигнутых Джецюном во время медитации и изучения религии; о последнем путешествии Марпы в Индию; о пророческом сне Джецюна и истолковании его Марпой; о наставлениях, данных Марпой четырем ближайшим ученикам.
Затем Речунг спросил: «После обретения Истин ты сразу отправился в отдаленное безлюдное место или продолжал жить у гуру?»

Джецюн ответил: «Мой гуру велел мне остаться и сказал, что будет обеспечивать меня пищей и всем необходимым, что он и делал с большой щедростью. Я удалился медитировать в пещеру, называемую Лхобрак-Так-Нья, с большим запасом продовольствия. Там я обычно сидел в неподвижной позе в любое время суток с зажженным светильником на голове до тех пор, пока светильник сам не затухал. Прошло одиннадцать месяцев, и мой гуру вместе с женой навестили меня и принесли еду для совершения ритуальной трапезы. Гуру сказал мне: «Мой сын, очень похвально, что ты можешь медитировать одиннадцать месяцев, не давая остыть подушке, на которой ты сидишь. Но сейчас разломай стену, огораживающую твое место, и выйди к твоему старому отцу немного отдохнуть и рассказать о приобретенном тобой опыте».

Хотя мне не хотелось прерывать медитацию, я должен был подчиниться моему гуру. Я стал ломать стену, но мне было жаль это делать, и я медлил. Тогда жена гуру, подойдя, спросила: «Сын, ты выходишь?» «Мне не хочется ломать стену», – отвечал я. «Почему так? Ты же знаешь, как важны Мистические Предзнаменования. Кроме того, лама очень вспыльчив, и, если появятся какие-нибудь неблагоприятные предзнаменования из-за твоей задержки, тебе несдобровать. Я помогу тебе разобрать стену и быстро выйти». Сказав это, она разобрала стену[126], и я вышел в полной растерянности.

Мой гуру дал указание жене: «Пока мы, отец и сын, будем совершать церемонии, посвященные его медитации, ты, Дамема, приготовь еду». Когда мы уже сидели за трапезой, он спросил: «Мой сын, к какой вере и к каким убеждениям ты пришел при исследовании этих Истин? Какой опыт и какое понимание ты приобрел? – и добавил, – Не теряй времени и отчитайся мне».

Тогда, преисполненный искреннего, глубокого смирения, я стал на колени и, сложив ладони, со слезами на глазах спел экспромтом хвалебный гимн моему гуру, в котором в качестве предисловия к моему рассказу о приобретенных мной опыте и знаниях я семикратно выразил мое благоговение перед ним:

I
«Неочищенному взору тех, кого Ты стремишься освободить.
Ты являешься в различных формах,
Но для тех Твоих последователей, которые чисты,
Ты есть Совершенное существо, О Владыко, Почтение Тебе.
II
Голосом, подобным голосу Брахмы, преисполненным шестидесяти совершенств,
Ты проповедуешь Святые Истины каждому на его языке,
Исчерпывающе освещая из восьмидесяти четырех тысяч тем.
Почтение Твоему Слову, хотя и слышимому, но не отделимому от Пустоты.
III
В Небесном Свете Ума Дхарма-Каи
Нет ни тени вещей, ни представлений.
Но Он пронизывает собой все области знания.
Почтение Неизменному Вечному Уму.
IV
В Священном Дворце, в Чистых Духовных Сферах
Ты пребываешь, иллюзорная, но неизменная и самозабвенная,
Ты, Божественная Мать Будд прошлого, настоящего и будущего.
К Твоим Стопам припадаю я, о Великая Мать Дамема.
V
О Гуру, Твоим духовным детям,
Твоим ученикам, следующим Твоему Слову,
Каждому из них и их единомышленникам
Почтение смиренное и искреннее я выражаю.
VI
Все, что служит во всех мирах
Приношением при совершении священных обрядов,
Я приношу Тебе вместе с моей земной формой,
Дабы я мог освободиться и очиститься от грехов.
VII
Я радуюсь заслугам, приобретенным другими,
И молюсь о приведении в движение Колеса Истины.
И пока не прекратится этот Круговорот
Существования, Не покидай, о Благородный Гуру, этот мир.
Заслугу, приобретенную исполнением этого гимна,
Я посвящаю Делу Всеобщего Блага».


Исполнив этот гимн из семи стансов, я начал мою исповедь: «Неотделимы от самого Дордже-Чанга[127] ты, мой гуру, твоя супруга и твое потомство. Благодаря твоим праведным делам и волнам благодати, рожденным твоей безграничной щедростью и добротой, я, твой послушник, приобрел немного знания, о котором я тебе сейчас поведаю. О Ты, пребывающий в неизменном Состоянии Спокойствия, рожденного Вечной Истиной, удостой меня своим вниманием на короткое время.

Я понял, что мое тело является следствием Невежества, порождаемого Двенадцатью Ниданами[128], состоит из плоти и крови и освещается способностью восприятия, присущей сознанию.

Для счастливых, стремящихся к Освобождению, оно может стать драгоценным сосудом, с помощью которого достигаются Свобода и духовные блага, но для несчастных, погрязших в грехах, оно может стать вратами, ведущими в преисподнюю.

Наша жизнь на Земле является промежуточной ступенью между высшими и низшими сферами, и поэтому время пребывания здесь драгоценно, так как каждый из нас должен сейчас выбрать путь, от которого будет зависеть его дальнейшая участь – блаженство на долгие сроки или долговременное безрадостное существование. Я понял, что в этом заключен главный смысл жизни на Земле.

И снова прибегая к Тебе, о Могучий Владыко и Спаситель живущих, подобных мне, я чаю с Твоей помощью переплыть этот Океан Существования – источник всех неизбежных страданий. Но для этого прежде всего необходимо обратиться к Трем Драгоценным Прибежищам[129] и со всей искренностью исполнять религиозные заповеди. Гуру для меня есть также главный источник и воплощение всех благ и счастья, которые могут быть ниспосланы мне.

Поэтому я со всей ясностью сознаю, что главным условием является выполнение предписаний Гуру и непоколебимая вера в него. Тогда углубленная медитация о трудности приобретения такой драгоценности, как счастливое рождение в человеческом теле, о неизвестности точного времени смерти, о последствиях совершаемых поступков и о страданиях в сансаре побудит желание освободиться от любой формы существования в сансаре, и чтобы этого достичь, нужно следовать Восьмеричным Благородным Путем[130], единственным, ведущим к Освобождению. Затем постепенно должен быть совершен переход на Путь более возвышенный при соблюдении всех принятых обетов с такой же тщательностью, с какой мы охраняем наше зрение, исполняя их заново или улучшая их исполнение при малейшем нарушении.

__________________________________________
126

Стена, которая отделяла Миларепу от внешнего мира, была сложена из необработанных камней, скрепленных глиной, и ее не трудно было сломать.

127

Санскр. Ваджрадхара.

128

Двенадцать Нидан – Так называются в буддизме двенадцать взаимосвязанных причин, вызывающих вращение Колеса Рождения и Смерти. Причины, относящиеся к прошлому: 1) невежество (авидья), обусловленное непониманием того, что существование в сансаре – на земле, в преисподней и даже на небесах является иллюзорным и нежелательным, что Единственная Реальность находится за пределами всех обусловленных состояний существования, за пределами всех вещей, ощущений, Природы. Она есть Нирвана, нерожденная, несозданная, не подверженная становлению и не имеющая формы; 2) умственная деятельность (сангскара), причина которой – незнание. Ниданы прошлого имеют следствия в настоящем: 3) сознание, отражающее существование в сансаре (виджняна); 4) имя и форма (нама-рупа) как проявление существования в сансаре; 5) шесть органов тела (шадаятана) в сансаре, делающие возможным: 6) соприкосновение (спарша) и 7) ощущение (ведана). Последние связаны с причинами, относящимися к настоящему: 8) желанием (тришна) получения ощущений; жаждой (упадана) ощущений и 10) самим существованием (бхава) в сансаре. Эти десять нидан рождают следствия, относящиеся к будущему: 11) рождение (джати) и 12) старость и смерть (джара-марана). Это один аспект двенадцати нидан, или двенадцати звеньев цепи причинных связей. Другой аспект, представленный в изображениях Колеса Жизни, трактуется как: 1) бессознательное желание (авидья) в состоянии перехода от смерти к новому рождению; 2) образование формы (сангскара) в утробе матери, предшествующее рождению; 3) сознание (виджняна) при рождении; 4) самосознание (нама-рупа) – осознание личностью в процессе ее развития различия между ней и другими с помощью имени (нама) и формы (рупа); 5) поверхности-проводники (шадаятана) ощущений и опыта, развивающиеся у ребенка (обеспечивающие связь с внешним миром); 6) соприкосновение (спарша) – функционирование органов чувств в раннем возрасте; 7) чувство (ведана) как результат опыта, полученного с помощью органов чувств и ума; 8) желание (тришна), зарождающееся под влиянием чувственного опыта; 9) потворство желаниям (упадана), ведущее к жажде приобретать, жадности и желанию иметь наследника; 10) расцвет жизни (бхава) – достижение зрелости, создание семьи, позволяющее иметь наследника; 11) рождение (джати) наследника; 12) дряхлость и смерть (джара-марана), наступающие при завершении жизненного цикла.

Но Колесо продолжает вращаться, и наступает время нового рождения, причиной которого является авидья – первая из нидан.

Эти два аспекта дополняют друг друга и приводятся здесь с целью облегчить понимание одной из самых главных концепций буддизма, разделяемой всеми его школами.

Следование же Восьмеричным Благородным Путем разрывает Цепь, привязывающую к существованию в сансаре, и индивидуум освобождается от рабской зависимости от Природы и испытывает блаженство, достигнув состояния нирваны, поскольку карма, приводящая к новому рождению и смерти, полностью исчерпав себя, прекращает действовать.

Миларепа, как считают, достиг этой Высшей Цели.

129

Будде, Дхарме – Учению и Сангхе – монашеской общине

130

Благородный Путь – путь, ведущий к Бодхи, указанный Просветленным. Он включает: 1) правильную веру, или правильные взгляды; 2) правильные цели, или правильные устремления; 3) правильную речь; 4) правильные поступки; 5) правильный образ жизни; 6) правильные усилия; 7) правильную направленность мысли, или правильную память и 8) правильную медитацию.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Понедельник, 17.09.2018, 00:01 | Сообщение # 36
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7444
Статус: Offline
Я понял, что тот, кто стремится достичь спокойствия и счастья для себя, следует малым путем (хинаяны), но тот, кто с самого начала отказывается от наград, являющихся следствием поступков, совершаемых с чувством сострадания и любви, и отдает их другим, следует более возвышенным путем (Махаяны). Чтобы оставить малый путь и встать на возвышенный, нужно ясно видеть цель устремлений, изложенную в Учении о Несравненном Неизменном Пути (Ваджра-Яне).

Кроме того, для ясного понимания конечной Цели необходима помощь совершенного Гуру, обладающего знанием всех разделов четырех посвящений, исключающим малейшую неясность или сомнение относительно их, так как только он может правильно объяснить ученику смысл конечной Цели. Во время посвящения осуществляется передача способности овладения глубокими и трудными для понимания истинами, относящимися к конечной Цели. На всех ступенях медитации ученик должен употребить всю свою энергию и способности, знание грамматики и логики и с помощью моральных доводов, доводов разума и путем внутреннего поиска прийти к выводу о несуществовании личного я и убедиться таким образом в ошибочности распространенного мнения о том, что оно существует[131]. Когда осознается несуществование личного я, ум должен быть спокойным. Когда с помощью различных методов ум приводится в это состояние, которое является следствием ряда причин, всякая мыслительная и познавательная деятельность и восприятие объектов внешнего мира прекращаются. Начинается состояние полного покоя, когда представление о времени исчезает. Находящемуся в этом состоянии не известно, сколько прошло дней, месяцев или лет. Он может узнать о продолжительности пребывания в нем только от других. Это состояние называется ши-най – совершенный отдых. Не впадая в полное забытье и не отключая полностью сознания, приложив все силы и способности ума и сознания, пребывающий в этом состоянии переживает экстаз, рожденный от ясного, успокоенного ума.

Хотя существует состояние, которое можно назвать сверхсознанием (лхаг-тонг), индивидуумы, или эго-сущности, до тех пор, пока они остаются таковыми, не могут испытывать его. Я думаю, что сверхсознание обретается только по достижении сверхчеловеческого состояния на Пути, ведущем к состоянию Будды. Путь этот проходят с помощью визуализации и медитации. Образы богов, на которых медитируют, являются просто знаками, свидетельствующими о проявленном ими усердии в медитации. Сами по себе они ценности не представляют[132].

Напрашивается вывод, что для достижения этого состояния необходимо иметь полностью успокоенный ум, энергию, способность к углубленному анализу и стремление к знанию. Они являются нижними ступенями лестницы, которые нельзя обойти. Но во время медитации на этом состоянии спокойствия ума (ши-най) посредством сосредоточения на формах или на субстанциях, не имеющих формы, самое первое усилие должно сочетаться с чувством сострадания, с тем чтобы приобретаемая заслуга послужила Делу Всеобщего Блага. Во-вторых, нужно хорошо осознать, что цель устремлений находится в сферах трансцендентной мысли, и, наконец, искренними молитвами и желанием блага другим направить сознание в эти трансцендентные мысли сферы. Таким я представляю себе Высший Путь.

Как упоминание о пище не может насытить голодного и для утоления голода ему нужна сама пища, так и человек, желающий понять Пустоту[133] Мысли, не может довольствоваться описанием Пустоты и должен осознать ее с помощью медитации.

Кроме того, для приобретения знания о состоянии сверхсознания (лхаг-тонг) необходимо выработать способность беспрепятственно возвращаться в это состояние. Иными словами, привычка созерцать Пустоту, Невозмутимость, Неописуемое и Непознаваемое обычным умом составляет четыре степени посвящения, четыре последовательных ступени, ведущих к высшей цели мистического Ваджраяны (Неизменного Пути). Для того, чтобы по-настоящему это понять, нужно отказаться от приобретения материальных благ и угождения телу и быть готовым к встрече с любыми препятствиями и даже пожертвовать жизнью, если это потребуется.

Я не имею средств, чтобы отплатить вам за ваши благодеяния, мой Гуру и Почтенная Мать. У меня нет никакого имущества, которое я бы мог отдать вам за вашу любовь и доброту. Но я отплачу вам своей преданностью медитации, которой посвящу всю мою жизнь. И я завершу изучение переданных вами Истин на Небесах Ог-мин[134].

«Моему Гуру, Великому Дордже-Чангу,

Дамеме, Матери всех Будд,

Всем Царевичам-Аватарам

Я посвящаю свой рассказ о том, что достигнуто мной.

И пусть он будет моим приношением вам.

Владыко, освященный лучами Твоего благоволения

Распустился лотос моего сердца,

Источая аромат Знания.

Я соединен с Тобой навеки,

И моя жизнь, посвященная медитации,

Будет поклонением Тебе.

Ниспошли мне благословение, дабы труды мои

Принесли благо всем живущим,

И если я допустил многословие,

Прошу простить меня».


Гуру очень обрадовался. «Мой сын, – сказал он, – я возлагал на тебя большие надежды, и они оправдались». А его жена добавила: «Я знала, что у моего сына есть воля и ум, чтобы добиться успеха». Они оба радовались, и мы втроем долго беседовали о религии. Затем гуру и его жена расстались со мной, а я продолжал медитировать в моей келье.

Во время моей медитации мой учитель отправился в Северный Уру по своим пасторским делам и, совершая службу в доме некоего Марпы Голая, имел видение. Явились Дакини и напомнили ему о некоторых намеках, сделанных ему его гуру Наропой, которые он в свое время не понял, и разъяснили ему их смысл. Это побудило его отправиться в Индию, чтобы встретиться с Наропой.

Однажды ночью, через несколько дней после возвращения моего гуру в Пшеничную Долину, я увидел во сне женщину синего цвета, в шелковой одежде, с костяными украшениями и с золотистыми бровями и ресницами. Обращаясь ко мне, она сказала: «Сын, усердно медитируя, ты познал Истины Великого Символа[135], с помощью которых ты достигнешь нирваны. Ты также получил Шесть Доктрин[136], но у тебя нет драгоценного учения Дронг-джуг[137], с помощью которого ты можешь моментально достичь состояния Будды, и это учение ты должен знать». Я размышлял об этом сне и заключил по внешнему облику женщины, что это была Дакини, но я сомневался, была ли это весть от Дакини или это было искушение Мары[138]. Я твердо верил, что мой гуру – воплощение Будд прошлого, настоящего и будущего – сможет мне сказать об этом, так как не было такой вещи, которой бы он не знал. Диапазон его знаний был огромен: от Священных Истин о достижении Нирваны, до умения склеивать разбитую глиняную посуду. Я подумал, что если он подтвердит, что сон – откровение, мне нужно будет найти текст Дронг-джуга, и я, разломав перегородку, вышел наружу и пошел к моему гуру. Увидев меня, он встревожился. «Почему ты вышел из затвора? – спросил он. – Этим ты можешь навлечь несчастье». Я рассказал ему про сон и спросил, является ли сон откровением или искушением. В том случае, если это откровение, я просил передать мне это учение. Некоторое время он молча сидел и затем сказал: «Да, это было откровение от Дакини. Перед моим возвращением из Индии мой гуру, великий пандит Наропа, говорил мне об этом тексте, но я не помню, получил ли я его. Нужно поискать среди моих индийских рукописей».

______________________________________________
131

Один индийский мудрец сказал: «Существует пять вещей: Бытие, Свет, Блаженство, Имя, Форма. Первые три принадлежат миру высшему, а остальные две – материальному». Атал Бихари Гхош

132

Объективные формы богов (как и их иллюзорные визуализации, часто проецируемые вовне как галлюцинации) с точки зрения Просветленного Ума в конечном итоге не более реальны, чем воплощенные человеческие существа или какие-либо другие создания Природы. В «Бардо Тхедоле» говорится: «Божества существуют извечно в твоем уме, то есть о них можно говорить, что они существуют в такой форме только тогда, когда человек рассматривается как микрокосм Макрокосма. Также в Демчог-Тантре, в которую был посвящен Миларепа, утверждается: «Божества являются только символами того, что встречается на Пути – нужных импульсов и состояний, достигаемых с их помощью» и «если возникнут сомнения относительно божественной природы их, знайте, что Дакини являются только образом, извлеченным из памяти, и помните, что божества составляют Путь».

133

Пустота – В подлиннике: Тонг-па-ньид (санскр. Шуньята), означающее Пустота Мысли применительно к трансцендентальному состоянию (или Нирване), в котором пребывает неизменное или изначальное сознание.

Патанджали в своих «Афоризмах Йоги» определяет йогу как «подавление трансформации принципа сознания». В другом переводе – «Как сдерживание модификаций ума». Эта Пустота Мысли не есть абсолютная пустота, но есть высшее состояние ума, постигаемое, как учит Миларепа, только совершенным йогом путем собственного опыта. Это не поддающееся описанию состояние индивидуума сливается с безграничным космическим сознанием, но не уничтожается в нем, как не уничтожается капля дождя в безбрежном океане или свет светильника при свете солнца.

134

Небеса Ог-мин – Небеса Ади-Будды, последний аванпост сансары (Универсума). Как следует из текста, на Небесах Ог-мин, как и на Земле, можно достичь Нирваны и навсегда выйти из круговорота сансары (См. 51).

135

Истина Великою Символа – Тиб. Чаг-гья-чен-по – (Махамудра – Великий Символ) – одна из главных систем медитации школы Каргьютпа. Эта система, получившая развитие в Тибете, имеет индийское происхождение. Но, хотя для индийского йога Махамудра – йогическая поза, в тибетском тексте она означает состояние, достигаемое с помощью практики йоги, в результате которого, как следует из текста, «обретается высшее благо Великого Символа – нирвана».

136

Шесть Доктрин – Тиб. Чо-дуг (Шесть Доктрин или Истин). Как и Великий Символ, этот трактат о практическом применении различных видов йоги, основанных в большей или меньшей степени на индийских источниках. Шесть доктрин включают: Туммо – жизненное (или духовное) тепло, приобретение которого необходимо как замена топлива в суровых климатических условиях Тибета и как движущая сила духовного совершенствования. 2) Гью-лю (Иллюзорное Тело) – учение, помогающее йогу осознать, что его тело и все явления Природы (сансары) иллюзорны. 3) Ми-лам (сновидения) – учение, помогающее йогу осознать, что иллюзорны не только сновидения, но и все испытываемое в сансаре как во время бодрствования, так и во время сна. 4) Ед-сал (Ясный Свет), которому в тексте дано следующее определение: «Как утверждают, Ясный Свет есть неизменный ум, трансцендентальный феноменальному бытию (или ум йога), освобожденный от мыслей, как То всех вещей, не отделимый от Пустоты, Запредельного, и испытывающий трансцендентальные мысли Неописуемого Блаженства (экстаза, озарения)». 5) Бардо – промежуточное состояние между смертью и новым рождением. По нему йог обучается не прерывать сознание во время перехода от смерти к новому воплощению. 6) Пхо-ва – (перенос) – учение о переносе – по желанию принципа сознания из одного тела в другое или перемещение его в пространстве.

137

Дронг-джуг – Трактат о йоге, с которой автор не знаком.

138

Мара – злой дух, дьявол-искуситель в буддизме.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Понедельник, 17.09.2018, 00:05 | Сообщение # 37
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7444
Статус: Offline
И мы потратили целые сутки на поиски. Просмотрев всю коллекцию рукописей, мы нашли несколько трактатов о Пхо-ва[139], но ни одной строчки, относящейся к Дронг-Джугу, нам не встретилось. Тогда гуру сказал мне: «Видение, которое посетило меня в Северном Уру, есть также указание отправиться за этим текстом (Дронг-Джуг) в Индию. Не известно еще, сколько других трактатов я заодно смогу там приобрести. Поэтому мне нужно сейчас отправиться туда».

Несмотря на то, что многие отговаривали его от такого утомительного для его возраста путешествия, мой гуру не отступил от своего решения. Тогда его ученики сделали щедрые пожертвования по этому случаю, и все это было обменено на золото, заполнившее чашку, с которой Марпа отправился в Индию и прибыл туда перед самым исчезновением Наропы[140]. Он был готов отдать жизнь, чтобы встретиться со своим гуру, и различные благоприятные знаки и предзнаменования он воспринимал как предсказание успеха и исполнения его желания.

Горячо молясь о встрече с гуру, он, наконец, встретил его в джунглях и, проводив в монастырь Пхулахари, спросил у него о Дронг-Джуге. «Ты вспомнил о нем сам или узнал через откровение?» – спросил тогда святой Наропа. Марпа ответил: «Я сам об этом не вспомнил и не был удостоен откровения. Но у меня есть ученик по имени Тхепага, который узнал об этом через откровение, и вот потому я здесь». «Чудесно, – промолвил Наропа. – В этой непросвещенной стране есть несколько ярких светочей, которые, как солнце, освещают горные вершины».

Говорят, что Наропа воздел руки в молитве и спел:

«В мрачных северных областях
Живет тот, кто подобно солнцу
Освещает горные вершины.
Почтение этому Великому
Человеку по имени Тхепага!»


А затем, закрыв глаза, благоговейно трижды помолился в сторону Тибета, и все горы Индии и деревья также трижды поклонились в сторону Тибета. Говорят, что и теперь вершины гор и деревья вблизи Пхулахари наклонены к северу[141].

Передав Марпе всю Тантру Дакини[142], сообщаемую шепотом, святой Наропа предсказал будущее на основании некоторых предзнаменований. Так, по тому, как Марпа выражал свое почтение, он предсказал смерть его сына и непрерывную преемственность Иерархии Каргьютпа, а также, что я и мои последователи будем ее продолжателями. После того, как Марпа вернулся, его сын Дарма-Додай умер, как было предсказано Наропой.

В годовщину смерти сына, после совершения церемонии, посвященной его памяти, Марпа сидел, окруженный всеми учениками, и они, выражая ему соболезнование по поводу утраты, постигшей его в преклонном возрасте, говорили, что его сын был воплощением Будд прошлого, настоящего и будущего и что, если бы он жил, он стал бы достойным его преемником. И еще они сказали: «Сейчас мы должны подумать о том, как наилучшим образом утвердить и укрепить Иерархию Каргьютпа. И мы молимся о том, чтобы ты дал каждому из нас, твоим шишьям, указания, какие области знания мы должны изучать и какие методы применять»[143]. Гуру ответил: «Я, духовный ученик великого пандита Наропы, следую тайным указаниям, передаваемым через знамения и видения. Иерархия Каргьютпа получила благословение Святого Наропы. Вы, мои лучшие ученики, пойдите к себе и дождитесь откровений, а потом расскажите их мне».

Ближайшие ученики Марпы медитировали на своих видениях и сообщили о результатах. Почти все видения были более или менее благоприятны, но ни один из учеников не получил откровения о будущем Иерархии. У меня же было видение четырех громадных столпов, о котором рассказал гуру в стихах:

«По велению Дордже-Чанга
Об увиденном мною прошлой ночью я расскажу
И точно опишу все, что видел.
Соблаговоли, о Гуру, выслушать меня.
В обширных областях северной части Мира
Я увидел огромную гору
С вершиной, достигающей неба,
С луной и солнцем, вращающимися вокруг нее,
Лучи которых освещали небеса.
Подножие горы покрывало землю.
Четыре реки текли от четырех ее сторон
И утоляли жажду всех живущих,
И впадали в глубокий океан.
На берегах их росло множество цветов,
Таково краткое содержание моего видения, о котором
я рассказал моему Гуру, Вечному Будде[144].
К востоку от этой горы
Находился высокий столп,
На котором стоял на задних лапах лев.
Грива у льва была густой и блестящей.
Когтями он вонзался в гору,
Взор его был обращен в небо.
Затем по горам он стал бродить.
И об этом я рассказываю моему Гуру, Вечному Будде.
К югу от горы стоял высокий столп,
На столпе рычала могучая тигрица.
Ее шкура была украшена красивыми полосами.
Глаза тигрицы были обращены на небо.
Затем в джунглях стала она бродить
И пошла через рощи и поля.
И об этом я рассказываю моему Гуру, Вечному Будде.
К западу от горы стоял высокий столп,
Над столпом парил орел.
Крылья орла были широко распростерты,
Клюв орла пронзал небо.
Глаза орла были обращены на небо.
Затем он воспарил высоко в синем небе.
И об этом я рассказываю моему Гуру, Вечному Будде.
К северу от горы также стоял высокий столп,
И над столпом парил смелый ястреб.
Крылья ястреба были широко распростерты.
Гнездо ястреба находилось на скале,
И я увидел его оперившегося детеныша,
И в небе летало много меньших птиц.
Ястреб взглянул на небо
И затем улетел в области горние.
И об этом я рассказываю моему Гуру, Вечному Будде.
Веря, что это благоприятные знаки,
Предвещающие добрые и доблестные дела,
Я затрепетал в экстазе радости.
И я прошу Тебя рассказать нам о значении увиденного».

Гуру очень понравился мой рассказ, и он сказал: «Прекрасное знамение». Затем он велел жене приготовить хорошее угощение и пригласил всех учеников. Обратившись к собравшимся, он сказал: «Мила-Дордже-Гьялцен[145] удостоился видения, которое является счастливым предзнаменованием». Тогда ближайшие ученики попросили его разъяснить смысл видения и значение непонятных им знаков. В ответ наш святой Гуру, великий Аватара и Переводчик в песне, спетой экспромтом, поведал о значении видения, которое было предсказанием будущего Иерархии Каргьютпа:

«Владыко, Прибежище всех живущих,
Ты, о Вечный Будда,
Святой Наропа, я склоняюсь у Твоих ног.
О вы, мои шишьи, собравшиеся здесь,
Внимательно выслушайте, что я вам скажу сейчас
О значении этого чудесного пророческого видения.
Обширные области северной части Мира
Символизируют распространение буддизма в Тибете.
Огромная гора означает школу Каргьютпа,
Основанную мной, Переводчиком Марпой, моими
последователями и всей Иерархией.
Вершина горы, касающаяся неба,
Означает нашу Несравненную Цель.
Солнце и Луна, вращающиеся вокруг вершины,
Суть полное Просветление и Любовь.
Их лучи, освещающие небеса,
Суть благодать, устраняющая невежество.
Подножие горы, покрывающее землю,
Означает, что нашими подвигами будет наполнен Мир.
Четыре реки, текущие от четырех сторон,
Символизируют обряды посвящения и Истины.
Их воды, утоляющие жажду всех живущих,
Означают, что каждое существо разовьется и спасется[146].
То, что реки впадают в глубокий океан,
Означает слияние Внутреннего и Внешнего Света[147].
Разнообразные цветы, растущие по берегам,
Суть безупречный плод – реализованные поля Истины.
О вы, мои шишьи, здесь собравшиеся,
Это видение – хорошее предзнаменование, не плохое.
Громадный столп, стоящий к востоку от горы, –
Это Цуртен-Ванг-Гай из Дела.
Лев, стоящий на столпе,
Означает, что характер Цуртена подобен львиному.
Роскошная грива льва есть знак
Овладения им Мистическими Истинами.
Четыре лапы, вонзившиеся в гору,
Символизируют четыре беспредельных устремления Цуртена.
Глаза льва, обращенные к небу,
Есть знак того, что Цуртен вышел из круга сансары.
Лев, бродящий по горам,
Означает, что Цуртен достиг Царства Свободных.
О вы, мои шишьи, здесь собравшиеся,
Видение о столпе на востоке –
Хорошее предзнаменование, не плохое.
Громадный столп, стоящий к югу от горы,
Это Нгогдун-Чудор из Жунга.
Тигрица, рычащая на столпе,
Означает, что Нгогдун наделен характером тигрицы.
Четкие красивые полосы тигрицы
Символизируют овладение Мистическими Истинами.
Тройные круговые полосы свидетельствуют о том,
Что в нем заключены Три Прибежища.
Четыре лапы, когтями вонзившиеся в джунгли,
Означают выполнение ими Четырех Обязанностей.
Глаза тигрицы, обращенные к небу,
Есть знак того, что он вышел из круга сансары.
Тигрица, бродящая в джунглях,
Означает, что он достиг Освобождения.
Тигрица, проходящая через рощи и поля,
Есть предсказание о том, что у него будут ученики
Продолжатели его Иерархии.
О вы, мои шишьи, здесь собравшиеся,
Видение о южном столпе –
Хорошее предзнаменование, не плохое.
Громадный столп к западу от горы –
Это Метен-Ценпо из Цанг-ронга.
Орел, парящий над столпом,
Означает, что характер Метена подобен орлиному.
Крылья орла, широко распростертые,
Есть знак овладения Мистическими Истинами.
Клюв орла, пронзающий небо,
Означает преодоление Метеном всех препятствий
во время медитации[148].
Глаза орла, обращенные к небу,
Символизируют выход из круга сансары.
Орел, воспаривший в синее небо,
Есть знак того, что Метен достиг царства Свободных.
О вы, мои шишьи, здесь собравшиеся,
Видение о западном столпе –
Хорошее предзнаменование, не плохое.
Громадный столп, стоящий к северу от горы, –
Это Миларепа из Гунгтханга.
Ястреб, парящий над столпом,
Означает, что характер Миларепы сходен с ястребиным.
Крылья ястреба, широко распростертые,
Есть знак овладения Мистическими Истинами.
Гнездо ястреба на скале
Означает, что Миларепа будет твердым, как скала.
Птенец ястреба – знак того, что
Духовный сын Миларепы достигнет совершенства.
Меньшие птицы, летающие в небе,
Есть предсказания о распространении учения Каргьютпа.
Глаза ястреба, обращенные к небу,
Есть знак выхода из круга сансары.
Ястреб, улетевший в заоблачную высь,
Означает достижение Миларепой Царства Свободных.
О вы, шишьи, собравшиеся здесь,
Видение северного столпа – добрый знак.
Миссия моя выполнена,
И на вас теперь моя мантия накинута,
И если мои предсказания сбудутся,
Прославлена будет Иерархия Каргьютпа».

______________________________________________
139

Рукописный текст о Пхо-ва, более подробный, чем текст, содержащийся в «Шести Доктринах», переведен на английский язык редактором и ламой Кази Дава-Самдупом. Это еще один трактат о йоге переноса принципа сознания из одного тела в другое (как при одержании) и перемещении его в тонком теле в любое место на Земле, в другие миры, на небеса и в преисподнюю. «Дронг-джуг», судя из текста, является также трактатом о йоге подобного содержания, но отличающийся тем, что перенос принципа сознания не ограничивается, как в «Пхо-ва», Вселенной, то есть сансарой, но включает и Нирвану, не подверженную становлению, не имеющую формы, несотворенную, находящуюся за пределами сансары. При этом происходит трансмутация обычного сознания в сверхсознание. Нирвана – не место, а состояние Совершенного Просветления. В то время, как Пхо-ва есть йогический метод переноса обычного сознания, Дронг-джуг есть метод трансмутации обычного, отражающего только явления Природы (сансары) сознания в сверхсознание, в котором все явления бытия воспринимаются как иллюзия (майя). Отсюда понятно, почему Марпа придает такое большое значение этому трактату и настаивает на том, чтобы Миларепа изучил его.

140

Согласно преданию, распространенному среди тибетских лам, Наропа, являясь совершенным йогом, не умер, а перешел в тонкое тело, в которое было трансмутировано его физическое тело. Библейское сказание о еврейском пророке Илии, взятом на небо в огненной колеснице, что не следует понимать буквально, и вера в воскресение Иисуса Христа, восставшего из гроба в духовном теле и не оставившего своего физического тела, служит примером того, что подобные взгляды были распространены среди многих народов во все исторические эпохи. Миларепа уходит из этого мира таким же таинственным образом. Некоторые утверждают, что Наропа все еще живет в Индии и является одним из Великих Сиддхов, то есть человеком, достигшим совершенства на Земле, который, овладев силами природы, может жить или умереть по желанию и по желанию воплотиться в новое тело, войдя в утробу матери. Обладание такой же йогической способностью воплощаться приписывается далай-ламе, богу-монарху Тибета и его духовному соратнику, главе северного буддизма таши-ламе. Первый является инкарнацией Божественного Покровителя Всемилостивейшего Авалокитешвары, а второй – Амитабхи – Будды Безбрежного Света.

Интересным случаем сознательного перевоплощения, достойным по меньшей мере внимания, если не полного доверия, является история бирманского мальчика Маунг Тун Кьяинга, портрет которого также есть у пишущего эти строки. Согласно надежным свидетельствам, этот мальчик, не получивший никакого образования, может читать лекции и разъяснять самые сложные вопросы буддийской метафизики, а также читать тексты, написанные на классическом бирманском языке и на пали и исправлять допущенные в них ошибки. Он помнит свое предыдущее воплощение, когда был настоятелем монастыря Юнкьятунг близ Патанава в Бирме и носил имя У. Пандисса. Недавно он проповедовал перед огромным собранием верующих во время путешествия по стране.

Атал Бихари Гхош рассказывал мне, что недавно скончавшийся Трайланга Свами был известен в Бенаресе задолго до прихода англичан. Ученые пандиты часто консультировались с ним по многим научным и религиозным вопросам, но никто из них не мог сказать, когда он появился в Святом Городе. Говинда-Бхагавад-Падачарья, учитель великого комментатора Веданты Шанкарачарьи, как считают, все еще жив. Он известен не только как знаток философии Веданты, но и как выдающийся химик. Некоторые из его замечательных работ по химии сейчас публикуются.

141

Здесь, вероятно, использована народная легенда, объясняющая происхождение природных особенностей этой местности – уклона гор и наклона деревьев, что на самом деле является работой ветров, дующих в этом направлении.

142

Тантра Дакини – В подлиннике: Ках-гро-Ньен-Гьюд (санскр. Дакини Карна Тантра), что в переводе означает: «тантра, передаваемая шепотом на ухо, полученная от Дакини». Судя по ее источнику и способу ее передачи она, по-видимому, является одним из самых сокровенных эзотерических передаваемых изустно учений, охраняемых адептами секты Каргьютпа.

143

В обязанность гуру входит указать ученику направление, в котором должно работать над собой, отвечающее его индивидуальным склонностям, которые гуру узнают по своей прозорливости.

144

То есть Будде Прошлого, Настоящего и Будущего.

145

Здесь Миларепа назван его фамильным именем.

146

Буддизм учит, что каждое живое существо в конце концов достигнет Просветления и в этом состоит коренное отличие буддизма от семитических религий с их доктриной Вечного Проклятия. Все обусловленные кармой страдания даже в аду имеют свои сроки и окончание. Ничто не вечно в сансаре – миры, ад, рай и существование в них. Все изменяется, разлагается и распадается, даже Брахма и все Боги, а зло трансмутируется и поглощается Добром.

147

Тиб. Че-ньид-ма-бу, санскр. Дхармата-Матри-Путра. В переводе Реальность Мать и Дитя, или Внутренний и Внешний Свет. Реальность-Дитя (Истина или Свет) познается в этом мире путем углубленной медитации (санскр. дхьяна). Реальность-Мать есть изначальная, или основополагающая Истина, постигаемая только после смерти, в Промежуточном (Бардо) состоянии в тот момент, когда принцип сознания покидает тело и кармические силы еще не начали действовать. Тогда на мгновение осознается Реальность, или Всеобъемлющее Сознание, которое для успокоенного, невозмутимого изначального ума есть предвкушение Нирваны. Сохранились многочисленные свидетельства о Великих Святых, живших в различные эпохи в различных странах, которые в момент смерти видели этот Свет, называемый язычниками Светом Богов, христианами – Светом Христа, а буддистами – Светом Истины. Внутренний и Внешний Свет сливаются в сознании йога, посвятившего свою жизнь приобретению трансцендентального опыта (что встречается редко). Тогда все виды кармической привязанности к жизни в сансаре прекращают свое действие и наступает полное просветление.

148

Имеются в виду опасности, вызываемые физическими и психическими факторами, и многочисленные препятствия и искушения, преследующие йога во время медитации, то есть во время практики йоги.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Понедельник, 17.09.2018, 00:06 | Сообщение # 38
Группа: Админ Общины
Сообщений: 7444
Статус: Offline
Все ученики радовались, когда гуру произнес эти пророческие слова. Потом гуру позволил им ознакомиться с его священными книгами и рукописями, в которых изложены Мистические Истины и оккультные учения. Днем он давал наставления своим ученикам, вел беседы с ними и читал им проповеди, а ночью учил их медитировать, и они значительно продвинулись в духовном развитии.

Однажды ночью, совершая обряд посвящения в Юм (Текст-Мать), лама решил определить, опираясь на свою интуицию, к каким разделам Учения имеет наибольшую склонность каждый из четырех ближайших учеников, с тем чтобы отдать каждому из них те священные тексты, которые будут наиболее полезны им. И поэтому он решил понаблюдать за знамениями на рассвете.

На следующий день на рассвете он видел своих учеников своим ясновидящим взором: Нгогдун-Чудора из Жунга, объясняющим значение ритуала Гайпа-Дордже; Цуртен-Ванг-Гая из Дела, медитирующим на Пхо-ва (переносе принципа сознания); Метена-Ценпо из Цанг-ронга, медитирующим на Ед-Сал (Ясном Свете) и меня, медитирующим на Тум-мо (способе выработки жизненного тепла)[149].

Так он был тайно извещен о способностях каждого ученика к овладению теми знаниями, которые будут наиболее полезными для него и в которые он должен будет посвящать других.

И он подарил каждому из нас свои самые лучшие из последних трудов. Ламе Нгогпа он дал текст с комментариями к Гьюд (тантрам), в котором в соответствии с четырьмя методами и шестью целями изложение было таким ясным и последовательным, что его можно было уподобить жемчужинам, нанизанным на нить. К этому он добавил вещи, ранее принадлежавшие Наропе, – шесть украшений, жертвенную ложку и рубиновые четки. Он также передал ему индийские комментарии к текстам, отданным ему ранее, и завещал ему трудиться ради всеобщего блага и проповедовать всем живым существам.

Цуртен-Ванг-Гаю из Дела Марпа подарил текст Пхо-ва (перенос принципа сознания), что подобен птице, вылетающей из открытого слухового окна[150]. Ему также были отданы волосы, ногти и пилюли[151] Наропы, а также ритуальный головной убор, украшенный изображениями Пяти Дхьяни-Будд[152] и дано наставление практиковать Пхо-ва.

Метену-Ценпо из Цанг-ронга был отдан текст Ед-Сал (Ясного Света), который подобен зажженному светильнику, рассеивающему ночную тьму[153], колокольчик, маленький сдвоенный барабан (дамару) и чаша для возлияний из морской раковины и дан наказ следовать коротким путем через Бардо – промежуточное состояние между смертью и новым рождением.

А мне Марпа дал текст о Тум-мо (получении жизненного тепла, которое подобно пламени, охватившему хворост), а также шапку Майтри[154], которую носят йоги Каргьютпа, и одеяние Наропы, а затем велел мне медитировать в уединении в различных местах – на горных вершинах, в пещерах и в лесу. Затем перед большим собранием учеников, обращаясь преимущественно к четырем ближайшим ученикам, Марпа сказал: «Я передал каждому из вас те тексты и разделы Учения, с помощью которых вы придете к цели кратчайшим путем, и я предвижу, что именно эти знания будут наилучшим образом способствовать развитию ваших учеников. Я потерял сына Додай-Бума и потому завещаю вам заботиться о сохранности моих священных текстов и реликвий. Будьте преданными защитниками и проповедниками Учения. Да будет процветать оно и распространяться». Сказав так, Марпа отпустил троих учеников. А мне он сказал: «Ты поживи со мной еще несколько лет. У меня есть несколько разделов Знания, в которые я хочу посвятить тебя, и, кроме того, мое присутствие будет тебе полезным». Выполняя его волю, я поселился в пещере Занг-пхуг[155], о которой было пророчество Наропы. Гуру и его жена регулярно посылали мне долю от их трапезы и часть приношений от каждой религиозной церемонии, даже самой скромной.

Так я проводил время в сладчайшей медитации несколько лет, совершенствуясь в познании под руководством моего гуру до тех пор, пока не взросли в моем сердце всходы Высшей Мудрости». (Это был рассказ о четвертом приносящем заслугу деянии Миларепы.)

___________________________________________
149

Помимо выработки физического тепла, применение этого учения способствует духовному развитию и поэтому служит тибетскому отшельнику большим помощником во время медитации.

150

Отверстие Брахмы (Брахмарандхра), находящееся на линии стреловидного шва темени, соединяющего две теменные кости, которые открываются с помощью практики Пхо-ва, являющейся частью Кундалини-Йоги. Вылетающая из него птица символизирует принцип сознания, покидающий тело через это отверстие – навсегда в момент смерти или на время, когда применяется этот метод йоги.

151

Эти пилюли употреблялись не для лечения болезней, а как средство против неведения (авидьи) – причины, приводящей к смерти и новому рождению. Наропа приготовил их оккультным способом и зарядил их своей благодатной психической энергией. Такой рецепт хранится в тайне и обычно включает специи и снадобья, которые святой или благочестивый лама смешивает таким образом, что они, как утверждают верующие, впитывают излучения благодати, исходящие от его ауры, а затем передают их тому, кто употребляет пилюли.

152

Этот головной убор состоит из пяти кусков, имеющих форму груши с заостренным концом, которые обычно вырезают из толстой тибетской бумаги для рукописей. На каждом из них рисуют изображение одного из пяти Дхьяни-Будд и расписывают их золотой и серебряной красками. Куски скрепляют друг с другом по краям, оставляя концы свободными, что придает этому нарядному головному убору сходство с короной.

153

Под Ясным Светом подразумевается состояние экстаза, во время которого мрак неведения – авидья рассеивается как «тьма ночная» проблесками высшего сознания, то есть Нирваны или Просветления.

154

Шапка Майтри – Такую шапку носил великий индийский йог Майтри. Ее носят йоги Каргьютпа как напоминание об этой реликвии. На ней изображен мистический знак, напоминающий андреевский крест.

155

Медная Пещера.


Господь твой, живи!
 
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ЗАРУБЕЖНАЯ ПУБЛИЦИСТИКА » ВЕЛИКИЙ ЙОГ ТИБЕТА МИЛАРЕПА (Эванс-Вентц УОЛТЕР)
  • Страница 4 из 4
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES