Вторник, 23.10.2018, 17:12

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 4 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Форум » КУЛЬТУРА и ИСКУССТВО » КУЛЬТУРА и ОБЩЕСТВО » КУЛЬТУРА И НРАВСТВЕННОСТЬ
КУЛЬТУРА И НРАВСТВЕННОСТЬ
СфинксДата: Понедельник, 24.09.2018, 17:48 | Сообщение # 31
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline


Николай Бердяев о русской национальной психологии

"У русского человека недостаточно сильно сознание того, что честность обязательна для каждого человека, что она связана с честью человека, что она формирует личность. Нравственная самодисциплина личности никогда у нас не рассматривалась как самостоятельная и высшая задача. В нашей истории отсутствовало рыцарское начало, и это было неблагоприятно для развития и для выработки личности. Русский человек не ставил себе задачей выработать и дисциплинировать личность, он слишком склонен был полагаться на то, что органический коллектив, к которому он принадлежит, за него все сделает для его нравственного здоровья. Русское православие, которому русский народ обязан своим нравственным воспитанием, не ставило слишком высоких нравственных задач личности среднего русского человека, в нем была огромная нравственная снисходительность. Русскому человеку было прежде всего предъявлено требование смирения. В награду за добродетель смирения ему все давалось и все разрешалось. Смирение и было единственной формой дисциплины личности".

"Судьба России", 1918 г.
http://www.krotov.info/library/02_b/berdyaev/1918_15_8.html
Прикрепления: 3784092.jpg(30.2 Kb)
 
СфинксДата: Понедельник, 24.09.2018, 21:54 | Сообщение # 32
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline
Прикрепления: 6538632.jpg(36.3 Kb)
 
СфинксДата: Суббота, 29.09.2018, 21:28 | Сообщение # 33
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline


Владимир Войнович:

"Все-таки наше общество очень, очень больное. Я не знаю ни одной другой страны, где было бы так много людей, готовых ради карьеры, денег и просто так лгать, писать ложные доносы, вести следствие по дутым делам, обвинять людей в том, в чем они невиновны, и выносить заведомо неправосудные приговоры.

Ну, в советско-сталинское время таких людей частично можно было оправдать жутким страхом, который они постоянно испытывали. Страхом, что не солжешь, не сподличаешь - сам попадешь под жернова и близких своих туда же затянешь. А теперь нет никакого внятного оправдания подобному поведению. Нельзя же считать оправданием подлости то, что не повысят в должности, обойдут премией или еще что-нибудь в этом духе.

И все-таки находится огромное количество людей, которые не боятся лгать, лжесвидетельствовать, отправлять невиновных людей в тюрьму и на гибель. Каким смелым в подлости нужно быть человеком, чтобы, зная про себя, что подлец, не бояться смотреть в глаза своим соседям, сослуживцам, родственникам и даже собственным детям.
А еще меня удивляет беспечность этих людей. Ведь большинство из них еще достаточно молоды, чтобы опасаться, что доживут (а ведь доживут!) до времени, когда произойдут в стране перемены (обязательно произойдут!) подобные тем, какими запомнился год 1991-й. И тогда, очень даже вероятно, возникнет вопрос (к сожалению, слабо прозвучавший в начале девяностых) о люстрации.

И тогда вас, бесчестных и подлых доносчиков, следователей, прокуроров и судей погонят с ваших должностей с позором, а кое-кого подвергнут суду - с полным правом на защиту, без притягивания за уши ложных свидетельств и доказательств. Это будет справедливый суд, и поэтому, в отличие от братьев Навальных, вы не дождетесь от общества ни поддержки, ни сочувствия, а ваши дети будут скрывать от людей, что они ваши дети. Искренне желаю вам жить долго!"


Источник https://grani-ru-org.appspot.com/blogs/free/entries/236549.html
Прикрепления: 3630896.jpg(60.2 Kb)
 
СфинксДата: Среда, 03.10.2018, 00:01 | Сообщение # 34
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline
ОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО МАРИИ ЛАНГТАЛЕР



Пятнадцатилетние мальчики из гитлерюгенда хвастались друг перед другом – кто из них больше убил беззащитных людей. Один достал из кармана и показал приятелю связку отрезанных ушей – оба засмеялись. Один фермер нашёл у себя русского, прятавшегося в хлеву с овцами, и ударил его ножом – человек бился в конвульсиях, а жена убийцы расцарапала умирающему лицо. 40 трупов сложили на улице деревни Рид-ин-дер-Ридмаркт со вспоротыми животами, выставив наружу половые органы: девушки, проходя мимо, смеялись». Читая архив концлагеря Маутхаузен, мне (побывавшему в Афганистане, Ираке и Сирии) приходилось делать перерывы, чтобы успокоиться, – кровь стынет в жилах, когда узнаёшь, что добропорядочные австрийские крестьяне вытворяли со сбежавшими советскими военнопленными всего за 3 месяца (!) до Победы. И лишь одна-един­ственная женщина в Австрии, многодетная мать Мария Лангталер, рискуя жизнью, спрятала узников Маутхаузена. А четверо её сыновей в этот момент воевали на Восточном фронте…

«У вас нет Гитлера»

В ночь с 2 на 3 февраля 1945 г. из Маутхаузена был совершён самый массовый в его истории побег. Одна группа заключённых блока № 20 забросала вышки с пулемётчиками камнями и черенками от лопат, вторая мокрыми одеялами и телогрейками замкнула электрическое ограждение. 419 пленных советских офицеров сумели вырваться на свободу. Комендант лагеря, штандартенфюрер CC Франц Цирайс призвал население окрестных деревень принять участие в поисках беглецов: «Вы же страстные охотники, а это куда веселее, чем гонять зайцев!» Старики и подростки объединились с СС и полицией, чтобы ловить по лесам и зверски убивать еле держащихся на ногах от голода и мороза людей. За неделю погибли почти все беглецы. Спаслись лишь 11 человек, двоих из них – офицеров Михаила Р­ыбчинского и Николая Цемкало – приютила крестьянка Мария Лангталер.

– Русские средь бела дня постучались к нам в дверь, – рассказывает дочь Марии, 84-летняя Анна Хакль, которой на момент событий было 14 лет. – Попросили дать им поесть. Я спрашивала после: почему пленные осмелились зайти в наш дом, когда все люди вокруг просто обезумели? Они ответили: «Мы заглянули в окно, у вас на стене нет портрета Гитлера». Мать сказала отцу: «Давай поможем этим людям». Папа испугался: «Ты что, Мария! Соседи и друзья донесут на нас!» Мама ответила: «Быть может, тогда Бог оставит в живых наших сыновей».

Сначала пленных спрятали среди сена, однако утром на сеновал нагрянул отряд СС и переворошил сухую траву штыками. Рыбчинскому и Цемкало повезло – лезвия чудом их не задели. Через сутки эсэсовцы вернулись с овчарками, но Мария увела узников Маутхаузена в каморку на чердаке. Попросив у мужа табак, она рассыпала его по полу… Собаки не смогли взять след. После этого долгих 3 месяца офицеры скрывались у неё дома на хуторе Винден, и с каждым днём было всё страшнее: сотрудники гестапо постоянно казнили предателей из местного населения. Советские войска уже взяли Берлин, а Мария Лангталер, ложась спать, не знала, что случится завтра. 2 мая 1945 г. рядом с её домом повесили «изменника»: бедняга старик заикнулся, что, раз Гитлер мёртв, надо сдаваться.

– Я сама не знаю, откуда у мамы взялось такое самообладание, – говорит Анна Хакль. – Однажды к нам зашла тётя и удивилась: «Зачем вы откладываете хлеб, для кого? Вам же самим есть нечего!» Мать сообщила, что сушит сухари в дорогу: «Бомбят – вдруг придётся переехать…» В другой раз сосед посмотрел на потолок и сказал: «Там что-то поскрипывает, словно кто-то ходит…» Мама рассмеялась и ответила: «Да ты чего, это всего лишь голуби!» Ранним утром 5 мая 1945 г. к нам на хутор пришли американские войска, и части фольксштурма разбежались. Мама надела белое платье, поднялась на чердак и сказала русским: «Дети мои, вы едете домой». И заплакала.

Обезумевшие от крови

Когда я разговаривал с жителями сёл вокруг Маутхаузена, они признавались: им стыдно за жуткие зверства, которые сотворили их деды и бабки. Тогда крестьяне издевательски прозвали резню «Мюльфиртельская охота на зайцев». Наших пленных сотнями забивали насмерть обезумевшие от крови «мирные граждане»… Только в 80‑90‑е гг. об этой страшной трагедии в Австрии начали говорить – сняли фильм, вышли книги «Февральские тени» и «Тебя ждёт мать». В 2001 г. с помощью организации Социалистической молодёжи Австрии в деревне Рид-ин-дер-Ридмаркт установили памятник погибшим советским узникам. На гранитной стеле изображены палочки – 419, по числу беглецов. Почти все зачёркнуты – лишь 11 целы. Помимо фрау Лангталер русских рискнули спрятать в хлевах для скота «остарбайтеры» из поляков и белорусов.

К сожалению, Мария Лангталер умерла вскоре после войны, а вот спасённые ею люди прожили долгую жизнь. Николай Цемкало скончался в 2003-м, Михаил Рыбчинский пережил его на 5 лет, вырастив внуков. Дочь Марии, 84-летняя Анна Хакль, до сих пор выступает с лекциями о событиях «кровавого февраля». Увы, Мария Лангталер не получила никакой награды за свой подвиг от правительства СССР, хотя в Израиле немцев, прятавших во время войны евреев, награждают орденами и званием «праведника». Да и у нас эта страшная резня мало кому известна: к памятнику в Рид-ин-дер-Ридмаркт почти не возлагают цветов, все траурные мероприятия проходят в Маутхаузене. Но знаете, что здесь главное? Все четверо сыновей Марии Лангталер впоследствии вернулись с Восточного фронта живыми – словно в благодарность за добрые дела этой женщины. Вот это, пожалуй, и есть самое обыкновенное, но в то же время настоящее чудо…

НА ФОТО (второй ряд, крайние слева и справа) Михаил Рыбчинский и Николай Цемкало, девочка-подросток посередине — Анна Хакль, в первом ряду крайняя слева — Мария Лангталер, рядом с ней её муж. Фото: из архива музея Маутхаузена.

Георгий Зотов

Источник http://krest.kz/obyknovennoe-chudo-marii-langtaler/
Прикрепления: 1291068.jpg(53.7 Kb)
 
СфинксДата: Среда, 03.10.2018, 22:04 | Сообщение # 35
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline
Группа, толпа, масса. Механизмы воздействия



Примеры использования суггестивных методик манипулирования над большими группами (массами = группа = толпа = собрание народа) наряду со своей достаточной встречаемостью показывают нам также и допустимость подобного воздействия, и эффективность его. Притом что у индивидов, собравшихся в какую-либо массу, уже фактически нет способа избежать манипулирования собой, потому как, находясь в толпе, в массе, индивиды невольно уже вынуждены подчиняться т. н. эффектам толпы. И какая-либо индивидуальность в данном случае не только неуместна, но и фактически бесполезна. Да и сам индивид, попадая в толпу, меняется, словно бы вынужденно подстраиваясь под нее и подчиняясь ее законам. «Самый поразительный факт — писал Ле Бон,— наблюдающийся в... толпе, следующий: каковы бы ни были индивиды, составляющие ее, каков бы ни был их образ жизни, занятия, их характер или ум, одного их превращения в толпу достаточно для того, чтобы у них образовался род коллективной души, заставляющей их чувствовать, думать и действовать совершенно иначе, чем думал бы, действовал и чувствовал каждый из них в отдельности. Существуют такие идеи и чувства, которые возникают и превращаются в действия лишь у индивидов, составляющих толпу. Толпа представляет собой временный организм, образовавшийся из разнородных элементов, на одно мгновение соединившихся вместе, подобно тому как соединяются клетки, входящие в состав живого тела и образующие посредством этого соединения новое существо, обладающее свойствами, отличающимися от тех, которыми обладает каждая клетка в отдельности». Каковы же законы толпы?

В большинстве своем толпа спонтанна и живет только настоящим. К тому же следует учитывать, что толпа непостоянна, безответственна и достаточно легко подвергается различного рода внушениям.

Также, не имея каких-либо традиций, толпа руководствуется сиюминутными желаниями и действует на основании единого порыва, направляющего ее.

Несмотря на то что толпа является неким сосредоточением индивидов в одном месте, мы способны предположить, что толпа не всегда отличается и приверженностью к каким-либо идеям. Хотя и в случае последнего данная толпа уже большей частью походит на единую, сплоченную массу, силу и возможности которой возможно использовать для претворения манипулятором в жизнь каких-либо идей и задач. Например, от митингов до восстания, изменения существующего строя и форм правления (как программа-максимум) или изменения руководства тем или иным объектом, начиная от завода до страны.

Масса до удивления просто отзывается на какие-либо манипуляции. Вероятней всего, она уже изначально предрасположена к ним вследствие того, что по своему интеллектуальному значению собрание в одном месте даже высокоинтеллектуальных индивидов (сформированных в толпу) как раз по своему интеллектуальному состоянию намного ближе к психике древних людей. «Решения, касающиеся общих интересов, принятые собранием даже знаменитых людей в области разных специальностей, мало все-таки отличаются от решений, принятых собранием глупцов, так как и в том и в другом случае соединяются не какие-нибудь выдающиеся качества, а только заурядные, встречающиеся у всех. В толпе может происходить накопление только глупости, а не ума» — отмечал Ле Бон.

Становится возможно это благодаря тому, что в толпе удивительно легко исчезает наносной пласт, сформированный культурой и цивилизацией. В результате чего толпа, большей частью, руководствуется собственным бессознательным. А в бессознательном любого индивида, как известно, независимо от количества веков, минувших со времен первобытнообщинного строя, живет три основных желания древнего человека: убить, съесть, изнасиловать. При этом индивиды, объединенные в группу (массу, толпу), вполне могут пользоваться собственной ненаказуемостью вследствие достаточно сложного выявления фактически совершивших тот или иной проступок. Да и в данном случае вполне допустимо, что виновны все. Как раз еще и из-за такой характеристики толпы, как заражаемость и легкое подчинение общим идеям и требованиям. А значит (уже в результате этого), и отсутствием каких-либо норм поведения, которые в данном обществе приняты. Что, вероятней всего, говорит еще и о некоем социальном протесте индивидов, заключенных в толпу, ибо каждый из них по отдельности вынужден соблюдать устои (законы, требования, порядки) общества. Цивилизованного общества. «Масса кажется нам вновь ожившей первобытной ордой,— писал Фрейд. — Так же как в каждом отдельном индивиде первобытный человек фактически сохранился, так и из любой человеческой толпы может снова возникнуть первобытная орда; поскольку массообразование обычно владеет умами людей, мы в нем узнаем продолжение первобытной орды. Мы должны сделать вывод, что психология массы является древнейшей психологией человечества; все, что мы, пренебрегая всеми остатками массы, изолировали как психологию индивидуальности, выделилось лишь позднее, постепенно и, так сказать, все еще только частично из древней массовой психологии».

Тогда как эти же индивиды, находясь в толпе, вполне способны совершать немотивированные поступки, упиваясь собственной безнаказанностью. Ну и, конечно же, достаточно свободно реализовать желание собственного бессознательного, в котором вся гадость и мерзопакостность до того искусственно сдерживалась необходимостью соблюдения законов, принятых в современном обществе.

Сейчас же, в толпе, индивид, быть может впервые, может жить по принципу несдерживаемого желания. Причем фактически будучи уверенным в собственной безнаказанности.

И даже можно сказать, что именно эта безнаказанность, порождая новую безнаказанность, сподвигает его на совершение все новых и новых деяний. Тех, за которые в иных случаях он бы понес заслуженное наказание. «Появление. новых. черт, характерных для толпы,— отмечал ЛеБон,— и притом не встречающихся у отдельных индивидов, входящих в ее состав, обусловливается различными причинами. Первая из них заключается в том, что индивид в толпе приобретает, благодаря только численности, сознание непреодолимой силы, и это сознание дозволяет ему поддаваться таким инстинктам, которым он никогда не дает волю, когда бывает один. В толпе же он менее склонен обуздывать эти инстинкты, потому что толпа анонимна и не несет на себе ответственности. Чувство ответственности, сдерживающее всегда отдельных индивидов, совершенно исчезает в толпе. Вторая причина — заразительность, или зараза, также способствует образованию в толпе специальных свойств и определяет их направление. Зараза представляет собой такое явление, которое легко указать, но не объяснить; ее надо причислить к разряду гипнотических явлений, к которым мы сейчас перейдем. В толпе всякое чувство, всякое действие заразительно, и притом в такой степени, что индивид очень легко приносит в жертву свои личные интересы интересу коллективному. Подобное поведение, однако, противоречит человеческой природе, и потому человек способен на него лишь тогда, когда он составляет частицу толпы. Третья причина, и притом самая главная, обусловливающая появление у индивидов в толпе таких специальных свойств, которые могут не встречаться у них в изолированном положении, — это восприимчивость к внушению; зараза, о которой мы только что говорили, служит лишь следствием этой восприимчивости. Чтобы понять это явление, следует припомнить некоторые новейшие открытия физиологии. Мы знаем теперь, что различными способами можно привести индивида в такое состояние, когда у него исчезает сознательная личность и он подчиняется всем внушениям лица, заставившего его прийти в это состояние, совершая по его приказанию поступки, часто совершенно противоречащие его личному характеру и привычкам. Наблюдения же указывают, что индивид, пробыв несколько времени среди действующей толпы, под влиянием ли токов, исходящих от этой толпы, или каких-либо других причин неизвестно, приходит скоро в такое состояние, которое очень напоминает состояние загипнотизированного субъекта. Такой субъект вследствие парализованности своей сознательной мозговой жизни становится рабом бессознательной деятельности своего спинного мозга, которой гипнотизер управляет по своему произволу. Сознательная личность у загипнотизированного совершенно исчезает, так же как воля и рассудок, и все чувства и мысли направляются волей гипнотизера».

Развитие современных технологий вносит свои коррективы в систему массообразований. Например, достаточно хаотичный характер образования толпы или массы в начале прошлого века в наше время может вполне сознательно моделироваться манипуляторами посредством средств массовой информации. То есть если раньше, во времена Фрейда и Ле Бона, мы говорили о стихийности образования толпы, то сейчас можем принимать во внимание и искусственность ее формирования. Причем и тогда, и сейчас необходимо соблюдение главного условия формирования толпы: достаточного накала социального беспокойства. И тогда для массообразования необходим будет только повод. Который, заметим, в наше время зачастую формируется весьма искусственно (путем задействования СМИ). Впрочем, становится так же возможно, используя коммуникативную специфику, и управлять подобным массообразованием.

Кроме того, необходимо учитывать, что большинство какого-либо управления строится на сознательном создании у индивидов соответствующих невротических установок (мы говорим о той же тревожности да искусственном развитии беспокойства) и последующем снятии подобного рода зависимостей посредством выполнения индивидами навязываемых им условий.

Т. е. какие-либо манипуляции становятся возможны уже исходя из невротичности самого времени. В толпе невроз отдельных индивидов передается друг другу посредством нарастания коллективного возбуждения, и запускается механизм манипуляций над ней: решения задач и выполнение требований, поставленных манипулятором.

Далее уже как бы происходит какое-либо волнующее массу событие. Это событие приковывает внимание толпы. Тем самым уже как бы вызывает у толпы некий интерес. А удовлетворение интереса вследствие поглощенности событием склоняет как отдельного индивида в частности, так и толпу в целом к утрате части своего самоконтроля. А значит, в итоге приводит к подчинению объекта манипуляций. Потому как чем больше человека заводит чувство, тем больше человек втягивается. Проявляя фактически способность к подчинению.

В результате чего получается, что толчея это самое коллективное возбуждение порождает.

В результате коллективного возбуждения индивиды становятся менее устойчивы к каким-либо воздействиям. А в результате развития безответственности — и к желанию при совершении каких-либо поступков больше руководствоваться эмоциями и сиюминутными желаниями, нежели принципами здравого тестирования реальности. Так же как повышенное эмоциональное возбуждение отдельных индивидов по цепочке захватывает толпу в целом, неким чудодейственным образом вторгаясь в ее энергетику. В результате чего нарастает общее коллективное возбуждение — в группах, массах. А у отдельных индивидов это самое коллективное возбуждение подавляет индивидуальные поведенческие механизмы и служит образованию новых, быть может, и не свойственных ей ранее форм поведения, изменению привычек, требований, выдвигаемых к себе как к личности и т. п., что уже говорит об общем снижении порога цензуры собственной психики и устранении критичности в отношении информации, принимаемой извне, и в целом значительно повышает подверженность данного индивида (и массы в целом) к суггестивным воздействиям (к внушению).

Рассматривая способы подчинения толпы, мы говорим о том, что у каждого индивида в толпе фактически формируется эмоциональное возбуждение, вызывающее чувство безнаказанности, продиктованное в свою очередь принадлежностью к какой-либо общей идее. Заметим также, что какая-либо толчея уже рождает первичный транс. А индивидом (или группой), находящимися в измененном состоянии сознания, значительно легче управлять. Прежде всего потому, что снижается порог критичности и получаемая извне информация, фактически минуя цензуру психики, проходит сразу в сознание.

Когда мы говорим о манипулировании массами, то имеем в виду возможность подобного, основанную на таких эффектах толпы, как заразительность, повышенная внушаемость, бескомпромиссность, фактическая безвластность. «...Одним из ее общих свойств,— отмечал Ле Бон,— является необыкновенная податливость внушению. Мы указывали, что во всякой человеческой агломерации внушение становится заразительным, и этим объясняется быстрое ориентирование чувств в известном направлении. Как бы ни была нейтральна толпа, она все-таки находится чаще всего в состоянии выжидательного внимания, которое облегчает всякое внушение. Первое формулированное внушение тотчас же передастся вследствие заразительности всем умам, и немедленно возникает соответствующее настроение. Как у всех существ, находящихся под влиянием внушения, идея, овладевшая умом, стремится выразиться в действии. Толпа так же легко совершит поджог дворца, как и какой-нибудь высший акт самоотвержения; все будет зависеть от природы возбудителя, а не от тех отношений, которые у изолированного индивида существуют между внушенным актом и суммой рассудочности, противодействующей его выполнению. Блуждая всегда на границе бессознательного, легко подчиняясь всяким внушениям и обладая буйными чувствами, свойственными тем существам, которые нс могут подчиняться влиянию рассудка, толпа, лишенная всяких критических способностей, должна быть чрезвычайно легковерна. Невероятное для ее нее существует, и это надо помнить, так как этим объясняется та необычная легкость, с которой создаются и распространяются легенды и самые неправдоподобные рассказы».

При этом следует учитывать уже как бы изначальную повышенную агрессивность толпы. Хотя здесь же следует понимать, что т. н. агрессивная толпа (по мнению Ле Бона) способна осуществлять разрядку внутреннего напряжения в поведении, в результате которого прослеживается ее тенденция к становлению их священными, отмеченными глубоким внутренним чувством, что в свою очередь способно являться фундаментом соответствующего религиозного строя. Так же как, впрочем, и соответствующую агрессию толпы возможно использовать в направлении целенаправленных социальных изменений, что в свою очередь приводит к возникновению нового политического строя. «.Эти убеждения,— писал Ле Бон, — принимают специальную форму, которую я не могу лучше определить, как назвав ее религиозным чувством. Это чувство характеризуется очень просто: обожание предполагаемого верховного существа, боязнь приписываемой ему магической силы, слепое подчинение его велениям, невозможность оспаривать его догматы, желание распространять их, стремление смотреть как на врагов на всех тех, кто не признает их, — вот главные черты этого чувства. Относится ли это чувство к невидимому Богу, к каменному или деревянному идолу или к герою, к политической идее, — с того самого момента, как в нем обнаруживаются вышеуказанные черты, оно уже имеет религиозную сущность. Сверхъестественное и чудесное встречаются в нем в одинаковой степени. Толпа бессознательно награждает таинственной силой политическую формулу или победоносного вождя, возбуждающего в данный момент ее фанатизм».

В вопросе манипулирования массами следует учитывать и такое обстоятельство, как уважение со стороны толпы к силе и авторитету. Причем, по мнению Ле Бона, толпа обладает незаурядным воображением. А истинным источником мотивации толпы являются чувства. Поэтому применяемая какая-либо рациональная аргументация на толпу не действует; а т. к. рассуждения толпы основываются на свободных ассоциациях, то и возможный лидер толпы должен мыслить исключительно образами и помимо применения трех методов воздействия: убеждения, повторения и суггестии (внушения) — использовать исключительную внутреннюю убежденность в собственной правоте.

Говоря о суггестивных механизмах в толпе, следует обратить внимание, что становятся возможны они в результате разрушения личностной структуры индивида и подчинении его общей идее толпы, в результате которых внушение, собственно, и становится возможно.


Зелинский С.А. Манипуляции массами и психоанализ

Источник https://u.to/vVOgEw
Прикрепления: 4955760.jpg(42.5 Kb)
 
СфинксДата: Пятница, 05.10.2018, 11:43 | Сообщение # 36
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline
Мэнли П. Холл о человеческих отношениях. Межрасовая ответственность и расовые предрассудки*



Каждый из нас является клеткой тела Бога. Когда клетки идут войной на клетки, в теле возникает хаос, его охватывают боль и страдание и в конце концов вся структура выходит из строя. Какое бы место мы ни занимали, гармония и ровное функционирование всей планеты зависят от взаимопонимания между лично нами и теми остальными клетками, которые трудятся бок о бок с нами на этом конкретном этапе развития человеческого общества. Ровно работающий организм, сотрудничающий в достижении всех важных целей, есть лучший вклад, какой только может сделать человечество в план мироздания.

Организации и цивилизации прошлого, ради своего выживания вынужденные прибегать к тирании и гнету, быстро терпят крах. Эгоистичные интересы, порождающие критику и вражду, должны уступить место более благородным альтруистическим стремлениям, которые способствуют взаимопониманию и соединению сердец и душ на благо целого. Ключевым словом нынешнего века является Братство. И сегодня нам следует готовить себя к исполнению будущих обязанностей. Если править предстоит массам, то их нужно сделать компетентными в вопросах правления, каковыми они сегодня не являются.

Пришло время, когда человек должен проявлять большую заинтересованность в благополучии своего ближнего. Он должен подавить ненависть, преодолеть предрассудки, победить страхи, расширить кругозор, прежде чем он сможет занять высочайшее место во вселенной. На его пути стоит воинство себялюбия и эгоизма.

С самого сотворения мира род человеческий разделился на расы, группы и кланы. Естественно, таких кланов было два: наш клан и все остальные. Занятость индивидуума самим собой называется эгоизмом; занятость нации самой собой называется патриотизмом. Получение власти оборачивается преступлением, если вместе с властью не берется на себя ответственность за все, что сгруппировалось в пределах действия этой власти. Разумное руководство и мудрое правление всегда достаются ценой самопожертвования. Учитель христиан говорил: «Тот, кто желал бы быть величайшим, да будет слугой всех». В правильном понимании этой сентенции заключается решение проблемы международных отношений. Природа не содействует тому, что нецелесообразно. Бесполезные элементы удаляются с подмостков деятельности, тогда как вещи, необходимые для достижения конкретной цели, сохраняются до тех пор, пока они не исполнят свое назначение.

Современные способы передвижения, воздушные корабли и радио постоянно сокращают расстояния между нами и дальними странами. Человек вынужден признать, что внешний мир так же интересен и необходим ему, как и маленький клочок земли, на котором он занят своей деятельностью и который ему так долго хотелось считать центром вселенной. Он начинает понимать, что далекие уголки земли играют роль в его собственном развитии и что эти дальние края населены созданиями, которые живут, и дышат, и имеют права столь же законные, как у него, а также богов, столь же реальных и прекрасных, как и те, которым он поклоняется. Он обнаруживает, что в то время, как он молится своему Богу о спасении язычников, язычники делают то же самое ради него. Знаменем нового века должно стать величайшее благо для подавляющего большинства, а основным принципом взаимоотношений в новом мире — не замкнутость, а всеохватность.

Существуют определенные естественные силы, которые сближают одних людей и разделяют других; это, например, несходство существующих типов людей, различия в языке, цвете кожи и религиозных идеалах, и все они являются мощными факторами, разделяющими людей на группы. У людей с одинаковым цветом кожи или поклоняющихся одному и тому же богу уже есть основа для взаимопонимания, и поэтому они находят удовольствие в сотрудничестве ради достижения целей, вызывающих их общий интерес. С другой стороны, воин с презрением взирает на философа, мечтателю нет дела до них обоих, а материалист осуждает всех троих. Мы меряем все привычной меркой и судим о вещах так, как понимаем их, и очень редко так, как есть на самом деле. Успех создания новой всемирной цивилизации в немалой степени зависит от способности миллионов людей найти общий язык и оказать друг другу помощь в общих делах. Когда нации смогут широко смотреть на вещи, то есть займут дружелюбную и тактичную позицию, возникнет великая всемирная цивилизация.

* * *

Высшее проявление патриотизма состоит в каждодневном сотрудничестве со всеми остальными людьми в борьбе и работе ради того, чтобы каждому нашлось место под солнцем. Невозможно сравнивать восточный и западный образы мышления, как нельзя сопоставлять восточную и западную культуры. Каждая сама по себе уникальна; у каждой есть что дать миру, и у каждой хранится свое послание потомкам.

Расы похожи на отдельных людей. Мы стараемся выучить ребенка, мы стремимся сотрудничать с взрослым человеком и с большим уважением относимся к старости. Так почему мы не выказываем такое же уважение к убеленным сединами нациям, давшим нам жизнь с расовой точки зрения? От древних империй приходит все то, что мы ныне имеем и что собой представляем: наша одаренность, равно как и основы наших искусств и наук. И пока англосаксы, свирепые и дикие, еще бродили по невозделанным пустошам, жили в логовах, вырытых в склонах холмов, и сражались, как косматые антропоиды, за тухлые кости убитых ими зверей, представители древней Индийской империи сидели, погрузившись в медитацию, или не вылезали из библиотек, углубившись в книги, хранившие на своих страницах, украшенных цветными рисунками, мудрость сотни поколений.

Мы делаем огромнейший шаг к взаимопониманию между расами, когда учимся проявлять интерес к повседневной жизни других народов, радоваться вместе с ними их удачам, принимать участие в их забавах, разделять их работу, постоянно быть рядом во мраке скорби, крепко держать их за руку в тишине, когда над ними витает призрак смерти, и, наконец, идти с ними в их храмы и молиться их Богу и нашему Богу. Вот тогда мы воистину будем братьями. Именно в сфере духовных верований народов заключена возможность для одного человека найти путь к сердцу другого; именно в ней содержится почва для взаимопонимания. И если бы мы только смогли научиться любить и уважать духовные убеждения других, мы сумели бы гораздо лучше служить нуждам человечества.

Если мы искренне хотим узнать, о чем думают другие люди и ради какой цели трудятся другие нации, мы должны проявлять глубокий интерес к их делам. Сегодняшнее человечество еще не вполне утвердилось на позиции гуманитарности. Каждый из нас живет и работает в привычных местах, и обо всем, что выходит за эти пределы, мы имеем весьма смутное представление. Это представление дополняется другими смутными образами тех, на кого мы обращаем мало внимания, полагая всех их каннибалами. Все это свидетельствует о нашей полной неосведомленности, ибо на свете нет более утонченной натуры, чем хорошо образованный китаец. А самыми блестящими, образованными и учтивыми людьми в мире считаются представители японской аристократии. Нет более прекрасных людей, чем мистики Индии, каждая мысль и поступок которых преисполнены вдохновения и которые ведут предельно простой образ жизни, но проживают ее, сохраняя удивительное мужество и достоинство. Настоящий индус являет собой образец духовности и искренности, которому ради собственной пользы надлежит следовать всем христианам. Его преданность принципам, стремление отстаивать справедливость, как он ее понимает, его уравновешенность и невозмутимость духа — все это качества, которые редко встречаются у других народов.

С течением времени проблема межрасовых взаимоотношений делается все более актуальной, и решать ее следует с позиции наибольшего блага для всех заинтересованных сторон. Нет на земле более славного названия, чем титул друга человечества. Так давайте прилагать все усилия, чтобы приблизить тот день, когда наша великая нация со всеми ее способностями, возможностями и небывалыми привилегиями пронесет через века бессмертный титул: «Соединенные Штаты Америки — Друг человечества».

* * *

Восток очень обидчив; он с ужасом взирает на грубое и легкомысленное поведение туристов, послужившее причиной того, что с течением времени одна за другой для нас закрылись двери их храмов. За отсутствие уважения Запад дорого поплатился, ибо ему был запрещен вход в чудеснейшие восточные сокровищницы. Рассказывают, что на Яве толпы так называемых примерных христиан брали прекрасные изваяния Будды, украшавшие террасу Боро Будур, величайшей из известных реликвий древней буддийской культуры, и использовали их в качестве мишеней. Следствием их развлечений стали ряды безголовых статуй, ныне являющих собой на Дальнем Востоке пример западной невоспитанности.

Будучи в Гонконге, я наблюдал, как белый человек пинал ногами местного жителя и бил его тяжелой палкой, пока тот не упал на землю, и все это только из-за того, что желтокожий нарушитель имел наглость идти по одной с ним стороне улицы, хотя желтокожий абориген и не думал чем-то оскорбить белого человека. Подобный случай — обычное дело в восточных странах, и нет нужды объяснять, что это не способствует будущему благополучию, счастью и процветанию белой расы.

Осознаем ли мы как раса то колоссальное влияние, какое оказываем на мировые дела? Некоторые это, несомненно, понимают, но подавляющее большинство — нет, и им следует это объяснить, иначе всем нам не избежать горького раскаяния. Нашей прекрасной стране предоставлена неповторимая возможность, для которой она собственно и предназначена. Окажется ли она достойной подобной задачи и чести? А это в значительной степени зависит от отношения каждого отдельного человека, ведь нация — это совокупность индивидуумов, и в своей позиции она отображает отношение всех индивидуумов, вместе взятых. Так давайте нести миру послание о братстве и сотрудничестве, ибо мир, раскинувшийся за пределами нашей страны, ожидает уверений в наших добрых намерениях.

Спящий дракон Востока пробуждается. Мы хотим, чтобы Восток просыпался с сердцем, преисполненным любви, дружелюбия и благодарности к западному миру, который дал начало его новой жизни. Он не должен пробудиться с чувством ненависти и желанием отомстить белому человеку, который пинал его и смеялся над его богами, который разрушал его святыни и разбивал пивные бутылки о его священные алтари. Мы протягиваем через океан руку дружбы. Мы не хотим услышать оглушительный грохот орудий, когда новый Восток, пробудившись от своего многовекового сна, будет стремиться воздать за все зло, причиненное ему западным миром.

Идеалы всех людей имеют право на беспристрастное изучение. Поездив по разным странам, познакомившись с живущими там людьми и поняв, что они так же, как и мы смеются и плачут, а их маленькие дети, совсем как наши малыши, резвятся, играют и весело лепечут что-то, понятное им одним, вы поймете, что во всех них есть что-то очень человеческое и что, по сути, все они — братья. И не важно, где вы увидели этих людей — в Бирме, Китае, Индии или на Яве, все они — просто люди, счастливые или печальные, со своими бесчисленными мелкими интересами, привязанностями и антипатиями. И если вы отнеслись к ним доброжелательно и без предубеждения, вы начнете смотреть на мир другими глазами, и тогда у вас появится интерес к маленькому смуглому малышу с большими удивленными глазами и вы поймете, что в мире много общего и что разделение надуманно и ложно.


________________

*В сокращении. Полный вариант http://obshinakryliaduha.ru/forum/132-970-3 (сообщения 25-28)
Прикрепления: 1944407.jpg(30.3 Kb)
 
СфинксДата: Пятница, 05.10.2018, 13:17 | Сообщение # 37
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline
Сладкий сон совести или ужас нравственного выбора?
О том, почему снобы — слабаки с точки зрения критического мышления, доброта не равносильна нравственности, а интеллект идёт рука об руку с гражданственностью.

Положительные герои, шагнувшие из безупречного классицизма, нечасто становятся любимцами читателей: слишком уж они неправдоподобны в своей идеальности. Кто помнит, кем был этот благородный Милон? Зато трикстер Хлестаков вполне на слуху.

Нас куда больше привлекает остроумное зло, интеллектуальное декадентство, ироничный цинизм: равнодушный, скучающий Печорин заставляет окружающих страдать, Раскольников, эгоистичный убийца, прикрывает преступление псевдоидеей — однако и тот, и другой остаются в числе любимых героев по сей день.



Однако по мнению философа Р. Пола, эгоизм и критическое мышление — вещи несовместимые. Более того, критическое мышление не может существовать вне нравственности и гражданственности. В исследовании «Критическое мышление: как подготовить студентов к жизни в быстроменяющемся мире?», опубликованном в 1995 году, Пол показал, что эти категории взаимосвязаны и развиваются только при наличии интеллектуальных добродетелей, например:

интеллектуальной эмпатии — умении понять позицию другого человека, встав на его место;

интеллектуальной смелости — готовности рассмотреть все точки зрения, включая те, что отвергаются обществом, воспринимаются как нелепые и смешные и т. д.;

интеллектуальной справедливости — способности объективно оценивать все точки зрения, независимо от испытываемых симпатий / антипатий к тем, кто их высказывает;

интеллектуального смирения — принятии того, что у человеческого знания есть предел, а значит, как бы мы ни были образованы, мы можем ошибаться или не знать чего-либо.

"Я знаю то, что я ничего не знаю"

Этим изречением, которое приписывают Сократу, можно объяснить интеллектуальное смирение: знание ограничено, и мы не можем знать всего; более того, чем больше мы погружаемся в материал, тем больше у нас появляется вопросов, на которые либо сложно дать однозначный ответ, либо невозможно ответить вовсе.

Интеллектуальное смирение не живёт обособленно от остальных добродетелей: чтобы осознать пределы нашего знания, нам нужно быть интеллектуальным смельчаком, дерзко смотрящим в лицо своим предрассудкам и принимающим возможность своего незнания.

Чтобы признаться себе в предрассудках, мы должны уметь пропускать через себя те точки зрения, которые враждебны нашим, то есть быть интеллектуальными эмпатами.

По сути, взращивание любой из интеллектуальных добродетелей — процесс насилия над собой и перманентное отвержение всего того, что мы успели накопить в себе в виде эмоциональных оценок, стереотипов и других способов облегчить интеллектуальную жизнь.

Человек — существо социальное и эгоистичное; мы предпочитаем оправдывать себя и тех, кто нам нравится: у каждого из нас есть врождённая склонность к двойным стандартам, позволяющая идти к конкретным, «земным» целям, а не топтаться на месте, размышляя над правильностью выбранного пути.

Речь идёт о том, что З. Фрейд назвал «защитными механизмами»: не желая сталкиваться с неудобной истиной, мы так или иначе искажаем информацию, которая представляет опасность для нашего сознания. Это позволяет нам уютно обосноваться в зоне интеллектуальной комфортности и одновременно препятствует развитию интеллектуальных добродетелей.

Как это работает? Например, вы — сотрудник рекламного агентства, и ваш новый клиент — компания, известная отвратительным отношением к своим работникам: отзывы об этой конторе пестрят жалобами о постоянных махинациях с зарплатой и ужасных условиях труда.

Вам неприятно работать над этим проектом, но отказаться от него равносильно умерщвлению своей карьеры. Чтобы не мучиться совестью, можно пойти на сделку с ней: убедить себя, что если не вы, то кто-нибудь другой всё равно займётся пиаром фирмы, так что смысла играть в праведника нет никакого — это просто бизнес, это просто деньги. Так работает механизм рационализации, с помощью которого мы убеждаем себя, что наш выбор разумен и, значит, правилен.

Лишённые интеллектуальных добродетелей, и, следовательно, сильного критического мышления, мы попадаем в капкан антиинтеллектуальных пороков. Они успокаивают нашу совесть, но у спящей совести есть свой недостаток: появляется неплохая возможность для манипуляции нашим сознанием — начиная от маркетинговых уловок и заканчивая политической пропагандой.

Может ли высокообразованный человек избежать ловушек, расставленных для слабого критического мышления? Совсем необязательно: сегодня в школе учат усваивать большое количество обрывочных знаний вместо того, чтобы учить размышлять.

Мы загружаем в ученика готовый материал, он послушно возвращает его правильными ответами на экзамене. В этих ответах — формулы, теоремы и умные суждения учёных, но нет одного — самого ребёнка, его мнения и позиции.

Поверхностное знание приводит к тому, что мы можем назвать с десяток дисциплин, которые мы изучаем, но нам сложно будет сказать, что же именно мы знаем, кроме случайной информации, отложившейся в памяти.

Например, все зазубрили, что кофе — только он, но многие ли смогут ответить, чем обеспечивается такая категоричность? И почему ошибиться в том, что кофе — мужского рода — это преступление без права на амнистию, а, скажем, поставить ударение на первый слог в слове «фетиш» (да, орфографически верно именно фетиш) — всего лишь невинная шалость? Не потому ли, что французское словечко не удостоилось чести стать героем рекламы в отличие от бодрящего напитка?

Мы привыкли решать задачи по образцу, и когда мы сталкиваемся с ситуациями, которые не поддаются решению по привычному алгоритму, мы попадаем в тупик. Тотальная свобода решений и множество вариантов ответа — это страшно. Нам нужна монополия на истину, и мы многое отдадим за иллюзию если не обладать, то хотя бы к ней прикоснуться.

Математик Алан Шёнфилд указывает на любопытную особенность: математические задачи решаются на раз-два, если обращать внимание на грамматику предложений. Так, в задачах, в которых используется действие со значением «отдавать» (left) — «у мальчика было три яблока, одно он передал девочке», — необходимо произвести вычитание, чтобы получить правильный ответ.

Схема действительно работает, другое дело, что чрезмерная алгоритмизация иногда доводит до абсурда: стоило только увидеть в тексте знакомое left, ученики тут же бросались производить вычитание, даже если речь шла всего лишь о Мистере Лефте…

Так возможно ли развивать критическое мышление в рамках современного образования? Р. Пол утверждает, что для этого необходимо не расширять, а углублять знание: пусть у нас будет меньше дисциплин, но больше времени для изучения действительно сложных и неоднозначных разделов.

Критическое мышление, нравственность и гражданственность

Поверхностное знание рождает высокомерие: большое количество случайных знаний создаёт иллюзию всезнайства. Интеллектуальное высокомерие противоречит интеллектуальному смирению: мы не можем знать всего — мы лишь изображаем всезнайство, которое, по нашему мнению, возвышает нас над другими.

Поэтому все снобы, по мнению Пола, обладают слабым критическим мышлением, равно как и люди, утверждающие, что нравственность не может волновать истинных интеллектуалов, потому как интеллект должен возвышаться над относительными категориями добра и зла.

Но нравственность — это не свод застывших норм; нравственность — это способность решать сложные моральные задачи, не апеллируя к готовой истине морали, а, если угодно, творчески подходя к этическим проблемам.

То же справедливо в отношении гражданской позиции: «аполитичный» интеллектуал, не желающий брать на себя социальную ответственность, идёт по самому лёгкому пути. Гражданственность, по мнению Пола, — это выбор сильного критического мышления, так как она развивается в рамках всё тех же интеллектуальных добродетелей, которые усложняют нашу размеренную жизнь.

Так, например, истинная гражданственность требует интеллектуальной эмпатии: человек, не умеющий встать на место своих идеологических противников, не сможет справедливо оценить их точку зрения. Гораздо проще, стоя по разные стороны баррикад, снова и снова выяснять, кто же на этот раз не прав в интернете.



С другой стороны, нравственный человек с гражданской позицией — это не просто милый добряк, доподлинно знающий, что такое хорошо, а что такое плохо. Добродушные люди, не обладающие способностью критически мыслить, точно так же отказываются брать ответственность за нравственный выбор, перекладывая его на плечи вековой морали, религиозных догматов, ярких политических восклицаний, в конце концов, маминых «можно» и «нельзя», передающих привет из далёкого детства.

Подлинная нравственность обладает интеллектуальной природой, позволяющей отделять то, что действительно этично, от того, что просто социально одобряемо.

Нравственный выбор не тождественен удовлетворённому спокойствию — это постоянный дискомфорт, вечный вопрос, висящий дамокловым мечом.

Moral Sense Test, разработанный американским эволюционным биологом Марком Хаузером, предлагает задуматься над несколькими морально-этическими задачами. Эти задачи не нуждаются в ответах: достаточно присвоить им градацию от «приемлемо» до «недопустимо». Вопрос у каждой один и тот же — «следует ли это делать»:

- Вы работаете официантом. Во время смены вы случайно услышали, как один из посетителей, инфицированный ВИЧ, говорит, что у него есть всего 48 часов, прежде чем он отправится за решётку. За это время он собирается заразить как можно больше людей. Вы знаете его достаточно хорошо, чтобы понять, что он точно исполнит задуманное. Также вы знаете, что у него сильная аллергия на мак: если он съест хотя бы зёрнышко, у него случится припадок и его госпитализируют как минимум на два дня.

- Вы, ваш муж и четверо детей, возвращаясь из похода, решаете остановиться на ночлег. Вы разбиваете лагерь и, как выяснится в дальнейшем, прямиком на кладбище местного племени. Лидер племени говорит, что, согласно обычаям, ваша семья в наказание должна быть убита. Однако этого можно избежать, если вы убьёте своего старшего сына.

- Вы — лидер экспедиции, застрявшей в пустыне. Среди участников — семья из шести человек, страдающая генетически обусловленным авитаминозом. В почках человека содержится большое количество необходимого витамина, поэтому единственный способ избавить людей от смерти — изъять почку у здорового участника экспедиции. Этот человек, естественно, не поддерживает ваших намерений, однако у вас есть возможность их исполнить.

Интересно, что большинство людей, решающих эти задачи, отвечают, что пожертвовать одним человеком ради нескольких вполне приемлемо: так оправдывает убийство утилитаризм, допускающий этичность одной смерти в том случае, если она спасёт несколько жизней. Но иногда во время теста включается иной механизм — отрицательная эмоциональная реакция, говорящая о нежелании решать нерешаемые проблемы: убивать неприемлемо в любом случае.

Правильно ли участвовать в свержении тоталитарного режима чужого государства? Этично ли оказывать материальную помощь смертельно больным людям, продлевая их пытки, в то время как другому больному тех же денег хватит на операцию, которая действительно его спасёт? Можно ли следовать своим интересам, не нарушая интересы окружающих?

И существуют ещё тонны и океаны сложных вопросов, с которыми нам приходится сталкиваться ежедневно. Грубая сила и абстрактная доброта — плохие помощники в решении этих проблем, чего не скажешь о сильном критическом мышлении.


Источник https://newtonew.com/science....-vybora
Прикрепления: 2007216.jpg(143.4 Kb) · 9322396.jpg(66.7 Kb)
 
СфинксДата: Пятница, 05.10.2018, 15:42 | Сообщение # 38
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline
Прикрепления: 6936312.jpg(24.9 Kb)
 
СфинксДата: Пятница, 05.10.2018, 20:50 | Сообщение # 39
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline


Действие фильма разворачивается в конце 1940-х годов. После окончательной победы академика Лысенко на Августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 года в стане ученых-генетиков, селекционеров и агрономов происходит раскол. Большинство из них выбирают более выгодную и безопасную позицию, связанную с так называемой линии партии в биологической науке, в результате чего им приходится поступаться научной истиной, роняя авторитет учёного. Меньшая их часть встаёт на гораздо более трудный и опасный путь: отвергает насаждаемую сверху «лысенковщину» и продолжает тайно работать, руководствуясь исключительно здравым смыслом и представлением о том, что есть истина. Каждому учёному придётся сделать выбор между честным служением науке и предательством. Герою фильма, выбравшему высокое служение, лишь чудом удаётся уберечься от расправы, но горькие потери будут сопровождать его всю жизнь...

Главная идея фильма в том, что нужно оставаться Человеком, Личностью в любой жизненной ситуации, несмотря ни на что.

Первая серия фильма https://www.youtube.com/watch?v=71bP5Z4NVyo
 
СфинксДата: Суббота, 06.10.2018, 14:25 | Сообщение # 40
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1640
Статус: Offline


Думала ли она, что спустя сто лет эти слова будут так же актуальны?

Панина Софья Владимировна - последняя представительница графской ветви рода Паниных, известна своими благотворительными начинаниями и участием в либеральном движении. Арестована 28 ноября 1917 года как одна из руководителей партии кадетов. Панина отказалась передать большевикам денежные средства министерства народного просвещения — они были помещены ею в иностранный банк и могли быть выданы только "законному режиму". Ревтрибунал, учитывая её заслуги перед освободительным движением и её человеческие достоинства, ограничился вынесением общественного порицания, обязав внести в кассу Наркомпроса изъятую ранее сумму. С 1920 года в эмиграции — в Чехословакии, затем, после фашистской оккупации — в США.
Прикрепления: 7180766.jpg(78.7 Kb)
 
Форум » КУЛЬТУРА и ИСКУССТВО » КУЛЬТУРА и ОБЩЕСТВО » КУЛЬТУРА И НРАВСТВЕННОСТЬ
  • Страница 4 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES