Суббота, 25.11.2017, 03:04

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
Страница 24 из 25«1222232425»
Форум » ОБЩИНА КРЫЛЬЯ ДУХА » ИНФОРМАЦИОННЫЙ СТЕНД » ОБЩЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ РЕРИХОВ (Хроника битвы за право на существование)
ОБЩЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ РЕРИХОВ
МилаДата: Суббота, 28.10.2017, 00:22 | Сообщение # 231
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
25 октября 2017 года комиссия Международного Центра Рерихов (МЦР) пришла в усадьбу Лопухиных для того, чтобы получить чаши для пожертвований, которые до захвата усадьбы Музеем Востока с участием Министерства культуры находились в главном здании.

Юрист Музея Востока Юрий Избачков «в воспитательных целях» организовал выдачу денежных средств, находившихся в трех чашах, не в помещении, а прямо на улице при температуре ноль градусов. Причем, он потребовал пересчитать все купюры, хотя никакой необходимости в этом не было ввиду сохранности пломб.

В ответ на разумные предложения членов комиссии МЦР Избачков не только пришел в состояние сильного возбуждения, но и ударил адвоката МЦР М.Сухареву. Чаши с пожертвованиями были переданы комиссии МЦР только после приезда наряда полиции и появления Т.Мкртычева.

Неоднократные случаи безобразного поведения Ю.Избачкова вызывают сомнения по поводу возможности его работы в государственных учреждениях культуры.

Предлагаем вам познакомиться с мнениями членов комиссии МЦР по поводу этого инцидента.


Видеотрансляция:
https://vid.me/m7yvy

И вот с ЭТИМ у кого-то еще есть желание "сотрудничать"??? Каковы же моральные и этические принципы у этих желающих?


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Понедельник, 30.10.2017, 00:46 | Сообщение # 232
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
29.10.2017
Д. Ревякин

Воспитательный процесс


Это уже не первый адвокат,
которого мне приходится вот так…
Кто очень выдрепенистый,
кто, как та ворона, крылышками мне машет…


Ю.С.Избачков




После силового захвата усадьбы Лопухиных, где четверть века располагался Международный Центр Рерихов и созданный усилиями общественности народный рериховский музейон, сотрудники Центра-Музея оказались выброшены на улицу, а имущество организации стало предметом вожделения и различных манипуляций с далеко идущими последствиями. Речь идет в первую очередь о богатейшем наследии семьи Рерихов, на которое ни Министерство культуры, ни уж тем более Государственный музей Востока не имеют ни одного юридического документа. Это не помешало чиновникам во главе со скандально известным министром культуры В.Р.Мединским продавить через Верховный суд отмену ранее вступившего в законную силу судебного решения о признании прав МОО «Международный Центр Рерихов» на наследие С.Н.Рериха, которым организация владеет все эти годы, а затем, отняв усадьбу Лопухиных, фактически разрушить любимый всеми музейон в центре столицы. Многие музейщики и деятели культуры до сих пор находятся в шоке и замешательстве от произошедшего, но, как уж повелось в последнее время, «героически» молчат. Ведь подняв свой голос в защиту самого крупного в стране общественного Музея, они сами могут попасть в такую же немилость.

Итак, наследие захвачено, ненавистный Музей демонтирован, а министр с трибуны Госдумы отчитался перед парламентариями в торжестве закона и справедливости и возврате государству рериховского наследия на сумму в пятнадцать миллиардов рублей, отнятого у некой чуть ли не криминальной частной конторы?! И все ведущие отечественные каналы вслед за министром также отрапортовали громким «ура». Но рериховская культурная общественность, создававшая вместе с коллективом МЦР под руководством Л.В.Шапошниковой этот уникальный музейный центр, никак не унимается. Она давно разучилась верить сладким речам нынешнего министра культуры о «светлом будущем» рериховского наследия под эгидой государства. Ибо это «светлое будущее» строится на костях самого большого в стране общественного Музея. Так вот, все шесть месяцев, как закрыт Музей, общественность следит за драматической ситуацией вокруг усадьбы Лопухиных. Люди из разных уголков страны все это время дежурят у ее ограды и фиксируют все, что происходит в этом старинном особняке. Это кого-то беспокоит, а кого-то сильно нервирует.



Еще несколько лет назад на борьбу с Международным Центром Рерихов и поддерживающей его общественностью, по настоянию советника министра культуры К.Е.Рыбака, из провинции и был выписан бывший следователь по уголовным делам, а ныне юрисконсульт Музея Востока – Юрий Избачков. Если сравнивать этот персонаж со средневековой историей, то я бы без больших раздумий вспомнил Пьера Кошона, «прославившегося» тем, что отправил на костер свою соотечественницу, героиню средневековой Франции Жанну д’Арк. Не вдаваясь в подробности, напомню, что сей представитель католической церкви по заданию англичан, которым Жанна нанесла сокрушительное поражение, обосновал на судебном процессе в Париже якобы имевшую место связь подвижницы с дьяволом. По прошествии нескольких столетий католическая церковь признала Орлеанскую деву святой.

Пьер Кошон мастерски владел всеми идеологическими приемами средневековой инквизиции. Эти приемы по прошествии столетий ничуть не устарели, но стали даже более изощренными, ибо потребность в самых различных крупных инквизиторах и инквизиторах помельче не утратила в наше время своей актуальности. А спрос, как известно, рождает предложение. Главная задача современных инквизиторов все та же – найти или, на худой конец, придумать связь жертвы с диаволом и отправить ее на костер. В случае с МЦР это значит – накопать фактологию для ликвидации организации, через подведение ее под определение «религиозная секта». Этим как раз сейчас и занимается определенный круг лиц в нынешнем Министерстве культуры. Но кто-то должен сделать грязную работу, найти или придумать нужные «факты», расставить нужные «акценты». Вот для такой работы и подходит современный последователь Пьера Кошона Юрий Избачков.

Активно копаясь в документах МЦР и личных вещах его сотрудников, захваченных в ходе рейдерского налета на организацию в конце апреля сего года, господин Избачков мысленно шьет, говоря на уголовном жаргоне, мнимые дела тем, кто остался верен долгу и чести, для кого воля последнего из Рерихов стала нравственным Рубиконом. Причем заказчикам, нанявшим этого субъекта по договору найма, совершенно не беспокоит его крайне низкий уровень культуры, ибо сей специалист по уголовному праву ведет себя с сотрудниками МЦР и общественностью так, словно перед ним матерые зеки, пришедшие на очередной допрос. По-видимому, цель оправдывает средства. Ничего не понимая в проблемах рериховского наследия и не имея соответствующей подготовки, юрисконсульт роется в захваченных архивных материалах семьи Рерихов, а также личных дневниках ученого-индолога Л.В.Шапошниковой, вынося затем свои невежественные суждения на всеобщее обозрение. Стоит сказать и о совершенно недопустимых оскорблениях, в том числе с использованием нецензурной лексики, допускаемых Ю.Избачковым в адрес представителей МЦР, взаимодействующих с ним по вопросам возврата имущества организации. Считая себя истинным христианином, он мнит себя чуть ли не идейным лидером нового крестового похода против так называемых «еретиков» в лице тех, кто не разделяет сейчас разрушение общественного Музея Н.К.Рериха и защищает МЦР. Для пущей убедительности сей специалист даже открыл на ЮТУБе собственный канал. С целью получения сочного кадра новоиспеченная звезда ЮТУба готова даже идти на риск, усиленно провоцируя под видеокамеру ГМВ своих оппонентов. Но 25 октября что-то пошло не так.



В этот день на территории усадьбы Лопухиных произошел очередной скандал, явно вине самого Избачкова, позволившего рукоприкладство по отношению к адвокату МЦР М.В.Сухаревой во время работы комиссии МЦР по приему чаш для пожертвований, которые с конца апреля сего года удерживаются Музеем Востока. Поднять руку на адвоката, тем более на женщину, это что-то запредельное для моего понимания. Но, к сожалению, в случае с Ю.Избачковым, как говорится, «и невозможное возможно». Желая унизить представителей Центра, по собственному признанию Избачкова в так называемых «воспитательных целях, чтобы мозги на место встали», он принял решение выдавать все денежные средства, находившиеся в трех чашах для пожертвований, на улице перед парадным портиком главного усадебного дома при температуре около нуля градусов Цельсия. При этом «воспитатель» заранее не предупредил МЦР о том, что его представители, двое из которых были женщины, должны несколько часов мерзнуть на холоде, пересчитывая на пронизывающем ветру покупюрно (!) денежные средства в размере нескольких десятков тысяч рублей! Естественно, адвокат МЦР, убедившись в целостности пломб на чашах, предложила Ю.Избачкову вполне разумный вариант – принять по акту все опломбированные чаши без вскрытия. Необходимо заметить, что МЦР не является подотчетной ГМВ организацией и требование Ю.Избачкова о пересчете опечатанных чаш было выдвинуто совершенно абсурдно.

Такой разворот событий явно не входил в планы звезды ЮТУБа, который не только не согласился на вполне разумное предложение адвоката, но, более того, всеми своими действиями начал под камеру провоцировать представителей МЦР на конфликт, категорически отказался подписывать акт о передаче имущества МЦР и потребовал от нас некую расписку, подписанную представителями МЦР в одностороннем порядке. Видя осложнение ситуации, я предложил ему вызвать директора госмузея Рерихов Т.К.Мкртычева, на что Избачков ответил, что последнему он не подчиняется. Его начальник – директор ГМВ Седов. Короче говоря, стало ясно, что добром дело не кончится, поскольку ни на одно разумное предложение комиссии адекватной реакции со стороны Избачкова не последовало. В итоге, поднеся практически вплотную к лицу адвоката свой личный фотоаппарат, он не отреагировал на замечание М.В.Сухаревой и после того, как она отодвинула фотоаппарат самостоятельно, сильно ударил женщину кулаком в плечо. В дальнейшем нам удалось успокоить разбушевавшегося и явно неадекватного представителя ГМВ, но адвокат М.В.Сухарева все же вызвала полицию. В итоге чаши были получены с разрешения Т.К.Мкртычева уже после приезда наряда полиции и участкового, а Ю.Избачков и заместитель Т.К.Мкртычева уехали в ОМВД Хамовники для дачи объяснений. Причем места в патрульной машине для потерпевшей не нашлось, и Марина Владимировна добиралась в полицию, а затем и травмпункт на общественном транспорте. Видеозапись, которая велась сотрудником ЧОПА ГМВ, зафиксировавшая рукоприкладство Ю.Избачкова, была изъята участковым. Будем надеяться, что она не испортится и не затеряется случайно, как это обычно бывает в подобных случаях. Именно поэтому главным требованием Ю.Избачкова к МЦР был запрет на видеофиксацию работы комиссии, дабы у представителей Центра не было документального свидетельства его безобразного поведения. Полагаю, что после произошедшего инцидента руководство ГМВ сделает соответствующие выводы о неспособности Избачкова выполнять свои должностные обязанности и вести нормальный рабочий диалог с оппонентами. Государственное учреждение – не место для сведения личных счетов, а функции новоявленного сектоведа и экзорциста явно не входят в круг должностных обязанностей Ю.Избачкова.

Привлечение к службе людей, подобных Ю.Избачкову, свидетельствуют о глубоком кризисе, возникшем в среде государственной культуры, куда при последнем министре, словно мутным потоком, хлынули случайные и сомнительные личности. Выводы из этой истории очевидны – таким, как Ю.Избачков, вообще не место в музейном учреждении, имеющем отношение к отечественной культуре.


Источник: http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5612
Прикрепления: 2159402.jpg(54Kb) · 7064355.jpg(15Kb) · 2364715.jpg(21Kb)


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Четверг, 09.11.2017, 00:16 | Сообщение # 233
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
Кража на миллиард долларов: как разворовали наследство
гениального художника Рериха // Московский Комсомолец


08 Ноя 2017

Главный подозреваемый в присвоении шедевров великого мастера — российское государство.

«Последняя война среди людей будет войной за истину» — эти слова великого русского художника, философа-мыслителя Николая Рериха оказались пророческими. Но мог ли он сам предположить, какая битва развернется за его наследие? Что ответил бы искатель Шамбалы, проповедник всеобщей любви и милосердия, если бы узнал о бесконечных судебных процессах, где фигурирует его имя?!

На днях Арбитражный суд Московского округа подтвердил законность выселения из усадьбы в центре Москвы Международного центра и общественного музея Н.Рериха. Дело не только в здании, а во всей коллекции Рерихов, которая оценивается в миллиард (!) долларов и которую общественный музей потерял. Деятели культуры и искусства тихо промолчали, потому что ситуация слишком скользкая, и не ровен час каждого, кто вступится, объявят врагом государства. Общественников, которые картины берегли и собирали, в последнее время кем только не называли — экстремистами, членами мафии, иностранными агентами. Часть картин арестовали с формулировкой «добыто преступным путем», привязав к делу Мастер-банка и его главе Борису Булочнику (тот в розыске).

Парадокс в том, что государство, «отжавшее» одну часть коллекции у общественников, позволило вторую разворовывать, раздаривать, безрассудно распродавать и чиновникам, и проходимцам, выдавшим себя за родственников Рериха.

Как картины оказались у Бориса Немцова? Как, числясь в розыске, они попали в руки к олигархам-нефтяникам? Почему среди украденных работ были… фальшивки? Какую рериховскую тайну скрывает сбежавший Булочник? Зачем коллекция понадобилась заместителю министра культуры Аристархову?

Вся история наследия Рерихов — в расследовании «МК».



Вето Сталина

Повествование этой истории — загадочной, трагической и криминальной одновременно — нужно начинать с событий середины 30 х годов, иначе просто не понять взаимоотношения Рерихов и государства (сначала советского, потом российского).

В первый раз Николай Рерих обратился к советской власти с просьбой вернуться на родину в 1939 м (он тогда жил с семьей в Индии). Отправил письмо наркому иностранных дел Максиму Литвинову: «Я и члены моей семьи стремимся теперь же принести свои познания и творчество в пределы Родины». Николай Рерих писал о том, что хочет принести в дар государству свои картины. Резолюция Сталина: «Не отвечать!» (подлинник хранится в архиве МИДа). И никто Рериху не ответил.

Государство отвергло и его, и его творчество.

Второй раз Николай Рерих написал письмо сразу после окончания Великой Отечественной войны. Рерихи тогда очень надеялись, что им разрешат вернуться. Так свято верили, что упаковали все свои вещи, книги, научные труды. Но не дождались…

Николай Рерих умер. Вскоре скончалась и жена. Елена Рерих перед уходом из жизни разделила наследие между двумя сыновьями: старшим — ученым, востоковедом, лингвистом (он потом в России восстановил разрушенную Сталиным школу востоковедения) Юрием, и младшим — художником, ученым, общественным деятелем Святославом. Всего месяц она не дожила до встречи старшего сына с Никитой Хрущевым во время визита советского лидера в Индию в 1955 году. Юрий Рерих пообщался с ним, высказал желание вернуться на родину и организовать выставку работ отца. Хрущев поддержал.

Первую часть коллекции Юрий Николаевич отправил из Бомбея в СССР в 1957 году.

— О, что это были за сокровища! — говорит директор «Реестра культурный ценностей» Владимир Рощин. — Сотни картин, в том числе на тканях (тибетские танки), редкие древние книги, археологические находки. Юрий Рерих надеялся, что все это будет народным достоянием, что это будет видеть простой народ. Сам он тоже переехал в СССР, получил гражданство и даже четырехкомнатную квартиру в новом доме на Ленинском проспекте (плюс машину «Волга» и дачу).

Забегая вперед, скажу, что эту часть коллекции постигла печальная и во многом позорная участь. Другая половина наследия осталась у Святослава. Он ждал подходящего момента передать это людям, но не повторить при этом ошибки брата.


Мать Чингис хана, 1933


Первая часть коллекции: пропажи из запасников

Итак, наследие, которое досталась Юрию Рериху, попало в СССР. Здесь он его разделил на две составляющие. Небольшую, самую любимую и значимую для себя, оставил в квартире на Ленинском, которая должна была получить статус мемориальной. Предполагалось, что сюда будут приходить исследователи творчества Рерихов.

Вторую часть — 432 картины — Юрий передал в Государственный музейный фонд СССР.

— Сохранилась переписка между братьями, — рассказывает зав. кафедрой журфака МГУ, член Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека Иван Засурский. — Из нее следует, что Минкульт обещал Юрию создать музей имени Рериха, и именно с этой целью тот передал коллекцию. Но музей не был создан. А коллекцию просто раздали по другим учреждениям. Самое трагичное, что картины в основном лежат в запасниках. Например, большая коллекция работ Рериха находится в Русском музее — там более 300 полотен, но в постоянной экспозиции всего два-три. Расскажу историю: как-то Борис Немцов, будучи губернатором Нижегородской области, подарил Ростроповичу картину из запасников Нижегородского музея. При всей любви к Немцову возникает вопрос: если он подарил одну картину из запасников, то сколько картин раздарили другие губернаторы, музейщики и чиновники? Страшно представить. Лежат в запасниках? Уверен, что не все. Возможно, это объясняет весь тот кошмар, что творится вокруг наследия в последние три года.

Но вернемся к ходу повествования.

В московской квартире Юрия Рериха было 187 живописных произведений, личная библиотека, куда входили книги Е.П.Блаватской, Н.К.Рериха, Е.И.Рерих, редкие научные справочные издания по востоковедению, а также литература, связанная с рериховским движением, философией и религией Востока. Но и это не все.

Перечень вещей из справки исследователя Дмитрия Ревякина:

«Реликвии семьи Рерихов. Статуя Будды Майтрейи из Сиама, плат преподобного Сергия Радонежского работы Т.Н.Родзянко (1931г.), часть праха Н.К.Рериха, привезенного и хранимого Ю.Н.Рерихом.

Архивные документы Центральноазиатской и Манчжурской экспедиций. О первоначальном составе архива практически ничего не известно.

Архив Н.К.Рериха. Включает 572 оригинала машинописных страниц «Листов дневника» и отдельных документов личной переписки художника.

Коллекция тибетской живописи. 44 танки.

Коллекция предметов религиозного культа (статуэтки буддийских и индуистских божеств, дарохранительницы, ритуальные предметы богослужений и др.).

Коллекция декоративно-прикладного искусства Востока (блюда, чаши, вазы, резьба по дереву и кости и др.)

Коллекция археологических находок Н.К.Рериха и Ю.Н.Рериха из раскопок, проводимых в Центральной Азии (Внутренняя Монголия, Тибет, Западные Гималаи). Сотни экспонатов.

Кресло Н.К.Рериха с бараньими головами и два стула.

Личные вещи Рерихов. Одежда Е.И.Рерих, Н.К.Рериха и Ю.Н.Рериха, предметы обихода (настольная лампа Е.И.Рерих, походный бинокль Ю.Н.Рериха, экспедиционные фляги для воды, спальные мешки и другие экспонаты).

Юрий Рерих жил не один. Вместе с ним из Индии приехали Людмила и Ираида Богдановы, которые в совсем юном возрасте прибились к Центральноазиатской экспедиции Николая Рериха (она проходила 1924–1928 годах), а потом остались в семье Рерихов в качестве помощниц по хозяйству. Помогали они Юрию Рериху и в Москве (на момент переезда Людмиле было 54, Ираиде 43). Исследователь жизни и творчества Рерихов Павел Богданов писал, что Рерихи к сестрам Богдановым относились как к прислуге, ставшей «своей», но не более. Ни о каком родстве и речи быть не могло. Об этом же свидетельствуют друзья и знакомые Рерихов. Запомните этот нюанс.

Сам Юрий Николаевич (к тому времени он был зав. сектором философии и религии Института востоковедения РАН) скончался при довольно странных обстоятельствах. Его смерть даже связывали со спецслужбами… Вроде как те всегда питали огромный интерес с тем мистическим находкам, что сделали Рерихи во время экспедиций, и не хотели, чтобы сведения об этом попали за рубеж.

— Две сестры Богдановы были признаны нетрудоспособными иждивенцами, — рассказывает экс-следователь Главного следственного комитета МВД, который занимался антикварными делами (свою фамилию он просил не называть). — Постановлением Совета министров СССР за ними закрепляется не только квартира, машина, но и авторское право. Возникло противоречие — наследником ведь был брат Святослав как единственный родственник. Он написал письмо в Минкульт, в котором возражал, чтобы работы Рериха оставались в руках Богдановых. Насколько мне известно, это письмо министр культуры Фурцева лично спрятала в архив, где оно и пролежало позабытым-позаброшенным.


Квартира Ю.Н. Рериха


Мистификатор Васильчик

Неожиданно в 1970 году в доме Богдановых появляется человек, который называет себя воплощением Николая Рериха на земле, некто Виктор Васильчик. Я разыскала людей, которые его знали. Одни говорят — сумасшедший, другие — проходимец, третьи — агент КГБ.

Тем не менее абсолютно чужой для Рерихов человек стал хозяйничать в квартире на Ленинском. Попасть отныне сюда могли только «избранные», которых он «тестировал». Именно он повлиял на решение Ираиды Богдановой запретить выход «Листов дневника Н.Рериха» и не дать картины на одну из выставок (а ведь Николай Рерих мечтал только об одном: чтобы его работы были доступны всем!). Очарованная-околдованная Васильчиком, Ираида во всем следует его советам. Она стала называть себя приемной дочерью Рерихов, подписываться «Богданова-Рерих». На выставках стали появляться работы Рерихов с пометками «Из собрания И.Богдановой». Это же указание на принадлежность публиковалось в каталогах… Но главное — Васильчик и Ираида начинают распродавать коллекцию.

Святослав Рерих был возмущен, потрясен! Он написал в 1974 году из Индии письмо министру культуры СССР Демичеву. В нем он полностью разоблачает Ираиду, отплатившую семье, которая дала приют ей и ее сестре, черной неблагодарностью.

Рерих-младший просил министра культуры спасти наследие от разграбления, предлагал срочно взять на учет все, что осталось в квартире, сделать из нее мемориальный музей. Он настаивал, чтобы общественной группе русских рериховцев поручили контроль над частью наследства, которая была у брата Юрия.

Сделали ли что-то советские власти? Нет. Никто пальцем не пошевелил, чтобы спасти коллекцию.

А Васильчик женился на Ираиде в 1980 году, хотя она была старше его почти на 30 лет (ей было 66, ему 38). Вместе они потихоньку распродавали коллекцию…

Прикрепления: 9628354.jpg(284Kb) · 8469108.jpg(460Kb) · 1592317.jpg(528Kb)


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Четверг, 09.11.2017, 00:16 | Сообщение # 234
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline


Священные Гималаи, 1934


Передо мной только один документ — согласно ему Васильчик от своего имени заключает договор о продаже нескольких работ президенту «Роснефтегазстроя» Ивану Мазуру.

Что творилось в это время в квартире? Вот что рассказывает помощница по хозяйству Людмила Подледникова (Ираида и Васильчик наняли прислугу — видимо, на деньги от продажи картин): «Кладовки для вещей. Здесь хранятся спальные мешки Центральноазиатской экспедиции (на них спят, раскладывая на полу, те, кто остается ночевать в этой квартире). Комната И.М.Богдановой всегда закрыта на ключ. Кровать Л.М.Богдановой вся завалена сверху и под кроватью архивными документами и завешена тканью».

— Эксперты обращались к начальнику Управления по сохранению культурных ценностей Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия Виктору Петракову, — рассказывает директор Реестра культурных ценностей Владимир Рощин. — Тот написал в прокуратуру. Но как только Васильчика и Богданову хотели отстранить от наследства, вмешивались люди из Минкульта. Преподносили это так: коллекция на Ленинском частная, и ее владелец волен с нею поступать, как сочтет нужным. Оно, может, и так, но кто должен быть законным владельцем? Это Святослав Рерих.

— В 2004 году было возбуждено уголовное дело по факту смерти Ираиды Богдановой, — говорит бывший следователь МВД. — Была версия, что Васильчик уморил ее голодом, не вызывал врачей. Но следствие не нашло подтверждения этому. А в 2008 году было совершено разбойное нападение на самого Васильчика в квартире на Ленинском проспекте. Занималось этим делом то же следственное подразделение, которое расследовало смерть Богдановой. Я общался с сотрудниками, которые выезжали на место происшествия. Они отмечали, что вряд ли это была инсценировка — его сильно избили, пристегнули к батарее. Их вообще удивило то, что так сильно его побили, как будто была у преступников еще и личная неприязнь.



Похищают в числе прочего четыре большие работы, каждая стоимостью 3–5 миллионов долларов. Скатали в рулоны и вынесли через окно. «Сергий Строитель», «Бум Эрдени» (монгольский эпос), «Весть Шамбалы» (второе название «Стрела-письмо») и «Тень учителя». Эти работы попали в разыскные базы Интерпола. Преступник не установлен до сих пор, но некоторые картины нашлись.

— Среди них «Весть Шамбалы» 1946 года, которую вскоре полиция изъяла у малоизвестного реставратора, — рассказывает Владимир Рощин. — 9 сентября 2010 года правоохранительные органы торжественно передали ее Росохранкультуре на экспертизу. Замруководителя этого ведомства Виктор Петраков написал письмо главе ГУВД Москвы, где просил не возвращать ее Васильчику, «право собственности которого на нее вызывает сомнение».

— В 2011 году ко мне пришли некие люди со словами, что готовы продать две работы: «Тень учителя» и «Труды преподобного», — продолжает экс-следователь. — Я объяснил, что продать их нельзя, их необходимо вернуть официально. Они заявили: «Человек, к которому они попали, хочет получить за них хотя бы вознаграждение». Но по закону это невозможно. Это ведь не находка, а похищенные ценности.

Еще через год ко мне обратился крупный коллекционер и нефтяник: по его словам, он еще в 2003 году купил у Васильчика «Бум Эрдени». Она висит в кабинете, ее видели многие люди, в том числе видные государственные деятели. И как тогда могло получиться так, что ее похитили в 2008 м? Оказалось, украдена была фальшивка. Один арт-дилер по просьбе Васильчика на холсте методом принта сделал точную копию этой картины за 100 тысяч рублей. Мы нашли изъятые с места преступления обрезки холста и сравнили с оригинальной вещью. Оказалось, что подлинная работа никогда не снималась с подрамника и не реставрировалась. Нашлись документы о продаже подлинника. Картина в итоге была удалена из базы разыскиваемых.

Чем все закончилось? Прошло немного времени, и сам Васильчик был найден в квартире мертвым. Когда пришли в квартиру, то обнаружили, что оттуда все исчезло. Занавес.

Вторая часть коллекции: муки Святослава

В 70-е годы Минкульт СССР обратился к Святославу Рериху с вопросом, не будет ли он против, если его часть коллекции (в тот момент она с бешеным успехом выставлялась в Болгарии) объедет музеи городов Советского Союза. Святослав согласился.

— В 7 часов утра 27 октября 1978 года чартерный рейс доставил из Болгарии в СССР 288 картин, среди них были работы авторства как Николая, так и Святослава Рерихов, — говорит вице-президент Центра Рерихов, полковник в отставке Александр Стеценко. Картины путешествовали по всему Союзу: Одесса, Львов, Таллин… А потом коллекцию передали в Государственный музей Востока, где она оказалась похоронена в запасниках и там начала… таять. Количество работ уменьшилось на 6 картин. Более того, там с ними произошли волшебные метаморфозы. Менялись названия, год написания и размеры. Так, картина, названная Николаем Рерихом «Тибет», в музее превратилась в картину под названием «Монастырь Брамапутра», а затем эта же картина стала называться «Гималаи». И если сначала она датировалась 1937 годом, то потом — 1939. Я даже составил таблицу (сравнил список и описание картин, которые были у владельца коллекции Святослава Рериха, с перечнем, который появился в Музее Востока). Вот, посмотрите! Картины «усыхают» — уменьшаются в размерах до 111 см! На протяжении двадцатилетнего пребывания в ГМВ они не только менялись в размерах, но и меняли свою фактуру, материал, краски. Вот пара примеров: полотно было на холсте — стало на картоне; а это писалось темперой — а оказалось маслом. Жуть!

Святослав писал и писал письма министрам культуры, которые сменяли друг друга. Напомним, что параллельно с коллекцией брата, которая была на Ленинском проспекте, происходили странные и страшные вещи… Так что Святослав твердо решил: свою часть наследия отдаст только общественному музею. Об этом он и сказал на встрече с Михаилом Горбачевым. Тот согласился. Тогда в июне 1989 года в газете «Советская культура» Святослав опубликовал статью «Медлить нельзя!» — там была концепция автономного музея, вне подчинения Министерству культуры и Государственному музею Востока. Вторым условием Рериха было размещение общественного центра-музея в усадьбе Лопухиных, которую он выбрал из ряда предложенных московским правительством зданий. Вышло постановление Совета министров СССР о создании Советского фонда Рерихов и Центра-музея имени Н.К.Рериха.

19 марта 1990 г. Святослав Рерих подписывает в Бангалоре документ, который в последующем будет признан его завещанием. В нем Рерих обязал Государственный музей Востока передать Советскому фонду Рерихов принадлежащие ему 288 полотен. Фонд Рерихов, разумеется, стал их требовать. Одно письмо в Минкульт, другое, третье, пятое… — нет ответа. И тут распался Советский Союз. Советский фонд Рериха был преобразован в Международный центр, и за это зацепился Минкульт. Он решил не признавать МЦР правопреемником Советского фонда Рерихов.

«Усадьба рядом с Кремлем — лакомый кусок»

Но собственником был и оставался Святослав. Он сам обращался во все инстанции.

Из письма Святослава Рериха мэру Москвы Юрию Лужкову от 26 апреля 1992 года: «В 1990 году я передал наследие моих родителей Международному центру Рерихов (бывшему Советскому фонду Рерихов). Я просил бы лично Вас оказать помощь в передаче усадьбы Лопухиных на баланс или в долгосрочную аренду Международному центру».

А это выдержки из обращения С.Н.Рериха к рериховским обществам России и других независимых государств: «МЦР создан по моей инициативе, стал той организацией, через которую я могу сотрудничать с рериховскими обществами. Людмила Шапошникова строго выполняет мои инструкции по хранению и использованию архива моих родителей. Любые другие предложения для меня как наследника и дарителя являются неприменимыми».

После этого письма никаких сомнений по поводу воли Святослава Рериха быть не могло. Был еще документ, заверенный у индийского нотариуса, на основании которого Святослав Рерих как единственный собственник переданного России наследия окончательно признал права МЦР на коллекцию. Было и письмо к Борису Ельцину (хранится в архиве Президента РФ), где Рерих просил официально передать коллекцию из Музея Востока в общественный музей. По этому поводу готовится проект постановления, но… Святослав умирает. Коллекцию в итоге не передали.

— Думаю, что передавать особо было нечего: она разграблена, — говорит Александр Стеценко. — Но по крайней мере нам в ту пору не мешали работать. Мы вели обширную культурную программу. Передвижные выставки, международные конференции — короче говоря, МЦР в течение более чем 25 лет ведет обширную и насыщенную культурную деятельность.

Возглавляла его Людмила Шапошникова, которая за сохранение наследия Рерихов и развитие музееведения указами Президента РФ была награждена орденом Дружбы и орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени. Президентом был известный дипломат Юрий Воронцов, попечителем — Евгений Примаков. Так что никто МЦР и музей не трогал. Его руководители нашли общий язык с Минкультом.

— А потом умерла Людмила Васильевна, ушли из жизни Примаков, Воронцов — и начались все наши беды, — продолжает Стеценко. — В Минкульт пришли Мединский и Аристархов, которые возглавили «крестовый поход» против нас, всплыл пасквиль диакона Кураева «Сатанизм для интеллигенции»… Мединский в 2013 году в своем письме Путину потребовал «защитить» коллекцию картин, якобы принадлежащую государству. С этой целью даже представил МЦР как некую организацию, учрежденную иностранными лицами (это он Святослава Рериха, который имел гражданство Индии и там жил, наверное, имел в виду?!). При этом в своем письме Президенту России он ни слова не сказал об истинных распоряжениях Святослава Рериха в отношении дальнейшей судьбы безвозмездно переданного им в Россию наследия. В итоге Путин поставил резолюцию «Коновалову и Лаврову: прошу обеспечить интересы государства». Документ дал зеленый свет на наше уничтожение. А представители Минкульта не стеснялись размахивать письмом с резолюцией Путина в суде — к нам в руки оно попало как раз из судебного дела. Удивительно ли, что суды поддержали позицию Минкульта и решили выселить МЦР на улицу?

Заместитель министра культуры Аристархов в 2015 году пытался заставить Генпрокуратуру отобрать у нас наследие. Но надзорный орган не нашел причин. Тогда чиновник начал отправлять телеграммы и письма во все надзорные и контрольные органы.

Из письма Аристархова в МВД России: «Направляем обращение о разрушительной и антикультурной деятельности МЦР. Обращаем внимание, что… у МЦР отсутствует право на наследство, открывавшееся после смерти С.Н.Рериха, поскольку МЦР не является наследником, указанным в завещании Советского фонда Рерихов, и не является его правопреемником».

Читал ли Аристархов завещания и официальные письма Святослава Рериха?! Если да, то как он смог подобным образом трактовать волю наследника? Аристархов отправил телеграмму в МВД, где сообщал, что якобы в МЦР незаконно живут и работают мигранты-нелегалы с Украины. Потом появилось множество обращений от неких граждан с жалобами на МЦР.

— В одном из писем в МВД Международный центр Рериха представлен экстремистской организацией, — рассказывает Стеценко. — Наш адвокат поехал по адресу отправителя письма, а там совсем другой человек живет. Все жалобщики оказались подставными лицами. Всего в 2016 году было проведено аж 17 проверок нашего центра Минюстом, МВД, ФСБ, Ростехнадзором и т.д. Ничего не нашли. Тогда Мединский решил отобрать наше здание. Он обратился к московским властям с просьбой, чтобы усадьба перешла с баланса города на баланс Российской Федерации.

— Усадьба рядом с Кремлем — лакомый кусок, — говорит член СПЧ Иван Засурский. — А многие слышали про криминальный чиновничий бизнес: «отжимать» особняки в хорошем состоянии. Здание отбирали так, как это делали бы черные рейдеры или криминалитет: без вступивших в силу решений суда, с силовой поддержкой неких «чоповцев» без опознавательных знаков… Мне до сих пор не верится, что все это произошло. Ну и параллельно важно было отобрать коллекцию. Придумали для этого коварную схему: убедили следствие по уголовному делу Мастер-банка, что вся деятельность МЦР осуществлялась на криминальные деньги главы банка Бориса Булочника.

Булочник действительно был одним из меценатов центра на протяжении… 20 лет. И это не вызывало вопросов ни у Примакова, ни у прочих попечителей центра, потому что у него не было тогда проблем с законом.

Когда МЦР и Булочник представляли сведения в МВД о готовящемся вывозе Васильчиком остатков наследия, никто никак не прореагировал. А вот на сообщения Минкульта, что МЦР якобы собирается вывезти наследие, реакция была мгновенная. Следственная бригада все изъяла и передала в Музей Востока… без актов и прочих формальностей. Ведь речь идет о «защите интересов государства»!

— МЦР много судился с Минкультом, а тот решил взять и «грохнуть» его, — продолжает Засурский. — Чтобы все эти старые истории с пропажей картин больше вообще не выплывали. И чтобы, возможно, и дальше с полотнами стоимостью от 3 до 10 миллионов долларов могло происходить все, что захочется чиновникам. Думаю, решить спор в российских судах невозможно. А вот международная Фемида наверняка все расставит по своим местам. Если оценивать коллекцию картин по ценам аукционов, то Российской Федерации придется компенсировать сумму порядка 2,5 млрд долларов. Думаю, в международном суде у Российской Федерации нет шансов выиграть дело Рериха — особенно если учесть, что незаконно конфискованы и национализированы произведения не просто русского художника, а автора идеи охраны объектов культуры на всей планете.

Еще в 90-е в Индию к сыну великого художника-мыслителя Святославу Рериху приезжали люди из Минкульта СССР и КГБ, уговаривали передать коллекцию. Что не удалось тогда, в годы тоталитарного СССР, сделали сегодня, в эпоху демократической России. Главным защитником полотен великого художника, по идее, должно быть именно государство. Но оно не смогло уберечь наследие Рериха. А те люди, которые действуют от его имени, увы, мне напоминают Ираиду Богданову и Васильчика. Допустил бы известный на весь мир культурный просветитель, чтобы его картинами распоряжались они? Напрасны ли были его надежды сделать наследие общедоступным, частью национального достояния России?


Ева Меркачева

Источник: Московский Комсомолец. 08.11.2017
Прикрепления: 3481476.jpg(539Kb) · 6569724.jpg(233Kb)


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Четверг, 09.11.2017, 11:47 | Сообщение # 235
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
Разрушение музея Рериха: игра по-крупному


Когда я начала сопоставлять события и даты, открылась неожиданная картина. Обещаю: скучно не будет, и не только тем, кого волнует судьба наследия Рерихов.

Часть первая. Вопросы, вопросы

О судьбе наследия семьи Рерихов в России впору снимать детектив. Что есть это наследие? Часть, принадлежавшая Святославу Рериху – это более 700 картин и архив. Если руководствоваться суммами, вырученными за полотна Николая и Святослава Рерихов на крупнейших международных аукционах, то мы не будем далеки от истины, если скажем, что стоимость художественной части этого наследия составляет что-то в районе 1 миллиарда долларов. Соглашусь с теми, кто считает рериховское наследие бесценным, однако и цифра в нашем повествовании лишней не будет. Столь дорогой подарок Святослав Рерих сделал России с оговоркой, что наследие семьи должно принадлежать общественной организации и, получив гарантию от тогдашних властей, выбрал из предложенных под музей помещений историческую усадьбу Лопухиных в центре Москвы. За четверть века работы коллекция основанного им общественного музея существенно пополнилась за счет даров художников и меценатов, и сегодня Международный Центр Рерихов является владельцем более 3000 предметов искусства.

О существовании этого уникального негосударственного музея, созданного общественностью без привлечения бюджетных средств, далекие от искусства люди узнали в этом году из новостей накануне 8 марта, когда усадьба Лопухиных была блокирована ОМОНом. Под предлогом уголовного дела в отношении сотрудников «Мастер-банка» из музея были вывезены две сотни картин и рисунков. О музее и владельце банка Б.И.Булочнике целый день рассказывали по крупнейшим российским телеканалам. В общественном сознании должно было сложится представление о том, что у музея и банка были некие совместные махинации, в результате чего банк потерял лицензию, а музей вот-вот потеряет картины.

Однако уже тогда многое в этих событиях мне показалось странным. Если происходят следственные действия, то сотрудники правоохранительных органов являются в них ключевыми фигурами. Но при обыске Международного Центра Рерихов они были на вторых ролях – музейными экспонатами распоряжались работники Минкультуры и Государственного музея Востока. Именно они решали, что из общественного музея надлежит изъять. По делу «Мастер-банка» проходило 9 картин Святослава Рериха, купленных по инициативе Булочника у нью-йоркского музея Рериха, а изъято было 200 произведений искусства. На каком основании – неизвестно. Еще более странным было то, что вместе с художественными ценностями у владельца были отобраны документы о собственности на хранившиеся в усадьбе произведения искусства. Не разрешили оставить даже копии.

Протесты общественности оказались полностью блокированы. На все письма, в какое бы госучреждение они не поступали, шли стандартные ответы, словно кто-то дал команду не реагировать ни на какие обращения.

Дальше – больше. Накануне Первомая (опять, как и в марте, перед праздником) ночью замок на здании Международного Центра Рерихов был взломан вторично. На этот раз сотрудники Министерства культуры и Музея Востока пришли уже даже не с правоохранительными органами, а просто с частным охранным предприятием, и силовым методом захватили усадьбу. У захватчиков не было ни одного документа, который бы мог подтвердить законность такого действия. Когда сотрудники общественного музея обратились в полицию, та поначалу вмешалась, но вскоре отступила без вразумительного объяснения причин.

В ту предпраздничную ночь у Международного Центра Рерихов забрали абсолютно все, что было в усадьбе, включая личные вещи сотрудников. Все это происходило, повторяю, ночью, в пяти минутах ходьбы от Кремля. Понятно, если подобные действия случаются во время государственного переворота, когда наступает торжество мародерства, но вроде бы верховная власть в это время не была поколеблена.

Что еще интересно, оба раза во время силовых акций в музее побывал главный хранитель нью-йоркского музея Николая Рериха Дмитрий Попов. Если в первый раз это можно было объяснить тем, что правоохранители намеревались изъять картины, купленные для МЦР у заокеанского музея, то второе посещение усадьбы Лопухиных вышеупомянутым господином следует объяснять какими-то другими причинами.

В средствах массовой информации о событиях вокруг Международного Центра Рерихов всегда писали, как о конфликте двух сторон – общественности и Министерства культуры.

Однако в событиях весны нынешнего года помимо Минкультуры явственно проявилась некая иная сила, позволившая Владимиру Мединскому и его ближайшему окружению пойти на грубейшее нарушение закона.

Дело в том, что нынешний министр культуры явно не относится к категории тяжеловесов. По степени компетентности и влияния министров культуры разных лет Владимир Ростиславович не идет нив какое сравнение ни с известной Екатериной Фурцевой, ни с Михаилом Швыдким при всей одиозности последней фигуры. Мединский останется в истории российского чиновничества скорее в образе испуганного мальчика, ситуативно реагирующего на скандалы, в которых Минкультуры увязло по самую макушку.

Откуда же вдруг такая сила? Руководство Минкультуры вовсю рулит правоохранительными органами, проводит рейдерский захват колоссальных ценностей, сплошь и рядом нарушает закон – и все ему нипочем?

Да и зачем все эти столь шумные действия, когда овладеть усадьбой Лопухиных Минкультуры мог, как говорил герой Папанова, «без шума и пыли»? Чтобы изгнать общественный музей из арендованных им помещений, по просьбе Минкультуры усадьбу Лопухиных с невиданной для бюрократического аппарата скоростью перевели из муниципальной собственности правительства Москвы в собственность федеральную и тут же отдали в оперативное управление Музею Востока. Сразу после этой передачи Музей Востока подал судебный иск о расторжении договора аренды, на основании которого в усадьбе располагался общественный музей имени Николая Рериха. Суд первой инстанции как под копирку переписал в своем решении исковое заявление Минкультуры, а поданная Международным Центром Рерихов апелляция опять же была рассмотрена в пользу ведомства Владимира Мединского. Оба суда отказались провести экспертизу здания, на которой настаивали общественники, хотя поводом для выселения объявлялось якобы ненадлежащее содержание усадьбы Лопухиных.

Но если все уже решено заранее, зачем же тогда привлекали ОМОН и устраивали маски-шоу возле стен Кремля? Пресса, привлеченная весенними событиями, выяснила у замдиректора Музея Востока Тиграна Мкртычева, что ликвидация общественного музея – дело заведомо решенное. Решенное – кем, когда и почему? Вот главный вопрос, ответ на который выявит массу интересных подробностей.

Летом 2014 года во время рассмотрения в Мосгорсуде жалобы Государственного музея Востока на решение Хамовнического суда, признавшего МЦР наследником Святослава Рериха, в суде фигурировало письмо Минкультуры главе государства, на котором стояла резолюция президента России Владимира Путина. Значит, это его решение?

Часть вторая. Путин и кардинал Ришелье


Письмо с резолюцией Владимира Путина, которое Минкультуры обнародовало в процессе судебной тяжбы с Международным Центром Рерихов, датировано 11 ноября 2013 года. Резолюция Владимира Владимировича на этом письме поставлена 12 ноября. Не правда ли, очень оперативно? Такое впечатление, что спор за рериховское наследие входил на тот момент в топ президентских дел.

Само письмо Мединского к Путину касалось судьбы 282 картин, находящихся в Государственном Музее Востока. Они не были музею подарены или приобретены им. Они были переданы собственником – С.Н. Рерихом всего лишь на временное хранение и по письменной просьбе владельца еще в начале 90-х годов должны были быть отданы Международному Центру Рерихов, за которым С.Н.Рерих в нотариально заверенном документе закрепил права собственника. Суд и решил дело в пользу МЦР, что вызвало возмущение руководства Минкультуры и побудило министра написать письмо президенту.

Президент на этом письме пишет: «Принять меры для обеспечения интересов государства». В этой резолюции бросается в глаза то, что она универсальна. Ее можно поставить на любое обращение к главе государства. Ну в самом деле, может ли президент написать обратное? Любое дело, это же ясно, верховной власти следует решать с учетом государственных интересов. То есть формально эта резолюция Путина ни о чем.

Другой вопрос – это понимание государственных интересов самим Путиным и Владимиром Мединским. Судя по тексту резолюции, Путин вполне доверяет Мединскому и полагает, что это понимание у президента и у главы Минкультуры одинаковое.

Это все, что можно почерпнуть из письма Мединского и резолюции Путина, если рассматривать это дело вне сопутствующих ему обстоятельств. Ну а если уложить письмо в контекст событий, начиная с ноября 2013 года, картина открывается гораздо более многосложная.

Как мы уже знаем, для силовой ликвидации общественного музея Николая Рериха понадобилось крепко-накрепко связать его с расследованием деятельности «Мастер-банка».

То, что музей работал сам по себе, а банк- сам по себе – доказывает отсутствие каких-либо претензий к руководству МЦР после захвата всей документации общественной организации в усадьбе Лопухиных. Глава «Мастер-банка» Борис Булочник многие годы вкладывал средства в реставрацию усадьбы и во многом благодаря его усилиям она стала настоящей жемчужиной столицы. Нет ни одного документа, доказывающего, что подаренные с помощью Булочника картины приобретены на средства, имеющие отношения к криминалу.

К Международному Центру Рерихов и его музею у правоохранительных органов нет никаких претензий. Но парадоксальным образом в результате расследования дела «Мастер-банка» общественный музей фактически ликвидирован, а Международный Центр Рерихов оказался обобранным до нитки. И все это – как странно– покрывается президентской резолюцией о государственных интересах.

Здесь необходимо заметить, что во время президентства Владимира Путина и в бытность его в должности главы правительства Международный Центр Рерихов динамично развивался, глава общественного музея имени Н.К.Рериха, доверенное лицо С.Н.Рериха Людмила Васильевна Шапошникова получила звание заслуженного деятеля искусств Российской Федерации (2002 год), она была награждена Орденом Дружбы (2006 год) и Орденом «За заслуги перед Отечеством» 4-й степени (2011 год). Какие такие экстраординарные обстоятельства должны были сложиться, чтобы самый крупный в России общественный музей с санкции президента был отдан на уничтожение?

Когда я добралась до конца этой цепочки, по которой мы пройдем еще раз вместе с читателем, и поняла логику происходящих событий, резолюция Владимира Путина на письме Владимира Мединского напомнила мне книгу юности, а именно нетленный роман А.Дюма о трех мушкетерах и знаменитом письме кардинала Ришелье, написанном им по просьбе миледи.

«Все, что сделал предъявитель сего, сделано по моему приказанию и для блага государства» –тщательно подбирая формулировку, написал кардинал в ответ на просьбу дамы заплатить за оказываемые ею услуги головой Д’Артаньяна. Ставки были велики, и кардинал пошел на этот шаг.

«Примите меры для обеспечения интересов государства» –это резолюция примерно в том же стиле. Ключом к пониманию ситуации для меня стал человек, без которого разобраться в этом деле совершенно невозможно. Это Игорь Путин, двоюродный брат президента.

Часть третья. Тайны «Мастер-банка»

В сентябре 2010 года Игорь Александрович Путин стал вице-президентом «Мастер-банка» и вошел в его правление. Видимо, работа в этом финансовом учреждении не вполне его устроила, и в декабре того же года Игорь Путин из банка уволился. Однако через короткий срок – 9 марта 2011 года он вновь вернулся в банк и стал членом совета директоров.

О двоюродном брате президента, как и о семье президента в целом, нам известно немногое. Понятие «семья», возникшее во власти периода Бориса Ельцина, во время правления Владимира Путина померкло. Википедия сообщает нам о том, что Игорь Путин – отставной военный, обладатель трех вузовских дипломов, после выхода в отставку пробовал себя в самых разных сферах: он занимался статистикой и лицензированием, был в нефтяном бизнесе и производил аккумуляторные батареи, строил порт и управлял финансами. Он получал доли в различных бизнес-структурах. Поначалу мне даже показалось, что Игорь Путин был в «Мастер-банке» достаточно формальной фигурой и его работа или не работа в банке на общую картину произошедших событий никак не влияет. Однако, когда мне попалась информация о том, что кроме двоюродного брата президента в «Мастер-банке» работал племянник главы ФСБ Николая Патрушева, стало понятно, что «Мастер-банк» был отнюдь не рядовым банком, а особенным. И сам собой возник вопрос: а Борис Булочник, будучи владельцем этого финансового учреждения, обладал в нем всей полнотой власти?

Меня показалось странным, что Игорь Путин работал в «Мастер-банке» до самого отзыва Центробанком банковской лицензии. То есть Центробанк вот так вот запросто отзывает лицензию у особого финансового учреждения, а все работающие в банке персоны, словно нежданно-негаданные погорельцы, идут искать себе новое место работы. А когда я сопоставила даты отзыва лицензии банка – 20 ноября 2013 года и дату, когда президент очень оперативно наложил резолюцию на письмо Минкультуры с ходатайством, повлекшим не только отказ от передачи картин из государственного Музея Востока МЦР, но и все нынешние беды Международного Центра Рерихов – 12 ноября, стало понятно: дело Международного Центра Рерихов и «Мастер-банка» изначально шло, что называется, в одном пакете. О возбуждении уголовного дела о преднамеренном банкротстве «Мастер-банка», в рамках которого начались изъятие фондов общественного музея МЦР, было объявлено лишь 25 мая 2015 года, т.е через полтора года! То есть связь дела «Мастер- банка» с Международным Центром Рерихов – это не вывод следствия, это данность – то, что было изначально спущено следствию «сверху».

Минкультуры не сразу обнародовало свое письмо с резолюцией Владимира Путина. Потому что «обеспечить интересы государства» ведомство Владимира Мединского, так, как оно сделало этой сейчас, тогда не могло. Ведь у Минкультуры не было и нет никаких документов, подтверждающих права на наследие Святослава Рериха. Часть этого наследия вопреки распоряжению владельца длительное время хранится в Государственном музее Востока, другая часть, согласно распоряжению владельца– в общественном музее МЦР. Решить вопрос об изъятии наследия у Международного Центра Рерихов без нарушения законодательства не было никакой возможности, Минкультуры даже не мог подать в суд, поскольку у него не было юридических оснований для искового заявления. Поскольку жив был Евгений Максимович Примаков, который совсем неформально исполнял свои обязанности члена попечительского совета МЦР, и доверенное лицо С.Н.Рериха крупный ученый-индолог Л.В.Шапошникова, маски-шоу с участием ОМОНа и тем более ночной взлом музея в усадьбе Лопухиных с отмычкой были просто невозможны. Когда эти люди ушли из жизни, нынешнее руководство Минкультуры активизировалось и вплотную занялось подкопом под общественный рериховский центр. На это ушли годы.

Однако мы отвлеклись. Поскольку судьба Международного Центра Рерихов изначально оказалась намертво привязанной к делу «Мастер-банка», которому надлежало повиснуть у МЦР камнем на шее, все, что было с этим банком связано, представляет интерес для понимания происходящего.

Расследование деятельности «Мастер-банка» привело к возникновению двух уголовных дел. Одно было связано с незаконным обналичиванием крупных сумм, другое с невозвратом кредитов, в связи с чем следствие по сей день выясняет, были или не были на невозвращенные средства куплены картины С.Н.Рериха у нью-йоркского музея, подаренные Булочником общественному музею МЦР.

В конце июля этого года, в самый разгар отпусков, Замоскворецкий суд Москвы огласил приговор по одному из этих двух дел. Как писала газета «Коммерсант», общая сумма незаконно обналиченных через «Мастер-банк» средств составляла чуть более 60 миллиардов рублей, из них обналичивание 11 миллиардов было поставлено в вину фигурантам рассматриваемого летом уголовного дела. Главный обвиняемый Е.Рогачев «свою вину ни в ходе следствия, ни в суде не отрицал, но заявлял, что в «Мастер-банке» был всего лишь рядовым исполнителем, а истинные организаторы обнальных операций в деле не фигурируют».

Суд отнесся к подсудимым очень гуманно, дал им условные сроки, тут же амнистировал, отменив необходимость отбывать наказание, и снял судимость.

Примечательно, что некоторые СМИ, разместившие информацию об этом деле, подчеркивали, что дело об обналичивании средств через «Мастер-банк» стало одним из последних расследований, инициированных бывшим начальником антикоррупционного главка МВД Денисом Сугробовым.

За три месяца до судебных слушаний дела «Мастер-банка» этот молодой генерал был осужден и получил 22 года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима за создание преступной группировки и фальсификацию оперативных материалов. Под предлогом борьбы с коррупцией организованная им группа фактически занималась переделом сфер влияния.

В биографии Дениса Сугробова примечательна его связь с Константином Чуйченко, бывшим во времена президентства Д.А.Медведева начальником Контрольного управления его администрации. После того, как Денис Сугробов женился на сестре супруги Чуйченко, его карьера стремительно пошла вверх. Пишут, что звание генерала он получил в 35 лет лично из рук Д.А.Медведева и, имея за спиной сильные тылы, мог позволить себе многое, в том числе, например, взять в оперативную разработку высокопоставленных работников ФСБ.

Думаю, сказанного вполне достаточно, чтобы задаться таким вопросом: а не попал ли Международный Центр Рерихов, что называется, на передний край борьбы в высших эшелонах власти? «Человек Медведева» таранил банк, в котором работали «люди Путина»? В связи с этим очень трудно отделаться от мысли, что судьба МЦР стала частью неких договоренностей по итогам борьбы за контролем над финансовыми потоками, имевшими отношение к «Мастер-банку», а возможно, и призом для тех, кто находился в шахматной партии 2013 года в более выигрышной позиции.

Однако и это еще не конец истории.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Четверг, 09.11.2017, 11:48 | Сообщение # 236
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
Часть четвертая. Шантаж

События весны нынешнего года представляют собой одну сплошную баталию.

14 февраля начинается суд над Денисом Сугробовым – главным могильщиком «Мастер-банка». Поскольку дело Сугробова напрямую связано с работой силовых ведомств, суд идет в закрытом режиме.

В ночь на 8 марта в Международный Центр Рерихов приезжает ОМОН. В МЦР искренне не понимают, зачем следственным органам, пришедшим в музей, чтобы забрать фигурировавшие в деле «Мастер-банка» картины, понадобилось столь мощное силовое прикрытие в помещениях со старушками-смотрителями. Однако этому можно найти объяснение, если рассматривать происходящее с МЦР через призму описываемых выше событий.

Приговор по делу Сугробова оглашают в суде 27 апреля. Близкий премьер-министру высокопоставленный силовик, которому прочили должность замглавы МВД, а то и самого министра, получает 22 года колонии строго режима.

А уже через сутки, в ночь с 28 на 29 апреля, сотрудники Минкультуры взламывают двери усадьбы Лопухиных и захватывают Международный Центр Рерихов, напомню, без каких-либо правовых оснований, абсолютно незаконно.

Не правда ли, интересная последовательность событий? Нам ведь государственные СМИ предложили рассматривать дело МЦР и «Мастер-банка» в неразрывной связи?

Далее для понимания полноты картины надо обратиться к освещению в прессе событий 7 марта.

Не успела закрыться музейная дверь усадьбы Лопухиных за последним ОМОНовцем, как «Новая газета» опубликовала подробное журналистское расследование о причинах силовой акции в МЦР. В статье «Меценат сбежал, суды проиграны, пришли с обысками» журналистка «Новой газеты» дала не только информацию о событиях – она задала тон и стиль в описании произошедшего, который стал ориентиром для других средств массовой информации, и закрепила связь дела о банкротстве «Мастер-банка с Международным Центром Рерихов. Это стало возможным благодаря той особой информированности о деталях сделки, которую продемонстрировала «Новая газета». Опубликовать столь подробный материал через три дня после ухода ОМОНа из МЦР можно было только в том случае, если он готовился заранее, до вооруженной акции, а не после нее.

Однако «Новая газета» отметилась в истории с Международным Центром Рерихов и другой, более примечательной публикацией.

Как известно, события 7 и 8 марта в усадьбе Лопухиных вызвали огромный резонанс. Бурлил Интернет, пресс-конференция МЦР собрала не только СМИ, но и правозащитников. Из разных городов и стран летели обращения в следственный комитет, к правительству и президенту с призывами прекратить кошмарить общественный музей. Петиция в защиту МЦР собрала четверть миллиона подписей. Все ждали реакции власти. Но власть молчала.

И вот тут стоит сказать о другой публикации «Новой газеты». Аккурат через две недели после появления ОМОНа в усадьбе Лопухиных газета опубликовала статью под громким заголовком «Рязанский брат Президента России стал фигурантом международного скандала. В самой крупной операции по отмыванию денег в Восточной Европе замешан Игорь Путин».

Статья была посвящена деятельности Игоря Путина в Русском земельном банке, однако в тексте как бы между прочим было упомянуто и о другой работе двоюродного брата президента. «Кстати, писала газета, министерством внутренних дел РФ 25 мая 2015 года объявлено о возбуждении в Москве уголовного дела http://novgaz-rzn.ru/novosti/4377.html по факту преднамеренного банкротства ОАО «Мастер-банк». По версии следствия, причиной финансового краха кредитной организации стали противоправные действия её бывшего руководства». В контексте происходящих событий эта публикация выглядит не чем иным как открытым шантажом президента. Газета недвусмысленно намекает, что, если у Международного Центра Рерихов появятся влиятельные защитники, тема деятельности двоюродного брата в «Мастер-банке» может стать столь же популярной в СМИ, как и фильм А.Навального про Д.А.Медведева. Кстати, нелишне напомнить дату публикации этого кино на Ютубе – 2 марта, за пять дней до силовой акции в усадьбе Лопухиных.

Отсутствие какой-либо реакции президентской администрации на беспрецедентные события в усадьбе Лопухиных 7 марта, вызвавшие огромный поток обращений общественности в различные госструктуры, а также ярость от приговора Сугробову - не это ли причина ночного захвата усадьбы Лопухиных?

Сотрудники Минкультуры и Государственного Музея Востока, безусловно, могли прийти в усадьбу Лопухиных на законных основаниях. Например, вместе с судебными исполнителями, с вступившим в силу решением суда, днем –это было бы тогда хотя бы формальным соблюдением закона. Когда сотрудники государственного музея приходят в общественную организацию без судебных исполнителей и вступившего в силу решения суда под покровом ночи и открывают музей отмычкой – это не просто незаконно, это само по себе есть уголовно наказуемое деяние. В контексте всего вышесказанного эту беспрецедентную акцию нельзя расценить иначе, как прямой, открытый и наглый вызов президенту как гаранту Конституции, как гаранту соблюдения законности в стране.

Часть пятая.

Есть у операции начало, нет у операции конца

Когда я прочитала поздравление Всеволода Чаплина по случаю ночного захвата в конце апреля усадьбы Лопухиных, я поняла, почему его уволили из пресс-секретарей: протоиерея подвел длинный язык. Вот и сейчас ему бы промолчать, но, видно, радость была настолько велика, что он не сдержался.

«Поздравляю своих друзей из Музея искусства народов Востока и Министерства культуры с блестяще проведенной операцией по освобождению здания», пишет Чаплин на своей страничке в соцсетях. Ключевое слово в этой цитате для нас – «операция». Можно подумать, что оно – просто фигура речи, если бы автор не пустился в разъяснения посетительнице блога некоей Марии Княжигорской, обеспокоенной судьбой ступы во внутреннем дворе усадьбы Лопухиных. Всеволод Чаплин объясняет: «Убеждал друзей ее не трогать».

Вот это да! Оказывается, Всеволод Чаплин не просто в курсе дела – он его активный участник, он «убеждал друзей», и поэтому слово «операция», прозвучавшее из уст столь осведомленного человека, вполне возможно, есть суть того, что происходит на самом деле.

Однако слово «операция» не единожды звучит в описании происходящих в связи с ситуацией вокруг МЦР событий. Московская пресса, описывающая аннулирование лицензии «Мастер-банка» исключительно с точки зрения бизнеса и финансов, устами специалистов обратила внимание на то, что решение об отзыве лицензии было предрешено еще за полтора-два месяца до того, как это случилось. Оценку отзыва лицензии у банка, которую дал в «Известиях» советник председателя совета директоров АКГ «Градиент Альфа» Вадим Ткаченко, поддержал в другом издании старший эксперт Института экономики переходного периода Сергей Жаворонков. Он прямо сказал, что «банк закрыли по произволу... Оснований для применения крайних мер не было, потому что банк продолжал проводить платежи, и у него были совершенно зримые признаки реального бизнеса – вкладчики, банкоматы и так далее. Я думаю, что в данном случае это спланированная спецоперация. Неслучайно ЦБ и следователи синхронно начали свои действия. То есть да, кто-то решил этот банк закрыть. Основания для этого закрытия для меня неочевидны».

Но если в отношении Международного Центра Рерихов и в отношении «Мастер-банка» производится некая спецоперация, то, стало быть, у нее есть заказчик, можно также определить время и место начала этой операции.

Поскольку формальным, как мы понимаем, предлогом для уничтожения МЦР послужила покупка «Мастер-банком» картин у американского музея, мое внимание привлекла дата начала этой сделки. –2010 год. Именно тогда Нью-Йоркский музей Рериха решил продать коллекцию картин С.Н.Рериха. При этом глава американского музея Д.Энтин не скрывал, что он хотел бы видеть в качестве приобретателя картин Международный Центр Рерихов. О том, что собой представляет Д.Энтин, как он ненавидел МЦР, как наезжал в Россию и раскалывал рериховское движение, достаточно хорошо известно, и я не буду на этом останавливаться. Нью-Йоркский музей при продаже коллекции поставил несколько условий – таких, которые были выполнимы только Международным Центром Рерихов, имевшим крупного мецената в лице главы «Мастер-банка» Б.И.Булочника. В свете последующих событий с участием главного хранителя нью-йоркского музея Д.Попова в обысках и захвате здания и всей собственности МЦР решение заокеанского музея продать часть своей коллекции выглядит как приманка.

В том же 2010 году в «Мастер-банк» пришел работать Игорь Путин. Вот это, как мне кажется, и есть та точка пересечения, которая сыграла роковую роль в последующем развитии событий. Отзыв лицензии у «Мастер-банка» и резолюция Владимира Путина на письме Мединского, напомню, тоже совпали по времени.

«Мастер-банк» лишился лицензии 20 ноября 2013 года. Сделка с нью-йоркским музеем завершилась 8 октября. Письмо Мединского к Путину – 11 ноября, резолюция президента – 12 ноября. Вот ведь какая плотность событий! Это ли случайность! Согласитесь, за всем этим стоят крупные, скрытые от широкой публики события, и мы можем лишь слегка обозначить их контур.

Мне показалось нелишним составить список тех структур,которые активно участвовали в событиях, связавших дело «Мастер-банка» и разгром Международного Центра Рерихов в один тугой узел. Итак, это:

–Музей Николая Рериха в Нью-Йорке, юридическое лицо США, главный хранитель этого музея Д.Попов был участником силовых захватов МЦР с применением ОМОН 7-8 марта, а также 28-29 апреля. Американский Музей продавал картины «Мастер-банку».

–Центробанк – структура, замыкающаяся на международные финансовые институты, не подконтрольная в полной мере российской власти. Центробанк отзывал лицензию «Мастер-банка».

– «Новая газета» –любимое издание российских либералов, финансировалась Фондом Сороса, получала прямую государственную денежную поддержку от правительства Нидерландов. В газете публикуются авторы, мечтающие о смене власти в России. Газета обеспечивала информационное прикрытие силовой акции против МЦР 7-8 марта и шантажировала президента родством с Игорем Путиным.

–Священник Всеволод Чаплин – работал в штате Отдела внешних церковных связей Московского патриархата под началом митрополита Кирилла (Гундяева). В 1990-х и 2000-х годах был членом ЦК Всемирного совета церквей (ВСЦ) https://ru.wikipedia.org/wiki/Всемирный_совет_церквей и Конференции европейских церквей (КЕЦ) https://ru.wikipedia.org/wiki/Конференция_европейских_церквей , комиссии ВСЦ по международным делам, сомодератором комиссии «Церковь и общество» КЕЦ. Чаплин плотно общался с «друзьями», громившими Международный Центр Рерихов.

Не правда ли, интересно? Практически все структуры и действующие лица так или иначе связаны с внешнеэкономической, внешнеполитической и внешнецерковной деятельностью. Особенно пикантно выглядит связь между Всеволодом Чаплиным и его «друзьями». Интересно, Дмитрий Попов, опубликовавший в качестве «духовного пиршества» сакральные дневники Елены Ивановны Рерих, входит в число «друзей» непосредственно или он друг «друзей» Чаплина? Священник Чаплин считает работы Е.И.Рерих сатанинской литературой, но, когда речь идет об общем интересе, дружбе это уже не мешает?

В операции против МЦР нашлось дело и для Андрея Кураева, давнишнего заклятого врага, который вознамерился было пройтись по рериховским тылам в зарубежье. Однако не случилось – дьякона неожиданного для него не впустили в Латвию, несмотря на его оппозиционный по отношению к российской власти имидж. Правда, это не помешало Всеволоду Чаплину в своем небольшом тексте отметить заслуги Кураева на поприще борьбы с Международным Центром Рерихов.

Подводя итог разрушению общественного музея имени Николая Рериха, Всеволод Чаплин в своем блоге пишет: «Из московской усадьбы наконец выселили сектоподобную контору, ухитрившуюся приобрести несоразмерное влияние при позднем Горбачеве и раннем Ельцине». И далее называет МЦР «рериховской секточкой». В этом коротком тексте очень важны два момента. Во-первых, Всеволод Чаплин пытается преуменьшить масштаб операции против МЦР. Во-вторых, священник намекает, что это Путин ополчился на рериховцев. Он лукавит, когда пишет о возвышении Международного Центра Рерихов при раннем Ельцине, поскольку именно в этот период Государственный музей Востока присвоил коллекцию картин, принадлежавших С.Н.Рериху, и не отдал их МЦР по требованию владельца. Кроме того, это при «раннем Ельцине» правительство В.С.Черномырдина постановило ликвидировать МЦР и передать усадьбу Лопухиных под государственный музей.

Чаплина раздражает МЦР из-за «чрезмерного влияния». Но что такое «чрезмерно»? Если бы МЦР получал солидное финансирование из бюджета, имел поддержку государственных СМИ, на государственные средства открывал свои представительства в России и за рубежом – тогда, пожалуй, причину гнева протоиерея еще можно было бы понять. Но Международный Центр Рерихов свое влияние в среде людей науки и искусства заработал бескорыстным трудом, без госфинансирования, и при этом он преодолевал многочисленные препятствия, которые ему чинили, в том числе и люди в церковном облачении. В чем же Всеволод Чаплин увидел чрезмерность? В чрезмерной, по его мнению, эффективности работы негосударственного культурного центра?

Давайте признаем: и Всеволода Чаплина, и его «друзей», и начальников «друзей» не на шутку взволновало то, что в России развивается нечто новое, год от года это новое набирает силу и влияние на культурную и научную среду – и оно, новое, при этом неподконтрольно. И.... испугались! Да, они очень испугались, потому что у этого несомненного успеха, которое Чаплин обозначил как «чрезмерное влияние», было очень серьезное основание – книги, данные из Высокого источника. За четверть века было приложено очень много усилий для того, чтобы закрыть путь к Живой Этике, однако все эти попытки не принесли желаемого результата, и тогда сильные мира сего озаботились тем, чтобы деятельность Международного Центра Рерихов была остановлена, а сам он прекратил свое существование.

Именно поэтому баталия в «Мастер-банке» с участием высокопоставленных лиц есть всего лишь этап в борьбе за ликвидацию МЦР, хотя на первый взгляд может показаться, что Международный Центр Рерихов волею судеб стал заложником в борьбе элит.

С самого начала было понятно, что потенциала следственного дела в отношении банка организаторам ликвидации МЦР явно недоставало для того,чтобы узаконить изъятие у неправительственной организации всего имущества и художественных ценностей. Максимум, на что они могли рассчитывать – это 9 картин С.Н.Рериха, купленных у нью-йоркского музея. Поэтому параллельно с раскруткой дела «Мастер-банка» были использованы иные инструменты. И в результате налоговики, действующие в тесной связке с Минкультуры, потребовали от МЦР 59 миллионов рублей – налог со штрафными санкциями за использование картин. Откуда же взялась столь внушительная сумма?

Ведомство Мединского под разными предлогами тянуло время и отказывало Международному Центру Рерихов в постановке картин С.Н.Рериха, приобретенных Булочником у нью-йоркского музея, на учет в негосударственную часть государственного музейного фонда. А потом оно обратилось в налоговую инспекцию с просьбой провести в МЦР соответствующую тематическую проверку. Налоговики проверку провели и посчитали, что раз картины не стоят на государственном учете, значит, они используются в коммерческих целях. Так возникла фантастическая для общественной организации сумма штрафа, возрастающая с каждым днем за счет начисления пени.

Вместе с налоговиками (какое совпадение!) вновь активизировалось Министерство юстиции, весной утвердившее обновленный устав МЦР с изменениями, соответствующими изменениям в российском законодательстве. Надо же – осенью оно опять обнаружило в этом уставе недостатки и потребовало новых корректировок.

Мы понимаем, что сейчас ищутся всевозможные предлоги для того, чтобы Международный Центр Рерихов был уничтожен, что называется, до основания, чтобы он перестал существовать уже как юридическое лицо. Его уничтожают, чтобы навсегда ликвидировать саму возможность поднять вопрос о наследии Рерихов, чтобы не было организации, обладающей правом потребовать вернуть это наследие из Государственного музея Востока, чтобы МЦР не мог возродиться, как только для этого возникнут благоприятные внешние обстоятельства. Ликвидаторы торопятся. У них действительно не так уж и много времени. Оно выйдет с окончанием президентской кампании, что повлечет замену многих, если не всех фигур в правительстве, а новые люди могут вновь вернуться к рассмотрению вопроса о том, кому же все-таки надлежит хранить те ценности, которые сегодня захвачены вместе с усадьбой Лопухиных.

Если ликвидаторы не успеют завершить свое дело до президентских выборов, резолюция президента в стиле кардинала Ришелье может сыграть с испросившими ее злую шутку – вспомним еще раз классический роман о трех мушкетерах. Поскольку такое понимание присутствует, события вокруг МЦР развиваются с невероятной быстротой.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Четверг, 09.11.2017, 11:51 | Сообщение # 237
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
Вместо эпилога

Казалось бы, история с наследием Рерихов, с художественными ценностями МЦР и усадьбой Лопухиных касается очень небольшого числа людей. Международный Центр Рерихов, создание и расцвет которого связаны с именами выдающихся ученых, дипломатов, деятелей культуры, как неправительственная организация насчитывает несколько десятков членов. Поддерживаемые несколькими десятками рериховских сообществ в России и зарубежье, они ведут борьбу не за личный интерес, как это иногда пытаются представить, не за обладание материальными ценностями как таковыми. Никто из людей этого круга никогда не сопрягал ценности МЦР со своем личным достатком и ничего не извлекал из них лично для себя. Схватка за Международный Центр Рерихов – это схватка за будущее, за новое мировоззрение, за возможность для человечества выжить во время глобальных перемен. Немало пророчеств предначертали России великое грядущее, обозначили ее как страну новой, спасительной для мира идеи. Эти пророчества осуществятся, если нашей стране хватит сил, чтобы освободиться от многовековых нагромождений лжи и дотянуться до знаний, посланных ей для осуществления своего эволюционного предназначения.

В этом году в Москве вышла книга генерала Л.Ивашова «Опрокинутый мир». Ее автор в силу своего высокого служебного положения имел доступ к секретным архивам НКВД, Аненербе и Верховного командования Вермахта. В них генерал обнаружил знания, позволившие ему сделать такой вывод: «последние две тысячи лет так называемая элита, формирующая мировоззрение человечества, исказила его подлинную историю, навязывает свою примитивную материалистическую или религиозную модель сотворения мира и человека, задала ложный и опасный вектор движения, не вписанный в космическую логику и духовно-божественную матрицу жизни Вселенной и планеты Земля». Автор резонно задается вопросом: «почему мистические, «антинаучные» знания чиновники из властных спецслужб не выбрасывают и не сжигают с ухмылкой, а прячут за семью замками секретности? А маститые материалисты-ученые считают за великую честь прикоснуться к этой самой строго секретной мистике».

Благодаря С.Н.Рериху и тем людям, которых он вместе с Л.В.Шапошниковой объединил вокруг Международного Центра Рерихов, знание, заключенное в Живой Этике, вышло за рамки узкого круга посвященных. Оно стало доступно не только работникам спецслужб и слушателям закрытых учебных заведений, которых знакомят с философской системой Живой Этики еще с советских времен.

Но тем, кто в последние четверть века строит в России сословное общество, нужно и сословное знание. То, что дозволено знать верхам, должно быть недоступно средним и низшим социальным слоям. Именно поэтому Международный Центр Рерихов уничтожается так беспощадно.

А сейчас нелишне вернуться к тому, с чего началось наше повествование. Святослав Николаевич Рерих подарил наследие семьи России только после получения государственной гарантии на соблюдение главного условия – в Москве должен быть создан музей имени Николая Рериха с обязательным общественным статусом. Созданный общественностью музей – результат огромного труда – государство отобрало. Может ли такой уровень понимания государственных интересов, нравственности власти, да и просто справедливости обеспечить стране то моральное право, которое только и способно позволить ей претендовать на мировое лидерство?

Елена Кузнецова


Источник: https://cont.ws/@lionlight/762897


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Четверг, 09.11.2017, 12:52 | Сообщение # 238
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
Признаться, начав читать статью Елены Кузнецовой я с облегчением подумала: Наконец-то!!! Наконец-то хоть кто-то сказал то, что уже давно следовало сказать. Каково же было моё удивление, когда в результате проведённого расследования автор от прямых и неизбежных выводов ушёл в сторону, оправдывая и выгораживая главного фигуранта дела по расхищению Общественного Музея Рериха.

Обратимся к некоторым цитатам. Автор пишет:


Цитата Мила ()
Письмо с резолюцией Владимира Путина, которое Минкультуры обнародовало в процессе судебной тяжбы с Международным Центром Рерихов, датировано 11 ноября 2013 года. Резолюция Владимира Владимировича на этом письме поставлена 12 ноября. Не правда ли, очень оперативно? Такое впечатление, что спор за рериховское наследие входил на тот момент в топ президентских дел.


С этим трудно не согласиться, - срочность и скоординированность действий говорят сами за себя. Важность решаемого вопроса и личная заинтересованность в нём президента особенно бросается в глаза на фоне бойкотирования исчисляемых тысячами обращений к нему граждан и общественных организаций.

Цитата Мила ()
Другой вопрос – это понимание государственных интересов самим Путиным и Владимиром Мединским. Судя по тексту резолюции, Путин вполне доверяет Мединскому и полагает, что это понимание у президента и у главы Минкультуры одинаковое.


Обратим внимание на то, что автор подчёркивает единство понимания у Путина и Мединского в вопросе государственных интересов. От себя добавлю: у меня лично в этом тоже нет никаких сомнений, и тот факт, что от президента не последовало никаких возражений и замечаний по поводу бандитского налёта на Музей, это вполне доказывает. Именно поэтому я не нахожу ничего странного в том, что странно для автора:

Цитата Мила ()
К Международному Центру Рерихов и его музею у правоохранительных органов нет никаких претензий. Но парадоксальным образом в результате расследования дела «Мастер-банка» общественный музей фактически ликвидирован, а Международный Центр Рерихов оказался обобранным до нитки. И все это – как странно– покрывается президентской резолюцией о государственных интересах.

Как говорится, дальше - больше. Делая совершенно верные выводы:

Цитата Мила ()
Ключом к пониманию ситуации для меня стал человек, без которого разобраться в этом деле совершенно невозможно. Это Игорь Путин, двоюродный брат президента.


Цитата Мила ()
То есть связь дела «Мастер- банка» с Международным Центром Рерихов – это не вывод следствия, это данность – то, что было изначально спущено следствию «сверху».


Цитата Мила ()
«Человек Медведева» таранил банк, в котором работали «люди Путина»?


автор уводит мысль читателя, или как принято сейчас говорить - "переводит стрелки" в другую сторону.

Дочитав статью до конца, читатели должны сделать вывод, что наш президент ровным счётом ни в чем не виноват, и сам является беспомощной жертвой шантажа со стороны председателя Правительства Д.А. Медведева. Скажу сразу: оспаривать эту версию я не собираюсь, очень даже может быть, что шантаж имел место быть. Меня в данном случае занимают совсем другие вопросы.

1. Если в Мастер-Банке работали "люди Путина" в том числе и его близкий родственник, то куда и кому уходили незаконным образом обналиченные баснословные суммы денег?... Неужели мы будем столь наивны, что поверим в то, что все они осели в кармане Игоря Путина? Так таки ни с кем не делился зарвавшийся "родственник"???

2. Почему автор оставил без внимания тот факт, что (по версии следствия) на украденные у вкладчиков деньги были скуплены картины и переданы по дарственной именно в МЦР, а не куда либо еще? Не потому ли, что МЦРу теневыми игроками изначально была отведена роль накопителя огромных ценностей, чтобы затем их забрать под удобным предлогом? Не поэтому ли когда настал час Х, банк преднамеренно обанкротили, - он свою функцию выполнил и больше был не нужен.

3. Если "человек" Медведева таранил "людей" Путина, то почему этот таран оказался столь успешным, что сам Путин, вместо того, чтобы отдать под суд родственника (что для его выборной компании было бы куда престижнее, чем укрывательство), дал Мединскому зеленый свет для уничтожения МЦР? Думается, что шантаж в данном случае заключался не в том, что Игорь Путин замешан в махинациях, - это давно известно всем и ни для кого не представляет тайны как и его безнаказанность. Шантаж заключается в том, что, вероятно, в его финансовых аферах замешан сам президент.


Цитата Мила ()
В связи с этим очень трудно отделаться от мысли, что судьба МЦР стала частью неких договоренностей по итогам борьбы за контролем над финансовыми потоками, имевшими отношение к «Мастер-банку», а возможно, и призом для тех, кто находился в шахматной партии 2013 года в более выигрышной позиции.


Ну, так и к кому же в карман стекались финансовые потоки, если "люди" Медведева стали "таранить" Мастер-Банк? По логике - не к Медведеву. А если принять во внимание авторскую версию, что банкротство готовилось заведомо, то Медведеву его и "таранить" не было никакой необходимости и смысла. К банкротству Мастер-Банк подвели его теневые хозяева. Преднамеренное банкротство - весьма распространённое явление в теневом бизнесе.

Цитата Мила ()
Все ждали реакции власти. Но власть молчала.


Это только подтверждает мысль о том, что власть в лице президента и премьер-министра - это власть сиамских близнецов- коррупционеров, которым ровным счётом всё равно, что мы от них ждём.

Далее автор берёт на себя долг "отмыть одежды" президента. Более нелепого поворота в этом, не лишённом здравого смысла расследовании, представить было невозможно.


Цитата Мила ()
«Рязанский брат Президента России стал фигурантом международного скандала. В самой крупной операции по отмыванию денег в Восточной Европе замешан Игорь Путин».


Цитата Мила ()
В контексте происходящих событий эта публикация выглядит не чем иным как открытым шантажом президента. Газета недвусмысленно намекает, что, если у Международного Центра Рерихов появятся влиятельные защитники, тема деятельности двоюродного брата в «Мастер-банке» может стать столь же популярной в СМИ, как и фильм А.Навального про Д.А.Медведева.


Пугать нашего президента тем, что давно всем известно, - смешно. Но даже если допустить, что он безгрешен, а дурная репутация брата помешает ему выиграть ещё одни выборы, в связи с чем этот факт возымел на него такое безотказное действие, что он тут же подписал смертельный приговор Общественному Музею, то каким же жалким и трусливым он должен быть в наших глазах? И в данном случае крайне нелепо звучат следующие слова:


Цитата Мила ()
В контексте всего вышесказанного эту беспрецедентную акцию нельзя расценить иначе, как прямой, открытый и наглый вызов президенту как гаранту Конституции, как гаранту соблюдения законности в стране.


Далее автора снова зашатало из стороны в сторону:


Цитата Мила ()
В том же 2010 году в «Мастер-банк» пришел работать Игорь Путин. Вот это, как мне кажется, и есть та точка пересечения, которая сыграла роковую роль в последующем развитии событий. Отзыв лицензии у «Мастер-банка» и резолюция Владимира Путина на письме Мединского, напомню, тоже совпали по времени.

«Мастер-банк» лишился лицензии 20 ноября 2013 года. Сделка с нью-йоркским музеем завершилась 8 октября. Письмо Мединского к Путину – 11 ноября, резолюция президента – 12 ноября. Вот ведь какая плотность событий! Это ли случайность! Согласитесь, за всем этим стоят крупные, скрытые от широкой публики события, и мы можем лишь слегка обозначить их контур.



В заключение и вовсе нонсенс: автор смешал в кучу всё и всех.

Цитата Мила ()

– «Новая газета» –любимое издание российских либералов, финансировалась Фондом Сороса, получала прямую государственную денежную поддержку от правительства Нидерландов. В газете публикуются авторы, мечтающие о смене власти в России. Газета обеспечивала информационное прикрытие силовой акции против МЦР 7-8 марта и шантажировала президента родством с Игорем Путиным.


Либералы, оказывается, виноваты в проблемах МЦР. Автор будто-бы забыл, как именно либеральная пресса поддерживала МЦР в последние два года. Если уж касаться этого вопроса, то автору следовало бы немного изучить истоки либерализма вообще и его современные формы в России в частности. Ей, возможно, было бы не безинтересно узнать, что либерал - гуманист по убеждению и системный либерал (сислиб), в число которых входят практически все российские олигархи, руками которых разворовывается наша страна, это далеко не одно и тоже. И то, что президент отпустил ситуацию по разграблению Музея Рерихов равно как и уничтожение Культуры в целом, говорит лишь о том, что он сам служит не интересам народа, а именно интересам системных либералов, - любителей жить по европейским стандартам за народный счет. И лично я не имела бы ничего против, если бы в нашей стране, наконец, сменилась власть. Странно, что автора по всей видимости, эта власть всё ещё устраивает.

Цитата Мила ()
Если ликвидаторы не успеют завершить свое дело до президентских выборов, резолюция президента в стиле кардинала Ришелье может сыграть с испросившими ее злую шутку – вспомним еще раз классический роман о трех мушкетерах. Поскольку такое понимание присутствует, события вокруг МЦР развиваются с невероятной быстротой.


Думается, что пока у защитников МЦР не откроются глаза, события эти не остановятся, а будут развиваться в заданном направлении. В итоге, даже смена власти, - которая рано или поздно произойдёт, уже не спасёт положения. То, что сейчас выносится и вывозится из Усадьбы в коробках и пакетах, уже никто, никогда, нигде не найдёт так же, как пропавшие картины в ГМВ.


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Суббота, 11.11.2017, 00:04 | Сообщение # 239
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
РЕАЛЬНЫЕ СЛЕДСТВИЯ


10 Ноя 2017

Впечатления участников внеочередной Конференции МЦР (08.10.2017 г.)
от обсуждения письма «Не могу молчать» Л.В.Кудряшовой,
руководителя «Крымской региональной культурно-просветительной
общественной организации “Общество Рерихов”»


Если брошен камень в воду, то по ней обязательно пойдут круги. Если в пространство пущена клевета, то она неизбежно вызовет следствия. Так и письмо Ларины Кудряшовой «Не могу молчать!» было принято врагами МЦР с нескрываемым удовольствием. Его тут же опубликовали на сайте Люфта, Национального рериховского комитета, стали обсуждать на интернет-форумах и в соцсетях. Оно встретило поддержку среди сотрудников возглавляемой ею организации, друзей и сторонников. Ну что же, все эти люди уже высказали свое мнение, но имеют на него право и члены Международного Центра Рерихов (МЦР), к коему до недавнего времени причисляло себя возглавляемое Лариной Владимировной Крымское общество Рерихов. Также представители организации вправе были услышать и доказательства приведенных в письме Л.В.Кудряшовой обвинений в адрес сотрудников МЦР и его руководства.

8 октября 2017 года состоялась внеочередная Конференция МЦР, на повестке дня которой в числе прочих стоял вопрос – заслушать Л.В.Кудряшову, руководителя «Крымской региональной культурно-просветительной общественной организации “Общество Рерихов”», члена МЦР, по поводу ее выступления с обвинениями в адрес руководства и сотрудников МЦР с представлением доказательств.

Надо сказать, что многие ждали этого события с волнением, очень хотелось посмотреть в глаза Ларине Владимировне, понять причины ее поступка, в конце концов, услышать веские доказательства прозвучавшим с ее стороны обвинениям, чтобы по возможности переосмыслить и понять свои собственные ошибки.

Ларина Владимировна, в отличие от А.П.Лосюкова, не побоялась встретиться лицом к лицу с людьми, которых она оклеветала. Это оценили, и председатель внеочередной Конференции А.В.Стеценко, понимая, что данное решение для нее было непростым, выстроил само обсуждение максимально корректно. Более того, ей первой дано было слово для выступления, которое даже не стали четко ограничивать по времени.

Все ее внимательно слушали… но не услышали фактически ничего. Само выступление длилось меньше 15 минут и свелось к тому, что она поддерживает МЦР, но не отказывается от своих обвинений. Стоит ли говорить о том, что такая двойственная позиция противоречит курсу МЦР на выполнение воли С.Н.Рериха и Л.В.Шапошниковой по сохранению Международного Центра Рерихов и его общественного Музея. Не услышали члены МЦР от нее и доказательств, не увидели и подтверждающих наши ошибки и нарушения документов. Вот так можно написать письмо со своими измышлениями, «смело» бросить – не в лицо своим товарищам, а в публичное пространство – обвинения, и при этом совершенно не учитывать реальные факты. Впрочем, это сейчас даже «модно» – сколько уже выпущено всяких грязных статей по поводу МЦР, сколько выплеснулось самой фантастической лжи. Действуют по принципу, озвученному еще Николаем Рерихом: «Клевещите, клевещите, что-нибудь да останется». Жаль только, что эта клевета исходит от бывшего сторонника МЦР.

Глубокое недоумение у сотрудников МЦР вызвали обвинения Л.В.Кудряшовой в адрес руководства в грубых нарушениях учета фондов Музея. И.о. Генерального директора Н.Н.Черкашина и ответственный хранитель произведений Рерихов Е.А.Купченко в своем выступлении не собирались скрывать недочеты в работе, впрочем, МЦР этого никогда не делал. Да и зачем, ведь ошибки есть у любой организации, и дело не в них, а в желании их признать и исправить. Так, вторая ступень учета – инвентарные книги, об отсутствии которых у МЦР с таким удовлетворением не раз заявлял Т.К.Мкртычев и отмечала в своем письме Л.В.Кудряшова, благодаря неустанной работе сотрудников Музея были заведены в кратчайшие сроки. Но при этой новости на лице Ларины Владимировны, которая так ратовала за исправление ошибок, радости не было заметно.

Столь же холодно она встретила объяснение относительно ее обвинения в «двойном учете», т.е. наличии одинаковых инвентарных номеров у двух разных музейных предметов, например: картины Н.К.Рериха и произведения художника-космиста. Это грубейшее нарушение она также приписывала сотрудникам МЦР. На самом деле Ларина Владимировна просто не поняла, что разные музейные предметы числились в двух разных книгах поступлений и имели разный шифр. Этот порядок был заведен еще Л.В.Шапошниковой и нашел понимание даже у придирчивых чиновников Минкультуры. Казалось бы, если побуждения Ларины Владимировны действительно чисты, здесь тоже можно было бы искренне порадоваться, ведь «наш МЦР» не виноват, это всего лишь собственное заблуждение, но и это объяснение не тронуло и не убедило ее.

Выяснилось, что большинство обвинений Ларины Владимировны в адрес МЦР относительно небрежности в музейном учете не соответствовали результатам чиновничьих проверок, но это нисколько ее не смущало. Ну что ж, Минкультуры остается только пожалеть, что ее не пригласили в одну из инспирированных ГМВ комиссий. Наверняка, к их удивлению и радости, она могла бы заметить у МЦР намного больше нарушений, чем они.

Но оставим в покое музейное дело. На Конференции вновь речь зашла о преемнике Людмилы Васильевны Шапошниковой. Из письма Ларины Владимировны следует, что, по ее мнению, Генеральным директором общественного Музея имени Н.К.Рериха с полномочиями Первого вице-президента обязательно должен стать духовный преемник Л.В.Шапошниковой. Но так ли это на самом деле? Очень может быть, что, смешав эти два понятия, она приняла свою собственную фантазию за реальность, а вслед за ней немало людей стали муссировать слухи о том, что имя духовного преемника намеренно скрывает нынешнее руководство МЦР. При этом Ларина Владимировна наделяет его поистине фантастическими возможностями, полагая, что жесткого противостояния с руководством Минкультуры и ГМВ можно было бы избежать, появись он на нашем горизонте. Все это несколько напоминает наивную веру холопа в барина, который «приедет и рассудит». Не скрывается ли за этой установкой горячее желание переложить всю ответственность со своих плеч на кого-то еще, спрятаться за чьей-то широкой спиной? Правда, история многократно показывала, что дело обстоит совсем иначе. Достаточно вспомнить, сколько испытаний и сражений с невежеством выпадало на долю тех, кого люди называют своими Учителями. По меркам социума, они далеко не всегда выходили победителями, но тем не менее никогда не отступали и не опускали своего «оружия», не шли они и против своей совести даже ради якобы благородной цели, принимая свои страдания как неизбежную плату «благодарного» человечества. Не миновала сия «горькая чаша» и тех, кто был рядом с ними, и тех, кто шел по их стопам. Нам отлично известен закон, согласно которому новый этап в эволюции человечества сопровождается двумя противоположениями – великой Жертвой и циничным предательством. Сколько раз мы читали об этом в книгах, рассуждали о красоте подвига, но когда пришло время и для нас, стали мечтать о покое и комфорте, прикрывая трусость и конформизм благородной целью спасения рериховского наследия.

Ожидая духовного преемника, подумали ли мы о своей готовности сейчас к Его водительству? С.Н.Рерих передал наследие Рерихов России, Людмила Васильевна создала общественный Музей имени Н.К.Рериха. И если мы сейчас не приложим все усилия к его защите от алчности и невежества чиновничьей братии, то как вступим в новый этап, который и возглавит следующий Вестник? А когда он придет, и кто он будет, и какова его миссия, решать не нам.

Но, видимо, Ларина Владимировна считает по-иному, заявляя, что ей известно имя преемника. По ее словам, ей сообщила это сама Людмила Васильевна еще в 1994 году. Раскрыть его имя собравшимся она почему-то отказалась, но, как выяснилось, оно прекрасно известно ее друзьям и соратникам. Так, один из них, Александр Устименко, который пришел поддержать Ларину Владимировну (хотя и не сказал на Конференции ни слова в ее защиту), позже по поводу исключения Крымского рериховского общества из членов МЦР, вполне определенно заявил на своей странице в Facebook: «От МЦР была “отлучена” последняя ниточка, связывавшая его с Иерархией». Более того, на Круглом столе в рамках октябрьской Конференции МЦР «Мы любовью Родины богаты» возмущенная спекуляциями вокруг этой темы О.А.Лавренова рассказала о том, что в некоторых рериховских организациях таким преемником считают ни много ни мало саму Л.В.Кудряшову. По ее словам, в начале 2000-х годов, путешествуя по Крыму с другой сотрудницей МЦР, они узнали, что в ряде обществ бытовало мнение о том, что Людмила Васильевна предложила Ларине Кудряшовой стать ее преемником. Вернувшись в Москву, они задали Л.В.Шапошниковой вопрос: «Так ли это?» Людмила Васильевна ответила отрицательно.

Ну что ж, Ларине Владимировне остается уподобиться нашим оппонентам, которые уже пытаются поделить лидерство в рериховском движении. Видимо, с этой целью А.Люфт опубликовал рейтинг всех предателей и разрушителей общественного Музея имени Н.К.Рериха. Им остается только устроить соревнование между собой, впрочем, оно уже началось. Люфтом предложена анкета со списком будущих «лидеров» Рериховского движения для голосования. Так происходит настоящая духовная подмена, убогая и дешевая.

К сожалению, Ларина Владимировна так и не смогла понять, что на данном переходном этапе тяжелой борьбы с государственной машиной необходимо защитить доверенное нам Рерихами сокровище, для этого нужны преданные и смелые люди. К счастью, Людмила Васильевна воспитала таковыми большинство сотрудников МЦР и многих участников Рериховского движения. За исключением отдельных отступников, они не сдаются и продолжают борьбу по сей день. Несмотря на тяжелейшие условия, лишенные всех прав и оклеветанные, эти люди все равно продолжают созидательную работу: проводят научные конференции, выпускают книги, организуют выставки, лекции и многие другие мероприятия. У них нет сильной административной поддержки, они практически в одиночестве сражаются в плотном враждебном кольце. Но, к сожалению, в истории это не единичное явление, и лучше быть поверженным врагами, чем умереть духовно. Может быть, с точки зрения Ларины Владимировны и иже с ней, это бессмысленно и непрактично, но данную позицию определила еще вначале 2000-х сама Людмила Васильевна, заявив на одной из встреч, что в «России победила тьма, но не побеждены те, кто этой тьме противостоят». Судя по всему, она предвидела, что две эти непримиримые силы должны сойтись в пространстве России, и Армагеддон Культуры, о котором предупреждал Николай Рерих, перейдет в свою острую фазу. Эпицентром битвы, без сомнения, является общественный Музей имени Н.К.Рериха, поэтому не понятная тогда эта загадочная фраза Л.В.Шапошниковой становится ясным ориентиром для нас сегодня.

Александр Витальевич Стеценко также выступал, отвечая на обвинения Ларины Владимировны. Он обратил внимание на то, что не Л.В.Шапошникова, а прежний министр культуры А.А.Авдеев был инициатором совместного с ГМВ использования коллекции 288 картин Н.К. и С.Н. Рерихов, переданной МЦР и незаконно хранящейся в Музее Востока. Людмила Васильевна поначалу возражала, поскольку всегда была против половинчатых решений и компромиссов. Но, в конце концов, согласилась, хотя и не верила, что ГМВ на это пойдет. Так оно и случилось. Несмотря на предварительное согласие директора ГМВ и в ответ на публикацию МЦР в «Российской газете», предложения о сотрудничестве с уходом со своего поста А.А.Авдеева были немедленно похоронены Музеем Востока и новым руководством Минкультуры.

По поводу «проекта А.П.Лосюкова об общественно-государственном статусе музея», который якобы обсуждался с Л.В.Шапошниковой и она его одобрила, сразу несколько свидетелей заявили, что это ложь. Более того, есть документальные подтверждения последнего заседания, на котором Людмила Васильевна говорила, что ни в коем случае нельзя отдавать наследие государству и необходимо сохранить общественный статус музея.

К сожалению, ни свидетельства очевидцев, ни представленные документы не убедили Ларину Владимировну. Вообще, чем дальше на Конференции заходило обсуждение ее письма, тем больше складывалось впечатление, что реальные факты ей не нужны. Ведь все дело в личных мотивах. Если в сердце закралась обида, недоверие, ревность, ущемленное самолюбие, если все это копилось и зрело годами, то оно и стало главным советчиком, и человек начал видеть только то, что хотел, а не то, что есть на самом деле. Приблизительно это и произошло с Лариной Владимировной. Но, тем не менее, ей все еще пытались дать шанс понять, разобраться, все еще надеялись на что-то…

После речи Л.В.Кудряшовой на нее обрушился шквал вопросов и выступлений. В них звучали недоумение, удивление, боль, возмущение. Те, кто давно знали Ларину Владимировну, не могли до конца поверить, что с ней случилась такая разительная перемена.

На вопрос, отдавала ли она себе отчет о последствиях этого письма, Ларина Владимировна ответила однозначно: «Если бы я не отдавала себе отчет о последствиях, я бы этого не делала». Получается, что она понимала, как порадует всех противников общественного Музея, сколько зерен сомнения заронит в некрепкие сердца некоторых его сторонников. Поэтому ее утверждение, что таким способом она хотела помочь МЦР и не отделяет себя от него, прозвучало, по меньшей мере, неискренне. Тем более, что ни на конференциях МЦР, ни в беседах с руководством и сотрудниками нашей организации приведенные в ее письме замечания ею не высказывались.

Как оказалось, ответ Ларины Владимировны имел более глубокие причины. Не прошло и месяца со дня проведения внеочередной Конференции, как Ларина Владимировна в сопровождении своих друзей направилась в захваченную ГМВ усадьбу Лопухиных, где ее любезно встретил Н.В.Макаренко, а затем и Т.К.Мкртычев. Какой это был красноречивый шаг! Уже тогда, на Конференции, стоя перед своими недавними друзьями и сотрудниками, она четко знала, куда двинется дальше, ей только нужен был этот спектакль, чтобы сыграть роль безвинной затравленной жертвы и таким образом оправдаться перед рериховским сообществом. Конечно, можно оправдаться перед людьми, но как быть с собственной совестью? А она ведь когда-нибудь задаст прямой вопрос, от которого уже не сможешь уйти.

Очень точно один из участников Конференции расценил поступок Л.В.Кудряшовой как «удар ножом в спину» и без того раненой организации. И это поистине реальный результат ее письма. Но есть и другое, более важное следствие – пройдя через очередное предательство, через потерю еще одного соратника, а может, для кого-то и друга, мы все равно стали сильнее, как становится крепче выдержавший еще один тяжкий удар.

Вспомним слова Л.В.Шапошниковой, сказанные ею еще в 1994 году: «И у нас иногда возникает проблема. Все удается, значит, мы на правильном пути, а вот на тех все сыпется, сыпется, значит, они вообще неизвестно кто. Не учитывается одно обстоятельство: чем труднее жизнь людей, чем больше препятствий – тем выше энергетика, которая вырабатывается. Ведь задача и всех рериховских организаций – в выработке энергетики и создании энергетического поля, на которое может опереться будущая Россия. <…> Вот в чем задача, а не в том, что мы [рассуждаем] ‒ этим все удалось, а этим не удается. Я хочу сказать, что по силе напора МЦР занимает первое место. И те, кто думает, что оттого на нас нападают, что мы плохо работаем, глубоко неправы. <…> Те же, кому все удается, проходят не наш путь. Вы знаете о том, что и в Живой Этике об этом сказано. Не забывайте об этом».

Л.В.Хоменок
Е.А.Захарова
Т.А.Иванова
А.А.Лебеденко
О.И.Миронова
О.В.Титова
Н.Н.Морочковская
И.П.Геращенко


Источник: https://save.icr.su/ru/2017/11/realnye-sledstviya/


Господь твой, живи!
 
МилаДата: Суббота, 11.11.2017, 01:55 | Сообщение # 240
Группа: Админ Общины
Сообщений: 5028
Статус: Offline
ЗАСЕДАНИЕ СОВЕТА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА


Прямой эфир от 30.10.2017 г.

Внимание! На видео (54м43с) видно, как Председатель Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, советник Президента Российской Федерации Михаил Александрович Федотов, который лично был свидетелем захвата Общественного Музея Рериха и обещал нам рассмотреть ситуацию на Совете, передал В.В. Путину книгу "Н.К. Рерих и духовно-историческое наследие России". Есть сведение, что для него лично в этой книге сделана закладка на странице, где собраны документы по истории разрушения Музея Минкультом. Чуть позже (1ч04м49с) обложку книги видно достаточно хорошо. Кто-то, вероятно, надеется, что президент прочтёт книгу и, наконец, проявит ожидаемый интерес к происходящему с МЦР... Полагаю, что и эта надежда совершенно беспочвенна. Впрочем обожатели Путина из числа рериховцев и тут найдут ему оправдание, - ну когда президенту читать книги о Рерихе! К тому же, насколько можно судить, Федотов не выполнил своё обещание и не поднял вопрос о противозаконном действии Минкульта в отношении МЦР. Единственное, на что он решился, - это даже не вручил, а "подсунул" книгу, которая с большой долей вероятности Путиным даже не будет открыта. Но, как говорится, подождём... надежда умирает последней.





Господь твой, живи!
 
Форум » ОБЩИНА КРЫЛЬЯ ДУХА » ИНФОРМАЦИОННЫЙ СТЕНД » ОБЩЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ РЕРИХОВ (Хроника битвы за право на существование)
Страница 24 из 25«1222232425»
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES