Понедельник, 19.11.2018, 05:55

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 2 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ПЕРВОИСТОЧНИКИ И ТРУДЫ УЧИТЕЛЕЙ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА » МАХАТМЫ. ЛЕГЕНДЫ И РЕАЛЬНОСТЬ (Учителя тайной Мудрости. СБОРНИК)
МАХАТМЫ. ЛЕГЕНДЫ И РЕАЛЬНОСТЬ
СфинксДата: Понедельник, 06.05.2013, 20:16 | Сообщение # 11
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

АДЕПТЫ

Кто такой Учитель?

Среди многих вопросов, которые поднимает теософия, вероятно, ни один не возбуждает больше интереса и не вызывает больше расспросов, чем вопрос об Учителях. Что обозначается этим термином? Кто они? Где они живут? Что они делают? Эти и многие другие вопросы слышатся постоянно.
Позвольте мне пролить на эти вопросы немного света, чтобы ответить на них, по крайней мере, частично.
Учитель — это термин, служащий для обозначения неких людей, которые завершили свою человеческую эволюцию, достигли человеческого совершенства, которым больше нечему учиться в том, что касается нашей части солнечной системы, и которые достигли того, что христиане называют «Спасением», а индуисты и буддисты — «Освобождением». Когда христианская церковь все еще хранила веру, однажды переданную Святым во всей ее полноте, спасение означало гораздо большее, нежели избежание вечного проклятия. Оно подразумевало освобождение от обязательного перевоплощения, спасение от всевозможных неудач эволюции. «Тому, кто преодолеет», было обещано, что он станет «колонною во Храме Бога моего, и он не выйдет более». Тот, кто преодолел, был «спасен».
Концепция эволюции, включающая постепенное расширение границ сознания, воплощенная в вечно совершенствующихся материальных формах, лежит в основе концепции Учительства. Совершенствование, которое она подразумевает, должно быть достигнуто каждым человеческим существом, и ясно, что совершенство не может быть достигнуто в течение одной короткой человеческой жизни. Различия между людьми, между гением и болваном, между святым и преступником, между атлетом и калекой совместимы с божественной справедливостью только в том случае, если каждое человеческое существо находится в процессе развития от дикости к благородству и если различия являются всего лишь признаками разных стадий этого роста. На вершине такой длительной эволюции стоит «Учитель», воплощающий в себе высшие результаты, возможные для человека в его интеллектуальном, моральном и духовном развитии. Он выучил все уроки, которые может усвоить человечество, и вся ценность того опыта, который может дать мир, воплощена в нем. За этой точкой начинается эволюция сверхчеловеческая; если завоеватель возвращается к человеческой жизни, то это добровольная акция, потому что ни рождение не может связать его, ни смерть не может коснуться его без его согласия.
Для полноты концепции Учительства мы должны к этому кое-что прибавить. Учитель должен существовать в человеческом теле — должен быть вопло¬щен. Многие, достигшие этого уровня, больше не принимают бремени плоти, но, используя лишь «духовное тело», выходят из соприкосновения с нашей Землею и населяют только более высокие сферы существования. Далее, Учитель, как подсказывает само название, берет учеников, и в своем строгом значении этот термин должно применять только к тем, кто принимает на себя особую функцию помощи, — к тем, кто помогает мужчинам и женщинам идти по трудной дороге, ведущей их «коротким путем» к вершине человеческой эволюции, трудно достижимой для массы их собратьев-людей. Эволюцию сравнивали с дорогой, вьющейся вокруг склонов холма восходящею спиралью, и по этой дороге медленно идет человечество; существует короткий путь к вершине холма, прямой, узкий, неровный и крутой, и «будут немногие нашедшие его». Эти немногие — ученики, или последователи, Учителей. Как и во времена Христа, они должны «бросить все и следовать за Ним».
Те, кто находится на этом уровне, но не берет учеников, вовлечены в другие пути служения миру, о чем кое-что будет сказано в настоящее время. Не существует английского слова для того, чтобы отличить их от учителей, и посему волей-неволей слово «Учитель» относится также и к ним. В Индии, где эти разные функции известны как идущие из глубокой древности, есть разные названия для различных функций, но было бы сложно ввести их в широкое обращение в английском языке.
Посему мы можем принять в качестве определения Учителя следующее: человеческое существо, развившее себя до совершенства, которому нечему больше учиться на Земле, живущее в физическом теле на Земле ради помощи людям и берущее учеников, жаждущих развиваться быстрее с целью служить этому развитию и желающих оставить все ради этого намерения.

Совершенный человек: его место в эволюции

Возможно, нелишне добавить для осведомления тех, кто не очень знаком с теософской концепцией эволюции, что, когда мы говорим «совершенный человек», мы подразумеваем гораздо большее, нежели обычно означает это выражение.
Мы имеем в виду сознание, которое способно функционировать непрерывно во всех пяти великих сферах, в которых происходит эволюция: в физическом, промежуточном и небесном мирах, к которым сейчас имеют отношение все люди, и к тому же в двух высших небесах; можно вспомнить, что святой Павел говорит о «третьем небе», в которое обычный представитель рода человеческого пока не может вступить.
Сознание Учителя находится в любой из них как дома и включает их все, и его очищенное и тонкое тела свободно функционируют во всех них, так что он может в любое время знать, что там происходит, и по желанию действовать в любой части любой из этих сфер.
Уровень, занятый Учителями, является пятым в великом Братстве, члены которого превзошли обычную эволюцию. Четыре нижних уровня состоят из посвященных последователей, которые живут и трудятся по большей части неизвестными для повседневного мира, беря на себя работу, назначенную им их старшими.
В определенные времена человеческой истории, в периоды серьезных кризисов, переходов от одного типа цивилизации к другому члены оккультной Иерархии, Учителя и даже более возвышенные Сущности являются миру; обычно, хотя и воплощенные, они пребывают в уединенных и изолированных местах, вдали от буйства человеческой жизни, с целью выполнять полезную работу, которую было бы невозможно выполнить в переполненных местах обитания людей.

Где они живут?

Они живут в разных странах, разбросанных по всему миру. Учитель Иисус живет в основном в горах Ливана, Учитель Иларион — в Египте, он носит критское тело, Учителя М. и К.Х. — в Тибете, в районе Шигадзе, оба в индийских телах, Учитель Ракоци — в Венгрии, хотя и много путешествует; я не знаю мест обитания «Венецианца» и Учителя «Сераписа». Места обитания физического тела, кажется, значат столь мало, когда быстрые движения тонкого тела, освобождаемого по желанию от более плотного, переносят его владельца, куда он пожелает, в любое время. «Место» теряет свое обычное значение для тех, кто является свободным жителем пространства, приходя и уходя по желанию. И хотя известно, что у них есть места жительства, где обычно обитает физическое тело, также известно и то, что тело так похоже на одеяние, которое в любой момент можно отложить в сторону, что «где» по большей части теряет свое значение.
(Более полный отчет дан в книге Ч.УЛедбитера: C.W.Lead- beater, «The Masters and the Path»).

Их работа

Бесчисленным количеством способов они помогают развитию человечества. С самой высокой сферы они проливают на весь мир свет и жизнь, которые могут быть усвоены так же свободно, как солнечный свет, всеми, кто достаточно восприимчив, чтобы принять это. Как физический мир живет жизнью Бога, сосредоточенной в солнечном свете, так и духовный мир живет той же самой жизнью, сосредоточенной в оккультной Иерархии. Кроме того, Учителя, особенно связанные с религиями, используют эти религии как резервуары, в которые они изливают духовную энергию, чтобы распределить ее между верующими каждой религии посредством должным образом назначенных молитв. Далее выступает великая интеллектуальная работа, в которой Учителя посылают мыслеформы высокой интеллектуальной силы, чтобы гениальные люди восприняли, усвоили их и выдали в мир; на этом уровне они также сообщают свои пожелания своим последователям, уведомляя их о задачах, к которым те должны приложить свою руку.
Затем идет работа в низшем ментальном мире, генерация мыслеформ, которые влияют на конкретный разум и направляют его деятельность в этом мире в полезное русло, а также обучение тех, кто живет в небесном мире. Потом следует огромная активность в промежуточном мире, помощь так называемым мертвым, общее руководство, наблюдение за обучением более молодых учеников и оказание помощи в бесчисленных случаях, когда в ней нуждаются. В физическом мире — наблюдение за тенденциями развития событий, коррекция и нейтрализация до той степени, до которой позволяет закон, злых токов, постоянное поддержание баланса сил, работающих на пользу эволюции и против нее, усиление добра, ослабление зла. Кроме того, они работают в союзе с Ангелами народов, направляя духовные силы, как другие направляют материю, назначая и отстраняя от действия актеров великой Драмы, сообщая необходимые импульсы в верном направлении.
Это только немногие из видов непрестанной деятельности Стражей человечества, безостановочно происходящей в каждой из сфер, те немногие области, которые попадают в наше ограниченное поле зрения. Они стоят вокруг человечества сторожевою стеною, внутри которой оно может развиваться, защищенное от ужасных космических сил, играющих вокруг нашего планетного дома. Время от времени один из них приходит в мир в качестве великого религиозного Учителя, чтобы взять на себя задачу распространения новой формы вечных истин, — формы, подходящей для новой цивилизации. Их ряды включают в себя всех величайших Пророков религий мира, и, пока жива вера, один из этих Великих всегда стоит во главе ее, наблюдая за нею как за своей особой заботой.

 
СфинксДата: Вторник, 07.05.2013, 10:23 | Сообщение # 12
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

Анни Безант

Е.П.БЛАВАТСКАЯ И УЧИТЕЛЯ МУДРОСТИ

Е.П.БЛАВАТСКАЯ

Шестнадцать с половиной лет прошло с тех пор, как Елена Петровна Блаватская покинула этот смертный мир. Но до сих пор ее правдивость, ее характер подвергаются нападкам, и добрые симпатичные люди все еще отворачиваются от Теософского Общества со словами: «О! Я не собираюсь принадле¬жать к нему; оно было основано мадам Блаватской, которую Общество Психических Исследований обвинило в мошенничестве». Статьи, в то время на¬писанные в ее защиту, долго не печатались и были забыты; доктор Ходжсон*, автор доклада О.П.И.*, поверил в феномены более удивительные, нежели те, что он отрицал в своей юношеской самонадеянности, и также пал жертвой непонимания и на¬смешек. Большие тиражи бесценных работ мадам Блаватской, распространенность идей, изучению и преподаванию коих она посвятила свою жизнь, рост Теософского Общества, которое она основала вместе со своим коллегой, полковником Г.С.Олькоттом, все увеличивающийся объем литературы, опубликованной ее учениками, — все это обеспечивает ей надежную защиту, оправдывает тот труд, которому она посвятила жизнь. Однако это неправильно, что в то время как непрерывное распинание Учителя воспринимается с благодушием, мир пользуется его учениями; также неправильно и то, что ее, принесшую в эту эпоху истины, которые теперь принимаются во всем мире, клеймят как мошенницу и обманщицу. Будет только справедливо, если люди смогут услышать слово в ее защиту в то время, как о ней злословят. Посему я, почитающая ее своим первым Учителем и с вечной признательностью хранящая в сердце ее образ, — образ той, что привела меня к моему Учителю, которому я до сих пор (больше восемнадцати лет) служу со все возрастающей благодарностью, — помещаю здесь записи прошлых событий с теми комментариями, которые представляются необходимыми.
Елена Петровна была дочерью полковника Петра Гана и внучкой генерал-лейтенанта Алексиса Гана фон Роттенштейн-Ган; ее матерью была Елена Фадеева, дочь тайного советника Андрея Фадеева и княжны Елены Долгорукой. Следующее письмо, написанное генерал-майором Р.Фадеевым А.П.Синнетту, эсквайру, первому секретарю вице-короля, через князя Дундукова-Хорсанова, генерал-губернатора Кавказа, подтверждает ее личность:
«Сим удостоверяю, что мадам Елена Петровна Блаватская, ныне проживающая в Симле (Британская Индия), является по отцовской линии дочерью полковника Петра и внучкою генерал-лейтенанта Алексиса Гана де Роттенштейн-Ган (благородной фамилии из Мекленбурга, осевшей в России), а по линии материнской — дочерью Елены Фадеевой и внучкою тайного советника Андрея Фадеева и княгини Елены Долгорукой, и что она является вдовою статского советника Никифора Блаватского, вице- губернатора провинции Эривани (Кавказ).
Генерал-майор Ростислав Фадеев, секретарь министра внутренних дел графа Игнатьева, атташе старшего военного министра.
С.-Петербург, Малая Морская, 23.
18 (30) сентября 1881 года».
При нем было письмо, говорящее о том, что официальное правительственное свидетельство прибудет через несколько дней.
Елена Петровна родилась в 1831 году, и ее тетка, Н.А.Фадеева, в письме в Одессу от 8 (20) мая 1877 года свидетельствует о чудесах, окружавших ее с самого детства. Мадам Фадеева утверждает, что она сама всегда глубоко интересовалась психологическими феноменами и хваталась за любую возможность наблюдения за ними. Она продолжает: «Феномены, производившиеся медиумической силой моей племянницы Елены, весьма любопытны и удивительны, истинные чудеса; но они не исключительны или уникальны. Много раз мне рассказывали, и я часто читала в работах, посвященных спиритуализму, духовному и мирскому, удивительные рассказы о феноменах, похожих на те, что вы упоминаете в своем письме, но в основном это были единичные происшествия или проистекавшие из разных источников. Однако такое количество силы, сконцентрированной в одной личности, — целая группа совершенно необычайных проявлений, исходящих из одного источника, как в случае мадам Блаватской, — это действительно исключительная редкость, возможно, не имеющая аналогов. Я давно знала, что она обладает медиумической силой, огромнейшей из встреченных мною; но, когда она находилась здесь, эта сила была в состоянии куда более слабом по сравнению с теми размерами, которые она приобрела теперь. Моя племянница Елена — существо совсем особое, и ее нельзя сравнивать с кем-либо еще. Ребенком, молодой девушкой, женщиной она всегда слишком превосходила свое окружение, чтобы ее оценивали по достоинству. Она получила образование девушки из хорошей семьи. Она была прекрасно воспитана, но ее совершенно не обучали, а что касается учености, об этом не было даже и речи. Но необычайное богатство ее умственных способностей, тонкость и быстрота ее мысли, изумительная легкость, с которой она понимала, схватывала и усваивала наиболее трудные предметы, такие, на которые у любого другого ушли бы годы усердного изучения; необыкновенно развитый ум в соединении с верным, прямым, открытым, энергичным характером — все это дало ей такие необычайные преимущества, настолько высоко подняло ее над обычным уровнем большинства вялых, скучных людей, что она так никогда и не смогла избавиться от внимания общественности и закономерной зависти и враждебности всех тех, кто в своей тривиальной ущербности чувствовали себя задетыми блеском способностей и талантов этой по-настоящему чудесной женщины.
Вы спрашиваете, какие языки она изучала. С детства, помимо русского, ее родного языка, она знала только французский и английский. Гораздо позже, во время ее путешествий по Европе, она немного познакомилась с итальянским. Последний раз, когда я ее видела, это было все, что она знала в смысле языков, и это безусловно точно, уверяю вас. Что касается неизмеримых глубин ее эрудиции, в то время, о котором я говорю, четыре года спустя, не было ни следа ее, не было даже ни малейшего намека на то, что так произойдет впоследствии. Она была хорошо воспитана, хорошо образованна как светская женщина, что означает — очень поверхностно. Но что касается серьезных и абстрактных занятий, религиозных мистерий древности, александрийской теургии, древних философий и языков, знания иероглифов, иврита, санскрита, греческого, латыни и так далее, — такое ей даже и не снилось. Я могу в этом поклясться. Она не имела ни малейшего представления даже об их алфавите».
Вернемся назад. Елена Петровна вышла замуж семнадцатилетней девочкой за старика, быстро сбежала от своего мужа, как только поняла, что значит замужество, и скиталась по миру в поисках знаний. В августе 1851 года мы обнаруживаем ее в Лондоне, и там, лунной ночью, как повествует нам ее дневник: «Я встретила Учителя из моих снов». Тогда он сказал ей, что избрал ее для работы в обществе, а некоторое время спустя с его разрешения она начала подготовку к своей будущей миссии, пройдя через семь и десять лет испытаний и тяжелого труда. Мадам Фадеева снова может помочь нам. Она пишет из Парижа, датируя письмо 26 июня 1884 года: «Я писала мистеру Синнетту два или три года назад, отвечая на одно из его писем, и полагаю, что рассказала ему, что произошло в связи с письмом, чудесным образом полученным мною, когда моя племянница находилась на другом краю света, или когда, фактически говоря, никто не знал, где она находилась, и именно это нас и беспокоило. Все наши поиски ничем не закончились. Мы были готовы поверить в ее смерть, когда (я думаю, году в 1870-м или чуть позже) я получила письмо от Существа, кого вы называете, полагаю, Кут Хуми. Оно попало ко мне самым непостижимым и таинственным образом: в мой собственный дом его принес посланник с лицом азиата, который исчез у меня на глазах. Это послание, умолявшее меня не беспокоиться и уверявшее, что она в безопасности, до сих пор у меня, но в Одессе. Когда я вернусь, я пришлю его вам и буду очень рада, если оно окажется вам полезным. Прошу прощения, но мне трудно, почти невозможно поверить в то, что существуют настолько глупые люди, которые могут думать, что либо моя племянница, либо вы сами выдумали людей, которых вы называете Махатмами.
Мне не известно, знали вы их лично долгое время или нет, но моя племянница очень много говорила со мною о них много лет назад. Она писала мне, что видела некоторых из них и восстановила связь с ними до того, как написала свою "Изиду". Почему она должна была выдумывать этих персонажей? С какою целью? И что хорошего они могли принести ей, если не существовали? Ваши враги, думаю, не являются ни злобными, ни бесчестными; если они обвиняют вас в этом, они всего-навсего дураки. Если я, которая собирается, надеюсь, до самой смерти остаться ревностной христианкой, верю в существование этих людей (хотя и не во все чудеса, которые им приписывают), почему не способны поверить другие? Я могу поручиться за существование по крайней мере одного из них. Кто мог написать мне, дабы придать уверенности в тот момент, когда я больше всего нуждалась в таких заверениях, если не один из тех Адептов, о которых они говорят? Правда, что я не знаю почерка, но способ, которым послание было доставлено ко мне, был настолько феноменален, что никто, за исключением адепта оккультных наук, не смог бы это исполнить. Оно обещало мне возвращение моей племянницы, и обещание было выполнено. Как бы то ни было, я пришлю его вам в течение двух недель, и вы получите его в Лондоне».

 
СфинксДата: Среда, 08.05.2013, 02:06 | Сообщение # 13
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

Письмо было должным образом отправлено десять дней спустя, в одном конверте с запиской мадам Фадеевой; оно было написано на китайской рисовой бумаге, «с подкладкой из сделанной вручную глянцевой бумаги, которую можно увидеть в Кашмире и Пенджабе, и заключено в конверт из той же бумаги. Адрес был написан следующим образом: "Почтенной, Весьма Почтенной леди Надежде Андреевне Фадеевой, Одесса". В одном углу почерком мадам Фадеевой приписана заметка карандашом на русском языке: "Получено в Одессе, 7 ноября, о Лёлиньке (ласковое прозвище Е.П.Б.), вероятно, из Тибета. 11 ноября, Надежда Ф.". Письмо гласит: "Благородным родственникам мадам Е. Блаватской нет причин скорбеть. Их дочь и племянница не покинула этот мир. Она жива и желает сообщить тем, кого любит, что у нее все хорошо и она чувствует себя очень счастливо в отдаленном и неизвестном убежище, которое она выбрала... Пусть леди из ее семьи утешатся. Прежде чем взойдут 18 новых лун, она вернется в свой дом". И письмо, и надпись на конверте сделаны знакомым теперь нам почерком Махатмы К.Х.» .
Следующие даты взяты с обрывка бумаги, найденного в Адьяре; почерка я не узнаю, бумага не подписана. За что купила, за то и продаю.
В 1848 году, вскоре после замужества, она покинула Кавказ и отправилась в Египет, путешествуя с графиней Киселевой. Она посетила Афины, Смирну и Малую Азию и совершила первую попытку проникнуть в Тибет, но это ей не удалось. В 1853 году, во время визита непальского посольства в Лондон (но, согласно ее дневнику, в 1851-м), она находилась в Лондоне и встретила там своего Учителя. Оттуда она отправилась в Южную Америку, а затем через тихоокеанские острова в Индию и совершила свою вторую безуспешную попытку проникнуть в Тибет. Она вернулась в Англию через Китай, Японию и Америку около 1853 года. Затем она путешествовала по Соединенным Штатам и Центральной Америке и возвратилась в Англию в 1855 или 1856 году. Оттуда она вновь направилась в Индию через Египет и непосредственно перед восстанием сипаев предприняла свою третью безуспешную попытку попасть в Тибет. Затем она исчезает, появляясь вновь в России в конце 1858 или начале 1859 года. Она находилась в Тифлисе с 1861 по 1863 год, а затем поехала в Египет, а оттуда в Персию, пересекла Центральную Азию и проникла в Тибет около 1864 года. Она нанесла мимолетный визит в Италию в 1866 году, а затем вновь вернулась в Индию и поехала на север, к горам Куньлунь, озеру Палти и Тибету. Она вернулась в Одессу через Египет и Грецию в 1872 году.
В 1872 году, согласно журналу «Theosophist*», мадам Блаватская попала в кораблекрушение и в ожидании денежного перевода из России получила помощь и убежище у неких людей, которые позже причинят ей много вреда, — у Куломбов, державших тогда отель в Каире, в Египте. Мадам Куломб, по-видимому, была медиумом и заинтересовала мадам Блаватскую. Их знакомство было кратким, поскольку последняя вскоре отправилась в Россию, а оттуда во Францию и Америку, встретив в последней стране полковника Олькотта, с которым 17 ноября 1875 года она основала, следуя полученному ей приказу, Теософское Общество. Рассказ об этом времени можно прочесть в «Страницах старого дневника» полковника Олькотта, где приводится отчет об ее экстраординарных силах и о необыкновенных явлениях, окружавших ее. Из Америки двое основателей Общества приехали в Индию и на время расположили свою Штаб-квартиру в Бомбее. Там мадам Блаватская получила письмо от мадам Куломб, датированное 10 июня 1879 года, рассказывавшее о проблемах, с которыми последней пришлось столкнуться, и с просьбой одолжить ей 200 рупий. Поздней весной 1880 года она и ее муж, страшно нуждаясь, приехали в Бомбей, и мадам Блаватская пожалела их и помогла им, впоследствии разместив их в Штаб-квартире в Адьяре, месье Куломба — в качестве библиотекаря и мастера на все руки (поскольку библиотека была еще только в проекте), а мадам Куломб — в качестве экономки и смотрительницы.
Работа мадам Блаватской и полковника Олькотта в Индии хорошо известна. Те же самые чудеса, что и в Америке, окружали ее и в Индии, и в соединении с ее чудесным проникновением в истины, лежащие за всеми религиями, и ее сильной любовью к Индии — «родине моего Учителя» — все это притягивало к ней толпы людей из образованных классов Индии. Об этом желающие получить свидетельства об ее экстраординарной силе и пределах ее оккультных возможностей могут, опять-таки, прочесть в «Страницах старого дневника». Ее великолепные статьи в журнале "Theosophist" показывают ее знания, а частые появления Учителей и Их постоянное общение с нею и с теми, кто ее окружал, стали широко известны. Мистер Синнетт в своей книге «Оккультный мир» описал то, что происходило с ним самим и с людьми из его круга; возможно, самым необыкновенным явлением из всех была перемена, произошедшая с этим скептически настроенным англо-индусом, редактором журнала «Pioneer», который в результате контакта с Учителем К.Х., организованного для него мадам Блаватской, стал его верным и преданным учеником, непоколебимо служившим ему во всех превратностях судьбы.
Если человеческое свидетельство вообще может привести достаточные доказательства какого-либо факта, то факт появления Учителей и сообщений, получаемых от них на протяжении этих лет, не подлежит никакому сомнению. Давайте я наугад приведу вам несколько. Мистер С.Рамасвами*, районный регистратор, 1 декабря 1881 года передал мадам Блаватской записку в запечатанном конверте, а затем отправился на прогулку с нею, полковником Оль- коттом и Дамодаром*; по возвращении домой все они увидели наклонившегося с балкона человека, опознанного полковником и Дамодаром как Учителя мадам Блаватской. Он поднял Свою руку и уронил письмо на землю; оно было написано тибетскими буквами и являлось ответом на записку мистера Рамасвами, который удостоверял (датируется 28 декабря 1881 года), что мадам Блаватская не пропадала из его поля зрения с того момента, как он отдал ей свою записку, до того времени, как он увидел, что фигура бросает ответ. Мистер и миссис Скотт (мистер Скотт был гражданским служащим в Индии, который поднялся до положения судебного уполномоченного), полковник Олькотт, мадам Блаватская, мистер М.Мурад Али Бег, мистер Дамодар К.Маваланкар и пандит Бхавани Шанкар сидели на балконе, с которого были видны частично затемненная библиотека и великолепно освещенная комната за нею. Мистер Скотт увидел, как человек, которого он опознал по Его портрету как Учителя М., шагнул в освещенную комнату; все ясно видели Его. Он прошел к столу, и на нем впоследствии было обнаружено письмо, написанное знакомым почерком . Полковник Олькотт пишет 30 сентября 1881 года: «Этот самый Брат однажды во плоти посетил меня в Бомбее, появившись средь бела дня верхом на лошади. Он позвал меня через слугу в переднюю бунгало Е.П.Б. (она в это время была в другом бунгало, разговаривая с теми, кто находился там). Он пришел резко отругать меня за что-то, что было сделано мною в делах Т.О., и, поскольку Е.П.Б. тоже была в этом виновата, Он телеграфировал ей, чтобы она пришла, то есть Он обернул Свое лицо и вытянул палец по направлению к тому месту, где она находилась. Она прибыла сразу же, поспешно и, увидев Его, упала на колени и выразила свое почтение. И мой, и Его голос слышали те, кто был в другом бунгало, но только Е.П.Б., я и слуга видели Его. В другой раз два, если не три человека, сидя на веранде моего бунгало, увидели, как некий индийский джентльмен въезжает туда на лошади, спешивается под портиком Е.П.Б. и входит в ее рабочий кабинет. Они позвали меня, и я пришел и наблюдал за лошадью до тех пор, пока посетитель не вышел наружу, вновь поднялся в седло и отбыл. Это также был Брат во плоти и крови» .
На протяжении этого времени месье и мадам Куломб жили в бомбейской Штаб-квартире, и мадам Куломб, будучи спиритуалисткой, не была скептически настроена по отношению к реальности необыкновенных явлений, но как фанатичная и полная предрассудков христианка он считала их (из-за их тесной связи с нехристианами) работой дьявола. Мистер Мартандрао Б.Нагнат*, который много общался с основателями Общества в Бомбее с 1879 по 1889 годы, приводит примеры того, как он видел «обычно невидимых Братьев Первой секции Теософского Общества». (Теософское Общество в ранний период его существования было поделено на три секции; первая секция состояла из Учителей). В 1881 году он, с тремя братьями-теософами, беседовал с мадам Блаватской (мадам Куломб также присутствовала), когда они увидели Учителя К.Х. «на расстоянии около восьми-десяти ярдов». «Он был одет в белое свободное платье или мантию, у него были длинные волнистые волосы и борода, и Он постепенно, так сказать, оформлялся перед кустом или группой кустов на расстоянии около двадцати-тридцати ярдов от нас, пока не встал во весь рост. Мадам Блаватская в нашем присутствии спросила у мадам Куломб: "Этот добрый Брат — дьявол?", — поскольку та привыкла так думать и говорить при виде Братьев, и она испугалась. Затем она ответила: "Нет, вот этот — человек". Он демонстрировал Свою фигуру около двух или трех минут, потом начал постепенно исчезать, растворяясь в кустарнике». Это заявление, содержащее отчет о многих других необыкновенных явлениях, датируется Бомбеем, 14 февраля 1882 года. Этот эпизод подтвержден пандитом Бхавани* Шанкаром.

 
СфинксДата: Четверг, 09.05.2013, 14:32 | Сообщение # 14
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

После того как Штаб-квартира Общества переехала в Адьяр (Мадрас) 30 декабря 1882 года, подобные появления Учителей случались часто; для работников стало домашней традицией собираться по вечерам на плоской крыше, и туда снова и снова приходил видимый Учитель, благосклонно говорил с ними и давал им указания. На это мистер Ч.У.Ледбитер*, работавший в Адьяре и по всей Индии и на Цейлоне для Общества с 1884 по 1888 год, пишет: «Я весьма рад удостоверить, что много раз видел Учителей, появлявшихся в материальной форме в Штаб-квартире в Адьяре. При этих условиях я видел Учителя М., Учителя К.Х., Учителя Д.К., а также еще одного члена Братства, не считая одного-двух учеников-посланников. Эти появления иногда происходили на плоской крыше главного здания, иногда в моей собственной комнате на берегу реки, а в некоторых случаях в саду. Материализации часто продолжались до двадцати минут, а, по крайней мере, в двух случаях длились значительно больше получаса».
Эти появления Учителей, однако, не относятся к Штаб-квартире в Бомбее и Мадрасе.
Мистер Т.Браун в своей работе, озаглавленной «Мои приключения в Индии», утверждает следующее: «Лахор особенно интересен, поскольку там мы видели, в собственном физическом теле, самого Махатму Кут Хуми. 19 ноября, после полудня, я увидел Учителя при ярком дневном свете и узнал его, а утром 20 он пришел к моей палатке и сказал: "Теперь ты видишь перед собою меня во плоти: смотри — и убедись, что это я", и оставил письмо с инструкциями и шелковый носовой платок; и то и другое сейчас у меня. Письмо, как обычно, было написано, по-видимому, синим карандашом, тем же самым почерком, которым написано сообщение, полученное в Мадрасе, и освидетельствовано примерно десятком человек как написанное рукою Махатмы Кут Хуми. Письмо было нужно вот для чего. Сначала я наблюдал его в своих видениях, затем — в его астральной форме, потом — в телесной на расстоянии, теперь же наконец я увидел его в его собственном физическом теле, так близко ко мне, чтобы я мог уверить моих соотечественников в том, что я, исходя из моих личных знаний, настолько же уверен в существовании Махатм, насколько уверен в собственном. Письмо было частным, и я не имею права цитировать его подробно. Вечером 21-го полковник Олькотт, Дамодар и я сидели возле шамьяны, когда нас посетил... (главный чела Учителя, ныне посвященный), который известил нас о том, что должен прийти Учитель. Затем Учитель подошел близко к нам, дал указания Дамодару и удалился» .
О том же визите в Лахор в ноябре 1883 года много деталей приводит сам Дамодар. О Махатме Кут Хуми он говорит: «Там Он посещал меня в телесной форме на протяжении трех ночей, каждый раз около трех часов, в то время как сам я сохранял полное сознание, а в одном случае даже вышел из дома встречать Его. Тот, кого я лично видел в Лахоре, был тем же самым, кого я наблюдал в астральной форме в Штаб-квартире Теософского Общества, и, опять же, тем же, кого я в видениях и трансах видел в Его доме, находящемся за тысячи миль отсюда, достичь которого в моем астральном Эго мне было разрешено, благодаря, разумеется, Его прямой помощи и защите. В тех случаях, когда мои психические силы были еще едва-едва развиты, я всегда видел Его в несколько туманной форме, хотя Его черты были совершенно отчетливы, и воспоминание о них глубоко запечатлено в глазах и памяти моей души. Однако теперь, в Лахоре, Джамму и других местах, впечатление совершенно другое. В предыдущих случаях во время совершения пранама (приветствия) мои руки проходили сквозь его тело, тогда как при последних встречах они встречали на своем пути жесткую одежду и плоть. Здесь я видел перед собою живого человека, с теми же чертами, но Он производил своей обычной внешностью и поведением впечатление гораздо более сильное, нежели тогда, когда я так часто смотрел на Него на портрете, принадлежавшем мадам Блаватской, и на том, что у мистера Синнетта. Я не буду здесь останавливаться на том факте, что Его в телесной форме видели по отдельности полковник Олькотт и мистер Браун на протяжении двух ночей в Лахоре, поскольку они могут сделать это лучше, каждый сам за себя, если пожелают. В Джамму снова, когда мы отправились из Лахора, мистер Браун видел Его вечером третьего дня после нашего прибытия туда, и получил от Него письмо, написанное Его знакомым почерком, не говоря уже о Его почти каждодневных визитах ко мне; а о том, что случилось на следующее утро, знают почти все в Джамму. Дело в том, что мне посчастливилось: за мною послали, и мне было позволено посетить священный ашрам, где я и пробыл несколько дней в благословенном обществе нескольких Махатм из Химавата и Их учеников. Здесь я встретил не только своего возлюбленного Гурудэву* и Учителя полковника Олькотта, но и некоторых других членов Братства, включая одного из самых высоких. Я сожалею, что сугубо личная при¬рода моего визита в те места не позволяет мне рассказать о них больше. Достаточно сказать, что место, которое мне было позволено посетить в Гималаях, находится не в какой-то фантастической стране вечного лета и что я видел Его в стхулашарира (физическом теле) и обнаружил, что мой Учитель идентичен той форме, которую я наблюдал в ранние дни моей бытности чела. Таким образом, я видел своего возлюбленного Гуру не только как живого человека, но и действительно молодого по сравнению с некоторыми другими садху* этого благословенного общества, только куда более доброго и не без того, чтобы временами позволить себе веселое замечание или беседу. Таким образом, на второй день моего прибытия, после часа трапезы, мне было разрешено пообщаться с моим Учителем на протяжении часа. Он с улыбкой спросил, что именно заставляет меня выглядеть столь ошеломленным, когда я смотрю на Него. Я, в свою очередь, спросил: "Как вышло, Учитель, что некоторые члены нашего Общества вбили себе в головы мысль, что вы — "пожилой человек" и что они даже ясно видели вас выглядящим стариком за шестьдесят?" На это он мило улыбнулся и сказал, что последнее недоразумение проистекает из рассказов некоего брахмачарина*, ученика ведического Свами в N.W.P., который в прошлом году встретил в Тибете главу секты, пожилого ламу, который в то время был Его (моего Учителя) спутником в путешествиях. Упомянутый брахмачарин, рассказывая о своей встрече в Индии, заставил нескольких людей принять ламу за Него. Что же касается того, будто Его ясно видели "пожилым человеком", этого быть не могло, добавил Он, поскольку настоящее ясновидение никого не приведет к такому ошибочному мнению; а затем он по-доброму упрекнул меня за то, что я придаю какое-то значение возрасту Гуру, добавив, что внешность часто бывает обманчива, и объяснив другие вещи».
Пандит Бхавани Шанкар говорит, что во время путешествия на Север весною 1884 года мистер Ниваран Чандра Мукерджи и он сам видели Махатму М. в его астральном теле на встрече Ветви, и продолжает: «Я видел того же Махатму, Учителя мадам Блаватской, несколько раз в его двойнике, во время моего путешествия на Север. Я видел не только Учителя мадам Блаватской в его двойнике, но также и моего почитаемого Гурудэву К.Х. Я также видел последнего, моего Учителя, в Его физическом теле и узнал Его».

 
СфинксДата: Четверг, 09.05.2013, 14:51 | Сообщение # 15
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

Мистер Мохини М.Чаттерджи в письме от 30 сентября говорит: «Для брахмана, как и для меня, отвратительно говорить о священных конфиденциальных отношениях, существующих между духовным учителем и его учеником. Все же долг заставляет меня на этот раз сказать, что у меня есть личное и абсолютное знание о существовании Махатмы, который общается с мистером Синнеттом и известен западному миру как "Кут Хуми". Я знал о Махатме, о котором идет речь, еще до того, как узнал мадам Блаватскую, и встречался с ним лично, когда он проходил через Мадрасский округ в Китай (в прошлом году)» .
Мистер С.Рамасвами, отправляясь в Тибет в поисках своего Гуру, встретился по дороге в Сикким с «одиноким всадником, галопом скакавшим по направлению ко мне с противоположной стороны... Когда Он приблизился ко мне, Он остановил своего жеребца. Я посмотрел на Него и сразу же Его узнал. Я был рядом с тем самым Махатмой, моим собственным уважаемым Гуру, которого я видел до того в его астральном теле на балконе теософской Штаб-квартиры. Той незабываемой ночью, 1 декабря, именно Он был тем, кто бросил письмо в ответ на то, что я передал мадам Блаватской в запечатанном конверте. Он был тем, кого я никогда на протяжении всего этого промежутка времени не терял из виду — за исключением часа назад или около того... Наконец-то я оказался лицом к лицу с "Махатмой Химавата", и Он был не мифом, не "плодом воображения". Это произошло не ночью; было время между девятью и десятью часами утра. Я онемел от счастья» . Мистер Р.Касава Пиллай* также около Сиккима «увидел Махатм в их физических телах и нашел, что они ничем не отличаются от тех, кого он видел в своих снах и видениях или в астральной форме, как сказано выше» (в Бомбее) . Тут у нас есть некоторое количество независимых очевидцев, приводящих доказательства их встреч с теми же Учителями во плоти.
Оставляя теперь непосредственные явления Учи¬телей, я выбираю из многочисленных сообщений, полученных от Них сверхпсихическим образом, следующее, просто в качестве иллюстрации. В Бомбее, 2 февраля 1882 года, почтенный Дж.Смит*, член Законодательного Совета в Новом Южном Уэльсе, профессор Сиднейского университета, прошел с мадам Блаватской в собственную спальню, перед тем войдя в нее в одиночестве и увидев, что там все как обычно; они присели вдвоем, и при этом «она взяла мои руки в свои. Через несколько секунд к моим ногам упало письмо. Мне показалось, что сперва оно возникло немного выше уровня моей головы. Открыв конверт, я обнаружил в нем листок почтовой бумаги, увенчанный правительственной печатью северо-западных провинций, и следующие слова, написанные красным карандашом, тем же самым почерком, что был в письмах предыдущего вечера: "Не выйдет писать вам внутри ваших писем, но я могу писать непосредственно. Работайте на нас в Австралии, и мы не окажемся неблагодарными, но докажем вам то, что мы существуем в действительности, и спасибо вам". Честный обзор обстоятельств исключает, по моему мнению, любое предположение о мошенничестве. Дж.Смит». Позднее профессор Смит в письме из Ниццы к мадам Блаватской от 31 января 1883 года дает следующий отчет о сообщении, полученном им: «Вы думаете, что моя записка к М. была неудачей, но позвольте мне рассказать вам факты. Вы можете вспомнить, что вы завершили свое письмо постскриптумом с просьбой, чтобы я не сердился на Брата. Это сопровождалось несколькими словами, написанными красными чернилами рукою М. о том, что вы очень добры и внимательны (очевидно, саркастически). Но более того. Внутри вашего письма находился маленький конверт, сложенный и заклеенный любопытнейшим образом, с надписью красными чернилами, адресованной мне. Разрезав его, я обнаружил, что моя маленькая записка к М. абсолютно нетронута. Моя жена, зашивавшая ее, и другие дамы из тех, кому я это показывал, убеждены, что шов никто не распарывал. Поначалу я был склонен думать, что письмо вернулось ко мне таким же, как было отправлено, но каково же было всеобщее удивление, когда, разрезав конверт, я извлек из него листок китайской бумаги с любопытным рисунком, некой надписью красными чернилами по краю и подписью или, скорее, криптограммой М. Фраза начиналась так: "Ваши леди, вижу, неверующие, и они — более умелые швеи, нежели наши индусские и тибетские служанки" и так далее. Для меня и моей жены проверка была настолько же удовлетворяющей, насколько удивившей нас и доставившей нам удовольствие. Как та китайская бумага попала внутрь моего письма? Никаким из способов, известных обычным смертным. Я даже не надеялся на такой замечательный итог, когда запечатывал конверт с письмом к М., и я весьма благодарен ему за это. Это воодушевило меня на то, чтобы отправить М. еще одну записку в надежде получить ответ, но я не замышлял это как очередную проверку. Я желал только информации. Но если бы он счел подходящим добровольно дать мне некое дополнительное подтверждение его "чудесных" сил (поскольку с получением нами замечаний по поводу материи этот случай с заметкой может быть расценен именно так), я был бы крайне рад. Я более чем когда-либо сожалею, что не остался с вами хотя бы на неделю подольше, чтобы получить шанс увидеть М. и, возможно, лично с ним познакомиться. Когда вы упомянули об исчезновении моей записки к М., вы добавили: "На все мои вопросы я получила один ответ: "Занимайся своим делом", и так далее". Каким образом задавались вопросы? Просто при помощи мысленных образов? Или в настоящих беседах с двойником или проекцией М.? И не знаете ли вы, почему М. забрал как мою записку, так и мое письмо к вам (то есть если предположить, что он взял его), ведь из-за таких действий ваш ответ мне и его собственное общение со мною в значительной степени задержались?.. Моя супруга хочет, чтобы я передал вам ее сердечнейший привет. Она надеется как-нибудь вас увидеть. Вы говорите, что тогда она поверит несколько больше, нежели теперь. Но думаю, что я говорил вам о том, что она верит в факты, которые включает в себя термин "спиритуализм", и теперь она совершенно удовлетворена результатами проверки, будучи уверенной, что листок китайской бумаги никоим образом не мог попасть в конверт, запечатанный ею».
В моих руках множество писем, посланных Учителями на протяжении этих лет; некоторые из них небрежно написаны на письме, требующем ответа, некоторые пришли сами по себе. Они приходили самыми разными способами: по почте, неожиданно появляясь на столе, падая из воздуха и так далее. 10-го февраля 1882 года видели, как письмо падало перпендикулярно земле, на открытом воздухе, в десяти шагах от кресла мадам Блаватской и в семи — от маленькой группы, которая наблюдала его падение. Еще одно упало в вагоне поезда, в котором ехали мадам Блаватская, мистер и миссис Оукли и мистер Лидбитер, упрекавший ее за то, что она делала в тот момент. Но таких случаев бесчисленное множество. Феноменальная доставка писем никоим образом не происходила исключительно и непосредственно рядом с мадам Блаватской. Доктор Гартманн* рассказывает, что потребовался пинцет, и, «припоминая, что такой пинцет был у меня в ящике письменного стола, я спустился по ступеням в свою комнату, чтобы взять его. Я открыл ящик, увидел пинцет и некоторые другие вещи, но ни малейшего следа какого- либо письма, поскольку днем раньше я переложил свои бумаги в другое место. Я взял пинцет и почти уже закрыл ящик, как вдруг увидел, что в ящике лежит адресованный мне огромный конверт с хорошо знакомым почерком Учителя, скрепленный печатью с его инициалами, написанными тибетскими буквами. Открыв его, я обнаружил длинное, очень любезное письмо, посвященное тем же вопросам, которые мы только что обсуждали с мадам Блаватской , кроме того, дающее полный и весьма удовлетворительный ответ на тот самый вопрос, столь смущавший мой разум, и убедительное объяснение ряда вещей, которые на протяжении некоторого времени более всего меня занимали, но о которых я не сказал ни слова. Сверх того, в том же конверте находилась фотография кабинетного формата с лицом Учителя и с посвящением мне на обороте. Так что, если я вообще что-то знаю, то я знаю, что в моем ящике не было такого письма, когда я открыл его, и в это время в комнате я никого не видел. Письмо, дающее полный ответ на мой вопрос, должно было быть написано, запечатано и положено в ящик менее чем за четыре минуты, в то время как для того чтобы переписать его на следующий день, потребовалось ровно сорок минут; и, наконец, оно повествовало о весьма сложной проблеме в такой тщательно продуманной и в то же время сжатой манере, что только разум самого высшего порядка мог бы совершить такое (5 февраля 1884 года)».

 
СфинксДата: Четверг, 09.05.2013, 15:05 | Сообщение # 16
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

7 марта 1884 года мистер Наватрам Утарам Триведи, находившийся в Штаб-квартире в Адьяре, написал на большом листе бумаги несколько вопросов. «Я хотел, чтобы Дамодар ответил на вопросы, но он не обратил на них никакого внимания. Около полудня я сидел за столом, напротив меня — мистер Дамодар. Это происходило в конторской комнате на нижнем этаже. Я перечитал про себя вопросы, которые написал, и положил бумагу на стол. Через несколько минут, пока я разговаривал с Дамодаром, бумага исчезла, и я молча это отметил, но продолжал говорить, а через короткое время был обнаружен лежащий на полу конверт. Он был адресован мне, и, открыв его, я обнаружил свой листок с вопросами, написанными синим карандашом. Ответы на мои вопросы были исчерпывающими, и написаны они были рядом с вопросами на моем листе бумаги. Это был почерк Махатмы К.Х. Мадам Блаватская и полковник Олькотт находились тогда не в Адьяре, они отправились в Европу и, вероятно, были в Париже» .
Говорит мистер Касава Пиллай: «В 1882 году, когда я путешествовал поездом между станциями Аллахабад и Могал Серай, в купе вагона поезда, где я сидел, упало письмо. Я был один в купе, и поезд находился в движении. Я желал, чтобы Махатма К.Х. дал мне указания относительно некоего дела, о котором я тогда думал, и когда я открыл письмо, то обнаружил, что мои мысли нашли отклик и что письмо было написано почерком Махатмы К.Х., чью руку я так хорошо знаю. Мадам Блаватская тогда находилась в Бомбее» .
Как однажды написала мадам Блаватская на полях подобного отчета: «Ну и кто здесь был мошенником?»
Когда пандит Бхавани Шанкар останавливался в доме мистера Синнетта в Аллахабаде в марте 1882 года, мадам Блаватская находилась в Бомбее.
Однажды вечером мистер Синнетт передал ему записку, адресованную Махатме К.Х. Пандит положил письмо под подушку, закрыл двери, зажег лампу и остался в одиночестве. Между десятью и одиннадцатью он астрально увидел своего Учителя, и Он забрал письмо. На следующее утро он нашел у себя под подушкой ответ, адресованный мистеру Синнетту, и передал его ему. 8 ноября 1883 года, в Ба- рели, пандит Бхавани беседовал с другом-европейцем. Через его плечо была переброшена курьерская сумка, и во время беседы внутри этой сумки оказалось письмо от его Учителя, в китайском конверте .
Дамодар дает отчет о нескольких письмах, полученных им, причем все они были получены вдали от мадам Блаватской. К концу 1880 года в Штаб-квартире через несколько дней после отъезда мадам Блаватской он получил от своего отца письмо о семейном бизнесе, которое ввергло его в серьезные раздумья; он записал решение, к которому пришел, надеясь, что Махатмы пометят на нем, прав он или нет, и закрыл его в ящике стола; затем, полагая, что если он совершит ошибку, то его поправят, он открыл ящик и уничтожил записку. На следующее утро он обнаружил в ящике письмо от своего Учителя на хинди. 21 августа 1881 года он находился в Бомбее, в Штаб-квартире; полковник Олькотт был на Цейлоне, мадам Блаватская — в Симле. Однажды вечером он сидел рядом со своей кроватью, чувствуя себя весьма подавленным из-за семейных неприятностей; он уви¬дел, как на маленьком столе напротив него возникает письмо, которое оказалось письмом от его Учителя. В 1882 году, когда мадам Блаватская была в Дарджилинге, он сидел на открытом балконе, размышляя над идеей, которая пришла ему в голову. В этом случае он был не один; там находился еще месье Куломб. Когда последний прикуривал свою сигарету, Дамодар ощутил легкий электрический удар и увидел письмо, лежащее у его ног; оно содержало ответ на его раздумья и некоторую информацию, которую нужно было передать брату-теософу. Во время отсутствия мадам Блаватской в Утакамунде, в июле 1883 года, несколько писем было получено из алтаря в Адьяре: Дамодар помещал их туда и забирал ответы. Также он получал письма, написанные хорошо знакомым почерком, до и после приезда Куломбов, как в Штаб-квартире, так и вне ее и записки, начертанные на письмах от других людей, врученных ему почтальоном в собственные руки . Во всех этих случаях мадам Блаватская была в отъезде, но почерк совпадал с тем, каким были написаны письма, столь часто получаемые через ее посредничество.
1 августа 1884 года, когда мадам Блаватская находилась в Англии, полковник Олькотт и доктор Хюббе-Шлайден путешествовали из Эльберфельда в Дрезден экспрессом. Когда доктор приподнялся со своего сиденья, чтобы передать железнодорожные билеты охраннику, полковник Олькотт заметил что-то белое, лежащее на сиденье; это оказалось тибетским конвертом, в котором было письмо от Махатмы К.Х., написанное Его хорошо известным почерком.
Прежде чем обратиться к сообщениям, полученным за короткое время из знаменитого «алтаря» в Адьяре, необходимо описать комнаты, впоследствии ставшие знаменитыми. Мадам Блаватская занимала две из трех комнат на верхнем этаже, выходящих в большой холл. Там была гостиная, которая выходила в спальню, а также в третью комнату; стена между спальней и этой третьей комнатой была составлена из двух перегородок с двенадцатидюймовым расстоянием между ними, легко укрепленных (при отсутствии нижней опоры), и с дверью посередине, утопающей, таким образом, в нише. Эта третья комната была расположена в стороне от остальных и предназначена для оккультных целей и посему называлась «оккультной комнатой». На внутренней стене свободно размещался стенной шкаф, изначально за дверью , и туда были помещены два портрета Учителей, серебряная чаша и другие предметы; у шкафа была прочная задняя стенка и полки, и он просто висел на стене, так что убрать его было бы просто. Этот буфет назывался «алтарем». Стена была ровно покрыта штукатуркой, и разные люди (пока в это дело не вмешались Куломбы) свидетельствовали о том, что по крайней мере до 17 февраля 1884 года (Е.П.Б. покинула Адьяр 7 февраля) она была нетронута. Генерал Морган утверждает, что он впервые увидел «оккультную комнату» в августе 1883 года, когда посетил Адьяр в отсутствие мадам Блаватской, и, вероятно, вследствие удивительного феномена, который произошел во время его визита, он обследовал алтарь и то, что его окружало, со всею возможною тщательностью; он утверждает, что до января 1884 года, когда он покинул Штаб-квартиру, «любое мошенничество было невозможно».

 
СфинксДата: Четверг, 09.05.2013, 15:21 | Сообщение # 17
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

Полковник Олькотт указывает дату: до 15 февраля 1884 года, через неделю после того, как мадам Блаватская покинула Адьяр. 15 декабря 1883 года ему поручили провести некий эксперимент, сделав несколько отметок «на точках стены, сообщающихся с центром и четырьмя углами стенного шкафа». С этой целью он снял алтарь и, проведя свой эксперимент, повесил его на место. После годовщины он отправился на Цейлон, возвратившись в Адьяр 13 февраля 1884 года, то есть после отъезда мадам Блаватской, и снова уехал, чтобы присоединиться к ней 15 февраля. В это время он снова снял алтарь с целью проверить отметки, и к этому числу он не нашел в стене отверстия . В связи с этим необходимо вспомнить, что никто никогда не позволял себе усомниться в честности полковника Олькотта. Его называли простаком, но никогда — соучастником.
Свидетельств, касающихся природы алтаря и стены за ним, более чем достаточно.
Судья сэр С.Субраманья Айяр из Верховного суда в Мадрасе, возможно, самый уважаемый индиец Мадраса, был одинаково почитаем и европейцами, и индийцами. Он утверждает (10 января 1884 года), что присутствовал в Адьяре во время празднования годовщины 1883 года и наблюдал некое необыкновенное явление 26 и 28 декабря. «Комната, о которой идет речь, расположена наверху. В комнате находится алтарь — деревянный стенной шкаф, встроенный в стену. Он не прибит к стене, но только касается ее. Я аккуратно обследовал алтарь изнутри и снаружи, а также стену, к которой он был приставлен. Я не обнаружил ничего, что заставило бы меня подозревать о существовании неких приспособлений, которые могли бы производить то, что я видел. Внутри шкафа находятся два заключенных в рамку портрета Махатм, увешанных лоскутами желтого шелка, серебряная чаша и несколько изображений... Я не увидел возможности обмана: никаких проводов, никаких веревок внутри или снаружи алтаря. Я испросил разрешения исследовать алтарь — и получил его. Я не только не видел никаких проводов, или веревок, или каких-либо приспособлений, но и ничего не почувствовал, когда поместил свою руку в алтарь и исследовал его».
Мистер Р.Касава Пиллай, инспектор полиции, утверждает: «Когда я был в Штаб-квартире в Адьяре прошлым январем (1883), я приходил в "оккультную комнату" пять или шесть раз. В четырех случаях из них — днем. В двух из этих случаев днем случилось так, что в комнату пришли несколько теософов из Южной Индии, которым было предложено исследовать алтарь и стены комнаты; в одном случае — мадам Блаватской, в другом — Дамодаром. Эти люди после весьма тщательного исследования не нашли ничего подозрительного. Было обнаружено, что алтарь прикреплен к сплошной стене за ним, и там нет проводов или других приспособлений, которые могли бы ускользнуть от опытного взгляда офицера полиции вроде меня, который стоял рядом и наблюдал». — Р.Касава Пиллай.
Правительственный инженер пишет: «Я приехал в Штаб-квартиру Теософкого Общества в Адьяре 5 июля 1883 года. Я обследовал заднюю, верхнюю, нижнюю и боковую обшивку алтаря, так же как и стены в непосредственной близости от него, в высшей степени тщательно и детально, и не нашел никакой причины подозревать мошенничество». — К.Самбиах Четти.
Ценность свидетельства издателя «Philosophic Inquirer
», мистера П.Рутхнавелу, огромна, поскольку он исследовал алтарь и его окружение до и после миссионерской атаки. Он пишет: «Я был свидетелем феномена (1 апреля 1883 года), полный отчет о котором был мною опубликован в «Philosophic Inquirer
» 8 апреля 1883 года. Я подошел к алтарю с двумя моими скептически настроенными друзьями, и мне открыли двери, чтобы я внимательно осмотрел его. Я тщательно обследовал все, дотрагиваясь до различных частей рукою. В этой части стенного шкафа не было никакого отверстия или дыры. Затем меня провели в соседнюю комнату, чтобы посмотреть на другую сторону стены, к которой прикреплен алтарь. Там находился большой аШгаИ , стоявший напротив этой стены, но по моей просьбе его отодвинули, чтобы я смог осмотреть стену с той стороны. Я стучал по ней и исследовал ее другими способами, чтобы убедиться в том, что здесь нет обмана, но был совершенно удовлетворен тем, что никакой обман невозможен.
14 сентября 1884 года после прочтения миссионерской статьи я снова отправился посмотреть на комнату в 8 часов утра, и был встречен мистером Джаджем, доктором Гартманном и мистером Дамодаром, которые отвели меня наверх. На другой стороне стены, позади алтаря, я увидел находящийся близко к стене остроумный аппарат, похожий на предмет мебели, к которому была прикреплена скользящая дверь, которая при открывании показывала маленькое отверстие в стене. Внутри этого аппарата было пустое пространство, достаточно просторное, чтобы в нем мог поместиться худой паренек, если бы он смог протиснуться сквозь это отверстие и задержать дыхание на несколько секунд. Я предпринял безуспешную попытку протиснуться в маленькую дыру, чтобы увидеть внутреннее устройство. Там не было сообщения с задней стенкой алтаря. Я смог увидеть, что устройство не доделано и что скользящие панели и прочее несли на себе отпечаток свежести незаконченной работы».
Профессор Дж.Н.Унвалла, персидский господин с прекрасным образованием и положением в обществе, приводит свидетельство: «В мае 1883 года, когда я гостил в Штаб-квартире, у меня было множество возможностей присутствовать в "оккультной комнате", обследовать ее и алтарь, и однажды я очень тщательно исследовал алтарь по желанию мадам Блаватской, до и после произошедшего феномена, который я наблюдал. Я могу с полной уверенностью сказать, без каких-либо двусмысленностей и умалчиваний, что ни в "оккультной комнате", ни где бы то ни было на территории Штаб-квартиры я не смог найти никаких аппаратов или устройств любого рода, заставивших меня подозревать мошенничество или обман».
Я могу кое-что добавить к этим утверждениям, но, кажется, вряд ли стоит так поступать: настолько они уже сами по себе убедительны. Однако важны факты, касающиеся первой части замысла Куломбов, и то из доклада мистера Ходжсона, что связано с алтарем.
Некоторые феномены из множества тех, что связаны с этим, могут быть представлены здесь, хотя можно отметить, что алтарь существовал очень краткое время и не сыграл никакой роли в великом множестве феноменов, связанных с мадам Блаватской.
Об одном из них генерал Морган написал отчет. Это произошло в августе 1883 года. Мадам Блаватская, бывшая в то время в Утакамунде, попросила его взглянуть на портрет в алтаре, поскольку это была очень необычная работа. Мадам Куломб провела его наверх, и они зашли в «оккультную комнату». «Войдя в комнату, она торопливо подошла к алтарю, или стенному шкафу, и быстро открыла двойные дверцы. Как только она это сделала, китайское блюдце, видимо, помещенное так, что опорой для него служила дверца, упало на пол и разбилось. Это вызвало у нее глубокий ужас, она восклицала, что это была самая любимая вещица Мадам и что она не знает, что теперь делать. Она и ее муж, пришедший с нами, собрали осколки. Затем она завернула их в ткань и поместила в алтарь, внутрь серебряной чаши, а не позади нее. Дверцы были закрыты, и Дамодар занял свое место в кресле прямо напротив алтаря, всего лишь в нескольких футах от него. Он сидел, пристально смотря на алтарь и в такой позе, как будто прислушивался к чему-то. Тогда я не знал, как знаю сейчас, что астральный электрический ток производит звук в точности как от обычного телеграфа, который был отчетливо слышен в алтаре. Не зная об этом, я продолжил беседовать с Куломбами о несчастном случае. Когда я отметил, что было бы неплохо взять мастику или клей и склеить осколки, Куломб пошел за ним (как он сказал, у него в бунгало было немного); бунгало было расположено в ста ярдах от дома; а я, повернувшись к его супруге, заметил: "Если это дело большой важности, то Махатмы смогут восстановить его. Если нет, вы должны сделать все, что можете". Только я проговорил это, как Дамодар сказал: "Есть сообщение", — и он немедленно открыл дверцу алтаря и достал серебряную чашу (в которой обычно обнаруживались письма); и, конечно же, там была записка, которая содержала следующие строки:
"Небольшой присутствующей аудитории очевидцев. Теперь мадам Куломб имеет возможность убедиться, что дьявол не так черен и зол, как обычно представляют. Вред легко устранен. — К.Х."
Тогда мы развернули ткань, в которой лежало разбитое блюдце, и нашли его целым и невредимым! Не прошло и трех минут с тех пор, как я предложил достать клей! А вскоре после этого вернулся Куломб с клеем в руках. Если он обошел кругом все верхние комнаты, забрался за алтарь, вытащил разбитое блюдце, снова завязал ткань, поместив на его место целое, и написал записку, касающуюся ремонта блюдца (мое замечание об этом он не слышал), тогда, скажу я вам, его подвиг превзошел все деяния Учителей. Когда я заговорил с женщиной о чудесном способе, которым было восстановлено блюдце, она ответила: "Должно быть, это работа дьявола"». И фактически она написала мадам Блаватской 13 августа 1883 года, что «я целиком и полностью убеждена, что спячу, если останусь при вас». Затем она дает отчет о том, что случилось, и заключает: «Говорю вам, что вы общаетесь с дьяволом».

 
СфинксДата: Пятница, 10.05.2013, 12:57 | Сообщение # 18
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

Другой случай произошел с судьей Шриниваса Роу, и он утверждает следующее: «4 марта 1884 года (мадам Блаватская и полковник Олькотт, покинувшие Бомбей 20 февраля, направляясь в Марсель, в это время были в океане) я, благодаря некоторым семейным неурядицам, весь день чувствовал себя исключительно несчастным». Он отправился в Адьяр, и, встретив Дамодара, сказал, что желает увидеть алтарь. «Он тотчас провел меня наверх, в «оккультную комнату», и отворил алтарь. Он и я стояли едва ли пять секунд, взирая на портрет Махатмы К.Х. в алтаре, когда он (мистер Дамодар) сказал мне, что получил приказ закрыть алтарь, и немедленно так и сделал. Это страшно меня разочаровало. Но мистер Дамодар тут же отворил алтарь снова. Мой взгляд немедленно упал на письмо в тибетском конверте, лежащее в кубке в алтаре (кубок до того был совершенно пуст). Я взял письмо и, обнаружив, что оно было адресовано мне Махатмой К.Х., открыл и прочел его».
Судья сэр С.Субраманья Айер свидетельствует о другом феномене, произведенном ради того же самого мистера Шриниваса Роу. Он говорит: «28 декабря 1883 года я отправился к алтарю в 10.30 утра. Присутствовало семь человек. Окна были открыты, и комната была наполнена ярким дневным светом. Мадам Блаватская отдала ключ от алтаря мистеру П.Шриниваса Роу, судье при мелких разбирательствах в Мадрасе, и встала в стороне рядом с нами. Мистер Шриниваса Роу открыл алтарь, взял оттуда серебряную чашу и показал ее всем присутствующим. В ней ничего не было. Он поместил ее в алтарь, закрыл его и взял ключ. Около пяти минут спустя мадам Блаватская велела ему открыть алтарь, что он и сделал. Затем он вынул ту же самую серебряную чашу, и в ней находился хорошо заклеенный конверт, адресованный мистеру Шриниваса Роу. Я увидел, как он открывает конверт, и обнаружил, что в нем находится письмо, написанное почерком Махатмы К.Х., и банковские билеты на сумму в 500 рупий».
Судья Т.Рамачандра Рао и мистер Р.Ранджа Рао отправились в «оккультную комнату». «Мы изучили все очень тщательно, и алтарь был закрыт на замок. Однако мы не трогались с места, и примерно через полминуты мадам Блаватская велела нам открыть его. Мы сделали это сами и нашли, что весь стенной шкаф (в котором не было ничего, когда мы смотрели на него полминуты назад) заполнен свежими цветами и листьями. Каждый из нас взял сколько-то, и мы обнаружили, что там присутствовал также некий редкий вид листьев, которые, насколько мы знали, невозможно было найти ни в одной части Мадраса. Мы провели тщательный осмотр всей комнаты и ее окрестностей и не обнаружили ничего, что могло бы навести нас на мысль о мошенничестве. — Т.Рамачандра Рао.
Феномен, такой, как описан выше, имел место в моем присутствии. — Р.Ранджа Рао».
Мадам Куломб, вследствие своей завистливой и склонной к интригам натуры, была источником огромных неприятностей в Штаб-квартире, и жильцы ее очень не любили. Доктор Гартманн, прибывший в Адьяр 4 декабря 1883 года, очень живо ее описывает. «Вообразите себе чудное ведьмоподобное создание со сморщенным личиком, пронизывающим взглядом и нескладной фигурой. Ее должностью было присматривать за слугами, по-матерински заботиться о дряхлой старой лошади и нескольких грязных собаках, неспособных ходить. Похоже, она считала истинной целью всей своей жизни влезать в личные дела всех окружающих, там и сям подбирать плохо лежавшие письма, не адресованные ей, вероятно, с целью изучить почерк; она предпринимала попытки втереться в доверие к новоприбывшим и имела манеру вызнавать их секреты, притворяясь, что предсказывает им будущее при помощи колоды карт, в то время как она старалась бы возбудить симпатию в незнакомцах, рассказывая им свои истории о том, как от роскошной жизни она скатилась до рабского положения. И если ей попадался внимательный слушатель, то она не упускала ни малейшей возможности обвинить Общество в том, что оно является сплошным обманом, что феномены производятся мошенническим путем и "что она могла бы многое рассказать, если бы только захотела". Она рассказала бы стремящемуся к теософским знаниям, доверительно и по-доброму, что полковник Олькотт — дурак, которого водит за нос мадам Блаватская. Если ее просили объясниться, она говорила: "Мои уста запечатаны, я не могу говорить против тех, чей хлеб я ем". А когда ей возражали, что оккультный феномен произошел тогда, когда мадам Блаватская находилась за тысячи миль отсюда, она отвечала, что "она знает то, что знает"» . Возможно, стоит вспомнить как нечто, извиняющее мадам Куломб, то обстоятельство, что она была суеверной христианкой и ее действительно тревожили вещи, которые происходили вокруг нее; она, как мы видим, верила в то, что необыкновенные явления происходят «от дьявола». С другой стороны, жизнь в комфорте в Адьяре была для нее просто райской после всех ее невзгод, и она не могла набраться достаточной храбрости, чтобы покинуть свое убежище. Возможно, предательство по отношению к своим благодетелям было, по крайней мере частично, результатом поздно пробудившейся и извращенно проявившейся совести. Искушение остаться было слишком велико. Доктор Гартманн продолжает: «Она прибыла в Штаб-квартиру без единого пенни в кармане, и мадам Блаватская взяла ее в дом из милосердия и предоставила ей полный контроль над всем, включая деньги; и, когда она покинула Штаб-квартиру, она щеголяла здоровенной пачкой банкнот. (Хозяйственные траты Штаб-квартиры после отъезда Куломбов каждый месяц были меньше, чем ежемесячные расходы во время их присутствия, на сумму от 230 до 270 рупий)». Кроме того, там бывало множество щедрых посетителей, у которых можно было взять «взаймы»; неудача при попытке получить такой заем привела к катастрофе. Князь Харисингхджи из Катьявара, кузен махараджи Бхавнагара, присутствовал на Съезде в декабре 1883 года, и мадам Куломб подошла к нему с просьбой одолжить ей 2000 рупий. Князь отклонил просьбу, сказав, что, возможно, когда-нибудь он ей поможет, и отправился домой.

 
СфинксДата: Суббота, 11.05.2013, 16:19 | Сообщение # 19
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

7 февраля 1884 года мадам Блаватская покинула Адьяр, и так как она намеревалась нанести визит князю Харисингхджи перед поездкой в Бомбей en route в Европу, то мадам Куломб попросила, и ей было разрешено поехать с ней. После прибытия в дом князя мадам Куломб возобновила свою атаку на его кошелек, ссылаясь на то, что он обещал помочь ей, и князь в конце концов пожаловался мадам Блаватской, которая быстро прекратила дальнейшие поползновения. Доктор Гартманн, который присутствовал там, замечает: «Ее ярость не знала границ, и мадам Блаватская, упрекавшая ее в недостойной попытке вымогательства, никак не могла утихомирить ее страстные всплески гнева и зависти... Несколько слезинок, пролитых мадам Куломб, при помощи носового платка уладили дело, и мы отправились в Бомбей, где и встретились с полковником Олькоттом и мистером Сент-Джорджем Лэйн-Фоксом, известным электротехником, в то время как мадам Куломб отправилась навестить некоего епископа и других священников, имена которых мне неизвестны». Доктор Гартманн язвительно описывает эпизод, когда полковник Олькотт и мадам Блаватская сели на корабль (21 февраля): «Еще один всхлип, еще одно объятие, и мадам Куломб, с красными глазами, спотыкаясь на каждом шагу, покинула каюту, Вступив в лодку, она в последний раз помахала Бабуле, слуге мадам Блаватской, и сказала ему: "Я отыграюсь на твоей хозяйке за то, что она не дала мне получить мои 2000 рупий!" Упомянутый Бабула позднее заявил: «Когда мадам Куломб покидала пароход после прощания с мадам Блаватской, она, мадам Куломб, сказала, что она отыграется на моей хозяйке за то, что та помешала Харисингхджи дать ей, мадам Куломб, две тысячи рупий... В другом случае, в доме доктора Дадли в Бомбее, она сказала, что ненавидит мадам Блаватскую».
Генерал-майор Х.Р.Морган пишет о Куломбах следующее: «Они были приняты мадам Блаватской в Бомбее без единого пенни в кармане; она помогала им, поскольку они оказали ей некоторую поддержку в Египте. Мадам Куломб стала чем-то вроде доверенной экономки и, как правильно замечает мистер Гриббл, послужила причиной того, что мистер Уимбридж и мисс Бэйтс покинули Общество в Бомбее. Так мы видим, что свое злобное вмешательство она начала рано.
То, что злобность является основной чертой ее характера, я покажу на следующем примере. Еще в Бомбее она попыталась продать свои знания об Обществе в бомбейскую газету “Guardian”, в то время как она могла знать весьма немного, когда не существовало ни корреспонденции, теперь проданной “Christian College Magazine”, ни фальшивых феноменов, о которых она теперь вспоминает; очевидно, что уже в 1879 году она была готова предоставить сфабрикованные письма и феномены. К этому самому времени ее макиавеллиевская натура подсказала ей подготовить падение своего благодетеля, поскольку она в разговоре не с одним теософом утверждала, что ни разу не выбросила ни одного листочка с письмом мадам Блаватской, и счастливо открывала, что эти обманные письма приносил к ее ногам ветер! Зачем ей было собирать такую коллекцию этих обрывков, когда она владела столь объемистой корреспонденцией, от которой она теперь так выгодно избавилась? Когда мы обратим внимание на характер этой женщины, на ее подслушивания, перлюстрацию писем, ее ненависть к тем, кто составлял Общество, ее клятву отыграться, ее непрерывную слежку за мадам Блаватской и за теми, с кем она могла говорить, ее мотивы и способ, при помощи которого она состряпала эти письма, понять будет несложно. Ее злоба разрослась до такой степени, что она действительно содержала свору паршивых больных собак, чтобы беспокоить высокую касту браминов и заставить ее представителей убраться подальше отсюда. Ее целью было полное владение деньгами и получение доступа к кошелькам других людей, а когда ее мелочные планы были разрушены мадам Блаватской, она, соответственно, возненавидела ее.
Вы можете спросить, почему же тогда каждый отдельный член Общества терпел ее, зная все это. Ответ состоит в том, что она очень явно выраженный спиритуалист, увлекающийся черной магией и одержимый манией преследования. Посему ее терпели как человека, едва ли отвечающего за свои поступки. Плюс ко всему ее привычка проявлять свою ненависть к Обществу и его целям, требуя сохранить секретность, запечатала уста многих из тех, кто иначе разоблачил бы ее и потребовал бы ее исключения. Кроме того, чрезвычайное добросердечие полковника Олькотта и мадам Блаватской заставляло их закрывать глаза на многие ее недостатки и терпеть ее — частично из-за того, что она приносила пользу как экономка, а частично из милосердия. Куломбы были исключены только тогда, когда все это достигло своей кульминации; тогда члены Общества начали сличать записки и чрезвычайное коварство и злоба этой женщины стали очевидны всем».
Это была женщина, которой мадам Блаватская со своей характерной беспечностью (конечно же, идущей от ее собственной честности и от того, что она всегда слишком полагалась на честность других) поручила заботу о своих комнатах в Адьяре; но она была достаточно возмущена инцидентом с Харисингхджи, чтобы попросить доктора Гартманна избавиться от Куломбов до ее возвращения.
Месть, которой она угрожала, теперь была подготовлена; в то время как мадам Куломб строчила мадам Блаватской жалобы на всех в Штаб-квартире, она настраивала всех против мадам Блаватской и разбрасывала намеки на грядущие откровения. Посылая мадам Блаватской отчет обо всем, что привело к изгнанию Куломбов из Штаб-квартиры, Дамодар, самый доверенный из индийских работников, написал 14 июня 1884 года, что все это время она намекала, хотя и не утверждала открыто, что «все необыкновенные явления — мошенничество и что вы — обманщица»; она намекала на существование секретных проходов, тайных дверей и так далее; «она не использовала этих слов, но подразумевала их». «Ее единственной целью было посеять среди нас семена раздора... она пыталась настроить одних членов Совета против других, но в конце концов позорно провалилась». Куломбы не позволяли никому в Штаб-квартире заходить в комнату мадам Блаватской (которая всегда использовалась персоналом во время ее частых отъездов) и объясняли то, что они приносили туда рабочие инструменты, тем, что протекала крыша и месье Куломб чинил ее.
Возмущенный теми неприятностями, которые они причиняли, Совет по Управлению решил избавиться от них. Говорит доктор Гартманн: «Письменные свидетельства, присланные несколькими членами, показали, что Куломбы были виновны в великой неверности, во лжи насчет Общества, в клевете на его должностных лиц, в растрате фондов Общества и так далее. Посему мы постановили предъявить им официальное обвинение» . В то время как они заседали с этой целью, однако появилась астральная форма чела и передала Дамодару записку от Учителя К.Х., адресованную доктору Гартманну, с просьбой осуществить реформы, но быть милосердными к мадам Куломб. Они подчинились и сняли обвинения, и доктор Гартманн замечает в примечании, что хорошо, что они так поступили, потому что работе полковника Олькотта в Европе сильно помешало бы, если при текущем положении дел случилась эта неприятность в Адьяре. Некоторое время после этого все шло спокойно. В письме от мадам Блаватской от 12 марта 1884 года Т.В.Чарлу докладывает, что работа продвигается хорошо; доктора Гартманна избрали Президентом Совета по Управлению, мистер Лэйн-Фокс должен был прочитать две лекции в Патчьяппа-Холле, а несколько работников в апреле отправлялись в Утакамунд, и с ними — мадам Куломб. Он упоминает о том, что произошли два феномена, получены два письма, соответственно князем Харисингхджи и судьей Шриниваса Роу. Х.Х.Тхакур Сахиб из Вадхвана и князь Харисингхджи посетили Штаб-квартиру; последний поместил письмо в алтарь, а после записал, что произошло. «Я очень часто бывал в Штаб-квартире во время совместного путешествия с моим другом Х.Х.Тхакур Сахибом из Вадхвана в Мадрас, куда мы отправились прошлым мартом отпраздновать его свадьбу с дочерью уважаемого Гаджапати Рао. Однажды я попросил мистера Д.М. Маваланкара [Дамодара] позволить мне поместить письмо от меня моему почитаемому Учителю К.Х. в алтарь. Оно было в закрытом конверте и касалось частных личных дел, которые мне нет нужды выносить на публику. Мистер Дамодар позволил мне поместить письмо в алтарь. Днем позже я снова посетил алтарь вместе с моею супругой. Открыв алтарь, я обнаружил свое письмо нераскрытым, но адресованным мне надписью синим карандашом, в то время как моя первоначальная надпись — "Моему почитаемому Учителю" — была перечеркнута карандашной линией. Это происходило в присутствии мистера Маваланкара, доктора Гартманна и других. Конверт был нетронут. Я открыл его, и на чистом пространстве, оставшемся на листе, был ответ от моего Учителя К.Х. Его знакомым мне почерком. Мне бы очень хотелось знать, как другие объяснят это, когда фактически оба основателя Общества были за тысячи миль отсюда. — Харисингхджи Рупсингхджи».
Через несколько дней после этого прибыл судья Шриниваса Роу и попросил разрешения немного посидеть перед алтарем. Дамодар отвел его наверх и открыл алтарь. Там не было ничего, за исключением обычного содержимого. Его Гуру немедленно велел ему закрыть его, а потом открыть снова. Внутри лежало письмо, адресованное судье.
Но это спокойствие было обманчивым. Полковник Олькотт в Лондоне получил конверт с почтовой отметкой Мадраса, содержащий письмо, адресованное мадам Куломб (находившейся в то время в Утакамунде) в Адьяр, от доктора Гартманна, датированное 28 апреля 1884 года. Оно выражало недоверие автора к мадам Блаватской и утверждало, что мистер Лэйн-Фокс «получил секретные инструкции от лондонских собратьев» выяснить все насчет ее надувательства. Письмо было написано плохо и неграмотно, и полковник Олькотт написал доктору Гарт- манну 20 июля 1884 года: «Я пополнил свое личное знание о вас благодаря этой мерзкой записке». Далее он сказал, что поместил ее в свой ящик для отправки, но этим утром заметил, переворачивая бумаги, что Учитель что-то написал на ней и что Он велел ему переслать это доктору Гартманну. Доктор Гартманн отмечает, что письмо было «неплохой имитацией моего почерка». Учитель М. написал на нем: «Неуклюжая подделка, но она достаточно хороша, чтобы показать, сколько предприимчивый враг может сделать в этом направлении. Там, в Адьяре, они могут назвать это первой ласточкой» . И действительно, это была первая ласточка из множества поддельных писем, опубликованных в “Christian College Magazine” несколько месяцев спустя, сделанных той же рукою.

 
СфинксДата: Суббота, 11.05.2013, 16:38 | Сообщение # 20
Группа: Админ Общины
Сообщений: 1680
Статус: Offline

В это время в Адьяр продолжали приходить предупреждения. «Примерно в то же время, когда было написано поддельное письмо, я получил письмо от друга из Европы, и когда я открыл его, то обнаружил внутри надпись почерком Учителя: "Дело серьезное. Я пошлю вам письмо через Дамодара. Тщательно изучите его" и так далее. Несколько дней спустя письмо, адресованное мне, упало в комнате Дамодара в Утакамунде [Доктор Гартманн был в Адьяре]; он обратил внимание на него, а затем переслал его мне после того, как показал его мистеру Лэйн-Фоксу. Это снова был, без всяких сомнений, почерк Учителя. Я привожу следующую выдержку: "26 апреля 1884 года. Уже некоторое время женщина поддерживает связь — регулярные дипломатические pourparler — с врагами нашего дела, некими падре. Она надеется получить от них больше 2000 рупий, если поможет им развалить Общество, или, по меньшей мере, повредить ему, запятнав репутацию его основателей. Отсюда и намеки на "потайные двери" и трюки. Более того, когда понадобится, потайные двери найдутся, как они появлялись иногда. Они являются единственными хозяевами верхнего этажа. Они имеют полный доступ к помещениям и контроль над ними. "Месье" умен и искусен в любой ручной работе, хороший механик и плотник, а также хорошо у него выходит со стенами. Обратите на это внимание, вы, теософы. Они ненавидят вас, как поражение ненавидит успех: и Общество, и Генри, и Е.П.Б., и теософов, и, увы, самое слово "теософия". **** готовы выделить круглую сумму за развал Общества, которое они ненавидят... Более того: }. в Индии находят прекрасное взаимопонимание с теми, кто в Лондоне и Париже... Держите все вышесказанное в строжайшей секретности, если желаете быть сильнейшими. Не дайте ей заподозрить, что знаете об этом, но если принимаете мой совет, то будьте осторожны. И все же — действуйте без промедления. М."».
Мадам Куломб была в Утакамунде. Месье Куломб находился в Адьяре, размышляя над предложением поехать в Америку, сделанным ему доктором Гартманном. Затем пришло письмо от полковника Олькотта, написанное в Париже 2 апреля 1884 года, в котором он упрекал мадам Куломб в том, что она высказывается против Общества и замышляет причинить ему вред. Из Утакамунда вернулись мадам Куломб, Дамодар и мистер Лэйн-Фокс. Просьба доктора Гартманна к Куломбам (он все еще надеялся избавиться от них без шума) покинуть Адьяр была встречена категорическим отказом. Мадам Блаватская написала, что не вернется в Адьяр, пока не отошлют Куломбов, и заседание Генерального Совета было назначено на 14 мая 1884 года. Заседание состоялось, и на нем мадам Куломб были предъявлены обвинения в том, что она утверждала, будто целью Общества было свергнуть британское правление в Индии; что его цели враждебны истинной религии; что все феномены были мошенничеством и работой дьявола; что она предпринимала попытки вымогать деньги у членов Общества; что она растратила фонды Общества; что она виновна во лжи и злословии; что она страшно оклеветала Е.П.Б.; что ее присутствие в Штаб-квартире навредило Обществу. Письма показали, что она послала шантажирующее письмо Е.П.Б. Месье Куломба обвинили в том, что он помогал своей жене и поддерживал ее и не подчинялся приказам Совета по управлению. Были разобраны только первые три обвинения, и мадам Куломб ни подтвердила, ни опровергла их; свидетельств было более чем достаточно, и ее исключили. Месье Куломба попросили сложить с себя обязанности, и, когда он отказался это сделать, его исключили, и обоих попросили уехать. После нескольких дальнейших неурядиц месье Куломб выдал ключи от верхних комнат, и доктор Гартманн, мистер Т.Субба Роу, судья Шриниваса Роу, мистер Браун, мистер Дамодар К.Маваланкар и некоторые другие вошли в комнаты мадам Блаватской, в которые Куломбы не пускали никого, кроме себя. Тогда все увидели результаты трудов месье Куломба. Генерал и миссис Морган видели нетронутую стену, а миссис Морган присматривала за поклейкой обоев в декабре 1883 года, как уже было сказано. Теперь же со стороны спальни мадам Блаватской, там, где когда-то находилась дверь, была проделана дыра, и она зияла там разбитой штукатуркой и грубыми концами планок. Стена, как было сказано раньше, состояла из двух перегородок из планок и штукатурки (поскольку не было поддержки снизу), разделенных пространством в двенадцать дюймов, частично заполненным выступающими кусками планок; перегородка со стороны «оккультной комнаты» все еще была нетронутой, но было очевидно, что отверстие собирались проделать и во второй перегородке и, предположительно, заднюю стенку алтаря хотели сделать снимающейся, так, чтобы забирать и класть туда предметы. Однако, следуя предупреждению Учителя, доктор Гартманн «действовал без задержки» и остановил гнусный труд до того, как он был завершен. Дыра в перегородке в спальне мадам Блаватской была четырнадцати дюймов в ширину и двадцати семи в высоту, «достаточно большая, — язвительно замечает доктор Гартманн, — чтобы маленький мальчик (который не боится задохнуться) мог туда пролезть». Эту дыру закрывал тяжелый платяной шкаф, а в задней стенке этого шкафа была сделана скользящая панель; панель была новой и двигалась с трудом, со значительным шумом отзываясь на удары молотком. Три другие панели, также новые и тугие, были сделаны в других частях этих двух комнат; цель этого была неясна, как неясна она до сих пор. «Месье Куломб признался, что он сделал все эти штуки, дыры и потайные двери своими руками, но извинял себя тем, что они были сделаны по приказу Е.П.Блаватской. Он отрицал любое тайное соглашение с миссионерами с целью повредить Обществу. Затем он передал ключи Дамодару К.Маваланкару, который принял на себя ответственность за комнаты, и было решено оставить все дыры и скользящие панели как они есть до дальнейшего решения. Очевидно, что, потратив очень мало усилий, эти дверцы можно было бы завершить и сделать так, чтобы они выглядели весьма подозрительно, и у нас есть причины думать, что намерением мадам Куломб было закончить все это до возвращения мадам Блаватской из Европы».
В процитированном ранее письме Дамодара к мадам Блаватской (от 14 июня 1884 года) он рассказывает об этих происшествиях и говорит: «Мы нарочно не трогали дыру и скользящие панели. Они самим своим видом говорят о вашей невиновности. Проход за алтарем так мал, что человек умер бы от нехватки воздуха, если бы провел внутри две минуты. Более того, он не сообщается с алтарем. Скользящие панели такие новые, что их не сдвинуть, не применяя значительных усилий, и, более того, производят ужасный шум. Это доказывает, что их не могли использовать раньше».
Куломбы покинули Адьяр 25 марта 1884 года; первая часть их замысла провалилась, так как ее очень быстро раскрыли. Однако все это всплыло в будущем благодаря агенту Общества Психических Исследований, и из-за неправильной интерпретации фактов немногие люди знают о том, что, по общему признанию, в то время, когда мадам Блаватская находилась в Адьяре и когда происходили феномены, никаких этих приспособлений не существовало и что все следы их были уничтожены до ее возвращения. В мае 1884 года они были новыми и еще не законченными, деревянная задняя стенка алтаря и стена, на которой он висел, были все еще нетронуты, так что не существовало сообщения между комнатой мадам Блаватской и «оккультной комнатой». Все это было показано множеству посетителей Штаб-квартиры на протяжении лета 1884 года, так как стену и панели на некоторое время оставили в таком виде, в каком их обнаружили. Мистер Джадж, который приехал в Адьяр 26 мая, так описывает дыру: «Это была грубая незаконченная дыра в стене, выходящая в пространство, оставшееся, когда старая дверь была заложена кирпичом... Эта дыра начиналась от пола и простиралась примерно на 22 дюйма. С каждого края выдавались куски планок, некоторые длиной три дюйма, некоторые — пять, так что пространство еще уменьшалось... штукатурка была недавно отбита, концы планок показывали, что дерево было сломано совсем недавно, так же как обои недавно отодраны». Эти факты наблюдали и засвидетельствовали примерно тридцать человек, посланных мистером Джаджем в качестве свидетелей. Мистер Джадж далее сообщает, что по его просьбе мистер Дамодар попробовал забраться в нишу через дыру, но не смог; попытался и сам мистер Джадж, и ему это также не удалось, как и «тонкому кули»; наконец, «маленький мальчик около десяти лет от роду» проскользнул внутрь, но обнаружил, что он не может выпрямиться, потому что по сторонам выпирали большие куски известки. Затем мистер Джадж послал за человеком, который «в моем присутствии заложил отверстие кирпичом, заново оштукатурил его, а затем переклеил обои». И это было сделано, запомните, осенью 1884 года, до возвращения мадам Блаватской.

 
Форум » ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ » ПЕРВОИСТОЧНИКИ И ТРУДЫ УЧИТЕЛЕЙ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА » МАХАТМЫ. ЛЕГЕНДЫ И РЕАЛЬНОСТЬ (Учителя тайной Мудрости. СБОРНИК)
  • Страница 2 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Поиск:

AGNI-YOGA TOPSITES